In My Veins

Особого желания встречаться с Шенноном не было и я не понимала, зачем это делаю. Мегги была не в состоянии отчитывать меня на эту тему — её голова всё еще гудела после ночи. Я вышла к нему в чём была — шорты, майка-алкоголичка и растянутый кардиган, который отрыла среди старых вещей подруги. Шеннон стоял облокотившись о машину и курил, не спеша выпуская дым из легких. — Привет, — открывает передо мной дверь чёрной «Хонды». Я, немного помявшись, сажусь, не проронив ни слова. Заговорили мы только тогда, когда выехали на незнакомую мне улицу. — Куда мы едем? — спрашиваю его. — Пока не знаю. Мы оба молчали, пока не приехали к какому-то скверу. Он остановил машину. — Прости. Я не хотел, чтобы ты узнала. — Ты не должен передо мной оправдываться, Шеннон, — отвечаю я. — Меня это не касается, — тогда какого черта я позволила посадить себя в машину? — Но я хочу объяснить! — Зачем? — шиплю на него. Он молчал, нервно барабаня пальцами по рулю. — Может, ты мне не безразлична. — Не неси чушь! — бросаю ему и выхожу из машины сильно хлопнув дверью. Что за бред несет этот придурок? Меня тянет убежать вглубь неосвещенного парка, лишь бы подальше от него! — Джейн, стой! — он шел за мной, я слышала как гравий шуршит у него под ногами. — Ты никак не выходишь из головы, блин, как не старайся. — Твои проблемы! — Я серьезно, — он догоняет меня и хватает за запястье. — А как же твоя блондинка? — выпаливаю я. — Так ты бесишься? — улыбается. — Я не бешусь, мне абсолютно наплевать на вас обоих! — вранье, Джейн, вранье! — Мы расстались вчера. Окончательно, ясно? Мне жаль, что ты узнала. — Проблема в том, что для тебя, видимо, нормально такое поведение. И жалеешь ты только о том, что всё выяснилось вот так! Да, черт возьми, Шеннон — это хотя бы твое настоящее имя? — я чувствовала себя обманутой и разозленной несмотря на то, что этот парень ничего мне не обещал, и даже, наверное, не врал. Он не ответил и только рассмеялся. Шеннон взял меня за руку. Он молча смотрит, а я понимаю, что не в состоянии сопротивляться его взгляду. Меня пробивает на дрожь. Всего лишь от того, что я чувствую его руку на своей. Мне не хочется, чтобы он отпускал её, не хочется никуда бежать. Я могу стоять так вечно. При тусклом свете фонарей пытаюсь понять по глазам, что творится в его голове. Ему было неловко от этой ситуации, он виновато смотрел на меня. Я повернулась к нему спиной, но руки моей он не выпустил. — Брось, Джейн, не дури, — он обхватил меня руками сзади, крепко сжав в объятиях и не давая возможности высвободиться. — Отпусти! — голос предательски дрожал от накативших слез и больше походил на писк. — Ну нет, никуда я тебя не отпущу, — Шенн уткнулся мне в шею и почти прошептал это на ухо. На каждый мой рывок навстречу свободе его руки только сильнее сжимали мое тело. Шеннон развернул меня лицом к себе и накрыл мои губы поцелуем, мягким и требовательным одновременно. Внутри будто что-то взрывалось от прикосновения его губ и рук к моему телу, от этого по коже пробежал мороз. Он нравился мне. Так сильно, что я хотела ударить его за это и обнять одновременно! Не помню, чтобы кто-то когда-то вызывал у меня столько эмоций. Во мне сейчас сидит столько злобы и нежности вперемешку с отвращением, что меня вот-вот разорвет на куски. А он что? Он доволен, я сдалась на его милость и плавлюсь в его руках, как дешевая парафиновая свечка с приторным запахом какого-нибудь цитруса. Подумать только, какой-то невоспитанный мужлан без морали и принципов, и я — правильная и умная девочка, слушающая «Нирвану» и папу. Тогда я думала, что умная…