Appetite

- О чем ты хотел спросить? Мэттью оторвал взгляд от созерцания автоответчика. - Чего? – спросил он в ответ, мельком оглядывая Доминика с ног до головы и хмуря брови. - О, мне просто стало интересно, о чем ты хотел узнать, когда вернулся из магазина, - выпалил Доминик на одном дыхании, разглаживая волосы на затылке быстрыми и слегка параноидальными движениями рук. - А, это. Хотел спросить, как ты относишься к тирамису? – Мэттью прочистил горло, выглядывая в окно. – Я просто… думал, что, наверное, я и сегодня приготовлю нам ужин. Если у тебя нет планов. - Нет, определенно нет! – ответил Доминик так быстро, что это почти заставило его видимо вздрогнуть. Слегка вскинув брови, Мэттью кивнул: - Хорошо. Тогда, все в силе, - он повернулся спиной к двери и остановился. – Доминик, ты в порядке? - Со мной все просто отлично! – воскликнул молодой человек, лицо которого исказила до ужаса вымученная улыбка. – А что? - А, - Мэтт качнул головой, - да так. Просто ты… ты выглядишь так, словно только что пробежал десять миль. У тебя все лицо красное. Услышав это, лицо Доминика грозило стать еще краснее, чем оно уже было, потому что его щеки покрылись пунцовыми пятнами от смущения. - Я в порядке, - еле слышно ответил он, не зная, что еще сказать. Когда Мэттью вновь повернулся к выходу, Доминик обнаружил, что из его рта невольно вырвалось предложение: - Тебя подвезти? - М? - В магазин, - уточнил Доминик. – Я не занят, и если ты предпочтешь отказаться от прогулки… Восторженный лай Тайгера прервал их разговор на этом слове, разрушая повисшую в воздухе неловкость, и Мэттью закатил глаза: - Ну все, договорился. - Прости, прости, - улыбнулся Доминик. Он присел на колени и обеими руками погладил пса по каштановому загривку. – Эта прогулка не для тебя, приятель. Прости. Тайгер проскулил и лизнул Доминика в нос, чем вызвал неподдельный смех со стороны парня и даже улыбку со стороны Мэттью. Затем наставник Доминика почесал собственный затылок – создавалось такое впечатление, что он впервые за день вел себя так непринужденно. - Что ж, если тебе не трудно. Было бы здорово добраться до магазина побыстрее. Доминик лучезарно улыбнулся, мысленно удивляясь своему настойчивому желанию быть рядом с Мэттью. Ему только что очень повезло избежать кое-какого неловкого момента – и вот, он едет по магазинам с мужчиной, с которым, собственно, и был связан этот момент. Почему он постоянно впутывает себя в подобные ситуации? И в ту секунду, когда Мэттью нагнулся, чтобы зашнуровать свои ботинки, Доминик вспомнил об одной из самых великолепных причин. *** - Это нормально, если дыня пахнет? Мэттью развернулся, бросая в сторону помидоры, которые он рассматривал, и столкнулся с озадаченным лицом Доминика. - Что? - Просто я никак не могу запомнить, должна ли она пахнуть, и значит ли это, что дыня хорошая. Мэттью протянул руку, в которую Доминик вложил дыню. - Хороший вес, - он потряс плод, - не слишком рыхлая, - Мэттью понюхал дыню, - и, да, она должна пахнуть. Усмехнувшись, он передал дыню Доминику и продолжил исследовать лежащие на витрине помидоры. Доминик продвигался боком рядом с ним. - Ты все знаешь о еде, не так ли? - Мне нравится так думать, да, - ответил Мэттью. На секунду между ними повисло молчание, в течение которого ожидался очевидный смех. Мэттью, наконец, позволил себе хихикнуть. – Нет, Доминик, определенно я не все знаю. Говоря о еде, можно с уверенностью заявить, что ты никогда не узнаешь всего, что должен о ней знать. Губы Доминика дернулись в добродушной улыбке. - И это тебя не беспокоит? Взвесив помидоры и уложив их в пакет, Мэттью покачал головой: - Конечно нет. На самом деле, если бы это было не так, мне бы не было так интересно. Они продолжили шагать по торговому залу, когда Мэттью добавил: - Думаю… мне кажется, что ведь и в жизни так, со всеми лучшими вещами. Лучшие люди именно те, которых ты не можешь до конца разгадать, понимаешь? Доминик кивнул. - Да. Я понимаю. Изящные пальцы Мэттью обхватили кочан капусты, пока молодой человек разглядывал овощ со всех сторон, и Доминик прикусил губу, прежде чем спросить: - А готовить тебя отец научил? Капуста рухнула на пол. Из опытных, умелых и крепких рук, она выскользнула и, слегка подпрыгивая, покатилась по полу. Мэттью едва заметно вздрогнул и сглотнул, прежде чем ответить «да» механическим голосом. Доминик переборол свое желание извиниться за свой вопрос, понимая, что он снова перешагнул черту, и поднял капусту, которую уронил Мэттью, с пола. - Как называется эта штука? Мэттью с недоумением посмотрел на парня, почти удивившись тому, как быстро Доминик уловил возникшее чувство неловкости и дискомфорта. Затем он прочистил горло и объяснил, где именно начали выращивать этот вид капусты, чувствуя благодарность за мгновенную смену их разговора. *** - Это была, без ложной скромности заявляю, самая лучшая лазанья в моей жизни, - сообщил Доминик находящимся в комнате Мэттью и Тайгеру. Он похлопал себя по наполненному животу, будто подводя итог. Мэттью широко улыбнулся в ответ: - Хорошо. Но ты еще не пробовал десерт. Они улыбнулись друг другу еще раз, и простая улыбка Доминика невольно начала превращаться в игривую ухмылку. Прошла минута, в течение которой молодые люди продолжали по-дурацки улыбаться, сидя в тишине, пока непонимающий скулеж и наклоненная голова Тайгера не разрушили этот своеобразный транс, на который, казалось, дали согласие обе стороны. - Ладно, пойду за тирамису. - А я за тарелками, - сказал Доминик, подпрыгивая со стула и следуя за Мэттью на кухню. Когда все необходимое появилось на столе, Мэттью вновь упорхнул на кухню. Доминик в замешательстве продолжил ждать его в гостиной, пока Мэттью не вернулся с кастрюлькой соуса – Доминик не видел, чтобы наставник его готовил. Мэттью посмотрел в его сторону. - Шоколадный соус. - Великолепно, - Доминик облизнул губы. Они вновь уселись за стол, после чего Мэттью достал уже знакомую деревянную лопатку из кастрюльки с соусом и полил им тирамису, который покоился на тарелках перед ними. Закончив, он вновь искоса взглянул на Доминика, в этот раз слегка приподняв бровь. - Попробуешь? Оказавшись в слишком знакомой ему ситуации, Доминику ничего не оставалось, кроме как согласно кивнуть в ответ. Мэттью склонился над краем стола, в результате чего ткань его рубашки – в том месте, где находился V-образный вырез – чуть натянулась. Доминик нетерпеливо задрал подбородок вверх, поймав лопатку губами, пытаясь так очевидно не пялиться на участок сливочного цвета кожи, открывшийся его взору, и стараясь сосредоточиться на пробе соуса. Его язык прошелся по всей поверхности лопатки, жадно слизывая капли растопленного шоколада, пока на ней ничего не осталось. Когда Доминик, наконец, почувствовал себя достаточно смелым для того, чтобы встретиться со взглядом Мэттью, он увидел в его глазах что-то, чего не замечал прежде. Взгляд голубых глаз с жадностью метался от созерцания губ Доминика до разглядывания его шеи; его обладателю пришлось применить неимоверное усилие, чтобы вновь посмотреть Доминику в глаза. Щеки юного официанта вспыхнули от осознания того факта, что Мэттью, возможно, и правда таращился на него. Он облизнул губы, шумно сглотнув. Мэттью не шевелился – он не опустил лопатку и не отодвинулся от Доминика. Напротив, молодые люди сидели в опасной близости, глядя друг на друга, пока Мэттью не заговорил: - Старинный рецепт, нашел его- – начал он, но был прерван, так как губы Доминика накрыли его собственные. Сердце Доминика билось так быстро, что он мог чувствовать каждый удар кончиками пальцев, сминающими сейчас белоснежную рубашку Мэттью. Он притянул парня к себе, соединяя их губы в бешеном поцелуе, от которого у Доминика закружилась голова. Теперь за все мыслительные процессы отвечало только его тело. На вкус Мэттью был как орегано и тимьян. Его сомкнутые губы дали слабину, открываясь в приглашающем жесте, и оказалось, что они были очень мягкими, но к концу поцелуя Доминик мог поклясться, что ощутил, как их обладатель отрывается от него. К его разочарованию, Мэттью отстранился. Не сразу, но в итоге это все равно случилось. Учащенное дыхание Доминика слегка замедлилось, но жгучее ощущение внутри тут же высыпало красными пятнами на лице. Он совершил ужасную ошибку. - Мэттью, прости меня, я не знаю, что на меня нашло, я- – бормотал Доминик, подняв глаза лишь на секунду, чтобы убедить наставника в своей искренности. Но он не ожидал, что Мэттью будет продолжать смотреть на него. Он сидел на краю своего стула, слегка приоткрыв рот и буравя Доминика таким свирепым взглядом, какого молодой человек еще никогда не видел. Мэттью тряхнул головой, наконец, опуская глаза вниз, на свои колени, а затем и вовсе закрывая их. Доминик не был уверен, как на это реагировать. Он был так взбешен его, Доминика, действиями, что в буквальном смысле не мог и взглянуть на него? Спустя пару десятков секунд мертвой тишины, в течение которых Доминик продолжал удивляться тому, что он еще не рванул со всех ног из этой квартиры, Мэттью распахнул глаза. - Прости, Доминик, - он прочистил горло. – Это… это не может произойти. Доминик кивнул, пытаясь не дать ощущению мрака и пустоты в своей душе вырваться наружу в виде влаги, скопившейся в уголках глаз. - Я… мы не можем. Ты понимаешь? Мы просто не можем. Теперь он запутался еще больше. Мэттью отвергал его или говорил что он, на самом деле, хотел его? Почему они «не могли»? Доминик хотел было спросить, что происходит, но язык Мэттью оказался проворнее и в ту же секунду принялся хозяйничать в его рту. Длинные пальцы вцепились в светлые пряди волос, и Доминик простонал от удовольствия, когда чуть сухие, тонкие губы накрыли его собственные, не давая глотнуть и капли свежего воздуха. Язык Мэттью, тем временем, буквально насиловал несопротивляющийся этому рот Доминика. Он открылся ему полностью, чуть отодвигаясь и откидывая голову назад, выгибая спину, давая Мэттью доступ ко всему своему телу. Наставник Доминика притянул того еще ближе, сильными руками обхватывая его голову, в попытках не прервать поцелуй, даже несмотря на то, что таких усилий и не требовалось, так как в тот момент ничто на свете не смогло бы оторвать Доминика от губ Мэттью. Они сталкивались подбородками, сливаясь в одном упоительном танце и тяжело дыша – дыхание Доминика сбилось, сам же парень продолжал отчаянно посасывать так манящие его губы. Это закончилось так же резко и быстро, как и началось. Мэттью с силой оторвал свое тело от Доминика, чудом не врезаясь в стул, который уже довольно давно стоял в стороне. Ладонь нервно взъерошила темные волосы, в широко распахнутых глазах плескалось безумие. - Черт. Это было последнее слово, произнесенное губами Мэттью, которое услышал Доминик, прежде чем растерянно выглядящий мужчина захлопнул дверь в свою спальню, оставляя своего недоумевающего молодого подопечного в одиночестве. *** Сказать, что это была бессонная ночь, будет преуменьшением. Доминик выполз из постели, глядя на маленькую черную бутылочку, которая словно бессовестно насмехалась над ним большую часть ночи. Он отказывался к ней прикасаться, но это вовсе не означало, что она не была диким соблазном. Однако открыв дверь своей спальни, Доминик столкнулся с искушением во плоти. Мэттью стоял в гостиной, облаченный в узкие черные брюки и темно-синюю рубашку, подчеркивающую все нужные изгибы его торса. Голубые глаза были сфокусированы на движениях пальцев, которые все еще застегивали пуговицы на рубашке, пока что доходя до половины. Голодному взору Доминика предстала безупречная, словно сделанная из фарфора грудь. Помимо всего прочего, темные волосы Мэттью все еще были влажными после утреннего душа – капли стекали вниз по его шее и ключице. Доминику потребовалось собрать все самообладание, которое он имел, в кучу, чтобы не простонать вслух. Вместо этого, он изо всех сил старался случайно пройти мимо молодого человека в душ, хватая по пути полотенце. Доминик поприветствовал его со всей беззаботностью в голосе, на которую только был способен: - Доброе утро. Мэттью вскинул голову. - Доброе. Поездка на работу прошла в тишине, как и первые несколько часов их совместного пребывания в ресторане, потому что Мэттью со всех ног убежал в свой офис, где он занимался бумажной работой дольше обычного. Поэтому Доминику сегодня было не за кем таскаться, кроме как за Александрией, которая была не против и, казалось, даже не замечала его. - Эм, Александрия, у тебя все в порядке? Шоколадного цвета глаза обеспокоенно посмотрели на Доминика. - М? В порядке? Ах, да, ага. Доминик продолжил, стараясь не показаться назойливым, и добавил: - Потому что ты стоишь и просто смотришь на экран уже около двух минут. Девушка быстренько пробежала по экрану кончиком пальца, чтобы закончить вносить заказ, и развернулась лицом к Доминику, опечаленно глядя на официанта. - Прости. Я в порядке. - Мне так не кажется. Ее глаза подсказывали ему оставить ее в покое, но Доминик стоял на своем: - И если бы я вел себя так же, как ты сейчас, ты бы усадила меня рядом… - он схватил Александрию за руку, осторожно подводя ее к ближайшему пустому столу, - и заставила бы меня рассказать, что случилось. Александрия тяжко вздохнула. - Щеночек, тебе повезло, что ты такой милый, иначе я бы врезала тебе по лицу. Улыбнувшись, Доминик скрестил руки на груди. - Выкладывай. - Мужики – идиоты, - она подперла лицо рукой, положив локоть на стол. – Вот и все. Доминик вскинул брови, ожидая продолжения. - Просто… обещай не смеяться, окей? Улыбка стерлась с его губ, уступая место беспокоящемуся выражению лица: - Конечно. Давай, рассказывай. Рассеянно откинув прядь волос со лба, Александрия поджала губы, прежде чем выпалила: - Это Том, ясно? Доминик тупо уставился на девушку, пока та не добавила «Кирки». Осознание озарило лицо парня: - Ты и Том? - Пфф, - получил Доминик в ответ. Затем она закатила глаза. – Я хотела сказать «если бы». - Ауу, - игриво проскулил Доминик, заработав шлепок по руке. - Заткнись, ладно? Этого не будет. - И почему же нет? - Мне нужно отнести заказ- — Александрия поднялась со стула, но Доминик быстро усадил ее обратно. - Так, я отнесу еду за тебя, а когда я вернусь, ты мне все объяснишь. Закончив работу, Доминик вернулся к их столику, плюхаясь на стул. - Хорошо, продолжай. - Если хоть кому-нибудь растреплешь — - Ни одной живой душе. Теперь, рассказывай, - настоял Доминик. - Ладно. Так. В общем, Том нравится мне уже… какое-то время. Не думаю, что тебе стоит знать, как долго, потому что тогда я покажусь тебе жалкой. Просто он… - Александрия вздохнула, избавляясь от мечтательного взгляда кивком головы. – В любом случае, я уже решила, что больше не буду ждать от него первого шага. Я всегда думала, что, может быть, я ему тоже нравлюсь, но, похоже, я была ослеплена собственной влюбленностью. Она прикусила губу, глядя вниз, прежде чем продолжить: - Именно поэтому я вчера и звонила. Я хотела попробовать и узнать у Мэттью номер Тома. Я подумала, что если дам этим отношениям шанс, но ничего в итоге не получится, то, по крайней мере, с этим будет покончено. - Так что же произошло? Почему это не сработало? - Ну, до Мэттью я так и не дозвонилась – что, наверное, и к лучшему, потому что Том сегодня звонил и заказал столик на двоих. Доминик нахмурился. - Ну, знаешь, это может многое означать… - Он сказал Гордону, что ему нужен самый лучший столик для супер важного свидания с какой-то невероятной девушкой, которую Том хочет сразить наповал. Или какую-то чушь вроде этого, - девушка поморщилась, откидываясь на спинку стула и стараясь казаться равнодушной, в результате чего она надула губы. Наклонившись вперед, Доминик накрыл ее ладони своими. - Мужики такие козлы. Александрия разразилась смехом, услышав это, чем вызвала улыбку на лице Доминика. Затем он взглянул на девушку уже серьезно. - Нет, правда, мне очень жаль. Он был бы счастливчиком, если бы выбрал тебя, знаешь. Александрия покраснела, отводя взгляд: - Я пойду, проверю, как там мои столики. Прежде чем упорхнуть к гостям, девушка повернулась к Доминику лицом: - Подожди-ка. Я забыла спросить – как там у тебя дела с сам-знаешь-кем? - Эм, сложно сказать, - Доминик потер затылок, - но я думаю, что сейчас он меня ненавидит. - Сильно в этом сомневаюсь, - усмехнулась официантка. – Что заставило тебя так подумать? - Длинная история. - Расскажешь потом? - Скорее всего нет. Она сложила руки на груди. - Я вытащу ее из тебя, щеночек. Александрия ушла, и на ее место пришел гораздо более устрашающий брюнет. Мэттью приказал ему следовать за ним, даже не оторвавшись от своего блокнота, в который он постоянно что-то записывал. Доминик вскочил со стула, даже и не думая препираться – именно так и прошла его сегодняшняя смена. *** Одиннадцать часов вечера наступили довольно быстро, учитывая всю ту неловкость, которая сопровождала Доминика в этот рабочий день. Как только Мэттью закончил вытирать последний из своих столиков, в дверях показалось знакомое лицо. Александрия и Доминик были заняты в углу зала, девушка крикнула Мэттью, заставляя Доминика обернуться. - Эй, Мэттью! Менеджер повернулся на голос и увидел Доминика, смешно трясущего своей задницей и не осознающего, кто сейчас на него смотрел. Александрия еле сдерживала смех. - Нет, нет, чуть левее… Мэттью, можешь подсказать Доминику, где именно он запачкался соусом? Щеки Мэттью вспыхнули ярко-красным, когда он пробормотал «он в порядке». Доминик резко выпрямился, ныряя на кухню и посылая убийственный взгляд в сторону Александрии. Девушка этот взгляд так и не заметила, так как отвлеклась на одного определенного бармена. - Беллс! Мэттью вышел навстречу своему старому приятелю, хлопая того по спине и широко улыбаясь при виде букета цветов, который был в руках у Тома. - А эта леди счастливица. - Посмотрим, - усмехнулся Том. Мэттью усадил его за самый лучший столик в ресторане, закрывая The Bistro и приглушая свет к приходу спутницы Тома. Остальной персонал уже разошелся по домам – сегодня Мэттью отпустил их пораньше. Крис остался единственным поваром на кухне, будучи проинформированным об особенном мероприятии и оказавшимся в восторге от идеи помочь своему другу. Ерзая на стуле, Том окинул ресторан взглядом и легко улыбнулся; эта улыбка, как и его внешний вид – прическа, пиджак и брюки – были призваны скрыть его нервозность, но пока что это плохо удавалось. Доминик нашел бы это очаровательным, если бы не болезненный эффект, который одним своим видом оказывал этот мужчина на Александрию. Думая об этом, Доминик отправился на кухню, чтобы найти девушку. Она сидела на столешнице, свесив ноги, тем самым нарушая один из самых священнейших запретов Мэттью. Когда Доминик вошел внутрь, она спрыгнула. - Я не могу этого сделать. - Может, Мэттью сейчас отпустит тебя домой. Он ведь уже отправил остальных, да? – спросил Доминик, стараясь быть полезным. - Я уже спрашивала, - беспомощно ответила девушка. – Я не понимаю, почему он заставляет меня здесь находиться, прекрасно зная о чувствах, которые я испытываю. Боже, это так глупо, что я вообще их испытываю. Почему это имеет такое значение? Доминик вздохнул: - Я бы очень хотел тебе помочь. В этот момент на кухню зашел Мэттью. - Александрия? Не окажешь мне услугу? Мне нужны два бокала Шардоне на 74-ый столик. Она закатила глаза: - Сейчас у нас занят только один столик, Мэттью, и за ним сидит Том. - Да. Семьдесят четвертый, - повторил он. - Ты заставишь меня обслуживать его? – чуть не плача спросила Александрия, чувствуя что-то среднее между возмущением и желанием умолять Мэттью не делать этого. Он передал ей два бокала, бутылку вина и, ухватив за плечи, развернул лицом к залу: - Иди. Дуясь, девушка пошла к названному столику. Доминик также вышел в зал, наблюдая за лицом Александрии, скрытым под маской жизнерадостности. - Здравствуйте, мистер Кирк. Он улыбнулся. - Формально до ужаса. - Что ж, мы ведь не хотим обидеть твою спутницу, правда? – плоским голосом ответила девушка, открывая бутылку одним резким движением и наполняя бокалы. Потирая лоб ладонью, Том стыдливо усмехнулся, так и не ответив на вопрос. Александрия выдавила из себя улыбку, спрашивая: - Так где же та «особо важная женщина»? Мне очень хочется встретиться с ней. На этих словах, Том поднялся со своего стула, взял в руки букет и нерешительно выставил его перед собой. - Я надеялся, что… может, это будешь ты? Александрия застыла на месте, разинув рот и тупо глядя в одну точку. Доминик наблюдал за ее очевидно провальными попытками сказать хоть какие-то слова. Том продолжил, заикаясь: - То есть, я… черт, все не так. Я в этом полный лох. Прости, я просто имел в виду… Алекс, ты будешь… мы можем?.. – он указал на стул напротив себя, с надеждой глядя на девушку. Она поставила бутылку на стол, кивая и садясь напротив Тома, который ринулся выдвинуть ее стул. - Но… почему? То есть, я ничего не понимаю. К чему такие заморочки? Почему просто не взять и не пригласить меня на настоящее свидание? Вернувшись на место, Том, отчаянно краснея, уставился на собственные ладони: - Ну, думаю, я просто… волновался. - Волновался? Насчет чего? Он потер шею. - Думал, что ты мне откажешь. Предположим, что это был мой способ обойти твое возможное «нет». В этот момент в зал вошел Мэттью, ставя перед двумя краснеющими влюбленными горячую закуску и объявляя тем самым начало их ужина. *** - Неплохая парочка, как считаешь? – тихо спросил Кристофер, наблюдая за оживленной болтовней Тома и Алекс, которые только что вышли из здания, шагая по улице и держась за руки. Мэттью оперся на стену, скрестив руки на груди. - Ммм, - согласно промычал он. - Действительно заставляет тебя задуматься над тем, что могло бы быть, если бы каждый просто шел вслед за тем, чего он хочет, - продолжил повар, вытирая руки о полотенце. - Не начинай, Кристофер, - Мэттью прищурился. Более крупный и высокий мужчина поднял руки перед собой в защитном жесте. - Я лишь пытаюсь сказать, что все заслуживают шанс стать счастливыми. Уголки губ Мэттью внезапно опустились вниз. - Заслуживать не обязательно значит получать. Прежде чем Кристофер смог ответить, Мэттью выключил свет и направился прочь, чтобы найти Доминика. - Доброй ночи. Кристофер вздохнул. - Доброй ночи, Мэттью.