Боль или желание?

- Вижу, ты снова куда-то собралась? – сказала я. Она до сих пор смотрела на меня. - Эм, да. Собираюсь пойти развлечься с друзьями. – Волнение в голосе угасло, когда она отвечала. Думаю, что каждый раз при виде меня она вспоминает ту ночь. Какое это имело значение? Он заслужил смерти, и я не понимаю, как она могла любить такого человека. - А почему ты так одета? - Как? - Ты носишь очень открытую одежду, хотя на дворе ноябрь, а также килограммы косметики на лице. Ты выглядишь, как... - Как кто именно? – она была рассержена. - Ты похожа на проститутку, мама. Она шлёпнула сумку об стол и схватила меня за руку. - Тебе же будет лучше, Николь, если ты извинишься перед матерью, - сказала она, сжимая мою руку, отчего я почувствовала лёгкую боль. Несколько слёз скатились по моим щекам, когда выкручивала мне руку. Я не могла этого принять. Эта была вся правда, которая нужна мне. - Я не собираюсь проявлять к тебе сочувствие! – заявила она и толкнула меня. Я несильно ударилась об стену. Мать была слабее отца, поэтому мне не было так больно. - Ах ты, мерзкая тварь! Как ты смеешь называть меня шлюхой и не извиняться?! - А что ты за мать такая, которая велит незнакомцу трахнуть собственную дочь?! Она взглянула на меня, на минуту пребывая в шоке. Да, сука, я знаю, что ты сделала, - думала я. Затем она рассмеялась мне в лицо. - Это он тебе сказал? Он в ту ночь был настолько пьяным, что это была его идея. Твоя мать говорила мне о тебе. Очень хорошие вещи рассказывала. Слова этого негодяя крутились в моей голове. Они оба были пьяны, и она даже не пыталась его остановить. Она так или иначе в этом участвовала. - Нет, не он сказал мне это, - ответила я. Она перестала смеяться и взглянула на меня. Хоть она и была рассержена, но в то же время она также была в шоке. - А кто тогда сказал тебе? - Ты правда хочешь это знать? – усмехнулась я. Она уже знает, что я призвала Пинхэда. Думаю, у неё хватило ума догадаться. Или пиво уже уничтожило её мозговые клетки? - Почему ты так со мной поступаешь, Николь? Я ведь родила тебя, дала всё необходимое для жизни. Я даже помогла избавиться от трупа отца, чтобы ты была рядом. Чего ты ещё от меня хочешь? - Ты думала, что всё делала правильно, но это не так. Ты могла сообщить в полицию насчёт отца, но ты решила сидеть и хлестать пиво. После смерти отца ты не бросила эту вредную привычку, и всё стало ещё хуже. Тебе вообще не следует называть себя матерью! - Я делала всё, пока ты ходила в школу и сидела в своей комнате. Ты не лучше меня. Ты замкнулась в себе, как всегда, пока я, по крайней мере, обследовала город. Да, обследовала, что находится в штанах у каждого мужика, - с презрением думала я. Это уже было слишком. Она считает себя хорошей, пока я прохожу через испытания жизни, зная, что она из себя представляет. - Я знаю, что ты думаешь, мама. Ты считаешь, что я призвала этих людей, чтобы убить отца, не так ли? - Именно это ты и сделала. Признайся уже! - Это был единственный способ остаться в живых. Если бы я не сделала, что мне было велено, у тебя бы сейчас не было дочери. Но сдаётся мне, ты предпочитаешь, чтобы у тебя её не было. - Я тебе не верю! Ты сделала это намеренно! - Я спасла твою жизнь, чёрт возьми! Она застыла на секунду, вспоминая тот день, и как я умоляла Пинхэда, чтобы он остановил Болтуна. По-видимому, она не думает благодарить меня за это. Если она так ко мне относится, то не помнит, что я желала смерти отца, а не её. - Ладно. Я ухожу. Мне всё равно, чем ты будешь заниматься в моё отсутствие, но когда вернусь, то хочу слышать от тебя извинения. - Иди к чёрту! - Что? Что ты сказала? Я смотрела на неё с таким же гневом, как и Пинхэд. - Я сказала – отправляйся К ЧЁРТУ, сука! – заорала я. Что-то лопнуло в ней, и она влепила мне пощёчину. Удар был таким сильным, что я упала спиной на пол за порогом кухни. Затем она пнула меня в бок и плюнула на меня. - Грязная, мерзкая тварь. Мне не следовало рожать такое поганое дитя. – Я слышала звук её высоких каблуков, когда направлялась к двери. Шлепок был настолько болезненным, что мне пришлось закрыть глаза. По моему лицу катилась слеза, и я была рада, что она этого не видела. Я не ожидала, что она настолько ненавидит меня, что даже жалеет, что родила меня. Это давит на нервы каждого ребёнка, который слышит такое от своих родителей. - Не жди меня дома в полночь или позже, - это было всё, что она сказала перед уходом. Я медленно встала и поплелась к себе в комнату. Сев посреди комнаты, я заплакала, пока не поняла две вещи. Во-первых, в комнате стало очень холодно, а во-вторых, вокруг меня послышался смех. Открыв глаза, я увидела, что меня окружили сенобиты. Все, кроме Пинхэда. Они радостно смотрели на меня, пока слёзы продолжали катиться по моему лицу. Я больше не могла вынести этот ад на земле. - Пожалуйста! Прошу вас, убейте меня! Я больше не хочу жить! – умоляла я. Женщина перестала смеяться и с улыбкой сказала: - Ты всё ещё не понимаешь? Так было запланировано с самого начала. Мы не убьём тебя. Пока мы продолжаем мучить людей, тем больше ты испытываешь духовную боль. - Значит... вы хотите сказать, что я всё время была частью этой игры? – они всё ещё смеялись, и я наконец закричала в агонии. Я легла на пол и плакала, пока они продолжали смеяться. - Довольно, - надо мной раздался голос Пинхэда. Остальные отошли, когда он приблизился ко мне. Я села, но не смотрела на него, так как боялась, что он сделает что-нибудь похуже, чем другие. Мне было всё равно, через какие пытки они заставят меня пройти или какую боль заставят терпеть. Я просто не хотела больше жить. Но если это то, что они собирались делать, то это уже была достаточная пытка. - Николь, - сказал он, дотрагиваясь до моего лица, где мать шлепнула меня, и погладил его. Это было по-своему успокаивающе, но всё ещё немного больно. Я посмотрела в его холодные чёрные глаза, которые до сих пор не выражали никаких эмоций. - Твоя миссия завершена. Теперь ты свободна. Тебе больше не нужно быть рядом с нами или помогать нам. Если ты будешь это делать, то к тебе будут относиться как и ко всем остальным. Возьми Конфигурацию Плача и сложи её так, какой она была, когда ты нашла её. После этого отдай её кому-нибудь другому, чтобы наш цикл мог продолжаться. Забудь нас, поняла? Я кивнула, и он отпустил меня. Моя комната снова стала обычной, и я встала, утирая слёзы. Теперь моя жизнь стала омерзительной. До этого у меня была миссия, и причиной похода в школу была помощь Пинхэду и остальным в их мучительной игре. Теперь, когда я ему не нужна, мне больше нечего делать в этой жизни. Похоже, что теперь я не принесу никакой пользы Пинхэду, - думала я. Осталось только одно, что я теперь хотела сделать. Если я правильно помню, таблетки до сих пор находятся на месте, и в холодильнике имеется достаточное количество пива. А таблетки и алкоголь – опасная смесь. Однако, когда я спустилась на первый этаж, то, что увидела, снова напугало меня до смерти. В гостиной на диване сидел Пинхэд и пристально смотрел на лестницу, как будто ожидая чего-то. Или он ждал меня?