В ловушке

- Доброе утро, Эллисон. Голос доктора Парсона раздался в её ушах, когда он вошёл в палату. Он сделал попытку открыть жалюзи, как вдруг она закричала: - Не трогайте их! Парсон остановился на полпути и отвернулся от окна. - Как хотите, Эллисон. Спустя несколько мгновений полной тишины доктор снова заговорил: - Ну, как вы сегодня себя чувствуете? Эллисон молчала, повернув голову к окну, которое выходило на лесистую местность позади больницы. Глаза девушки тоскливо глядели на неё, и она мечтала оказаться за пределами этих стен. - Эллисон, я задал вам вопрос. Давайте не будем вести себя по-хамски и игнорировать меня, ладно? Снова молчание. Парсон вздохнул и поставил дощечку на место перед кроватью. Он засунул руку в карман и угрожающе сказал: - Не вынуждайте меня снова сделать вам инъекцию, Эллисон. Эллисон выпрямилась в постели, повернувшись к Парсону. Он выжидающе смотрел на неё, вынимая из кармана шприц. - У меня сегодня нет никаких особых чувств, доктор Парсон, - просто ответила она. Парсон фыркнул, убирая шприц обратно в карман. "Чёрт возьми, эта стерва только создаёт мне проблемы. Я не смогу определить, стало ли ей лучше, если она и дальше будет так себя вести". - Справедливо, Эллисон. Глаза Эллисон снова уставились на окно, пока она рассеянно поигрывала пальцами, а металлические шины позвякивали, ударяясь друг об друга. Парсон кивнул, затем достал дощечку и стал что-то писать, бубня себе под нос: - Неделя первая, второй день наблюдений. В первый день было нетрудно наблюдать. Теперь поговорим о самой пациентке. Женщина, двадцать пять лет, имя – Эллисон Хейз... - Что вы делаете? – резко спросила Эллисон, рассерженная отсутствием тишины, не отводя глаз от окна. Парсон улыбнулся, подняв взгляд: - Документирую вас. Вы, моя дорогая, принесёте мне большую прибыль. Вы – первая жертва Джейсона Вурхиза, которую он держал в плену. Жертва выжила и проявляет признаки Стокгольмского синдрома. Это же стоит целого состояния! – радостно объяснил он. Эллисон практически могла видеть значки долларов в его глазах. Продолжая смотреть в окно, она скрестила руки и стала издеваться: - Вы и так уже богаты, урод. Врач – одна из самых высокооплачиваемых профессий. Какого чёрта вам понадобилось эксплуатировать мой пациентский профиль и ещё зарабатывать на нём? - Это так. Но я хочу быть первым, кто это задокументирует. Это всё для опознания в научном департаменте. Эллисон ничего не ответила, и Парсон продолжал делать свои заметки: - Пациентка была доставлена в больницу после брутального нападения Джейсона Вурхиза, печально известного убийцы с Хрустального озера. Вурхиз сломал ей обе руки. Пациентка сбежала с помощью её брата, Патрика Хейза. Надо сделать отдельные заметки для документации членов семьи мисс Хейз, чтобы определить их обоснованность. - Обоснованность?! – чуть не кричала Эллисон. - Вы считаете мою семью сумасшедшей?! Парсон захихикал: - Нет, моя дорогая. Это только ради того, чтобы убедиться, что ваша семья предоставила достоверную информацию. Мы же не можем допустить, чтобы они распространяли ложь, не так ли? - Сумасшедший, больной ублюдок! – злобно прошипела она. – Оставьте в покое мою семью! Эллисон вырвала провода от капельниц из рук и прыгнула на Парсона. Но он оказался проворнее. Он тут же достал шприц из кармана и всадил его ей в шею. Тело Эллисон обмякло, и она упала на его руки, провалившись во тьму. Он усмехнулся: - Ну вот, а она ещё меня называет сумасшедшим. *** - Неделя первая, седьмой день наблюдения за пациенткой, Эллисон Хейз... – бубнил себе под нос Парсон, записывая всё. Эллисон смотрела на него пустым взглядом, скрестив руки. - Как вы себя чувствуете сегодня, Эллисон? - Чертовски фантастично. - Пациентка быстро выходит из себя и враждебно настроена. Возможно, брутальная натура Вурхиза повлияла на неё? Услышав это, Эллисон издала раздражённое ворчание. - Пациентка реагирует на упоминание имени Джейсона Вурхиза. Возможная реакция от Стокгольмского синдрома – попытка защитить его? - И надо всегда всё связывать с Джейсоном? - Надо, пока вы продолжаете называть его по имени, - просто ответил Парсон, не поднимая взгляда. - Пока вы не выпустите меня отсюда, - парировала она. Парсон склонил голову набок, глядя на Эллисон: - Этого мы не можем сделать. Мы не можем позволить, чтобы вы побежали к нему и освободили его от полиции. Это ведь ничем хорошим не обернётся, не так ли? - И что заставляет вас быть так уверенным, что я это сделаю? - Стокгольмский синдром объясняет всё. К тому же, вы постоянно смотрите на улицу. За этими деревьями находится полицейский участок, где держат Джейсона Вурхиза. Я вижу это по вашим глазам... Вы просто ожидаете удобного момента, чтобы вырваться отсюда на свободу и сбежать с ним. И тогда вы оба побежите навстречу закату и продолжите опустошать графство Сассекс, - заключил он с саркастической ухмылкой на лице. Эллисон закатила глаза: - Да уж, ну и воображение у вас, док. Но к несчастью для вас, у меня нет никаких намерений вернуться в лагерь “Хрустальное озеро” вместе с Джейсоном. Я просто хочу выйти из этой чёртовой больницы. - Правдоподобная история. *** - Неделя вторая, второй день наблюдения за пациенткой Эллисон Хейз. Пациентка постоянно выходит из себя во время разговора и очень необщительна. По ночам, как докладывают медсёстры, она продолжает видеть эпизоды и последовательно шепчет имя Джейсона Вурхиза каждые десять минут, умоляя его спасти её. Эллисон сидела на кровати, свернувшись в позе эмбриона и прижав колени к груди. Её глаза были расширенными и дикими, а её чёрные волосы были растрёпаны. Она тихо говорила, и её голос при этом дрожал: - Он придёт за мной. Парсон покачал головой, глядя на неё: - Эллисон, Джейсон не придёт вас спасать. Вас и не нужно спасать. Эллисон быстро и определённо качала головой: - Нет, нет. Джейсон спасёт меня. Он защитит меня. Я знаю это. - От чего именно Джейсон должен вас защитить? - От плохих людей. - Каких плохих людей? Откуда это всё идет, Эллисон? - Люди пытались причинить мне вред. - Какие люди? Объясните мне это. Что произошло, пока вы были в лагере с Джейсоном? Расскажите мне подробно, чтобы я мог понять, откуда у вас эта фобия. Эллисон сидела молча несколько минут, собираясь с мыслями и вспоминая короткое время, проведённое в лагере “Хрустальное озеро”. Она нахмурила брови и задумалась. Ещё несколько минут прошли в полной тишине. - Эллисон? – тихо обратился к ней Парсон. - Я ехала домой... – еле слышно сказала она. - Эллисон? – повторил он, побуждая её говорить громче. - Я ехала домой из Седар Гроува, где получила завещание деда. Начался дождь... Я... я помню, что у меня было открыто окно, но я не закрыла его вовремя... На газовую педаль попала вода, и моя нога соскользнула. Я... помню, как моя нога случайно нажала на тормоза. Мою машину стало заносить, и она врезалась в бордюр. Машина скатилась по горке и разбилась. Мне удалось выбраться без сильных повреждений... но вскоре за мной стал гнаться волк. Я смогла спрятаться от него. Тогда я отправилась к озеру... где я и встретила его. - Вы встретили Джейсона, как я предполагаю? - Да. - И что произошло потом, когда вы пришли к озеру? – спросил Парсон, записывая её объяснение. Эллисон откашлялась и стала говорить громче: - Я почувствовала, что у меня за спиной кто-то стоит, поэтому повернулась и увидела его. Я испугалась... На самом деле, мне кажется, что перед тем, как прийти к озеру, я смастерила деревянное копьё. Я ударила им его в грудь и бросилась бежать. Я побежала в то же место, где пряталась от волка, и мне удалось спрятаться и от него тоже. Затем я вспомнила, что у меня в машине был пистолет. Я ринулась к машине и нашла свой пистолет. Как только я его взяла, появился Джейсон. Я стала стрелять в него. Одна, две, три, четыре, пять, шесть, семь пуль. Но он вернулся. Он вытянул меня из машины и взвалил себе на спину, а я била его кулаками по спине, требуя отпустить. - И он отпустил вас? - Нет... – Эллисон опустила голову, вспоминая, что произошло дальше. – По-после этого... он зашёл в один из домиков... и он... он... – Она прервала рассказ, её голос сипеть, и по щеке скатилась слеза. Парсон велел ей продолжать: - Эллисон, пожалуйста, продолжайте. Это необходимо, чтобы я вас понял. В противном случае я не смогу вам помочь... Эллисон всхлипнула и убрала пряди волос с лица. - Он бросил меня на пол... Я умоляла оставить меня в покое. Я отталкивала его от себя, и он за считанные секунды сломал мне руки... И тогда он оставил меня там. - Он вас просто так взял и оставил? Но это же ужасно, не так ли? Если Джейсон так с вами поступил, то с чего бы ему вас защищать, Эллисон? - Я ещё не закончила, козёл! – проворчала Эллисон. Парсон поднял руки в оборонительной манере: - Ладно, моя ошибка. Продолжайте. - Вскоре после этого я поняла, что мне нужно в туалет. Я вышла из домика и нашла туалеты. С большим трудом, но мне всё же удалось сделать дело. Сразу после того, как я закончила, я увидела, что Джейсон ждал меня снаружи. В гневе он тут же схватил меня и унёс прочь от туалетов. Я снова собиралась бить его по спине, как вдруг кое-что осознала. - И что же? - Ну, в то время это была просто теория. Я думала, что он сломал мне руки только потому, что я отталкивала его и била по спине. Я попросила его поставить меня на землю, и после нескольких попыток он наконец сделал это. Тогда я спросила, являлось ли то, что я била его, причиной тому, что он сломал мне руки. Он сказал, что да. Ну, не в буквальном смысле. Он просто кивнул. Я спросила о своей ситуации и действительно ли он держал меня в плену. Ответ, очевидно, был “да”, так как он снова кивнул. Тогда я осмелилась снова заговорить. Я хотела знать, мог ли он каким-нибудь образом разговаривать со мной, так как я предполагала, что больше говорить будет не с кем... Поэтому почему бы не говорить друг с другом? Так как он только кивал или качал головой, многое было непонятно. - И он нашёл способ “разговаривать”? – спросил Парсон. - На самом деле, нашёл. Он опустился на землю и стал писать на песке у озера. - Писать? Интересно... – Парсон быстро записал это на бумаге. – И что он писал? - Дайте мне вашу дощечку. Я помню точно, что он писал. Парсон медленно встал со стула и подошёл к кровати Эллисон. Он подал ей дощечку, осторожно положив её ей в руки. Эллисон с трудом взяла её, держа в неудобном положении. Он дал ей ручку, которую она также странно держала. Она опустила ручку к бумаге, начав рисовать линии. Её брови нахмурились, лицо напряглось от боли. Через несколько минут она закончила писать, убрав ручку от бумаги. Затем она отдала дощечку Парсону, и он тихо прочитал: “Я не против. Давно я ни с кем ни говорил” Парсон пометил эту надпись звездочкой: - Именно так он и написал? Его грамматика ужасна. - Да. Именно так он и написал. Я тоже заметила, что его грамматика хромает. Я предложила ему помочь научиться писать правильно, если он хочет. Он кивнул в знак согласия. Тогда я спросила – ходил ли он когда-нибудь в школу, на что он ответил отрицательно. Он сказал мне, что его мать говорила, что школы злые и плохие... и что делает всех людей плохими. Я спросила, считает ли он меня плохим человеком, и он написал на песке, что он так не думает, так как я была добра к нему. - Интересно. Очень... интересно... - До того, как я начала учить его грамматике, он вдруг стал нервничать. Кажется, он что-то услышал в лесу, так как отнёс меня обратно в домик. Он велел мне вести себя тихо, приставив палец ко рту, а затем исчез в лесу. Я к этому времени уже была весьма усталая, поэтому прилегла на кровать и задремала. Может быть, через час или два я проснулась от каких-то звуков на улице. Это были два офицера полиции. Я не знаю, правда, из какого они графства. Они искали Джейсона... По-моему, их звали... Шериф Роланд и офицер Билли, чью фамилию я не запомнила. Они зашли в домик, и я совершенно отчётливо слышала их разговор. Кажется, что Роланд жаждал отомстить Джейсону... Он что-то говорил о своей племяннице и что Джейсон, может быть, насиловал своих жертв женского пола... - Стойте! – внезапно скомандовал Парсон. Эллисон замолчала, глядя на него вопросительным взглядом. - Эллисон... Я хочу задать вам очень серьёзный и личный вопрос... Он вас изнасиловал? Глаза Эллисон сузились до щёлочек, и она рассерженно крикнула: - Нет! Джейсон никогда бы не смог... Он не насильник! – Затем она добавила со свирепым взглядом: - Но я знаю, кто мог бы это сделать. - И кто же? - Роланд. После того, как он сказал, что Джейсон, возможно, насилует своих жертв, он нахально добавил, что Джейсон, может быть, не будет против, если он побалуется с его жертвами. Я чувствовала, как Роланд подходит всё ближе и ближе к кровати, под которой я скрылась прямо перед тем, как они зашли в домик. Я просто остолбенела. Мне пришлось закрыть рот руками, чтобы не закричать. Его рука стала поднимать одеяло, но он вдруг остановился, когда по лагерю разнёсся какой-то шум. Они оба ушли, думая, что это Джейсон. - Ну это же ужасно, верно, Эллисон? Слава богу, что с вами всё с порядке. - Я бы не была в порядке, если бы не Джейсон... - Простите? - Он защитил меня... Не уверена, знал ли он, что они собирались меня изнасиловать. Он, наверное, просто пытался привлечь их внимание. Но я знаю, что если бы Джейсон не отвлёк их... - Откуда вам известно, что это сделал Джейсон? - Он сам сказал. Ну, не буквально. После этого я услышала крики, а затем в домике послышались шаги. Я испугалась, особенно когда чья-то рука вытянула меня из под кровати. Я пиналась и кричала, пытаясь высвободиться. Меня развернули, и я поняла, что это всего лишь Джейсон. Я стала плакать от неподдельного страха и облегчения. Я рассказала ему о том, что произошло, а потом спросила, был ли он источником шума, на что он ответил кивком. И тогда он сделал просто прекрасную вещь... Я даже представить себе не могла, что он способен на нечто такое... – Она замолкла, и на её лице появилась улыбка. - И что это было? Эллисон продолжала улыбаться, когда снова заговорила: - Он держал меня в объятиях... Он сел на пол в домике... и прижал меня к груди, пытаясь успокоить... Парсон чуть было не подавился собственной слюной: - Простите, мы ведь всё ещё говорим о Джейсоне Вурхизе, верно? - Уверяю вас, доктор, я всё ещё говорю о Джейсоне. Глаза Парсона чуть было не вылезли из орбит. Он стал неистово записывать что-то, качая головой в недоверии. Затем он пробормотал: - О господи, это поразительно... Настоящее золото! Я стану богатым! - Доктор, если вы снова посвятите своё внимание мне и перестанете фантазировать о своей финансовой прибыли, то у меня есть ещё кое-какая информация для вас. - Ох, да, да! Прошу вас, продолжайте! - Как только мы сели на пол, я где-то с минуту боролась с его хваткой. Мне сначала было неудобно прижиматься к груди серийного убийцы. Мне было любопытно, как он узнал, что они были в лагере, и набралось ещё больше вопросов. Самым творческим способом он проинформировал меня, что его слух сильнее, чем нюх. Я поблагодарила его за то, что он спас меня. Когда я снова взглянула на него, он уже заснул. Будучи не в силах противиться сну, я тоже заснула, всё ещё находясь в его руках. Теперь вы, наверное, думаете, что с этого момента мы сблизились, но вы ошибаетесь. - И почему же? - На следующее утро, я бы сказала – пополудни, так как солнце было посередине неба, я проснулась. Мое лицо всё ещё было у его груди, а его руки всё ещё держали меня. Взглянув наверх, перед моим лицом оказалась маска Джейсона. Я закричала, вскочив в его руках, и тем самым разбудив его. Без всякого предупреждения он взял меня и положил на кровать. Ко мне вернулся страх от прошлого дня, и я снова пиналась и кричала. Я призналась, что мне было страшно, что он собирается... ну, вы понимаете. Я едва не получила травму. Джейсон сразу же обиделся и в ярости покинул домик. Вскоре, после его ухода, у меня жутко стали болеть руки. И я поняла очень странную вещь. Когда его не было рядом, руки болели, а когда он рядом, то не болели. - Это и правда странно. - Тут я вспомнила, что у меня в машине был аспирин. Я побежала за ним, надеясь вернуться в домик до того, как это заметит Джейсон. Я прибежала к машине и быстро нашла бутылочку с лекарством. Взяв пару таблеток, я положила лекарство в карман. Как только я выбралась из машины, меня тут же шарахнули об неё. Передо мной стоял Джейсон, ещё более рассерженный, чем раньше. Он стал душить меня. Я теряла сознание, мой взгляд стал затуманиваться. Я почувствовала, как из моего кармана выскользнула бутылочка с лекарством и упала на землю. Потом я почувствовала, что Джейсон нагнулся и поднял её. Следующее, что мы осознали, это то, что мы упали на землю. Позже я поняла, что мне на помощь пришёл Патрик, мой брат. Он ударил Джейсона по голове, а я потеряла сознание от нехватки воздуха. И вот теперь я здесь. Парсон закончил делать записи и сложил руки. Он молча смотрел на Эллисон. Затем он встал и направился к двери. - Это очень травматическая история, Эллисон. На сегодня всё. Я очень ценю то, что вы поделились этим со мной, и с минуты на минуту к вам придут медсёстры. Парсон открыл дверь, впустив в палату медсестёр. Они стали ухаживать за её руками и другими незначительными повреждениями. Затем они покормили Эллисон и дали несколько таблеток, которые, по их словам, помогут ей спать спокойнее. Эллисон запила их водой и вскоре погрузилась в сон. *** В тёмной камере под полицейской станцией Седар Гроув, месте, о котором знали немногие, Джейсон Вурхиз зловеще скрежетал цепями, которыми был прикован к стене. Он издавал почти неслышимый звук от раздражения, напряжённо пытаясь высвободиться от сковывающих его предметов. Эти мерзкие офицеры полиции посмели запереть его в этой металлической тюрьме. Они использовали множество различных металлических цепей и других оков, чтобы содержать его здесь. Но они заплатят за это, о да, они дорого заплатят. И скоро, очень скоро. Джейсон... прошу... помоги мне... Снова этот голос! Эти слова... они призывали его... умоляли его помочь ей. - Эллисон... – его замогильный голос произносил её имя. Чувство её имени проносилось через него, когда он двигал языком, чтобы произнести имя... Он должен добраться до неё. За двадцать пять лет он никогда не говорил с тех пор, как утонул. Но теперь появилась она, изменив всё. Одно слово или нет, но он произнёс её имя. Почему он был так... заинтересован в ней? Пожалуйста, Джейсон, защити меня... Джейсон не был уверен, но он это узнает. С чудовищным рыком Джейсон дёрнулся со всей своей силой, чтобы освободиться от цепей, приковывающих его к стене. Стена сама обрушилась, упав у его ног. Он сбросил с себя несколько цепей. Поиски мачете его не волновали, он знал, что они его где-то спрятали. Джейсон протаранил дверь камеры своим телом, в результате чего она заскрипела и согнулась пополам. Он сорвал её с петель, отчего сработала пронзительная сигнализация. Коридор стал озаряться красным светом, когда раздались сирены. Джейсон услышал крики, доносящиеся с конца коридора. Он слегка ухмыльнулся под маской. О да, они поплатятся. *** - Как самочувствие сегодня, сестрёнка? Эллисон улыбнулась Патрику: - Более, чем нормально. Руки уже так не болят, как раньше. - Я слышал, что ты много разговаривала с доктором... Что ты ему сказала? - Да всё, что произошло. – Тут она нахмурилась. – А ты знал, что этот ублюдок пытается заработать на нашей семье? Он планирует опубликовать все документации об этом. Глаза Патрика потемнели: - Что? Ты это серьёзно? Вот сукин сын! Я знал, что в нём есть что-то подозрительное. Бьюсь об заклад, что именно поэтому он расспрашивал меня о моей психической истории. - Хочешь знать кое-что? - Что именно? Эллисон хитро улыбнулась: - Все эти крики ночью и призыв имени Джейсона, всё это было наигранно. Если этот урод хочет заработать на мне, то я ему устрою настоящий ад. Я – одна из его самых трудных пациентов, - она со смешком подмигнула. Патрик захихикал: - Ну ты и садистка, Эллисон. - Спасибо, но я та, кто заправляет семьёй, ты же знаешь. - Но мы должны будем предъявить ему иск за фальсификацию и публикацию лжи. - Ай, пусть он делает, что хочет. Я чую, что доктор Парсон получит по заслугам так или иначе. - Почему ты так говоришь? - Это такая маленькая вещь, называемая кармой. А карма – настоящая стерва. Патрик собирался это прокомментировать, как вдруг по коридорам больницы разнёсся пронзительный крик. Потом послышались ещё крики и сработала сигнализация. Звуки становились всё громче и приближались. Эллисон вцепилась в одеяло. Патрик встал и взглянул в окошко в двери, но тут же отпрянул от неё в шоке: - Эллисон... кажется, твой друг здесь... - О ком ты, чёрт возьми, говоришь, Патрик? Дверь с грохотом распахнулась, и Патрик отлетел к противоположной стене. Эллисон закричала, глядя на брата. Но она вздохнула с облегчением, увидев, что его грудь медленно поднималась и опускалась. Затем она перевела взгляд на дверь и увидела его. Он был залит кровью многих людей. Его одежда была порвана и потрёпана. На нём было множество разных цепей. И он сам имел кровоточащие раны. Стоя в проходе, возвышаясь в своих шести с лишним футах ростом, он смотрел прямо на неё. - Джейсон...