На все ради тебя

Привал Я бродил по дому, который мы все еще снимали, разбирая бардак, что остался с того страшного вечера. Последствия нашего побега из больницы выбили меня из колеи. Хотя о чем это я? Мы уже неделю выкинуты из своей жизни. Но радость, оттого, что оставляем, наконец, унылые стены больничного заведения, которое нам "посчастливилось" почтить своим присутствием, очень быстро сменилась паникой... Спенсер потерял сознание прямо на пороге домика. Видимо, его сил хватило только на то, чтобы вытащить нас "из лап этого психа", как выразился Спенсер. А у меня не было причин не доверять ему. Но когда мой огромный медведь рухнул на пороге, парни, помогавшие нам добираться, дружно принялись убеждать меня срочно вызвать доктора. Клянусь, будь это со мной, я бы наотрез отказался, но, увидев без сознания человека, которого люблю, я был готов пригласить хоть шамана. Доктор примчался через пятнадцать минут. Проверив состояние Хайта, он тут же успокоил меня, объяснив, что это защитная реакция организма на боль и стресс. И сейчас нужно просто дождаться, когда он придет в себя. Беккер поставил Спенсеру обезболивающие и, как он пояснил, иммуномодулирующий препарат. Рассказал о лекарствах, что вручил нам, и как их надо принимать. Настоял на том, чтобы я принимал ежедневно препарат "Омега7" в обязательном порядке. Я пожал плечами и сунул пузырек в джинсы. Вот так, общаясь с ним с помощью Яна и того запаса слов, что осели во мне во время сна, я, как ни странно, подумал, что этот доктор совсем не плох. Он выглядел усталым, но старался изо всех сил, это было видно. А я, глядя на него, подумал, может, это особенность провинциальных врачей - быть так озабоченным пациентами. Однако все мое расположение к этому доктору закончилось, стоило тому начать советовать мне воздержаться от секса. - Блять! Какого черта? Это вообще не ваше дело! Беккер вздохнул и сразу поднялся, направляясь к выходу. - Мистер Норвуд, просто подумайте о его повреждениях. Они затянулись только на поверхности, но внутренние повреждения еще очень велики. Вы же сами видели, как долго он пробыл в коме, и как его организм среагировал на интенсивные нагрузки. Я, поборов свое раздражение, вслушивался в его слова, отдавая должное его профессионализму. - Я понял вас. Беккер повернулся ко мне на пороге комнаты: - Заеду завтра проверить мистера Хайта. - Спасибо, но не стоит. Когда Спенсер придет в себя, я не думаю, что вы нам понадобитесь. Он очень хороший хирург и если сочтет нужным, чтобы вы нас навестили, я вам позвоню. Доктор Беккер постоял, рассматривая меня. Весь его вид говорил, что он хочет мне что-то сказать, но, видимо, так и не решившись, он попрощался, буркнув напоследок, чтобы я ознакомился с брошюрами. Вскоре после того как за ним закрылась дверь, я проводил и Яна с Карлом, и тут же упал на кровать рядом со Спенсером. Вся эта суета сказывалась и на мне, но парни пообещали завезти горячего пропитания из гостиницы, и я решил дождаться их возвращения не в спящем состоянии. Легонько коснувшись обросшей за неделю бороды Спенсера, я не выдержал и уткнулся носом ему в плечо. "Черт! Я ведь мог его потерять!" Но раскисать мне нельзя, поэтому я поднялся и пошел разбирать вещи. Вскоре появились ребята. В литровом термосе оказался куриный бульон. Услышав это, я улыбнулся. - Ну надо же, вы тоже лечите больных куриным супом? Ян от этого моего замечания расцвел счастливой веснушчатой улыбкой. - Говорят, помогает! Карл молча продолжал выставлять контейнеры с едой, и я почувствовал себя жутко голодным. Видимо, заметив мой алчущий взгляд, Карл махнул в сторону стола. - Поешь! Ты ведь почти ничего не ел в больнице, а тебе надо набрать вес, а то... - Карл, - неожиданно одернул Ян своего парня и повернулся ко мне со слишком яркой улыбкой. - Послушай, Рей, можно я завтра приду порисую Спенсера. Ничего особенного, просто эскиз. Я растерянно пожал плечами. - Да, конечно, но я думаю, лучше будет спросить у самого Спенсера. - А ты спроси его, когда он очнется. От последних слов мне стало как-то неуютно, и я, не найдя, что ответить, просто махнул головой. Ян тут же потащил на выход своего партнера, тихо бурча на ходу: - Карл, придержи язык! - А что я такого сказал?! Ему нужно питаться, а то, как он малышей… - Заткнись! Странные они, конечно. Я посмотрел на захлопнувшуюся дверь. Возможно, живи они рядом с нами, я был бы не против подружиться с этой парой. Они были дружелюбны, заботливы и, как ни удивительно, верными. Не каждый будет тратить все свое время на незнакомцев. Но они нас не бросили, все время были рядом, выполняли море наших поручений. Вот оно им надо было? Я раскрыл первый попавшийся контейнер и счастливо втянул носом знакомый запах. Фрикадельки с пюрешкой! Любимая с детства еда! Мама пыталась приучить меня есть овощи, но я всеми правдами и неправдами выпрашивал для себя картофельное пюре. Однако все я не осилил. Меня бросило в пот, стоило съесть треть порции, и тут же потянуло в сон. Разочарованно отодвинув контейнер, я все убрал в холодильник, решив доесть позже. Полусонный, я поплелся в душ, лениво передвигая ноги после еды. Там, при ярком освещении, я впервые увидел несколько заживших рубцов, идущие вдоль моего плеча, начиная от горла. Вот это кошмар! Неужели такие раны могут так быстро заживать? Может, у этого Беккера просто отличные лекарства? Ведь у меня никогда не заживали так быстро порезы! Я потрогал плечо, шею. Неприятные ощущения были, но не было ни капли боли. Странно. Я включил воду, не желая больше думать о том, что все могло быть еще хуже. И еще думал о том, что сказал доктор. У Спенсера раны намного хуже, а повреждения - глубже. В глазах защипало. Наверное, шампунь попал. Я подставил лицо под упругие струи и не сразу заметил, как меня всего трясет. Нет. Нельзя! Спенс сильный, он выкарабкается. Смыв с себя больничную вонь, я почувствовал себя снова человеком. Шагнув из душевой, я застыл словно оглушенный. В комнате, где лежал Спенсер, стоял сильный мужской запах. Он был такой завораживающий, что я пошел на него словно под гипнозом. Неужели Спенс всегда так хорошо пах? Почему я раньше на это не обращал внимания? Я уткнулся носом в его висок, затем в шею, где мускусный запах ощущался сильнее, и повел носом по его телу вниз, ведомый усиливающимся притяжением. Просто божественно! Потершись лицом об его волосатую грудь, я застонал и, не удержавшись, лизнул. О боже! Спенс! Блять! Как же мне хотелось вылизать его всего! Я стал прокладывать носом и губами дорожку к паху, но, не дойдя, замер. Ахуеть! Я только что готов был отсосать у человека, находящегося без сознания! Меня словно отнесло от кровати. Спенсер вдруг заворочался, и я, не веря своим глазам, осторожно опустился рядом. Пиздец! Надо что-то делать со своими желаниями. Но раз Спенс шевелится, значит, он приходит в себя! Очень осторожно я лег рядом и укрыл нас обоих одеялом. Мне надо во что бы то ни стало придумать, как сдержать себя, когда Спенсер окончательно очнется. Не знаю, сколько я спал, но проснулся оттого, что Хайт, притянув меня к себе, трётся бородой об мою шею, и меня заполняет сумасшедшее счастье, просто оттого, что с ним все в порядке. Спенс шепчет мне в макушку "хочу тебя". В моей голове тут же раздается щелчок, и загорается красная лампочка с надписью "стоп!". Высвободившись из его рук, я первым делом смотрю на часы, затем ему на грудь, избегая прямого взгляда. - Ты не ел целую неделю, думаю, что начать следует с бульона. Карл с Яном нам столько всего натащили, так что я сейчас принесу куриного супа. Я соскочил с кровати, чтобы побыстрее уйти от его пристального взгляда, и меня мотануло из стороны в сторону. - Рей! Какого черта! - Спенс, не вставай! Прошу сегодня просто позволить мне о тебе позаботиться. Ты так чертовски меня напугал! Я протараторил все это хмурившемуся Спенсеру и уже спокойным шагом направился в кухню. Облокотившись на стол, почувствовал, как сильно меня трясет. Я был больше чем уверен, что напугал Спенсера, и он, несмотря на свое состояние, рванет следом. Мне этого, конечно, не хотелось. Я стал торопливо выставлять на небольшой поднос глубокую чашку, ложку и, немного подумав, поставил разогревать контейнер с пюре, что не доел раньше. Бульон был еще горячий, и я решил взять термос в комнату. Когда я вошел, Спенс сидел, спустив ноги с кровати, и разминал мышцы. Судя по его лицу, он был расстроен, но я решил ничего об этом не говорить. Просто поставил все на тумбочку и уселся сзади, разминая его спину. Нам часто делал массаж командный доктор, особенно при травмах, поэтому я кое-что понимал. Особых навыков, конечно, у меня не было, да и не в этом сейчас суть, главное, чтобы Спенсер расслабился. Вот так, в тишине разминая Спенсу шею и спину, а он себе - ноги и руки, мы просидели, пока на кухне не звякнул таймер. Я осторожно встал, налил бульон в пиалу и насыпал гренок. - Поешь, сколько сможешь. Я тоже сейчас приду сюда и поем, так что никуда не ходи. Сбегав за контейнером, я застал Спенсера, сидящим с ложкой в одной руке и пиалой в другой. Сделав вид, что ничего не происходит, я уселся рядом и стал есть, незаметно подглядывая за Доком. Молчание прерывалось только бряцанием ложек. - Я устал, хочу лечь. Забрав пустую пиалу из его рук, я увидел, как он морщится, укладываясь на постель, и, вспомнив про лекарства, протянул отмеренную ему дозу. - Не спорь, просто проглоти. Я тоже сейчас выпью свои. Здесь нет снотворных и всякой лабуды. Только обезболивающее и иммуномодуляторы. - И когда ты стал разбираться в лекарствах? Я впервые прямо взглянул в глаза Спенсеру. Врать я не хотел, но и спорить тоже. - Просто выпей. Спенсер взял лекарства и, повертев на ладони капсулы, закинул их в рот и, весь взмокший, откинулся на подушки. Как я подозреваю, очень уставший. - Я сейчас все унесу, а ты пока просто расслабься. Но возвращаться я не спешил. Во-первых, Спенсеру надо подумать, побыть одному. Не думаю, что его как сильного человека устраивало такое пассивное состояние. Во-вторых, после еды его должно потянуть в сон. А я могу помешать его восстановлению. Наконец, все разобрав, я почувствовал сильную усталость и прилег на диван, что стоял в холле. Прихватив с собой брошюры, про которые говорил Беккер, я уставился на рисунки, потому как ни единого слова не мог разобрать. Если речь я как бы по наитию еще понимал, то письмо - нет! Картинки были какими-то странными. Беременные мужчины? Какой-то фантастический бред? Я швырнул их в угол дивана и закрыл глаза. Толпившиеся в голове мысли вразнобой нападали на мой усталый мозг, и, видимо, не справившись с нагрузкой, я провалился в сон. Очнулся я от стонов и тут же рванул в спальню. Спенс, держась за стенку, возвращался из туалета. Вот черт! Не стоило засыпать вдали от него! Первый мой порыв был подбежать и помочь, но от Дока шли какие-то странные волны. Нет, не агрессия, а раздражение, и я снова сделал вид, что ничего криминального нет. Просто подошел к кровати и все поправил. Когда он устало опустился на взбитую подушку, я решил, что больше не уйду, и лег рядом. Крепкая, широкая ладонь сжала мою, и я чуть улыбнулся: «я понимаю, Спенс». Молчание не напрягало, я подозревал, что мы оба берегли чувства друг друга и понимали, что данную ситуацию надо просто пережить. Утром Спенс уже чувствовал себя лучше. Он более плотно поел, немного походил по дому и даже начал приставать ко мне. Но, помня о словах доктора Беккера, я был готов к этому и перевел все стрелки на то, что плохо себя чувствую. Что мне совсем ничего не хочется, и Спенс поверил. Он сразу включил свой профессионализм, пришлось даже напомнить о лекарствах и немного полежать вместе. Спенс вырубился почти сразу, а я еще долго лежал, вглядываясь в его лицо, даже во сне иногда искажаемое гримасами боли. Вслушивался в его рваное дыхание и думал, как поступить дальше. За вчерашний день я выспался и сегодня чувствовал себя как никогда здоровым и сильным. Испуг от внезапного падения Спенсера сменился беспокойством за его раны. Нужно будет сменить повязку, как только он проснется... Заслышав рев снегоходов, я поднялся с кровати. Это, должно быть, парни. Первым делом мне пришлось рассказать им о состоянии Спенсера, а Карл тут же набрал номер доктора и передал ему все, что узнал у меня. Пока его партнер отчитывался перед Беккером, Ян протянул мне новую порцию горячей еды и снова пристал ко мне со своей навязчивой идеей нарисовать моего партнера. - Он сейчас спит. Может, когда проснется? - Рей, я буду сидеть очень тихо! Сонный медведь, - при этих словах я нахмурился. Еще не хватало, чтобы он звал моего парня медведем. - Это же редкое везение! Я же понимаю, что этот человек в большинстве своем бодрствует... Мне реально не нравилось обсуждать своего бойфренда с другим парнем, и, видимо, Ян заметил это и, наконец, замолчал. Я вздохнул, уступая. - Ладно, понял тебя, только прошу, не буди его. Ян радостно заулыбался и рванул в комнату, опережая меня. Проследив, как он устраивается на пуфике с альбомом на коленях и карандашиком за ухом, я успокоился и пошел к Карлу. Тот был молчун, и меня это более чем устраивало. Хотя один вопрос я все же хотел бы задать. - Что это был за зверь? И часто ли у вас нападают на людей? Карл уставился на меня так, что я заподозрил, что неправильно построил фразу. Но он ответил, только вот делал это как-то странно, и местами мне казалось, что он что-то недоговаривает. - Бывает, что нападают, но крайне редко. Последний раз это было лет так семь-восемь назад. Обычно местные заранее предупреждены о возможных нападениях и без оружия из дома не выходят. То, что произошло с вами, это полностью наша вина. Мы не думали, что он рванет в вашу сторону, и уж, тем более, не думали, что вы ночью будете бродить в такую непогоду. Я тут же вскипел, услышав его скрытое недовольство. - Мы не бродили! В доме не было света и отопления, и мы пошли за дровами. Мы не собирались никуда ходить, тем более, в буран! Карл вновь уставился на меня странным взглядом. - Думаю, теперь поздно спорить об этом. Тут я был полностью с ним согласен. Это уже произошло. Несчастный случай. Мы отдыхали частным порядком. Не имея ни страховки, ничего. - Чай будешь? - решил пойти я на мировую. - Лучше пиво. Я вытащил ему банку пива, а себе налил все-таки чай. И этот выбор был не из-за лекарств, просто я боялся, что не выдержу и натворю каких-нибудь глупостей, а Спенсу нельзя... Мы замолчали, погрузившись в свои мысли. - Пойду проверю Яна. Надолго он тут расположился, или мы все-таки к ужину домой попадем? Я кивнул и последовал за ним, но увиденное тут же лишило меня всякого миролюбия. - Что это еще за хуйня? Убери от него руки! Я в бешенстве шагнул к кровати, у которой стоял Ян и гладил бороду Спенса, который, блядь, не спал! Я уставился на Хайта, прокручивая в уме ситуацию - по-видимому, он позволил себя наглаживать! А не зайди мы, глядишь, он бы еще что позволил себе погладить! - Ян! - резкий голос Карла напомнил мне, что не одному мне не понравилось происходящее. - Думаю, нам следует отправиться домой. Ян, вздрогнув, практически отскочил от Хайта. Он покраснел, словно застигнутый на месте преступления, пусть и невинном, и поторопился к мужу. - Карл… - Пойдем, а то я уже и не знаю, чем может закончиться твое увлечение. Карл усмехнулся и развернулся на выход, а рыжик рванул следом. - Ничем это не закончится! Я уже не слушал и не смотрел на парней, а от негодования мои руки то сжимались, то разжимались в кулаки. Я проводил их злым взглядом, боясь сдвинуться с места, дабы не натворить дел. И пока не хлопнула входная дверь, я не спешил смотреть на Спенсера. Его лицо выражало крайнюю степень невинности в происходящем, и вся моя злость застряла где-то в горле. - Рей, ты чего? Ты злишься из-за бороды? Да брось! У многих есть пунктик на растительности. Разве тебе не нравится моя борода? Спенс говорил все это, счастливо улыбаясь, и все мое негодование куда-то испарялось. Нет, не мог я на него сердиться! - Я тебя оставил всего на полчаса, и то, потому что ты спал! А ты умудрился соблазнить парня! Улыбка Спенсера стала еще шире. - Ну ты же плохо себя чувствуешь, а он так чудесно пах... - Что? - я чуть не захлебнулся от возмущения, но этот провокатор дернул меня за руку, и я, не ожидавший это, чуть не рухнул прямо на него. - Блядь! Ты что творишь?! Твои швы! - Да, мои швы! - притворно застонал Спенсер. - Мне крайне необходимы повязка с поцелуями и доза любовных обнимашек. Вот как на него можно сердиться? Я не выдержал и засмеялся. Когда я стал покрывать его лицо поцелуями, Спенс притянул меня к себе и зашарил под майкой своими огромными руками. Но тут в моей голове опять замигала лампочка. Я поборол в себе дикое желание плюнуть на все и схватил его слишком активные руки. - Спенсер, погоди! Давай я помогу тебе принять душ и сменю повязку. Только ты сперва перекусишь. А если будет желание, мы обязательно продолжим начатое. - С тобой совсем не весело! Спенсер хоть и сделал обиженное лицо, но с удовольствием поел и даже в душе был спокоен и сдержан. Зато я чуть снова не рухнул от охватившего меня ужаса, когда увидел его исполосованное шрамами тело. Я знал, что мои выглядят не лучше, но, глядя на багровые полосы, которые шли через всю правую сторону, я понял, как близко был Спенс к... я... - Рей! - голос Спенсера выдернул меня из ужасающей реальности, и я, резко тряхнув головой, протянул ему полотенце и помог добраться до кровати. Как только мы общими усилиями закончили с повязкой, Спенсер попросил меня полежать с ним рядом. Но мне не пришлось искать причины для отказа, потому что Док просто притянул меня к себе и сразу уснул. Впрочем, я его понимал, ведь сам отключился после душа. Только сегодня сон ко мне не шел. Стоило мне задремать, как на Спенса набрасывался страшный зверь. Промучившись так с час, я встал и стал бродить по дому. Вскоре начало смеркаться, и очень быстро наступила чернота за окном. А мой сон все не шел и не шел. За окном мелькали жуткие тени, завывал ветер и стучался россыпью снег. Я никогда не боялся темноты, но тут мне было так неспокойно, словно засни я, и со Спенсером непременно случится беда. Лишь когда начало светать, я смог задремать. А когда Док поднялся более-менее бодрым, я был полуживым от усталости.