Appetite

- Другими словами, к живописи это не имеет никакого отношения. На другом конце телефонной линии кивнули: - Вот именно. Но я не могу уйти, я только начал работать. Александрия проводила первую ночь у Томаса, зажав телефон между плечом и ухом и помешивая тесто для печенья. Ее бойфренд совсем скоро придет домой, чтобы учуять запах свежей выпечки. Но девушка пыталась не так сильно радоваться этому, говоря с Домиником. - Конечно можешь, щеночек. Почему нет? Вздохнув, Доминик поводил ложкой в своей тарелке с хлопьями: - Мне 26 лет, и я еще нигде не работал, кроме как в The Bistro – а этот опыт я никак не могу использовать в своем резюме. Если я сейчас уволюсь, то получится, что меньше, чем за год, я сменил два места работы, толком никем и не став. Поэтому, искать новое место сейчас для меня просто не вариант. Алекс покачала головой, открыв было рот, чтобы что-то сказать, но промолчала. - К тому же, если я продержусь на нынешнем месте год или около того, меня могут перевести в другой отдел. И тогда я буду работать там, где нужны будут художники. Мне нужно лишь немного потерпеть. - Но, Дом, ты же не этим хотел заниматься. - Знаешь, быть официантом я тоже не горел желанием. Александрия не стала обращать внимания на его ворчания и оправдания – за это Доминик ее одновременно любил и ненавидел. - Я думаю, что ты легко сдаешься. Если бы эта работа делала тебя счастливым – или, по крайней мере, не несчастным – я бы ничего не сказала. Но ты художник, и ты любишь это. Разве нет иного способа применить свои навыки? - Я не знаю, что я должен делать. Что, продавать картины, которые лежат в моем багажнике? Сейчас мне необходимо начать хоть какую-то карьеру, а эта работа пока что является лучшим предложением. - Хорошо, Дом, хорошо. Прости. Я не хотела тебя расстраивать. Я лишь хочу, чтобы ты был счастлив. Он вылил остатки хлопьев в раковину. - Я знаю. И я не хотел ныть по этому поводу. Спасибо, что выслушала. - В любое время, щеночек. Так, мне надо запихнуть печенье в духовку, так что я позвоню тебе завтра, договорились? Доминик поморщился от одного упоминания о выпечке Алекс. На секунду он даже хотел послать Кирку предупредительное сообщение, но вместо этого улыбнулся и, пожелав ей хорошего вечера, отключился. Однако Доминик не убрал телефон, продолжая разглядывать трубку в своей ладони. Что, если бы на другом конце провода был Мэттью? Какой бы он дал ему совет, если бы они сейчас были вместе? Доминик знал, что он скажет. Просто продолжай думать о живописи – делай сейчас то, что должен, чтобы в будущем получить то, что хочешь. Он ясно мог видеть широко распахнутые глаза Мэттью, его чуть выставленный вперед подбородок, когда мужчина говорил бы эти слова. Доминик мог чувствовать поцелуй Мэттью на своих губах, который бы придал ему уверенности и наставил на правильный путь. Сейчас Доминик нуждался в Мэттью больше, чем когда-либо. Он пытался найти этот факт раздражающим, но единственной эмоцией, которую испытывал парень, было сожаление. Каждый день был борьбой, которую Доминик проигрывал, убеждая себя в том, что с Мэттью он не будет счастлив. Он пытался в это верить, но правда была такова: он еще никогда не был так счастлив, как в эти несколько безумных месяцев, что он жил в своей машине и квартире незнакомца, работая официантом. Но ему пора было повзрослеть и оставить детские игры в прошлом. *** - Чуть не забыл, - Мэттью указал на плинтуса, - мы же их убираем, да? Томас ходил за ним по пустому помещению, держа в руках планшет с зажимом и записывая все, что говорил его друг. - Хорошо, но чем ты думаешь их заменить? - У меня дома лежат образцы дерева, я покажу тебе. - Сегодня не могу, приятель. Ужин, помнишь? Мэттью развернулся на костылях: - Ах, да, точно. А что насчет завтра? - Завтра так завтра, - с улыбкой на лице пообещал ему Том. – Знаешь, мы бы могли сегодня куда-нибудь выбраться, позже вечером. Если хочешь. Ты, я, Алекс и… - он запнулся, прочищая горло, - эм, Алекс. Мэттью притворился, что не заметил заминки в его словах, и покачал головой. - Не думаю, что- - Ну же, Беллс. Тебе пойдет на пользу. - Ладно, - мужчина недовольно поджал губы. – Пропущу с вами пару стаканчиков, а потом поеду домой. У меня куча работы. Кивнув, Томас одарил его согласной улыбкой: - Да, конечно. Все, что угодно. - Отвали, - ответил Мэттью, толкая его в плечо. – Мне не нравится, когда ты так со мной разговариваешь. Томас закатил глаза: - Нравится, еще как. *** Они пробыли вместе два часа. Нет, даже не так – они пробыли вместе один час и пятьдесят три минуты, прежде чем Алекс с Томом его кинули. Ладно, может, «кинули» не совсем подходящее слово. Они просто удрали "крестить" первым трахом свой новый дом, перед этим предложив Мэттью довезти его до квартиры. Когда он отказался, Томас расплатился по их счетам, а затем открыл новый для Мэттью. Потом он дал бармену щедрые чаевые, еще немного денег и номер такси, чтобы отправить Мэттью домой. Но Мэттью предпочел термин «кинули». Дуясь на стакан воды и раздумывая над тем, стоило ли ему просто поехать домой, Мэттью обернулся, через плечо глядя на предлагаемый этим самым баром выбор. Неплохо. Он вспомнил полученный недавно совет и вздохнул, потирая затылок. Мэттью довольно долго разглядывал помещение, после чего, наконец, развернулся на стуле, одной ногой удерживаясь за соседнее сиденье, чтобы его не кружило. Он расстегнул две верхних пуговицы своей рубашки, взъерошил волосы и надел на лицо свою фирменную ухмылку. Откинувшись назад, Мэттью уперся локтем в столешницу и отпил воды, принимаясь встречать взгляды и ждать. Через несколько минут он болтал с высоким, темноволосым мужчиной, с большими карими глазами и ленивой улыбкой на лице. Мэттью не интересовала болтовня. Через тридцать секунд их губы слились в поцелуе. Через две минуты его пальцы были в волосах Мэттью. Через три минуты они спустились под воротник его рубашки. Через пять минут Мэттью стало скучно. Следующей на очереди стала фигуристая темноволосая женщина с акцентом, который Мэттью так и не удалось распознать. В любом случае, он сказал ей, что это было сексуально. Но это было не так. Взгляд Мэттью потускнел, но не от выпитого алкоголя, а от безумия ситуации, в которую он себя втягивал. Женщина провела своими длинными ногтями по его шее, прижимаясь к его губам собственными и с хихиканьем посасывая его язык. Мэттью уже ненавидел этот звук. Наконец, он выдохнул через рот, отпихивая дамочку от себя. Прорычав какое-то ругательство себе под нос, когда она попыталась вернуться, Мэттью развернул стул обратно к бару, подтягивая ноги к себе. Он шумно сглотнул, успокаивая себя и приглаживая рубашку. Через несколько минут он подмигнул бармену. Блондин тепло улыбнулся Мэттью, подходя к нему с новой порцией напитка. Безусловно, он больше подходил на роль того, кого искал Мэттью. Они едва успели поцеловаться, прежде чем он принял решение. - Сегодня ночью ты поедешь ко мне, - Мэттью прикусил парня за мочку уха. - Спасибо за приглашение, - усмехнулся бармен, - но у меня есть кое-какие дела, с которыми нужно разобраться. Мэттью раздраженно фыркнул, пытаясь спрыгнуть со стула, но преуспел лишь в том, что ударился ногой об пол. Морщась и борясь с костылями, он выдернул из кармана бумажник и швырнул на стойку несколько купюр. - Ладно. Все равно уже поздно. Он, спотыкаясь, проковылял до выхода, отказываясь от предложенного барменом такси, и вместо этого самостоятельно прохромал весь путь до дома. Ему удалось подняться по лестнице, несмотря на пульсирующую боль в ноге, а затем устало распахнуть дверь. Рухнув на кровать, Мэттью даже не стал ругать Тайгера за то, что пес тут же вскочил на нее. Мэттью провел пальцами по волосам, затем поднимая руки к потолку. - Блять, - прошипел он. – Что, черт возьми, я делаю? *** Томас и Александрия сидели на диване в своей гостиной, когда их мобильники одновременно пропищали. Два сообщения в одно и то же время: они были нужны своим друзьям. Этим вечером стало очевидно, что все, на что они надеялись, не срабатывало. Что бы они ни пробовали, это не помогало. Мэттью был несчастен. Доминик был разбит. И вот так, просто, ими было принято решение и придуман план. - Думаю, было бы хорошо, если бы ты заглянул и посмотрел, что я сделала с квартирой Тома. - Да, ужин на троих, завтра вечером? - У тебя получится? - Отлично. - Увидимся завтра. *** Получив прошлым вечером странное и довольно настойчивое приглашение от Алекс, Доминик вынужден был заскочить после работы в магазин и купить бутылку вина. Затем он заехал домой, чтобы переодеться, и, с улыбкой на лице предстал перед их дверью в назначенный час. Судя по доносящимся с кухни великолепным запахам, за сегодняшний ужин отвечал Томас. Доминик мысленно выдохнул с облегчением. - Даже приоделся для нас, м? – пожурил Доминика Том, принимая из рук улыбающегося парня вино. Доминик пригладил свой галстук. - Я не знал, как следует одеваться для ужина в честь новоселья. - О, перестань, - Александрия обняла Доминика, - я думаю, что он выглядит просто потрясающе. Доминик склонил голову вбок, одаривая Томаса вопрошающим взглядом, когда Алекс подмигнула ему. Том притворился, что не заметил его, и продолжил: - Шучу, приятель, просто шучу. Кстати, спасибо за вино! Они прошли на кухню, и когда Том убедился, что с уткой было все в порядке, он заявил, что сбегает до магазина. Алекс крикнула своему бойфренду, чтобы он сильно не торопился, и повела Доминика в экскурсию по их новому дому. Он вежливо слушал подругу, пока та перечисляла различные места, в которых она нашла шторы и ковры, а также делилась своими дальнейшими планами, касающимися ремонта. После демонстрации кафеля, выбранного для стен в ванной, Алекс развернулась к Доминику лицом и, положив руку ему на плечо, задержала его у раковины: - Дом, мне нужно кое в чем тебе признаться. - У тебя на самом деле нет никаких чувств к Тому, и ты используешь его связи для того, чтобы пробиться в мир декораторов? Она покачала головой и рассмеялась: - Заткнись. Нет. Слушай, мне нужно тебя кое о чем спросить. - Хорошо, - ответил Доминик, продолжая улыбаться. - Помнишь, как-то я сказала, что тебе будет лучше вдали от Мэттью? С его лица пропал даже намек на улыбку. - Эм, да. - Это помогло? Доминик выразительно посмотрел на нее, после чего вздохнул: - Я правда не… думаю, что я бы хотел говорить об этом, стоя в вашей ванной комнате. Алекс оглянулась, в ту же секунду выходя в коридор: - Прости, да, конечно. Ты прав. Вернемся в столовую? *** Мэттью волочил за собой ногу, поднимаясь по небольшой лестнице, ведущей к входной двери. Томас шел следом, закрывая машину и перепрыгивая через ступеньки, чтобы придержать для Мэттью дверь. - После вас, сэр, - усмехнувшись, произнес Том. Понимая, что Том хочет вывести его из себя, Мэттью лишь мельком взглянул на друга, проталкиваясь вперед. - Алекс где-то там. Я скоро, пойду, проверю ужин. Мэттью кивнул, стягивая с себя куртку, и, прихрамывая, прошелся по гостиной, любуясь фотографиями на стенах. Неспешно гуляя по ковру, он мог слышать голоса, доносящиеся из столовой. Мэттью оглянулся, на мгновение раздумывая над тем, чтобы позвать Тома или Алекс, но вместо этого он подождал пару минут, а затем открыл дверь. Когда Мэттью заглянул в комнату, его сердце готово было выпрыгнуть из груди. Перед ним за столом сидел единственный человек, который мог отключить голос его разума. У него были светлые волосы, приятный голос, мягкий смех. У него были заботливые руки и улыбающиеся глаза. Он весь был спокойствие, счастье и комфорт, и он же был самой пугающей вещью в мире. Это был Доминик. - Я любил его, понимаешь? И до сих пор… люблю. - Я не знала об этом, - едва слышно сказала Александрия. – Конечно, я могла бы и догадаться, но… - Только это ничего не значит, потому что, логически, я знаю, что не должен этого чувствовать. Я не смогу быть с кем-то, кто по уши влюблен в свою работу, и для кого она всегда будет важнее меня. Поэтому, нет, это не помогло и легче мне не стало. Это самое трудное, что мне доводилось делать в жизни. - Я понимаю. Доминик развернулся чуть левее, продолжая: - Каждую минуту каждого дня я хочу сдаться, потому что я скучаю по нему. И я ненавижу это. Но я думаю, что ты все равно была права. Думаю, так будет лучше. Потому что иначе… Его взгляд переместился на дверь, и в горле Доминика мгновенно пересохло. - Мэттью. Казалось, что из комнаты разом высосали весь воздух. Наконец, Мэттью прочистил горло: - Я… был приглашен. Я здесь не для того, чтобы… Я не хотел… - он переминался на костылях, не зная, чего он сейчас хотел больше: подойти ближе к столу или пулей выбежать из этого дома. - Я подумала… что, если вы двое… - Александрия встала, делая несколько шагов по комнате и подходя к Мэттью, понижая его шансы на то, чтобы смыться отсюда. – Может, если вы поговорите друг с другом… Ни один из молодых людей не смотрел в сторону девушки и, скорее всего, даже не слышал, о чем она говорила. Мэттью шагнул вперед. - Это правда? Ты и в самом деле так думаешь? - Я… - большие серые глаза метались по комнате – у Доминика не было сил посмотреть на Мэттью. - Хорошо, - Мэттью кивнул, смотря под ноги. Доминик так и не смог понять, улыбался он или хмурился, говоря это. – Хорошо, - и он развернулся на костылях, позволяя двери захлопнуться за ним с громким звуком. У Доминика было такое ощущение, словно из его груди только что вырвали сердце. … после чего рану перебинтовали, а разодранное в клочья сердце сожгли, излечили, вставили обратно и вырвали снова.