Часть 58
21 декабря 2016 г., 18:22
У главы службы безопасности спокойные серые глаза, но Илья привык к тому, что глаза умеют лгать - так же, как его собственные сейчас.
Илья ощущает за спиной Макса - у Макса глаза пока не умеют врать, но на него, к счастью, никто не смотрит с равнодушной пытливостью.
Чуть больше беспокоит то, что Диану он не ощущает, не может сказать, что за выражение сейчас на ее лице. Не привык еще.
Пара фраз, отсылка на Литвинова, предупреждение - единственное, что действительно нужно было сказать - и разрешение на проверку.
В коридоре Илья почти автоматически поправляет рукав, чтобы взглянуть на часы. Еще тридцать две секунды.
Стучит в дверь кабинета и сразу же входит - президент уже предупрежден о визите.
Здоровается - Макс в то же время безмолвно закрывает собой дверной проем и с отчетливым тихим щелчком запирает замок. Не успевает даже рассмотреть лица человека, вставшего с кресла - хотя легко узнает в нем, сам не зная, как, именно президента.
И гаснет свет - снаружи распластавшийся чернильной кляксой под крышей омеговец вцепляется треугольными зубами в оплетку кабеля, дважды, как акула, дергает головой и выплевывает измочаленные концы, ветром превращенные в черных агонизирующих змей.
Удивленно взвизгивает компьютер, разбуженный из своей неслышно мурлычущей дремы перепадом напряжения, и звук этот тонет в писке бесперебойника, заполняющем темноту.
В коридоре вскрикивает Диана, вначале испуганно, точно отключение электричества застало ее врасплох, затем - встревожено:
- Кто-то пытается уйти от проверки! Перекройте выходы!
- Все под контролем, - громко предупреждает Илья и делает шаг президенту навстречу. Глаза еще не привыкли. - Мы вынуждены эвакуировать вас ввиду внутренней угрозы.
На грудь президента (кусок идеально выглаженной рубашки, галстук с зажимом) прыгает пятно тусклого света от подствольного фонаря магнитной винтовки Макса; потом морской звездой переползает на лицо, заставив того сощурить глаза.
- На меня! - коротко приказывает Илья, и, когда фонарь освещает его ладони с зажатыми в них пакетами, обращается к застывшему с пистолетом в руках президенту.
- Вам нужно переодеть кожу, мы выведем вас из здания, - он бросает нужный пакет, и собственное плоское лицо лунным диском вспыхивает в свете фонаря. - Я займу ваше место. У нас минута.
В темноте - Макс предпочитает держать президента под прицелом - Илья первым вскрывает пакет, сбрасывает одежду и начинает натягивать противно-теплую, скользкую и чересчур эластичную, неожиданно напоминающую гигантский презерватив, кожу, чтобы подать пример.
К его облегчению, одежда президента тоже падает на пол - рубашка даже не расстегнута и стянута через голову - и слышится чавканье разворачиваемого пакета.
И все же, натягивая лицо, Илья давится и задыхается от накатившего страха утонуть, задохнуться от затекшей в ноздри слизи. Желеобразная масса, покрывающая синтекожу изнутри, густеет и смыкается, прилипая к его собственной коже так, что каждый волосок, кажется, вмуровывается в нее; затвердевая, слоится, превращаясь в подобие мышц, и теперь уже слушается его, как новая часть собственного тела. Только сейчас - когда секунду назад гнущиеся, как куски мармелада, кончики пальцев ловко застегивают президентские брюки - Илья наконец понимает, что кожа - это не просто маска или костюм, это сложная система биометрических приборов, процессора и построенных по подобию органов и тканей исполнителей.
Тяжело дышащая от спешки копия Ильи стоит напротив, вытирая руки о подклад карманов. Илью чуть подташнивает - а что должен испытывать впервые столкнувшийся с синтекожей так близко президент? Тем не менее именно президент догадывается швырнуть лист бумаги поверх блестящего на полу пятна.
- Идите с Максом, он вас выведет, - выговаривает Илья, ощущая, как в чужом рту шевелится чужой язык. Голос звучит непривычно, слишком четко. - Снаружи ожидают люди из «Омеги», с ними вам ничто не угрожает.
«Илья» напротив кивает и подходит к Максу, позволив занять место у кресла. Затем включается, несколько раз моргнув в нервном тике, освещение.
Вместе с ним «включается» и мир по ту сторону кабинета.
- Техники уже проверили, это случайный обрыв. Любой техногенный разрез оставил бы ровные края.
- Вы всерьез меня уверяете, - возбужденный голос Дианы звучит тоньше обычного, верхние нотки уже роднят его со скрипом пенопласта по стеклу, - что бывают такие случайности? Я требую проверки всего персонала!
«Молодец, - отмечает Илья. - Отвлеки их, загрузи их так, чтобы они считали обрыв наименьшей из проблем!».
Он опустошенно садится на президентское кресло, когда начальник охраны входит в кабинет.
- Вы в порядке? - доносится до него. - Почему дверь была заперта?
- Опасались, что тот, кого он ищут, решил пойти на крайние меры, - бросил Илья, кивнув в сторону Макса и президента. - А в самом деле, что происходит?
- Инцидент расследуется. Но, вероятно, случайный обрыв на линии. Впрочем, проверка персонала тоже уже ведется, - глава охраны чуть заметно поморщился и обернулся к людям из МиИР. - Вам лучше покинуть кабинет.
Искренне надеясь, что тех не решат допросить для сверки показаний, Илья позволил снова закрыть дверь и подробно рассказал о том, как после внезапного отключения электричества пришедшие с проверкой приготовились к обороне, а ему приказали сидеть и не двигаться, отойдя от окон и вентиляции.
Кажется, этот ответ оказался подходящим.
- Вы выглядите очень утомленным, - заметил глава охраны.
- Я испугался, - Илья пожал плечами. - Хотя, если разобраться, все действовали вполне компетентно.
- Передать, чтобы вам принесли кофе? - последняя фраза, похоже, несколько ободрила главу охраны.
- Хорошо, - он кивнул и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза.
Глава охраны сказал что-то вежливое и двинулся к выходу; по пути наступил на брошенный на пол лист. Ботинок его проехался, как на банановой кожуре, оставив розоватый опалесцирующий реактивный след.
Илья чертыхнулся: едва ли подобное осталось незамеченным.
- Уборщика я тоже пришлю, - пообещал глава охраны, закрывая дверь.
***
- И что теперь, проверяем овер двести человек? - хмуро осведомился Макс. - Ну да, - Диана пожала плечами, проводя вдоль тела очередного водителя, застигнутого на выезде с парковки, прямоугольным корпусом прибора, похожего на зажигалку или флэш-карту с мигающим зеленым диодом у основания. - Я хотела как лучше. Чисто! Она двинулась к следующему из задержанных. - И очень правильно, - заметил обреченно шагавший рядом «Илья», заговорив впервые. Диана вздрогнула, и он добавил вполголоса. - Впрочем, было бы лучше, если бы вы проверяли их настоящим детектором, а не «заглушкой» для передатчиков. - А вам слова не давали, - зашипел Макс. - Диана не виновата, что ей омеговцы ничего другого не выдали.***
Илье принесли кофе и папку каких-то дел, к счастью, несрочных. Уборщик пришел еще раньше, без всяких вопросов замыл пятно слизи - вроде бы, не брал никаких образцов, просто стер тряпкой, прополоскал и высушил. «Интересно, смогу ли я ощутить вкус?» - подумал Илья, взяв чашку с напитком. Запах кофе он, по крайней мере, чувствовал, хотя в примеси с чем-то химическим, резковатым. Он отхлебнул, и даже сквозь пленку выстилки язык слегка обожгло, вкуса же он почти не почувствовал, зато запах еще усилился, и внезапно Илья понял. В кофе был добавлен ксеноцид; вероятно, его было немного, но, займи место президента пришелец, он не имел бы шансов выжить после первого глотка. Для Ильи ксеноцид тоже был опасен - сказанное еще на «Просторе» он хорошо запомнил, да и допивать чашку пахнущего ядом безвкусного кофе не хотелось. «Надеюсь, до завтра я не умру» - подумалось ему. Он сделал еще один глоток, демонстративно глядя в притаившуюся в углу видеокамеру, по-рыбьи выпучившую маленький глаз, и нажал на кнопку, чтобы вызвать главу охраны к себе. - Что я в вас ценю, - отчеканил он своим новым хорошо поставленным голосом, - так это бдительность. Надеюсь, результат вас удовлетворил, и считаю возможным напомнить, что превышение ежемесячной дозировки ксеноцида может быть опасно для здоровья.
