Обучение доктора Джона Уотсона

Никто не отвечает, что вполне понятно. Джон поворачивает ручку, но она не поддается, поэтому он продолжает стучать, сотрясая дверь. Услышав грохот изнутри, он отступает, примирительно подняв руки. Меньше всего ему хочется, чтобы его пристрелили, приняв за грабителя. Дверь широко распахивается и появляется высокий плотный мужчина, мясистыми руками сжимающий бейсбольную биту. Редеющие светлые волосы, стянутые в конский хвост, резко контрастируют с покрасневшим лицом. Когда он замечает стоящего на крыльце Джона, грозное выражение лица сменяется потрясением. Краем сознания Джон пытается представить, как сейчас выглядит. Уродливый пиджак на голую грудь, белые штаны, крохотные черные ботинки и кровь везде, где кожа соприкоснулась с асфальтом. Помахав рукой, Джон пытается улыбнуться: – А можно воспользоваться телефоном? Мужчина вздрагивает, словно не ожидал, что Джон заговорит. Одно напряженное мгновение Джон ждет, что мужчина закричит, назовет его психом и захлопнет дверь. Вместо этого он отступает внутрь помещения и взмахом руки предлагает Джону зайти. – Попытаешься что-нибудь выкинуть – задницу надеру, глазом моргнуть не успеешь, понял? Мужчина взмахивает битой, и Джон кивает. Оказавшись в блаженном тепле, он понимает, почему не заметил вывеску. Он на кухне в задней части ресторана. Здесь опрятно, но не чересчур. На всем видны застарелые потертости и пятна, но они не отпугивают Джона от запаха, исходящего от плиты. Внезапно он напоминает Джону о рождественских праздниках, когда его бабушка была жива. Она готовила столько еды, что могла бы накормить роту голодных солдат. Даже наевшись досыта, он всегда находил силы запихнуть в себя еще несколько кусочков просто для того, чтобы попробовать все. В детстве у бабушки все казалось вкусным. Желудок бурчит, и Джон краснеет от смущения. Подозрительный взгляд мужчины смягчается. Указав на маленький кабинет сбоку, он сообщает громовым голосом: – Телефон там. Тихо поблагодарив, Джон устремляется туда. Внутри кабинет оказывается еще меньше. Полки забиты бумагами, компьютер, похоже, сможет пережить ядерную катастрофу. Заметив рядом с ним старый стационарный телефон, Джон быстро набирает 999. – Полиция, что у вас произошло? – Здравствуйте, я… – О Господи, как же объяснить, чтобы не приняли за сумасшедшего? – Меня похитили. Мне нужно поговорить с полицейским. Я знаю похитителя. – Имя и адрес? Джон молчит. Адреса он не знает, но все еще опасается называть себя. Оглянувшись, Джон замечает рядом с блокнотом и ручкой пару конвертов. – Я в ресторане «У Анджело». – Хорошо, сэр, за вами скоро приедут. Как вас зовут? Он не может сказать. Пока нет. До тех пор, пока не будет уверен, что он в безопасности. – Сэр? Сэр… – Джон вешает трубку. В дверь заглядывает мужчина, и Джон подскакивает от неожиданности. – Эй, вы в порядке? Джон кивает. – Да, все нормально. Полиция уже едет. Гм… – Он потирает шею. Он и так в долгу перед этим мужчиной, не хочется еще больше его затруднять, но… – Ничего, если я побуду здесь, пока они не приедут? Я не причиню беспокойства, обещаю. На этот раз взгляд мужчины окончательно смягчается. Он смотрит на Джона с… сочувствием? – Во что ты влип, приятель? Джон горько усмехается: – Ну, влип я точно намертво. – Он задумывается, не слишком ли грубо давать такой расплывчатый ответ человеку, которому явно любопытно, но здоровяк лишь смеется: – Плавали, знаем. Пойдем, ты худой как щепка. Из крохотной комнатки Джон следует за мужчиной на хорошо освещенную кухню. Судя по всему, пока он разговаривал по телефону, мужчина приготовил ему поесть. Обе тарелки доверху наполнены лапшой с томатным соусом, рядом в небольшой корзинке – булочки. Незнакомец выдвигает два металлических стула, и они усаживаются. Джон жадно набрасывается на еду. Как и ожидалось, первый кусок – просто божественный. Запихнув его в себя, Джон останавливается и поднимает взгляд на ошеломленного мужчину. – Давненько нормально не питался, а? Джон криво ухмыляется: – Даже не представляете, насколько. Он пихает в рот очередную порцию. Наконец утолив первый голод, он спрашивает: – Почему вы здесь в такой поздний час? Пожав плечами, мужчина отправляет в рот немного лапши. – Обычно я прихожу сюда, когда не могу уснуть. Помогает успокоиться. Что-то подсказало мне, что сегодня я должен быть здесь. Назовем это шестым чувством. Джон с сомнением приподнимает бровь, но никак не комментирует. – Так что, привыкли пускать к себе чудаков в безвкусной одежде? Покачав головой, мужчина откусывает кусок. – Нет, приятель, просто заблудших душ. Джон замирает, уставившись на него. Помахав перед глазами крепкой рукой, тот продолжает: – Знавал я как-то одного такого. Вроде тебя. Потерявшийся, одинокий. Бедный как церковная мышь. Стал заниматься всякой дрянью и в результате оказался в еще большем дерьме, – замолкнув, он продолжает есть. Джон ждет, потом любопытство побеждает, и он с нажимом спрашивает: – Что с ним случилось? Мужчина усмехается: – Выкарабкался со дна, приятель. Побывал в аду и вернулся другим человеком. Как я слышал, начал все с чистого листа и открыл в центре Лондона итальянский ресторан под своим именем. На этот раз Джон улыбается по-настоящему. – Конечно, все было бы легче, будь рядом кто-то, чтобы помочь ему. Помочь взять себя в руки, пока он расхаживал в уродливом пальто и ботинках, от которых на ногах появлялись волдыри. В горле у Джона встает комок. Он не знает, как выразить свою благодарность: – Послушайте, если я могу что-нибудь… Мужчина отмахивается: – Приятель, даже не начинай. У меня свои тараканы, и я просто искупаю вину. Начнешь меня благодарить – все испортишь. Так что даже не пытайся, хорошо? Просто ешь пасту. Кивнув, Джон вгрызается в невероятно мягкую булочку и подпрыгивает, когда в дверь стучат. Анджело срывается с места: – Это полиция. Доедай, я их впущу. Джон кивает. В горле застревают бесконечные слова благодарности. Он подносит вилку к губам. Ему требуется три с половиной секунды, чтобы узнать звук заряжаемого пистолета. – НЕТ! – кричит Джон, а затем одновременно происходят три вещи. Стул, с которого он вскочил, падает на пол, в зале разбивается окно, широко распахивается кухонная дверь. Голова кружится, в ушах раздается звон, и Джон пригибается, укрываясь от обломков. Анджело оказывается не так быстр. Несколько осколков вонзаются ему в плечо. Мужчина кричит, когда один большой обломок на полной скорости впивается в него. – Черт! – шипит Джон, продвигаясь к мужчине. В нем снова просыпается солдат. Отвести гражданского в безопасное место. Обработать рану. Открыть ответный огонь. Как осуществить последний пункт, он решит позже. – Давай же! – Джон хватает Анджело за неповрежденное плечо. – Надо дви… – Он осекается, когда двое вооруженных мужчин в черном оттаскивают его. Джон сопротивляется, но эти люди не идиоты. Руки ему уже заломили за спину. У Джона мало выбора: либо стоять, либо упасть на колени. Выбрать оказывается несложно. Еще несколько человек заполняют кухню, все вооружены до зубов, лица скрыты. За исключением последнего, вошедшего широким шагом. Увидев знакомые кудри, Джон вновь начинает вырываться. Шерлок появляется со стороны обеденного зала. На лице его застыла самодовольная ухмылка. – Так-так, – звучит недовольный голос, – должен признать, Джон, ты установил новый рекорд. Сбежал и смог продержаться – сколько, два с половиной часа? Неплохо. Если бы не остановился, было бы на полчаса больше. – Ага, – огрызается Джон, – вот только чтобы поймать босого беглеца, тебе понадобилось небольшое войско. Улыбка Шерлока становится жестче. – Я предупреждал: тебе от меня не сбежать. Встретил кого-нибудь из моих агентов по пути? Думаю, да. Я разослал срочное задание, чтобы всех людей с твоим именем в радиусе пяти миль предоставили мне. Хотя предполагалось, что ты останешься целым и невредимым. – Взгляд Шерлока останавливается на его ранах. – Кто это сделал? – голос звучит мягко, но глаза угрожающе поблескивают. Рука в перчатке тянется к разодранной коже, и Джон шипит: – Не трогай меня. Замерев, Шерлок смотрит ему в глаза, а затем издевательски ухмыляется: – Думаю, эту стадию мы уже миновали, не так ли, Джон? Их небольшую баталию прерывает болезненный смех Анджело: – Черт возьми, приятель, если бы ты предупредил меня, что за тобой по пятам гонится сам дьявол, я бы хоть пистолет прихватил. В глазах Шерлока мелькает узнавание: – А, Анджело. Не знал, что тебя выпустили из тюрьмы. – Все ты знал, ублюдок, – рычит тот. Он неуклюже поднимается на ноги, и сразу же несколько пистолетов нацеливаются ему в голову. Анджело и бровью не ведет. – Я провел в камере пять чертовых лет, но ты тут, конечно, ни при чем. Пожав плечами, Шерлок закатывает глаза: – Не моя вина, что идиоты из полиции повесили на тебя убийство. Хотя, по-видимому, они во всем разобрались. Просто на пять лет позднее. – Так ведь именно ты все это устроил! Ты мог вытащить меня оттуда в любую минуту! Но вместо этого оставил там гнить! Я доверял тебе, гнусный мерзавец! – Да, – усмехается Шерлок, – ты вообще прекрасно разбираешься в людях. С перекошенным лицом Анджело шагает вперед. Услышав, как взводятся курки, Джон кричит: – Подождите! Стойте! Слишком поздно он понимает, какую ошибку совершил, вообще открыв рот. Взгляд Шерлока обжигает. Глаза изучают выражение лица Джона, которое он не успевает подавить. Когда Шерлок расправляет плечи, сердце Джона уходит в пятки. – О, понимаю, – мягкий голос Шерлока звучит угрожающе. Мысленно Джон начинает твердить молитву. Спаси его. Ты достаточно меня спасал. Спаси Анджело. – Ты помог ему, Анджело? Использовал бедного, несчастного Джона, чтобы попытаться искупить свои грехи? – Шерлок медленно поворачивается к шеф-повару, и Джон начинает вырываться изо всех сил. – Ты отвлек внимание Джона от меня, человека, который выслеживал его, чтобы вернуть обратно? Ты дал ему надежду, что все может сложиться хорошо? Вдали от всего? Вдали от меня? Анджело с побелевшим, перекошенным от боли лицом выпрямляется, сжимая медленно кровоточащее плечо. – Да, именно это я и сделал. И знаешь что? Я бы помог этому бедняге сбежать на край света, лишь бы подальше от тебя, если бы знал, от кого он бежит. – Шерлок, – умоляет Джон, – ради бога, не надо. Оставь его в покое. Пожалуйста. Он готов на это. Он будет умолять. Он должен спасти Анджело, даже если это последнее, что он может сделать в своей жизни. Шерлок бросает взгляд на Джона. Слышать мольбы из уст его доброго доктора – настоящее удовольствие. Так отчаянно пытается спасти тех, кого считает достойным спасения. Что ж, Джон сказал «пожалуйста» и заслуживает награды за хорошее поведение. Шерлок коротко кивает: – Ладно, Джон. От облегчения Джон покорно оседает на пол. Он готов вернуться в новый ад, который его ждет. В мгновение ока Шерлок выхватывает небольшой пистолет и три раза стреляет Анджело в голову. «С другой стороны, – думает Шерлок, когда тело мужчины с глухим стуком падает на пол, – поведение Джона было не таким уж и образцовым, верно?»