Он не в её вкусе.

      Ослепительно-зелёное поле и яркое солнце радовали, стоящий позади Майколсон, разбирающий клюшки и консультирующийся с помощником, не очень. Настроение его подпортилось ровно тогда, когда Кэролайн в третий раз не смогла ему перечислить виды клюшек и он, скрипя зубами от злости, вновь начинал объяснять и доводить до её сведения, какая из них и в каком случае применима. Бесполезно, хотя азы игры Кэролайн всё-таки усекла.       Главное, забить мячик в лунку.       Остальное лишь нюансы. Довольно-таки сложные для запоминания.       — Итак, мисс Форбс, вы готовы? — она кивает головой, щурясь от солнца и салютуя ему рукой, как рядовой командиру, и Клаус, отворачиваясь, чтобы она не заметила, улыбается тоже. Её энергии может позавидовать любой, а умению болтать... — Скопируйте мою позу, Кэролайн.       Никлаус подаёт клюшку, показывая, как надо её держать и под каким углом вводить мяч в игру, и Кэролайн старательно копирует его движения, слегка нагнувшись и отставив ногу назад. Ей так хочется научиться, хотя бы для того, чтобы не прослыть обманщицей в глазах Элизабет, но снисходительный взгляд босса и его насмешливая ухмылка сбивают с толку, заставляя её раз за разом промахиваться.       Бесит.       Посмотрела бы она на его в первую игру.       — Кэролайн, вы должны расслабиться. Это вам не бодибилдинг, где нужно напрягать каждую мышцу для пущего эффекта. Это гольф.       Она поднимает на него недовольный взгляд, чувствуя, как розовеет лицо от солнца и напряжения, но тут же широко улыбается, замечая за его спиной красивого брюнета. Кокетливо склоняет голову и машет пальчиками на приветствие незнакомого мужчины. А Клаус изгибает бровь, недоумевая над поведением секретарши, пока не догадывается обернуться назад.       Ну конечно, в то время как он пытается вдолбить в её голову хоть какую-то информацию по игре, она успевает кокетничать с высоким брюнетом за его спиной. Отлично.       — Мисс Форбс, я вас не отвлекаю? Нет?       — Что вы, мистер Майколсон, ни в коем разе. Продолжим? Что вы там говорили про бодибилдинг?       — Я говорил про гольф и про то, что вам надо расслабиться, — он едва сдерживает себя, чтобы не развернуться и уйти отсюда, оставив невыносимую Форбс наедине с клюшками. И если бы не вся эта глупая история с Эвансами, видит Бог, он бы так и сделал. Репутация, чёрт бы её побрал. На первом месте.       — Я стараюсь.       — Наклонитесь чуть ниже и немного прогнитесь в спине. Вот так... — он показывает ей наиболее удобную позу, и Кэролайн, поджимая губы от старания, пытается точно также нависнуть над мячиком. Получается не очень. — Мисс Форбс, вы что палку проглотили?       Сплошное наказание.       Наконец, он взрывается, с психом откидывая свою клюшку и быстрыми шагами приближаясь к испуганной от его реакции секретарше. Таким темпами они пробудут здесь до глубокой ночи, а ведь они даже не ввели мяч в игру. Клаус решительно подходит к ней сзади, не обращая внимания на её растерянный вид и тихие слова о его прирождённой наглости. Кладёт одну руку на её спину, а вторую на живот, слегка напирая на неё свои телом и вынуждая принять нужную позу. Также, не давая девушке опомниться, пристраивается сзади и, положив руки на её, обхватившие клюшку, сжимает маленькие кулачки своим широким ладонями.       — Примерно так, Кэролайн, — он делает взмах руками, показывая ей, как нужно сбить мячик, и застывает, отчётливо чувствуя прижатое к нему тело, особенно нижнюю его часть, упирающуюся в его пах. Напряжение прокалывает воздух, и Кэролайн смущённо прочищает горло, ощущая горячее дыхание босса на своём ухе. Слегка поворачивает голову в его сторону и наталкивается взглядом на приоткрытые от частого дыхания губы, а потом и на серые глаза, пристально рассматривающие её лицо и цепляющие каждую деталь: и крупинки пота на линии волос, и длинные ресницы, прокрашенные тушью, и большие голубые глаза, в которых мелькает его отражение.       Так близко...       ...Что становится невыносимо жарко       — Вы поняли, мисс Форбс? — его голос отдаёт хрипотцой, а сердце спотыкается от нахлынувших эмоций. Чёртова женщина, то и дело проверяющая его на прочность. Но он ведь не железный. А она продолжает молчать, не пытаясь выбраться из его объятий или сказать что-нибудь едкое, обличающее недопустимую близость шефа.       Потому что в этих объятиях ей весьма и весьма уютно, а ещё у него приятный парфюм. Очень приятный.       Конечно, потом она спишет эти ощущения на долгое воздержание, ведь Клаус далеко не накаченный брюнет, о котором она грезит ночами, и очень далёк от её идеала. Но сейчас...       Сейчас образ идеального самца померк перед интимностью момента с Клаусом.       — Да, мистер Майколсон, понятно. Спасибо, — шепчет Кэролайн и тут же отворачивается, сосредотачивая всё своё внимание на мячике и разочарованно выдыхая, когда Никлаус разжимает объятия, отходя в сторону и облизывая пересохшие губы.       Стыдно признаться самому себе, но ещё один такой момент и он за себя не ручается. Серьёзно.       Они проводят на поле ещё часа три, в неловком молчании, изредка только разрываемом очередным приказом Клауса по поводу игры, и всё это время Кэролайн пытается не смотреть на начальника. Пытается, но у неё ничего не выходит, и она то и дело бросает на него изучающий взгляд. Высокий, хорошо сложенный, просто пышущий уверенностью и властным достоинством, с лёгкостью справляющийся не только с клюшкой для гольфа, но и с большой компанией. Успешный и несомненно имеющий мозги, правда самоуверенный и порой напыщенный, и даже можно сказать самовлюблённый тиран, признающий лишь своё мнение. Но зато...       — Мисс Форбс, вы уснули? — она стряхивает головой и только сейчас замечает, что просто стоит и пялится на него, в то время как Клаус с понимающей улыбкой начинает собирать клюшки. — Думаю, теперь вы сможете доказать Элизабет, что гольф действительно ваше увлечение. По крайней мере, слово "слайс" не вызовет у вас недоумения... надеюсь.       — Смешно. Очень.       — Не обижайтесь, Кэролайн. Но в следующий раз думайте, что говорите, иначе мне придётся учить вас авиамоделированию, к примеру. — Наконец, напряжение между ними спадает, и Кэролайн позволяет себе рассмеяться, отмечая про себя, что Клаус не лишён чувства юмора. Определённо.       Слишком много плюсов, и девушка, идя рядом с Майколсоном, думает о предстоящей поездке. Это будет сложно, учитывая то, что сегодня она взглянула на него немного с другой стороны. Взглянула на него как на мужчину: красивого и обаятельного. Или это влияние гольфа. Да. Точно, во всём виноват гольф.       И долгое воздержание.       Ни как иначе.       Кажется...