Психоз

Комната вновь была пуста, только мужчина на пороге. И картины. Теперь они не были пустыми: теперь там, внутри них, гордо вскинув морды с ощеренными клыками, восседали на тронах лорды тех миров. Леонард ненавидел их, желал сжечь, убить, растоптать, но почему-то знал - не думал, не предполагал, ЗНАЛ - что пока его сын там, он ничего не сможет сделать. Тогда его сын останется там. Поняв, что с картинами он ничего не сможет сделать, Лео рванул вниз. Слетел по ступенькам к двери, оттуда - в сад, к машине и помчался в здание администрации. Он желал выяснить всё. Только просчитался. Не тот ему нужен был. Не тот... Старик, продавший ему дом, был в кабинете. Лео проигнорировал крики секретарши о том, что он занят, что к нему нельзя. Мужчина залетел в кабинет и замер. Старик сидел в кресле с высокой спинкой, повернутом к большой плазме на противоположной стене. Только локоть на ручке было видно. - Да-да, я Вас слушаю, - сказал он слащавым голосом. - Что не так с этими дьявольскими картинами? - с места в карьер начал Лео. Ему казалось, что он говорил жестко, но больше был похож на котенка, которого отчитывают хозяева за мокрые тапки. - А что не так с этими дьявольскими картинами? - заволновался старик, вроде даже повернуться хотел, но передумал. - Они, как бы, живые, - констатировал Лео, опять же ему казалось, саркастически. Он тут же себя одернул - не в том положении. - Живые? ЖИВЫЕ?! - старик чуть не смеялся над ним, - Нет, парень. Они не живые. Впрочем, я не очень хороший рассказчик. Но знаю одного. Вам следует обратиться в клинику, - он напустил в голос ещё больше слащавости. - В какую кли... Лео шагнул к нему, но голос, теперь звучащий резко, будто толкнул его в грудь. Мужчина застыл. - Стоять! - без той напускной слащавости, голос звучал сухо и колюче. Будто горло чем-то забито, - Обратишься в местную психушку. Спросишь Уолтера Флинта, скажешь, что по поводу дома. Лео пытался его разговорить: какой Флинт? Зачем? Почему в психушке - он что, доктор? Или больной? Но старик не говорил и не двигался больше. Только хрипло дышал. Лео бросил бесполезное дело и направился по нужному адресу. Уолтера Флинта он не увидел. Но когда упомянул о нём, женщина - доктор - перестала говорить. Смотрела только так, исподлобья, как все жители. Но тем не менее, отвела Леонарда в блок с запирающимися камерами с мягкими стенами. Так же презрительно молча, открыла камеру с окошком, закрашенным краской изнутри. Мужчина вошел. Но дверь она, надо отметить, не закрывала. В палате было тихо. Звуки прорывались через дверной проём из коридора, но внутри они слышались приглушенно. Лео слышал голос женщины, что привела его сюда, как она говорит с кем-то из пациентов, убеждает его в чем-то. Наверняка, он какой-нибудь буйный - так она с ним говорит. Человек в этой палате не был буйным. Он, наоборот, был очень спокойным. На первый взгляд. Мужчина - на вид ему было лет сорок - сидел в углу спиной ко входу и что-то рисовал на стене. Тут все стены изрисованы. Лео шагнул к нему, и тот обернулся. В глазах блеснул сумасшедший огонёк, но не развился. - Уолтер? - наугад спросил Лео. - Нет, я Нил. Нил Сайенс, - ответил мужчина поднимаясь и протягивая руку, запачканную краской, - Присаживайтесь! У меня так давно не было гостей... Лео, отметив, что его, наверное, не туда привели, пошёл к выходу. Он поднял взгляд чуть выше лица больного и увидел страшную морду чудовища, укравшего Мартина. Теперь в каждом пятне краски на стене угадывался силуэт оскаленной пасти. - Прошу! - указал на заляпанную кушетку Сайенс. - Я постою, - не сводя взгляд со стен ответил Лео. - Вы так напугано смотрите на Некро... - Он украл моего сына, а я... - Сына? - заинтересовался Сайенс. - Да, Мартина. Я... - МАРТИНА? - закричал Сайенс, - МАРТИН - ТВОЙ СЫН? Лео попятился к двери, пытаясь успокоить больного, но тот всё кричал и кричал, всё громче... - ЕГО СЫН МАРТИН! НЕКРОСОП ЗАБРАЛ МАРТИНА! ТЕПЕРЬ КОРИ КОНЕЦ! КОРИ УБИЛ МАРТИНА!!! Лео скользнул в дверной проём, и тут же туда залетели двое санитаров. Связали беснующегося Сайенса и вкололи ему что-то успокоительное. Ещё один подцепил Леонарда и потащил его к выходу. За дверью уже врач велела убираться и не появляться тут больше. Переваривая случившееся, мужчина добрался до дома и вошел в темный коридор. На мгновение ему показалось, что тут снова висят картины, а на полу вновь лежит красивый и мягкий ковер с прожженным пятном. - Папа!!!