Темная сторона солнца

POV Tom Меня долго водили по каким-то коридорам. Мимо проносились десятки людей, что-то обсуждающих, что-то жующих, активно жестикулирующих и чем-то размахивающих. И вот наконец-то мой провожатый обернулся и бросил: - Пришли. Сейчас я постучу в дверь и, если мистер Каулитц разрешит, ты войдешь. Но перед этим я хочу сказать одну вещь: если за эти сутки с Биллом что-то случится из-за тебя – ты труп. Во всех смыслах этого слова, - стучит в дверь. Я не знаю, отчего, но по моему телу побежали целые табуны мурашек (кто-нибудь когда-нибудь задумывался, почему их так называют?.. Черт, Том, в каком месте твои мысли!) Слышу приближающиеся с той стороны шаги, охранник проталкивает меня вперед, а я, в свою очередь, вытягиваю вперед букет, как щит. Дверь, как в замедленной съемке открывается, и на пороге стоит ОН. Правда, в каком-то очень странном виде, но это ОН. И этим все сказано. ОН медленно пятится назад, кивком приглашая меня вовнутрь гримерки. Пауза затягивается. Под пристальным взглядом ЕГО ореховых глаз мысли в моей голове разбежались, как тараканы. Понимаю, что надо что-то сказать, а то ОН и вправду уверится, что я дебил. - Здравствуй. - Привет, - от звука этого голоса волоски по всему телу встают дыбом. Том, Том, тебе надо что-то срочно сказать... - Это тебе, - не придумав ничего лучше, сую букет в руки. - Спа-сибо, - его голос чуть дрожит. ОН что, смущен? Или злится? Наблюдаю, как Билл обшаривает взглядом комнату, пытаясь найти «место преткновения» для цветов, или, проще говоря, куда бы засунуть букет, чтобы он и не мешался, и я не обиделся. В конце концов, он просто кладет его на вроде бы туалетный столик. По крайней мере, это сооружение с зеркалом, заваленное кучей тюбиков-кисточек-баночек-щеточек и прочих предметов, о назначении которых я имею весьма смутное представление, можно назвать туалетным столиком. ОН возвращается ко мне и протягивает руку: - Билл. - Том. И только тут я замечаю, в каком мой кумир виде. Хм, ничто человеческое ему не чуждо. Хотя, наоборот, походу дела с расческой после концерта он явно не подружился. Сам того не замечая, громко фыркаю, за что получаю просто убийственный взгляд. POV Bill Что ??? Что со мной не так? Почему он фыркает? Этот странный, пробирающий до дрожи парень в нелепых шмотках. - Что? – мне не удается спрятать в голосе раздражение. - Эээ... Нет ничего, - ехидно улыбается, награждая мои замечательные тапки весьма красноречивым взглядом. - Ой, черт, - чувствую, что начинаю краснеть, - ты меня прости. Я сейчас переоденусь, - я что, оправдываюсь? Перед совершенно незнакомым парнем??? - Да нет, и так ничего. Ты такой... эээ... домашний. Я тебя никогда таким не видел, - улыбается. Ему либо и правда нравится, и тогда он точно полный кретин, либо он слишком хорошо притворяется. – Я думал, мы куда-то поедем? Если да, то мне все же лучше переодеться, а то экзальтированные фанатки и гламурные издания вряд ли оценят смену имиджа, - хмыкаю. - Эээ, - у парня на лице появился отпечаток тяжелого мыслительного процесса. – Конечно, поедем, - снова улыбается. - Тогда я на пять минут отлучусь, а ты пока присаживайся, – с достоинством разворачиваюсь (надеюсь, что с ним), подхватываю так удачно подвернувшуюся сумку с одеждой и направляюсь в ванну. Закрываю дверь и судорожно, путаясь в руках и ногах, начинаю одеваться. POV Tom Нет, он правда уникальный. Такой милый, искренний. Именно такой, каким я его представлял. Смущается, краснеет, запинается и хмыкает, как совершенно обычный человек, но я-то знаю, что он особенный. Из-за двери, судя по всему, в ванную, раздался странный шум и приглушенная ругань... Эмм... Он что там делает? Надеюсь, что не звонит охране и не умоляет по-тихому убрать меня отсюда. За десять минут, которые он находился вне поля моего зрения, я передумал кучу мыслей, но, честно, не могу вспомнить ни одну из них. Наконец-то замок щелкнул и Билл вернулся ко мне. - Ну, вот и все. Скучал? – улыбается и плюхается рядом со мной на диванчик. Он был настолько близко, что я ощущал исходящее от него тепло и чувствовал его аромат. Голова шла кругом. Соберись, Том, ты мужчина или тряпка? - Конечно. - Том, расскажи о себе, - хм, вот этого я не ожидал. - Нууууу... – мыслей просто ноль, что ему сказать-то? Видя мой ступор, Билл попытался прийти на выручку: - Ты учишься где-нибудь? Работаешь? Чем увлекаешься? – напоминает знакомство в аське, не хватает только звука «О-оу» после каждой фразы. - Нет, я нигде не учусь. Разрабатываю компьютерные игры, иногда сайты. Увлекаюсь... Биллом Каулитцем, - мозги наконец-то встали. Билл откинулся на спинку и рассмеялся: - Я бы мог догадаться. Чем бы ты хотел со мной заняться? Эмм. Чем бы я хотел с тобой заняться? Когда ты сидишь рядом со мной, почти касаясь своим обтянутым черными джинсами бедром моего? Когда от тебя так дурманяще пахнет, а с чуть влажных волос стекают капельки воды по шее? Чем бы я хотел с тобой заняться? - Я слышал, что после концертов обычно очень хотят есть? Это правда? – стараюсь скрыть дрожь в голосе, вызванную столь будоражащими мыслями. Его правая бровь картинно взлетает вверх: - Правда. - Тогда тебя сначала надо накормить, а потом посмотрим. - Ты мне уже нравишься, - радостно улыбается. Знал бы ты, как ТЫ мне нравишься. - Я знаю, - ехидно подмигиваю, отчего великий и могучий Билл краснеет. - Тогда идем, - он встает, хватает со стола сумку и темные очки и протягивает мне руку ладонью вверх. Значит, доверяет. Протягиваю ему свою и встаю. Мы так и шли за ручку по всем этим коридорам, будто он – папочка, а я маленький мальчик, который боится потеряться в этом огромном мире. Только когда я увидел надпись «Сцена. Выход № 1», в моей душе возник вопрос: а куда мы, собственно, идем? Мне, конечно, совсем не важно, где быть с ним, но все же... - Билл? – мой голос звучит как-то тихо и неуверенно. - Что? – резко останавливается, отпускает мою руку. - А мы куда идем? Он разворачивается лицом ко мне: - Знаешь, где звезду никогда не ждут папарацци, фанатки и не ищет охрана? – подмигивает. - Где? – туплю, очень туплю. - На главном выходе, - его смех, похожий на перезвон сотни хрустальных колокольчиков, разнесся по коридору. – Только это надо делать ооочень быстро. Представьте себе, но на главном выходе нас действительно никто не ждал. Три минуты спустя светло-голубое такси уже увозило нас подальше ото всех. Если до выхода из здания между нами словно стояла какая-то стена, которая не давала нормально общаться, то сейчас она рухнула. С Биллом легко было делать все: ловить такси, смеяться, спорить, какая кухня вкуснее, выбирать ресторан, изучать меню, смущать официанток, просто есть, пить колу, рассказывать пошлые и не очень анекдоты, привлекать кучи неодобрительных взглядов, пить шампанское из горлышка на берегу реки, заедая его только что вымытым минералкой виноградом, бесплатно протискиваться через турникеты в метро; кататься туда-сюда на эскалаторе; кормить бездомных котов самой дорогой рыбой, купленной в супермаркете напротив; есть мороженое; кататься на аттракционах в парке развлечений; прыгать на батуте; кормить голубей; оправдываться вместе с ним по телефону перед разъяренным начальником службы охраны и Дэвидом Йостом; обрывать чьи-то клумбы; строить глазки незнакомым девушкам и отпускать в небо пару сотен воздушных шариков... Спустя 12 часов мне казалось, что я знал его всю жизнь, что я его любил всегда. Всего. От пары торчащих дыбом волосинок на голове, выбившихся из укладки, и до запыленных носков кроссовок.