Яломиште

Вечерняя темнота мягко окутывала горы, лес, долину; река мирно несла свои воды по темнеющей все более и более земле; запели ночные птицы; становилось холоднее. Первый звездочки, проглядывавшие на небе, тускло освещали дома, деревья и фигуры сельчан, прогуливавшихся в темноте. В большом доме на окраине деревни погасили свет, а следом погасла и тускло мерцающая свечка на старом сеновале над сараем. Тихонько скрипнула крышка люка, затрещали ступеньки обветшалой лестницы. - Постой! - Что? - Ты один пойдешь? А если… - А если хозяева сюда придут? - С чего это? - А вот… Захотят. Или другой кто… - Так что? - Ты скажешь что-нибудь… Почему меня нет. Вулпе замер на мгновение, удерживая брата за плечо. По его лицу блуждала тень сомнения, и сомнение это никак не могло разрешиться. - Ну, хорошо, - согласился, наконец, Вулпе, - Только не приведи их сюда… Путай следы. - Конечно, брат, - выдохнул Плеймн, - А ты смотри, чтобы никто не узнал… - Хорошо, - кивнул Вулпе, - Все, ступай. Уже достаточно темно. Плеймн кивнул головой и проворно спрыгнул вниз, так и не воспользовавшись лестницей. Юноша что-то прошептал, накидывая на плечи лисью шкурку, и вдруг, вместо человека на плесневелом деревянном настиле оказалась стоять небольшая огненно-рыжая лисица. Зверек осторожно повел ушами, вслушиваясь в каждый шорох, потом поднял морду, взглянул на чернеющийся вверху проем, ведущий на чердак и, сверкнув песочно-карими глазами, отливающими зеленью в темноте, мелкой трусцой бросился прочь, в лес. Подождав, пока лисица скроется в темноте, Вулпе закрыл дверцу люка и, несколько раз измерив чердак шагами, присел у широкой щели между досками, принимаясь глядеть на двор. Вдруг юноша заметил какое-то движение у калитки. Приглядевшись, он заметил, как какая-то фигура скользнула под забором и бросилась прочь по улице. Вулпе подскочил было, желая броситься вдогонку за незнакомцем, но потом передумал и присел обратно на свое место, вед ночной гость мог приходить к хозяевам… Хотя юноша прекрасно знал, что это не так. Ближе к утру полил мелкий дождик. Все небо оказалось затянуто тяжелыми, серыми громадами уродливых туч. Слышались отдаленные раскаты грома; ярко-фиолетовые вспышки молний изредка нарушали темноту вместо ожидаемых всеми лучей солнца. Гроза свирепствовала несколько часов, порывистый ветер пригибал деревья к самой земле, вырывал кустарники и травы, перетаскивая их с места на место. Недалеко в горах бушевала река, яростно выбрасывая на берега свинцово-серые капли воды. Вулпе взволнованно расхаживал туда-сюда по чердаку, изредка выглядывая в щели между досками, через которые на сеновал хлестал косой дождь. Вода лила на землю неровными потоками, не давая разглядеть даже силуэтов близких домов. Далеко в лесу, в чаще, куда не всегда осмелился бы забраться даже дикий зверь, прищурившись и поджав уши, чтобы хоть сколько-то защититься от падающей с небес воды, огненно-рыжая лисица шла по следу огромных когтистых лап волка. Принюхиваясь и настороженно оглядываясь, она припадала брюхом к самой земле, ползла, пачкая чистые, белые лапки в грязи, только чтобы не быть замеченной. Вдруг лисица замерла, сморщив нос и поджав пушистый хвост. Вдруг дробь, отстукиваемая дождевыми каплями, барабанящими по листве и земле, нарушилась сдавленным рычанием и тяжелым вздохом, за которым последовал тихий стон. Лисица подняла голову, вглядываясь в предрассветную темноту. На небольшой поляне, открывшейся перед настороженным зверьком, сидел на коленях человек. Все его тело сотрясалось от крупной дрожи, а по сырым обнаженным плечам вместе с потоками воды стекала ярко-алая кровь. Забыв осторожность, огненная лисица пригнулась к самой земле и тихонько зашипела. Вдруг на её месте возникла рослая фигура рыжеволосого юноши. Оглядевшись по сторонам, он спешно выбрался из своей засады и широкими шагами прошел к человеку, сидящему посреди поляны. - Я пришел, чтобы помочь вам… - прошептал юноша, присаживаясь на землю рядом с незнакомцем. Человек испуганно обернулся. Его глаза, покрасневшие от наполнившей их крови, смотрели вперед, но, казалось, не видели ничего. Зрачки судорожно увеличивались и уменьшались по мере попыток человека что-то разглядеть. Вдруг незнакомец вскочил с места и бросился на юношу, схватив его руками за шею. - Я пришел помочь! – воскликнул юноша, отталкивая незнакомца и делая глубокий вдох. - Если так… - хриплым голосом ответил незнакомец, - Бегите – мне уже ничто не поможет. Сказав это, он указал на окровавленный отпечаток зубов на шее. Юноша на секунду отшатнулся в сторону, но потом привстал с земли и подал руку незнакомцу. - Заклинание ещё можно обратить, - сказал он, сверкнув глазами, - нужна кровь того, кто это сделал… Где он? - Он?.. – усмехнулся мужчина, вдруг зрачки его расширились, а взгляд замер на чем-то за спиной юноши. Коснувшись рукой оберегов, подвешенных на поясе, юноша ловко отыскал среди них рукоятку короткого кинжала. Серебро тихонько звякнуло. Вдруг позади послышался протяжное, тяжелое рычание. Мужчина, закрывая глаза ладонями, отшатнулся в сторону, а юноша резко обернулся и тут же оказался сбит с ног огромным серым зверем, сделавшим отчаянный прыжок из бурелома. Уродливый волк с полусгнившей шерстью и кусками тухлого мяса, болтавшегося с боков, медленно отошел от своей жертвы, выронившей кинжал и лежащей на земле, раскинув руки в стороны. Пятясь в сторону боком и, нервно огрызаясь, существо скалило зубастую пасть, от которой несло гнилью и плесенью. Вдруг волк задрожал, прижимаясь брюхом к самой земле, и вдруг на его месте возник человек. Женщина, закутанная в волчью шкуру. На её бледном лице, покрытом каплями пота и дождя, выделялись синие, впалые круги под глазами, а у губ тянулись полоски крови. Скрюченные руки с длинными, грязными ногтями, из которых несколько было сломано, и сейчас больше напоминали волчьи лапы. Женщина судорожно улыбнулась, расправляя одной рукой на плечах волчью шкуру и медленно приблизилась к лежащему на земле юноше, принюхиваясь. - Ты… ты… Я раньше такого не видела… - шептало существо хриплым, грудным голосом, - Кто ты, что ты? Пятясь боком, будто бы боясь подойти слишком близко, существо косилось на медленно поднимавшегося с земли юношу. Он неосторожно дернул рукой, отчего существо угрожающе зарычало и схватилось руками за шкуру, висящую на худощавых плечах. - Кто ты?! – нервно выплюнула женщина, оскалив по-волчьи зубы. - Яломиште, - прошептал юноша, прищуриваясь и хитро улыбаясь, и сжал крепче в руке серебряный кинжал. - Яломиште? – прошептала женщина, вытянув голову вперед и вниз, - Я не слышала о таком… Имя? - Плеймн, - сказал юноша, - Яломиште. Она медленно двинулась в обход приготовившегося к сражению, морща нос, будто принюхивалась. - Я чувствую древнюю магию… - прошептала она. - А я чувствую смрад, ведьма, - ответил юноша, бросаясь на неё с кинжалом. Ведьма резко дернула за шкуру, натянув её на голову. Тут же явившийся вместо неё волк смело бросился на юношу, теряя на лету клочки полусгнившей шерсти. Юноша неосторожно махнул рукой, и волк, лязгнув зубами в воздухе, тут же вонзил их в свежее мясо. Из раны хлынула кровь, но юноша этого будто не замечал. Дернув руку на себя, он приблизил морду волка и, удерживая зверя висящим в воздухе на вытянутой руке, вонзил в его брюхо кинжал по самую рукоятку. Волк взвизгнул, но не разжал челюсть, только крепче сдавил свою мертвую хватку. Пошатнувшись назад, юноша вдруг натолкнулся на дерево. Острая боль пронизывала руку, растекаясь от неё черными ниточками по всему телу. Судорожно поморщившись, он отступил на шаг и, резко развернувшись, ударил волка о шершавую, сырую кору. Послышался хруст костей. Зверь на мгновение ослаб и потерял бдительность, и этого мгновения хватило юноше, чтобы резким движением вырвать кровоточащую руку из пасти хищника. Пошатнувшись, Плеймн отступил на несколько шагов назад. - Ты силен… - прохрипела ведьма, скидывая волчью шкуру, - Но ты уже проклят моим укусом, теперь тебя ничто не спасет. Она начала что-то быстро шептать и смотрела на юношу налитыми кровью, светло-голубыми глазами. Плеймн поймал этот взгляд и улыбнулся. - Как? Почему?! – воскликнула вдруг женщина, медленно отступая назад и судорожно оглядываясь, - Ты должен был… Что за колдовство?! Быстро шагнув вперед, юноша отшвырнул ведьму к дереву и вонзил кинжал ей в грудь. Её уродливое, волчье лицо исказилось в беззвучном предсмертном крике ужаса. Она впилась острыми когтями в грудь своего убийцы, соскребая куски свежей кожи, а он, поморщившись, вырвал сердце из её груди и растоптал, бросив в грязь. - Нас много, тебе не справиться, - шепнула ведьма ему на ухо, и тут же откуда-то из леса раздался громкий волчий вой, - мы придем сегодня в деревню… И тебе не справиться… Вулпе подскочил, как ужаленный, услышав заунывный, протяжный вой, что оглушительно громко разнесся над горами, будто бы призывный звон рога. Поднявшись с кучи сена и отряхнув плечи, юноша порылся в стогу и отыскал свою дорожную котомку. Сунув в неё руку, он судорожно порылся среди вещей и через пару мгновений вытащил на свет угольно-черную лисью шкурку. Схватив её, Вулпе резко раскрыл люк и спрыгнул в него, мягко приземлившись на носки легких ботинок. Перекинув шкурку через плечо, юноша бросился сквозь густой туман, пришедший на смену проливному дождю, к забору. Покинув деревню, он бежал через поле, не помня себя от испуга. Что-то больно кольнуло в сердце, а левая рука онемела. Юноша понимал, что что-то случилось с братом – с рождения они были связаны невидимой нитью, и когда один чувствовал боль, то она передавалась и второму. Упав на землю, Вулпе накинул на плечи лисью шкурку и что-то зашептал. Возникшая на его месте чернобурка несколько мгновений внимательно принюхивалась, отыскивая невидимые следы, оставленные юношей, убежавшем из дома ночью. Отыскав среди сырости и затхлости тонкие нотки знакомого запаха, лисица бросилась в лес, низко прижимаясь к земле на тонких лапках, изредка замирая на месте, прижимая уши и принюхиваясь, чтобы сверить след. Почувствовав кисловатый запах крови, чернобурка бросила всякую осторожность и, более не скрываясь, бросилась во всю прыть по недавнему следу. Долго ещё сновала по лесу угольно-черная лисица, пока не отыскала поляну, залитую алой и черной кровью, а после продиралась сквозь бурелом, пытаясь отыскать своего брата, унесенного в непроходимые чащи неизвестными существами, от которых пахло псиной, гнилью и плесенью. Но за ними тянулся стойкий след крови. Порыскав в зарослях кустарника и среди обломанных ветвей, лисица вдруг припала к земле, и через мгновение на том месте возник, распрямляясь во весь рост высокий черноволосый юноша. Заметив крупные следы пяти или шести волков, прошедших по узкой тропинке друг за другом, юноша решил, что лисицу они учуют быстрее, и, уже не скрываясь, пошел по следу, как охотник, натянув тетиву старого, проверенного временем лука.