На все ради тебя

Спенсер с улыбкой отвечал на торопливые поцелуи, жадно, но все же осторожно ощупывая его тело и пытаясь рассмотреть лицо. Как он? Что с ним? Все ли в порядке? — Я ждал тебя. Пошли в дом. Сейчас хоть и май, но не жарко, а ты в одной ветровке. Пошли… Как доехал? Мужчина потянул любимого в дом, открывая дверь и отстраняясь от игривых рук партнера. Тычась носом в шею Спенсера, я втягивал в себя его запах, наслаждаясь окутавшими меня феромонами. Боже, как он пах, как я вообще выжил эти две недели?! Меня немного напрягло то, как Спенс меня оглядел, и еще больше, что отстранился. И тут внутри всколыхнулось похороненное на дне души чувство, что я его больше не привлекаю. ТО ощущение отверженности, когда он выбрал жену… Я нервно сглотнул и почувствовал, как к горлу подкатывает тошнотворный комок. Нет! Нет… только не это! — Спенс… — я тяну его имя, а сам пугаюсь собственных мыслей. И молчу, уставившись на него, автоматически шагая в дом. — Мммм? — мужчина отозвался, бросая сумку Рея возле дивана. Он обернулся и замер. Взгляд, которым партнер смотрел на него сейчас, был странным. Спенс быстро глянул на живот, который под футболкой округлился еще четче, хотя и не торчал. Это он сделал скорее неосознанно и поэтому быстро отвел взгляд. Хайт с беспокойством шагнул к любимому, огладил широкими ладонями его по напряженным плечам и быстро сказал: — Что-то со ще… — он кашлянул, со страхом понимая, что чуть не проговорился. Фраза чокнутого Джейка все не шла из головы — «…загубите щенка, и у меня будет шанс…» И страх, казалось, сжал горло. Он вздохнул и исправился: — Ты плохо себя чувствуешь? Где болит? Я заскрипел зубами. Вот опять он так смотрит на меня. — Спенсер, у меня ничего не болит! Ну, сколько можно?! Мне всего двадцать, но ты бесконечно спрашиваешь о моем здоровье, словно мне за пятьдесят! И я, разозлившись, направился прямиком наверх. Хотелось в душ и одеть уже свежие вещи. Но стоило мне ступить на лестницу, как в животе забулькало. Я застыл и от неожиданности потрогал его. Блять, надо завязать уж со жрачкой. Хайт на миг прикрыл устало глаза и провел ладонью по лицу. «Всего двадцать… бля, двадцать! Мне жаль, родной…» Сейчас он как никогда чувствовал себя стариком рядом с юным парнем. Вправе ли он был вообще ехать к нему тогда? Если бы он дал Рею возможность идти своей дорогой, то мальчика ждала бы другая судьба. А сейчас он имеет в партнерах престарелого мужика, который его еще и обрюхатил. Пусть неспециально, но факт есть факт. Спенсер с глубоким вздохом поднял сумку и пошел следом. Рей застыл на ступеньке, а его, казалось, аж тряхнуло, словно шквал эмоций от радости до паники прошил его, и мужчина судорожно сглотнул. Он прижал парня к себе, положив свою руку поверх его и обеспокоенно спросил: — Что? Что такое? Я отбросил руку Спенсера, но тут же прижался к нему спиной. Вот настолько меня раздирало от эмоций, что я уже и сам устал. Поэтому постарался взять себя в руки и как можно спокойнее произнес: — Пучит, что ли… Меня это бесит, но я никак не могу прекратить жрать по ночам. Наверное, вчера какую-нибудь гадость схавал. В кишках опять что-то забурчало, и я схватился за него уже с беспокойством. — Спенс, ты прости, что я так реагирую, просто у меня никогда не было проблем с весом, и на самом деле я хочу, чтобы ты взял анализы. Блять! — я прикрыл глаза от раздражения и выдавил из себя: — Кажется, мне нужна помощь. Спенсер крепко обнял свое сокровище. Он прижался к шее своего парня, пряча счастливую улыбку и вдыхая запах своей пары. «Ребенок жив… ещё жив… слава богам…, а то с этим чертовым хоккеем…» Рей и пах сейчас по-другому, каждый раз меняясь и меняясь, отчего Хайт просто голову терял от радости. Сейчас ему хотелось сказать, что Рей здоров, что дело не в весе, но слова не шли с языка. — Я люблю тебя. Очень-очень… и все будет хорошо… можно сдать только общий анализ крови, а еще… Давай сделаем УЗИ? Ну, брюшной полости… я могу даже прибор домой принести… слушай, но хоккей лучше отложить… до того как мы разберемся… — Мужчина смущенно кашлянул и легко толкнул бедрами в зад парня, пытаясь его отвлечь от грустных мыслей. Всего один толчок, и по телу прокатился жар. Боже, как же я соскучился! Меня так накрыло, и все, что говорил до этого Спенс, меня перестало волновать. Мне до боли в паху хотелось его. Прямо сейчас и без всяких отговорок. Я развернулся и, обхватив затылок Спенсера, жарко поцеловал его. Так, как положено было целовать, засовывая язык в глотку, желая всему влезть в него, ощутить на себе весь его вкус. Смаковать его запах. Мои руки мяли его накаченное тело, а мой изнывающий член боролся с жесткостью джинсов, что были на мне, пытаясь разорвать ширинку. — Черт! Если ты меня сейчас не трахнешь, я сдохну! Спенс упрямо рычал и пытался снизить мой напор, но, клянусь, даже если бы он хотел меня остановить, ему бы это не удалось. К тому же, несмотря на разумность моего партнера, я знал его слабые места. Впрочем, как и он мои. И если я готов был трахнуться прямо на лестнице, Спенсер такого допустить просто не мог. Он подхватил меня словно пушинку, хотя прекрасно знал, что меня это бесит… ладно, смущает, и отволок в спальню. За это он был награжден укусом в плечо, надкусыванием и облизыванием сосков, пока мои руки настойчиво расстегивали его ширинку. К тому времени, пока мы добрались до кровати, и я, и он были наполовину раздеты. — Рей, просто сбавь обороты. — Если ты меня сейчас не трахнешь, я решу, что у тебя есть кто-то еще, потому что я не вижу причины, почему ты отказываешься от секса со мной. Только если ты меня разлюбил. Спенс угрюмо уставился на меня, и кто-то, возможно, испугался бы его такого, но меня он так заводил еще сильнее. Своей мимишностью, мохнатостью и надутостью. Поэтому я потянул его на себя и мягко поцеловал. Тогда он сердито стянул с меня джинсы и в очередной раз уставился на мой живот. И… и… и… Вот черт! Поцеловал его! — Мы будем делать это медленно и спокойно. И ты скажешь мне, если у тебя что-нибудь заболит. — У меня уже болит! — но, увидев его испуганное лицо, понял, что он перестал понимать шутки. — Задница! От недотраха! Спенс чуть смущенно улыбнулся и больше не сопротивлялся. Он был нежным, заботливым и осторожным, словно я был хрупким цветком, а не парнем. Но сейчас мне было все равно, я иногда знавал более быстрый темп, но мы были оба настолько изголодавшимися друг по другу, что все произошло слишком быстро. Но это стоило того. Я распластался под ним, закрыв глаза, и думал, что лучшего секса просто не бывает. Все внутри меня пело и ликовало… Пока в животе снова не началось брожение. — Ой, вот черт! Может, мне надо пожрать? Или сесть на диету? Но сегодня мой живот бурлит не на шутку. Спенсер расслабленно лежал, с обожанием прижимая к себе любимого. Конечно, секс с Реем все также был охрененным, и хотеть он его не стал меньше, но, черт побери, как бывало трудно себя сдерживать. Особенно когда парень провоцировал его или даже насмехался. Он и сейчас был не против сделать несколько заходов, но с этим явно не стоило спешить. Под его рукой в животе почувствовалось еле заметное шевеление. Ему пришлось пересилить себя, чтобы не броситься ладонями ощупывать живот, ловя сигналы их малыша. Слова парня заставили напрячься, и мужчина резко поднял голову. — Нет. Не нужно диет. Ты просто голодный… это… не обращай внимания. В холодильнике тебя ждёт целая дюжина твоих любимых стейков с кровью. Поднимешь гемоглобин, и все будет в норме. А через неделю я принесу УЗИ, и посмотрим, что там у тебя. Спенс с нежностью прижался губами к влажному виску Рея и прикрыл глаза. — Так что, на хуй диеты, пошли пожрем. Стоило Спенсеру произнести заветное слово стейк, как я сразу заинтересованно приподнялся и, не раздумывая, поднялся как только, он позвал меня есть. — Очень хорошая идея! Я, как был голый, направился вниз, слыша за собой сильные шаги любимого. Вот что значит секс! Любого оживит и подарит желание жить. Мы слаженно начали доставать из холодильника продукты, а я попутно пихал в рот то яблоко, то конфеты с печеньем. Спенс, улыбаясь, разогревал мясо, и все время, проходя мимо, чмокал меня, и в этот миг я уже не сомневался в его чувствах ко мне.