Только будущее

      «— Знаешь, — загадочно начала Мила и посмотрела на Нила своими улыбающимися глазами, — если у нас будут дети, то они не будут такими угрюмыми, как ты.       — Да? — с наигранным удивлением спросил парень, отвлекаясь от книги.       — Угу, — весело кивнула рыжеволосая и упала на кровать Нила, что стояла прямо сзади нее.       Ему нравилось, когда она вот так делала: размышляла в слух улыбаясь, морщила носик, потешалась над его характером, а потом плавно падала на диван или кресло. В этот момент она казалось такой маленькой и невинной. Наверное, поэтому она всем нравилась. Не без того своими рыжими кучеряшками и веснушками на все лицо, а характером.       — Я заинтригован, — уже давным-давно отложив книгу на второй план, проговорил Нил.       Он медленно опустился на диван и навис над Милой. Почувствовав, как под девушкой прогнулся матрац, она еще больше зажмурилась и выставила губы «уточкой» подставляя их специально для поцелуя. Лютов ухмыльнулся и прикоснулся своими губами к таким "красивым" в данный момент губам Милы. Она подалась к нему, чтобы быть ближе и, наслаждаясь поцелуем запустила свои руки в его черные как смоль волосы. Внизу живота бегали бегемоты, а в мозге единороги блевали радугой. Рука Нила уже плавно перемещалась под тканью блузки, а вторая спряталась в кучерявых волосах рыжей.       Поцелуй медленно перерастал из трепетного в более страстный и твердый. Первой отстранилась Мила и посмотрела на парня: волосы растрепаны, темного цвета глаза застелены дымкой возбуждения, дыхание сбито.       — Нил, я... — попыталась было начать Рудик, но Нил лишь тяжело вздохнув уткнулся носом ей в ключицу.       — Хорошо, Мила... хорошо, — выдохнул он рыжей в шею и еле прикоснулся губами к мягкой коже.       Она поцеловала его в щеку и аккуратно вылезая из объятий, сползла с кровати. Проскакав половину комнаты, усевшись поудобнее на стуле, девушка взяла ту самую книгу и постаралась углубиться в чтении, чтобы не видеть, как Лютов развалившись «звездочкой» тяжело дышал в подушку. Не выдержав того напряжения в джинсах, он поднялся с кровати и скрылся за белой дверью — ванной.       Включив холодную воду, парень залез под душ. Простояв так под ледяными струйками воды минут десять, он переключил уже на теплую воду и благополучно освежился.       Когда дверь ванны захлопнулась, а Нил вышел, Милы уже как след простыл. Стул был задвинут за стол, а книга лежала на полке, что висела на стене.       Завалившись на кровать, он прикрыл глаза и провалился в сон.»       Отогнав то, что только что всплыло в памяти, Нил понял, что прошел большую часть пути к Черной кухне. Сейчас парень стоял неподалеку от Львиного зева и спокойно мог наблюдать как за воротами скрываются группки меченосцев. Из одних таких группок отделилось двое людей и направились в сторону Нила.       — Лютов! — раздался громкий голос Ромки.       Когда меченосец был на том расстоянии, что мог слышать, он сказал:       — Лапшин, ну ты же знаешь, что я искренне люблю тебя всеми фибрами своей души. Что же тебе от меня надо то, а?       Ромка неодобрительно фыркнул, и, уже открыв рот, чтобы что-то сказать, закрылся, ибо златодел опередил его:       — Так еще и эту приволок с собой, — он кивнул на стоявшую сзади него Белку.       — Ох, Лютов, как же мне приятно слышать о твоих взаимных чувствах ко мне. А если уже серьезно, то, где Мила? — пропуская мимо ушей упрек о присутствии Векши, спросил Ромка.       — Да вы издеваетесь, — возмутился он. — Не знаю я, где черти носят её. И знаешь, что? Не хочу знать, — проговорил Нил и решил продолжить свой путь.       — Слушай сюда, Лютов, — ухватив руку златодела крепкой хваткой начал Ромка, — если ты...       — Да-да, Лапшин, если я к ней хоть пальцем притронусь; если у нее волосинка выпадет; если я ей что-то сделаю, — убьешь! Повторяешься, Лапшин, повторяешься. Пора бы что-то новое придумать, не думаешь? — насмешливо сказал Нил и выхватив свою руку, возобновил путь.       Спустя пару минут после этого диалога, на Лютова напало дежавю. Потому что, где-то он уже слышал этот разговор, когда-то уже случалось такое, но вот где и когда? Наверное, в прошлом году, как только у него с Рудик начинались отношения. Да-да, именно, как раз тогда...

***

      Уже второй день, лежа в кровати с грелкой внизу живота, Мила таращилась в потолок. Резкие боли заставляли морщиться и глубоко вдыхать сквозь зубы. Желание убить Лютова казалось уже не такой и бредовой затеей.       При воспоминании о парне кулачки сами собой сжались. Злость начала бить ключом только до тех пор, пока пальцы не начали болеть. Когда же он успел стать такой редкостной скотиной? А ведь если вспомнить, как Лютов её поцеловал и предложил встречаться, так комплексного Бога ещё и в помине не было.        «В День Грядущих Свершений всегда на поляне была массовая суета. Старшекурсники общались, смеялись, подстёгивали друг друга, в общем, делали все, что и каждый год.       К прибытию новобранцев, Владыка промолвил свою речь, Лирохвост спел песню, а дальше Зеркальный Мудрец решал судьбы будущих первокурсников. Все это время Мила стояла возле своих друзей, — Беляны и Романа. Так же не по совместимости, меченосцами. Наверное, Мила входила в то редкое число ребят из златоделов, которые нормально общались и с другими факультетами. В первый раз своего прибытия, девушка точно знала, что попадет в Львиный зев, но не тут-то было. Прямо ошибка природы. И ведь уже на седьмом курсе, а сомнения, что не туда ее впихнули, живет и по сей день.       В такой толпе было не где и мухе пролететь, такое было столпотворение. Плюнув на то, что с ее ростом все равно ничего не будет видно, постаралась протиснуться в конец, поближе к свежему воздуху.       Уже отойдя на приличное расстояние вообще от поляны, Милу передернуло, когда над ее ухом кто-то прошептал:       — Ну и куда же ты направилась?       — На твои поиски, — ухмыльнулась Мила и повернулась лицом к Лютову.       — Правда? — с наигранным удивлением в голосе, спросил Нил.       — Нет, — усмехнулась Рудик и пошагала дальше, ближе к мостику.       Парень направился за ней отставая лишь на пару шагов.       Когда оба были на месте и вид открывался на поляну, Мила произнесла:       — Правда красиво?       — Ну, я бы не сказал.       — Почему? — удивилась рыжая и внимательно посмотрела на парня.       Тот лишь подошел к ней ближе и прикоснулся рукой к щеке девушке. Мила, не соображая о том, что Лютов сейчас приблизился к ней на запрещенное расстояние, поцеловал её.       Такая сладкая близость длилась пару минут до тех пор, пока Нил не оторвался и не сказал:       — Теперь, ты моя девушка.       — Я согласна, — обвив шею руками, выдохнула она парню в губы.       — А я и не спрашивал, — прошептал Нил и снова прильнул к губам рыжей.»       Мила встала с кровати. Немного поворчав о том, что ее желудок не приспособлен к голодовкам, решила попытаться нормально пройтись. Первая попытка. Вторая попытка. Безуспешно. Третью попытку девушка уже и не решалась делать, потому что боль между ног не хотела давать такой возможности. Плюнув на все, Рудик походкой пингвинчика направилась на кухню.       Уже на месте, девушка встретила несколько златоделов из Младшего Дума, которые в поисках еды ее присутствие не заметили. Захватив себе парочку яблок и в зубы булку, Мила проходила гостиную. Какая же была неожиданность, — в такое-то время! — встретить там Амальгаму — декана их факультета.       — Госпожа Рудик, а я как раз вас и хотела видеть.       — Мэна? — с забитым ртом и удивлением в голосе пробормотала рыжая.       — Да, — согласилась женщина. — Вас не было в школе уже второй день. Что-то случилось?       — Оу, — вздохнула она. — Да, я себя не важно чувствую.       — Второй день? — изогнула бровь Мендель. В ответ был утвердительный кивок.       — Я могу идти? — сквозь булку спросила Мила.       — Да, конечно.       Довольная Рудик было уже пропрыгала пингвином всю гостиницу, как ее остановил все тот же голос декана:       — А что у вас с походкой?       — Эм... Ах, это... — пытаясь что-то придумать, мямлила девушка. — Ну, это, я...       — Это Мила мне проиграла в споре и теперь ей надо так ходить три дня, — послышался голос Лютова от двери.       Ну да, как же без него. Кинув убийственный взгляд на парня, Мила повернулась к Амальгаме и кивнула в знак согласия.       — Нил, будь добр, помоги Миле. Пусть не мучается из-за твоего спора, — и посмотрев на своего племянника выразительным взглядом, дождалась, пока он, матерясь сквозь зубы подойдет к девушке, ретировалась.       Нил, подхватив Милу как пушинку на руки, понес ее в сторону комнат. Та, возмущаясь сквозь булку что-то причитала, но все равно устроилась поудобнее на руках парня, ссылаясь на то, что больше не хочет мучить себя такими большими марафонами в ее состоянии.       Поднявшись на второй этаж, Лютов донес рыжеволосую до комнаты. Открыв ногой дверь, ввалился в спальню и посадил Милу на кровать. Она, надувшаяся и обиженная как тушканчик, поползла на середину кровати, накрылась одеялом, давая понять, что видеть парня не желает.       Нил, ухмыльнувшись такой картине развернулся и направился к выходу. Остановившись уже около двери, он хотел что-то сказать, но передумав, вышел.