Он не в её вкусе.

      Она чуть ли не задыхается от обиды и ошарашенно, чувствуя себя абсолютно раздавленной, бухается на своё место. Мысленно сжигает на костре ведьму-Синди, пытает раскалёнными прутьями Майколсона и заносит себя в книгу доверчивых простушек, обманутых змеем-искусителем, бабником, а по совместительству боссом, который до этого момента казался ей вполне серьёзным мужчиной.       Да куда уж там, разве Майколсон со своей внешностью и счетами в банке может быть моногамен и верен лишь одной женщине? Да скорее льды Арктики растают, чем этот многоликий сноб остепенится наконец. И нет, конечно она не рассматривала свою кандидатуру в роли его подружки, невесты, жены... с чего бы это? Просто недавнее его заявление насчёт произошедшего ночью дало повод подумать, что это для него значит куда больше чем интрижка по пьяни. Оказывается, нет, иначе пустил бы он свою бывшую к себе на колени?       Урод.       И Кэролайн непроизвольно вздрагивает, когда дверь кабинета открывается, и оттуда выходит улыбающаяся Синди, поправляющая юбку и стирающая с уголков губ размазанную помаду. Ну и гадость. Девушка с победной ухмылкой останавливается у стола секретарши и, одарив притихшую блондинку надменным взглядом, направляется к лифту.       — До встречи, милочка. И ещё, приготовь мистеру Майколсону свежий кофе, этот уже остыл, — Синди скрывается за дверьми лифта, а Кэролайн прячет лицо в ладони, понимая, что этот раунд, впрочем как и весь бой, куколка-Синди всё же выиграла. И чёрт бы с ней, если бы не последние события, позволившие Майколсону так близко подобраться, напустить пыль в глаза и подарить... надежду.       — Кобель, — шепчет девушка и делает глубокий вдох, пытаясь успокоиться и остановить разъедающее сердце разочарование. Да чтобы она ещё раз поверила этому снобу и позволила себя обмануть? Никогда и точка. И никаких совместных походов на свадьбу Стефана, которая может стать прекрасной возможностью познакомиться с каким-нибудь очаровательным сексуальным брюнетом, быть может в будущем согласным слетать с ней в Париж.       Потому что спор определённо будет выигран. Худа без добра не бывает, и Кэролайн, спрятавшая ядовитую обиду глубоко внутрь, напускает на себя серьёзный вид, когда дверь вновь открывается, и из кабинета выходит задумчивый и будто бы потерянный Клаус.       "Наверное, эта курица плохо сделала своё дело", — язвит про себя блондинка и краем глаза наблюдает, как босс, не говоря ни слова и даже не смотря в её сторону, стремительно доходит до лифта и нервно жмёт на кнопку вызова. Делает шаг назад, задирая голову на табло и нервно бьёт ладонью по панели управления.       "Вы только посмотрите как не терпится", — она брезгливо кривит губы и тут же утыкается лицом в бумаги, когда шеф наконец заходит в лифт и поворачивается к ней лицом, как будто желая что-то сказать, но не успевая из-за закрывшихся перед его носом дверей.       И только после его ухода она позволяет себе расслабиться и скинуть маску официального равнодушия, потому что сколько бы она не старалась спрятать обиду, выходило, если честно, не очень, и улыбка, подаренная ему напоследок, наверняка выглядела искусственной. Но ведь он это заслужил.       Клаус испаряется, исчезает, улетучивается, пропадая до конца рабочего дня и пропуская несколько важных встреч, совершенно не реагируя на звонки и при этом не оставив никаких распоряжений. Либо действительно очень сильно захотелось, либо были куда более веские причины (и Боже упаси, если эта самая причина была связана с Синди и опять же желанием Майколсона) потому что это так неприятно, так противно, так отвратительно, что настроение Кэролайн, как бы она не старалась выглядеть довольной и весёлой к вечеру падает абсолютно и продолжает падать весь следующий день.       Потому что Клаус не появляется и на завтра, лишь оставляет сухой приказ на автоответчике отменить все запланированные встречи и оставить всю отчетность у него на столе. Ни слова в сторону, ни намёка на текущее положение дел, ни напоминания о субботе и свадьбе Стефана, на которую он собирался пойти вместе с ней.       Ни-че-го.       Как будто эта самая Синди его попросту засосала и не собиралась отпускать пока не выкачает из него все силы. Что ж, видимо, разлука была слишком долгой для них двоих. И даже подготовка к свадьбе, включающая в себя последние штрихи, не помогает Кэролайн отвлечься, и девушка, оставшись после работы и проверяя оформление арендованного у Майколсона конференц-зала, с грустью рассматривает стену, увешанную совместными фотками счастливой парочки, которые вот уже завтра станут мужем и женой.       Повезло же Стефану, да и Елене тоже.       А у неё даже секс был полгода назад. Вот несчастливая так несчастливая, но ведь она решила же оторваться на предстоящем празднике... Решила, так что её ждёт крышеносный вечер в объятиях какого-нибудь красавца. И нет, не Майколсона, который больше не давал о себе знать, а знойного незнакомца, которого она встретит на церемонии. Да пусть это будет хоть священник: красивый, статный, горячий, лишь бы не босс, зависший в отношениях со своей пассией.       И хватит о нём думать. На самом деле — хватит.

***

      Она действительно не думает, теряясь в наступившем событии и с завистью наблюдая за танцующими под медленную музыку парочками. Стефан и Елена, Деймон и Кэтрин, как всегда улыбающаяся и довольная, Меган и её новый дружок, и даже Лора с технического отдела, милующаяся со своей подружкой-блондинкой.       Всё просто замечательно. Всё просто великолепно, а отсутствие на свадьбе Майколсона, который, ничего никому не объясняя, не пришёл на церемонию и довольно странным образом пропал с горизонта, абсолютно её не волнует. Нисколько. Ни капельки. Вот только сердце покрывается чёрствой коркой и хочется напиться до беспамятства, чтобы уже не чувствовать себя брошенной и использованной. Обманутой.       Она это и делает, всё чаще меняя бокал с шампанским и прячась в тёмном углу зала. Так, чтобы никто не заметил её грустного взгляда и натянутой, немного глупой и неуместной улыбки. И что он к ней пристал? То есть не пристал... Чёрт, как раз-таки не пристал. А мог бы... И нет, она не имеет в виду Майколсона, только не его.       Господи, да что она себя обманывает? Ведь всё это время её так и грызли мысли о Клаусе. О Клаусе в объятиях Синди. Глупо всё это, на самом деле.       — Скучаем? — приятный тембр голоса раздаётся сзади, и Кэролайн оборачивается, чуть ли не опрокидывая бокал с шампанским на незнакомого мужчину. Брюнет, кстати, как она и мечтала. Высокий и мускулистый, судя по широким плечам и отлично сидящему на нём костюму. Вот это экземпляр, и Кэролайн кокетливо склоняет голову, приветливо улыбаясь и выкидывая из головы образ босса... проигрывающему во всём этому красавцу.       — И не думала, просто у меня нет пары, а так хочется танцевать.       — Так в чём дело? У меня её тоже нет, — брюнет дарит ей ответную улыбку и представляется: — Мейсон. Приятно познакомиться, — он, как истинный джентльмен, целует протянутую ему руку и ненавязчиво увлекает Кэролайн в центр зала.       И вечер наконец приобретает яркие краски, состоящие из её смеха, его внимания и горячей ладони на девичьей талии, то и дело скользящей на бедро. А он оказывается изумительным собеседником, внимательным мужчиной, выполняющим всё её капризы, и просто отличной заменой Майколсона, видимо, решившего вообще не появляться на свадьбе Стефана. Ну же он и засранец, наплевавший на собственного друга, который на вопросы о нём лишь пожимал плечами, не показывая при этом ни толики обиды. Да она бы на его месте размазала Клауса по стенке и навсегда лишила статуса друга. Стефан всё же думал иначе и продолжал веселиться, нисколько не расстраиваясь отсутствием своего товарища.       — Знаешь, кажется мне пора освежиться, — Кэролайн, немного раскрасневшаяся из-за выпитого шампанского и танцев, шепчет на ухо Мейсона и, чувствуя его поддержку, выходит из зала, чтобы отдохнуть от шума и хоть немного развеяться, потому что это коварная шипучка медленно но верно подтачивала её здравомыслие и, если признаться, то здорово подорвала её трезвость. А она ведь не собиралась напиваться, нет, ну правда. Если только немного.       — Отличный вечер, — Мейсон не отходит от неё ни на шаг, позволяя себе изредка скользнуть ладонью по спине и оголённому плечу потерявшей бдительность блондинки, и уже более откровенно давая понять, что он хочет от этого вечера. И кажется, Кэролайн не против, потому что она не пытается избавиться от его прикосновений и даже наоборот, прижимается сильнее, когда они наконец доходят до фойе и девушка устало прислоняется к своему рабочему столу.       Ну неужели сегодня ей светит секс?       Шум музыки остаётся далеко позади, а наступившая тишина и спокойствие попросту оглушает с непривычки. Немного искаженная действительность и Мейсон, действующий намного настойчивее и ещё больше вдавивший удивлённую от его напора девушку в стол. Его руки смело касаются её бёдер и продолжают путь наверх, в то время как горячие губы обжигают кожу и, поднимаясь по изгибу шеи, обхватывают мочку уха.       Господи, что он делает?       И Кэролайн, наплевав на здравые мысли, сдерживающие её от необдуманного поступка, обвивает мужские плечи руками и сама ловит его губы для поцелуя, отдаваясь навстречу удовольствию.       Плевать, что их могут потерять или даже заметить, хотя это вряд ли, ведь лифтом на этой стороне этажа пользовался лишь Майколсон и напрямую идущие к нему люди. А так как босса нет, то...       — Ты вкусная, Кэри, — мужчина отрывается от её губ и осыпает поцелуями линию ключиц, приспуская бретельки с плеч и задирая подол вечернего платья, а потом, одним резким рывком сажает её на стол, вынуждая Кэролайн раздвинуть ноги. И девушка закрывает глаза, еле сдерживая стоны и чувствуя умелые ласки брюнета, уже пробирающегося к её трусикам.       Безумие...       И как-то немного неловко, но ведь она никому ничем не обязана.       Даже звуковой сигнал лифта не привлекает её внимание, и только когда она слышит нарочито громкое покашливание, Кэролайн открывает глаза и с ужасом замечает босса, небрежно прислонившегося плечом к стене и с презрением на них смотрящего. В его руках подарочный пакет, а сам он выглядит несколько уставшим и измотанным, будто загруженным проблемами, но никак не осчастливленным и иссушенным ненасытной любовницей.       Какого чёрта...       — Отлично, мисс Форбс, вы не нашли более подходящего места для своих развлечений чем рабочий стол, — голос Клауса пропитан сарказмом и недовольством, но лицо не выдаёт абсолютно никакой эмоции, как будто эта картина нисколько его не удивила. Кэролайн неловко освобождается от объятий смущённого мужчины и соскакивает со стола, поправляя платье и прикрывая им обнажённые до этого бёдра.       Хочется провалиться сквозь землю или вообще оказаться в другой вселенной, лишь бы не видеть холодного и колючего взгляда шефа.       — Эмм... я... решила подышать свежим воздухом... — и брови Клауса изумлённо взмывают вверх, а пухлые губы изгибаются в понимающей ухмылке.       — Ну да...       И вообще, что она перед ним оправдывается? Поэтому Кэролайн с вызовом вскидывает подбородок, стараясь выглядеть достойно. Да, она хотела заняться сексом (и занялась бы им), да, она хотела сделать это на рабочем столе (и сделала бы), и да, она нисколько не стыдится своих желаний. Кажется.       — Я пожалуй пойду, — Мейсон, до этого стоявший молча и чувствующий напряжение между этими двоими, дипломатично ретируется, оставляя их одних и скрываясь в полумраке коридора.       — Как вечер, мисс Форбс? Я смотрю, вполне удачен, — Клаус медленно приближается к ней, демонстративно окидывая её оценивающим взглядом и задерживаясь им на оголённых плечах, с которых до сих пор были спущены бретельки. — Поправьте, я не собираюсь продолжать начатое. И в следующий раз, я вас прошу, нет, приказываю, трахайтесь себе на здоровье, но только не на моей мебели.       Его ядовитые слова вбивают в неё гвозди, и Кэролайн часто моргает, пытаясь справиться со слезами: то ли от обиды, то ли от возмущения, то ли от разочарования. Потому что сейчас, перед этим обезоруживающим взглядом, она чувствует себя последней тварью. Но ведь это не она испортила всё в самом истоке зарождения чувств. Чувств? Глупости...       — Да, вы правы: удачен. Я надеюсь, и у вас отдых выдался очень плодотворным, — она старается вложить в эти слова как можно больше сарказма и скрытого намёка, и с удовольствием замечает, как каменеет лицо шефа. Он не собирается участвовать в этой словесной перепалке.       — Можно сказать и так, — Клаус горько усмехается и потирает лоб ладонью, стараясь успокоить расшатанные за эти два дня нервы. — Кэролайн, я пришёл сюда не только для того, чтобы поздравить Стефана, но и чтобы объясниться перед вами, но вижу, вам уже неинтересно, что же на самом деле заставило меня пропустить свадьбу лучшего друга. Удачного вам вечера и передайте мои поздравления Стефу.       Он всучивает в её руки пакет и, задерживаясь всего на секунду, будто борясь с самим собой, разворачивается и быстрыми шагами покидает фойе.       О каком удачном вечере может идти речь?       Если только что она поняла всю иронию ситуации.