Спасая Холли

Незапертая дверь легко поддалась и Холли — девушка воспринимала себя именно так, — оказалась в большом красиво отделанном холле с огромной лестницей. — Саймон, это ты? — послышался откуда-то женский голос. — Нет, это…Ребекка, — подумав, ответила Холли. — Что за розыгрыш? — быстрый стук каблуков по плитке, и в холл влетела молодая женщина. Она выглядела как один сплошной стереотип: платиново-белые длинные волосы, сделанные губы и грудь, «закованный» в ботокс не выражающий эмоций лоб, очень загорелая кожа. — Привет, — Холли понятия не имела, кто это и как себя с ней вести, поэтому просто осталась стоять на месте. — Этого не может…быть, — одетые в шелковые брюки тонкие ноги женщины подкосились, и она, потеряв сознание, стала стремительно падать на твердый пол. Холли успела подхватить ее и усадить на огромный белый диван, стоявший здесь же. На шум откуда-то со второго этажа выглянул взрослый мужчина. Седой, но молодящийся. Увидев, что происходит, он и сам, едва не лишившись рассудка, медленно спустился, держась за перила. — Ребекка…, — было не похоже, чтобы он испытывал невероятно радость от встречи, — Но…как? Как ты себя чувствуешь? — Нормально, спасибо, — Холли не знала, что отвечать. — А где…а что с тобой случилось? — он, казалось, был так ошарашен, что даже не обратил внимания на лежащую без чувств женщину. — Не знаю, но в полиции сказали, что была авария, — как-то неопределенно ответила она, не поверив в искренность интереса мужчины. По внешней схожести их лиц — её и его, — Холли решила, что это был ее отец. Кем была женщина — оставалось загадкой. — Мы думали, ты умерла, — он продолжал смотреть на нее, как на призрака, но тут же одернул себя, — То есть, я очень рад, что ты вернулась, конечно! Я…Джен затеяла в твоей комнате небольшой ремонт, пока тебя не было, ты же не возражаешь? Поживешь пока в гостевой, пойдем, пойдем, покажу тебе, — он, будучи все еще в шоке, направился куда-то вглубь первого этажа. Холли последовала за ним. Со вкусом отделанная, но совершенно безликая спальная без любых личных вещей — гостевая комната в доме Моррисов. — Вот, поживешь пока тут? Здесь зато и ванная своя, а не как у тебя раньше было: пройти через весь коридор, — отец натянуто улыбался, не получая от дочери ровным счетом никакой реакции. Он не понимал, что с ней произошло, почему она так спокойно реагировала на все его предложения, хотя до этого из отношения были, в целом, прохладными, но понимал, что случилось нечто ужасное и непоправимое, и это было понятно по изменившемуся взгляду, голосу и поведению. Внешне это все еще была его дочь, но кто был в ее голове – понять было просто невозможно. Стоило признать: сейчас он ее боялся. Холли поставила сумку со своими немногочисленными купленными Шенноном вещами на кровать и медленно кивнула. — Окей, поживу здесь. — Ну, вот и хорошо. Позову тебя к ужину, — выдохнув с облегчением, отец вышел из комнаты и оставил дочь одну. Холли от скуки принялась листать каналы на висевшем в комнате телевизоре. Девушка чувствовала себя очень странно, неуютно. Здесь явно были не рады ее возвращению, она ощущала это кожей. Почему ее отправили в гостевую комнату, если у нее, судя по всему, была своя? Почему никто не кинулся ее обнимать? Через какое-то время в дверь постучали. — Ребекка, дорогая, ужин подали, — в комнату заглянул отец. — Хорошо, идем, — Холли сползла с кровати, щелкнула пультом и вышла следом. Они прошли по длинному коридору, мимо стен, увешанных европейскими пейзажами, проследовали через гостиную, и оказались в столовой, где за столом уже сидела пришедшая в себя «обморочная» женщина и мальчик лет десяти, светленький, но больше совсем ничем не похожий на Холли. Значит, не брат? Ребенок смотрел на нее во все глаза. — Присаживайся, — отец отодвинул стул для девушки. Она покорно села. — Что ж, Бекки, может, хм…расскажешь, что с тобой случилось? — женщина заговорила, хотя лицо ее почти не шевелилось. — Я выпала из машины, полагаю, — Холли неопределенно повела плечами, — Какое-то время провела без сознания, затем обратилась в полицию, и вот, я здесь. — Ты сама выбралась из каньона? — недоверчиво покосился на нее отец, — От машины не осталось практически ничего, как тебе это удалось? — Ну…, — Холли задумалась, — Видимо, успела, пока все не загорелось. Я не помню… — Тебя не было больше четырех дней, мы думали, что ты погибла! — женщина произнесла фразу с непонятной эмоцией, как будто бы испытала разочарование от того, что все же этого не случилось. — Тем не менее, Джен, с ней все хорошо, и она здесь, снова с нами! — отец натянуто улыбнулся этой самой Джен и разлил всем взрослым вино в бокалы, — Предлагаю начать есть. Холли молча принялась за еду, которая уже лежала в красивой фарфоровой тарелке: какая-то белая рыба с бейби-картофелем и шпинатом. Не особенно вкусно, и, похоже, мальчик напротив нее считал так же: он старательно ковырялся в тарелке, откусывая только от картошки. Поймав любопытный взгляд мальчика, Холли слегка ему улыбнулась, и он ей в ответ. — Кристофер, ну, поешь нормально! — Джен с ноткой истерики повернулась к ребенку. — Да фу, мама, ненавижу рыбу! — мальчик показательно отодвинул от себя тарелку. — Она же для тебя очень полезна, — женщина затрясла рукой с раскрытой ладонью. Холли бросились в глаза красные длинные, похожие на когти животного, ногти. — Джен, оставь, не хочет — пусть не ест, — отец махнул рукой, — Иди, Крис, поиграй в приставку, если хочешь. — Можно!? — мальчик недоверчиво покосился на мужчину. — Да, давай, — строго посмотрев на Джен взглядом «не вздумай спорить», ответил ему Саймон. Мальчик радостно вскочил из-за стола и уже через секунду скрылся в коридоре. — Бекки, завтра я свожу тебя к врачу, идет? — обратился мужчина к дочери, — Проверим, все ли с тобой в порядке, целы ли все кости, и все в таком духе. — Я нормально себя чувствую, не стоит, — Холли не хотела к врачу, боялась, что семейство поймет, что она потеряла память и упечет ее в психушку. — Я все же настаиваю, ты выжила в ужасной аварии, была без сознания — такое может и не пройти бесследно для организма, — Саймон и Джен непонятно переглянулись. — Конечно, к тому же мы съездим в отличную частную клинику, тебя осмотрят лучшие врачи Лос-Анджелеса, — Джен попыталась изобразить подобие улыбки. — Ну, окей, давайте съездим, — Холли сдалась, потому что, в целом, у нее не было причины знать наверняка, что родственники хотят причинить ей какое-то зло. Ужин закончился, безмолвная помощница по хозяйству — очень белокожая женщина средних лет с черными волосами с проседью — убрала со стола, а Холли отправилась в «свою» комнату. Через полчаса в дверь раздался робкий стук. — Бекки? — детский шепот. — Да? — девушка, повинуясь настрою мальчика, так же тихонько отворила створку. Ребенок проскользнул в комнату. Они стояли друг напротив друга. — Я знаю, что ты умерла, но не беспокойся, я не боюсь призраков, — сходу заявил мальчик. — Малыш, я не умирала, я просто…, — она не знала, что ему ответить, но он тут же перебил. — Умерла, вчера тебя похоронили, — с этими словами Кристофер забрался на кровать, — Мы были в часовне, там был твой портрет. Я не видел тебя, потому что родители считают, что я еще маленький, но мне уже восемь! А вообще, я так рад, что ты стала призраком и пришла к нам!! Жалко только, что мама велела выкинуть вообще все твои вещи, но, если хочешь, можешь взять что-то из моих? — Похоронили? — Холли не верила своим ушам, — Но как? — Не знаю, — простодушно ответил мальчик, — А ты теперь умеешь проходить сквозь стены? — Нет, малыш, пока не научилась, — Холли задумчиво присела рядом с, видимо, сводным братом, — А почему меня поселили здесь, не знаешь? — Ну, ты что плохо слушаешь? Мама выбросила все твои вещи еще позавчера, в твоей комнате теперь будет ее кабинет, — мальчик весело болтал ногами, — А вчера я случайно подслушал, как она плакала, кричала, будто бы ты кого-то убила. Из-за этого ты призрак? — Что? Нет, конечно, я же сама чуть не погибла, — Холли задумалась. Речь шла о Дейзеле или?… — А ты видишь других призраков? — мальчик с любопытством посмотрел на вполне осязаемую сводную сестру. — Ну, нет? Не знаю, — Холли крепко задумалась, о чем бы еще спросить ребенка, чтобы при этом его не напугать, — Крис, а где родители хранят всякие бумаги вроде паспортов? — В папином кабинете на первом этаже, — бесхитростно ответил мальчик, — А ты можешь перемещать предметы?… — Нет, но… — Ой, Бекки, уже девять вечера! — мальчик по-деловому посмотрел на свои часы с изображением железного человека, — Мне пора смотреть вечерний мультик. Поболтаем завтра? Только не говори родителям, они велели мне к тебе не приближаться. — Конечно, — глубоко озадаченная Холли аккуратно закрыла дверь за мальчиком. Когда в доме прочно установилась ночная тишина, девушка, стараясь не издавать ни звука, вынырнула из комнаты. Она не помнила, где именно был отцовский кабинет, но Крис обмолвился, что на том же первом этаже, а это уже облегчало задачу. Осторожно прокравшись мимо гостиной и столовой, Холли нащупала дверную ручку и та мгновенно поддалась: отец опрометчиво не запирал кабинет на ночь. Не включая свет, Холли радовалась, что луна взошла почти полная, и хорошо освещала пространство. Бегло осмотрев поверхность стола, она не нашла ничего нужного, зато в первом же ящике — бинго! — под какой-то папкой лежал файл с свидетельством о смерти. Судя по дате, отец его получил позавчера и, видимо, еще не убрал к другим документам. Холли быстро схватила листок и так же тихо вышла из кабинета. Она собиралась уже вернуться к себе, как что-то привлекло ее внимание: тонкая полоска света под дверью кухни в противоположном конце коридора. Подойдя ближе к своей спальне, чтобы в случае чего быстро войти, Холли прислушалась: кто-то плакал. — Ненавижу! Ты убила его, убила! — и снова рыдания. — Миссис Моррис, — послышался второй тихий голос, — Может, пойдете спать? Холли догадалась, что это была помощница по хозяйству. — Нет, Энн, нет, я не могу спать теперь, когда Дейзела больше нет, понимаешь? — язык Дженнифер заплетался, видимо, на кухне она что-то пила, — Эта тварь выжила, а он? Почему он, а не она? — Мисс Моррис, давайте я помогу вам прилечь? Хотя бы в гостиной. — Отойди, Энн! Я еще не допила, — послышался звук наливающейся жидкости, — Я сделаю всё, чтобы Саймон упек ее в дурдом. Он еще сомневается! Но я-то вижу… — Ребекка кажется вполне нормальной, разве нет? — с сомнением спросила помощница, — Молчит, конечно, но ведь такой стресс… — Ты будешь со мной спорить, ты, поломойка? — Джен была почти что в истерике, — Заткнись. Все считают, что она умерла. А я заплатила доктору, чтобы завтра он внушил Саймону, что его дочурка от травм сошла с ума. Через день она отправится в Пайн Хайтс и все, и никто ее больше не вспомнит. Не услышав ответ Энн, Холли, практически теряя сознание, вползла в комнату и упала на кровать. Ее предчувствие не обмануло — ей действительно хотят причинить зло. Она лихорадочно стала думать, что же ей было делать дальше…