Другие Мародёры

Марлин неслась по коридору так, будто за ней гнались дементоры. Лили едва поспевала, проклиная всё на свете. — Марлин, ну сколько можно? — Лили споткнулась о каменный выступ и больно ударилась пальцем ноги. — У меня экзамены! Сочинение по зельям не дописано! Но Марлин даже не обернулась. Она только крепче сжала руку подруги и потащила дальше, бормоча что-то про невероятные картины, которые Лили обязана увидеть. В темноте шестого этажа её голос звучал приглушённо, но восторг пробивался сквозь каждый слог. — Мы почти пришли, — выдохнула Марлин, когда они нырнули в очередной проход. — Люмос! Огонёк на её палочке выхватил из темноты древние камни и чью-то забытую подкову на полу. Лили вздохнула и зажгла свою. Марлин шагнула прямо в стену и исчезла. Лили, охнув, нырнула следом. --- Они оказались в узком коридоре, где даже Люмос едва разгонял мрак. Лили наступила на что-то мягкое, наклонилась и подняла с пола пергамент. — Гляди, — она протянула находку подруге. Марлин подсветила палочкой, и обе узнали знакомые линии — карта, над которой мальчишки корпели все последние недели. — Вечно они теряют, — усмехнулась Марлин, но в голосе её послышалось беспокойство. — Кстати, где они сами? Я их с утра ищу. Лили ткнула пальцем в карту: — Рем и Сев в библиотеке. А Поттер с Блэком... — она повела пальцем выше и нахмурилась. — На восьмом. Что-то они слишком близко друг к другу. Марлин почувствовала, как внутри холодеет. Точки на карте не просто стояли рядом — они будто пульсировали, сталкивались. — Бежим, — выдохнула она и рванула вперёд. --- Джеймс и Сириус не слышали, как открылся проход. Они были слишком заняты друг другом — ходили по кругу, как два зверя перед схваткой, и воздух между ними звенел от напряжения. — Это ты виноват! — голос Сириуса сорвался на крик. — Ты вечно тащишь меня в какие-то авантюры! — Я?! — Джеймс взъерошил волосы так, что они встали дыбом. — Это ты карту потерял! Ты! Палочки были наготове. Ещё секунда — и они бы пустили их в ход. Но в этот момент из стены вылетели Лили и Марлин. Лили замерла, не веря своим глазам. Два неразлучных друга, два человека, которые всегда были вместе, стояли друг напротив друга с перекошенными от злости лицами. Марлин не стала медлить. Она подлетела к Сириусу и встала между ними, заслоняя Джеймса. — Сириус, — начала она, но он даже не смотрел на неё. Он смотрел сквозь неё, на Джеймса, и в глазах его полыхало что-то чужое, незнакомое. — Уйди, Лин! — рявкнул он. Она не ушла. Вместо этого она зажала ему рот ладонью, пытаясь достучаться до того Сириуса, которого знала — тёплого, мягкого, своего. Он дёрнулся. А потом — укусил. Марлин взвизгнула и отдёрнула руку. На пальце выступила кровь. Сириус замер. Злость схлынула в одно мгновение, оставив после себя только ужас. Он смотрел на её палец, на красную каплю, и не мог поверить, что сделал это. — Лин... — голос его сел. — Лин, прости... --- А в это время Лили смотрела на Джеймса. Просто смотрела — и этого хватило. Его дыхание выровнялось, плечи опустились, палочка медленно поползла вниз. — Джим, — сказала она тихо. — Это же Сириус. — Он карту потерял, — выдохнул Джеймс, и в голосе его вдруг не осталось злости — только усталость. Лили молча достала из кармана пергамент. Джеймс уставился на него, потом на неё, потом снова на пергамент. А потом вдруг шагнул вперёд и обнял её — крепко, порывисто, так что Лили на секунду забыла, как дышать. — Ты чудо, — выдохнул он ей в макушку. Лили покраснела до корней волос и легонько оттолкнула его: — Иди лучше мирись. Там твой друг чуть Марлин палец не откусил. --- Сириус стоял перед Марлин, и в глазах его блестело что-то, похожее на слёзы. Он осторожно взял её руку, поднёс к губам и поцеловал замотанный пластырем палец. — Линочка, прости, — шептал он. — Я не знаю, что на меня нашло. Я не хотел. Марлин смотрела на его макушку, на то, как он склонился над её рукой, и чувствовала, как тает обида. Она знала: это не он. Это тот другой, злой и чужой, который иногда просыпался в нём после воспоминаний о доме. — Всё хорошо, — сказала она тихо. — Всё уже хорошо. Она подняла голову и встретилась взглядом с Лили. Та понимающе кивнула. Джеймс и Сириус шагнули друг к другу. Секунду они стояли, не зная, что делать, а потом одновременно хлопнули друг друга по плечу. — Дурак, — сказал Джеймс. — Сам дурак, — ответил Сириус. И рассмеялись. Напряжение схлынуло, оставив только лёгкую неловкость и странное тепло от того, что всё кончилось хорошо. — Ещё раз поссоритесь, — пригрозила Марлин замотанным пальцем, — я вас сама убью. --- Лили, всё ещё красная после объятий, отошла к стене, пытаясь успокоиться. Она ходила вдоль гобелена туда-сюда, думая о том, как же хорошо, что всё обошлось, и как приятно пахнет мантия Джеймса, и вообще, надо срочно думать о чём-то другом, например, об экзаменах... Она представила себе мягкий диван. Тёплый плед. Камин. Подумала: «Вот бы сейчас оказаться где-нибудь, где тихо и уютно...» И в стене открылась дверь. — Я знал! — завопил Джеймс, забыв обо всём. — Я всегда знал, что этот этаж не простой! Внутри оказалась небольшая комната. Два мягких дивана, камин, тишина. Ни пылинки — будто их ждали. — Выручай-комната, — выдохнула Марлин, оглядываясь. — Я читала о ней. Войти можно, только если очень нужно. — Ты сейчас переплюнула нас, чистокровных, в познаниях? — усмехнулся Сириус. И вдруг воздух снова зазвенел. Но уже по-другому. Марлин дёрнулась, будто её ударили. Слова застряли в горле. «Чистокровных». Он сказал «чистокровных». — Не ожидал от грязнокровки? — вырвалось раньше, чем она успела подумать. Сириус побелел. — Не смей, — он шагнул к ней, схватил за плечи. — Никогда не смей себя так называть. Ты не грязнокровка. Ты — маглорожденная. Слышишь? В глазах его было столько боли, что Марлин забыла, как дышать. — Для меня ты... — он запнулся, подбирая слова. — Ты просто Марлин. Моя Лина. Он обнял её. Крепко, по-настоящему. Она уткнулась носом в его плечо, вдыхая знакомый запах муската, и чувствовала, как по щекам текут слёзы. Хорошие слёзы. Тёплые. — Спасибо, — прошептала она в его мантию. — Спасибо, что ты меня такой не считаешь. Он поцеловал её в макушку и ничего не ответил. Но ответ и не требовался. Они просидели в Выручай-комнате до самого вечера. Лили и Джеймс заняли один диван — делали вид, что обсуждают экзамены, но то и дело ловили друг друга на взглядах и тут же отводили глаза. Марлин и Сириус устроились на втором. Сириус держал её за руку — просто так, будто это ничего не значило. Марлин молчала и улыбалась в темноту не выпуская шершавые пальцы Сириуса из своей ладони. В камине потрескивали дрова. За окном давно стемнело. Где-то в замке бродил Филч, где-то хохотал Пивз. А здесь, в маленькой комнате, было тепло и тихо. Так тихо, что можно было услышать, как бьются сердца. И никто не говорил о том, что случилось. Но все знали: что-то важное произошло. Что-то, что сделало их ещё ближе.