Продается бэкстейдж

Крис перекрашивается в блонд для концепции нового альбома, и вся моя доселе относительно продуманная студенческая жизнь летит в тартарары. Группа еще не выпустила пластинки, записанной под лейблом Universal Music, а весеннее турне в поддержку второго альбома в истории The Blizzard уже сформировано. Продажи билетов на концерты стартуют в понедельник, а взволнованные фанатки уже обваливают сайты билетных операторов. Бестолковые системные администраторы не способны справиться с визжащими малолетками. Феномен коммерческого успеха The Blizzard до неприличия прост: они исполняют качественный европейский рок и выглядят, как сошедшие с обложки раритетных английских журналов элегантно одетые глэм-рок звезды конца 60-х годов. Пока корейско-китайский рынок взращивает десятки инкубаторных мальчуковых поп-групп, ни разу не отличающихся музыкальным материалом, Европа с распростертыми объятиями принимает неоцененных на родине музыкантов и любовно обхаживает, словно девиц на выданье. Непривычно утонченная азиатская наружность, совершенно чистый английский и драйвовое живое звучание обескураживают, приятно удивляют и окончательно обезоруживают. Музыкальные критики еще не могут определиться с подходящим термином. Какой же идиотизм — сидеть на лекции и обеспокоенно пролистывать ленту с новостями в поисках свежей ссылки на онлайн-покупку билетов. У одногруппников на уме какие-то дебильные ночные диско-вечеринки в местных клубах, у меня — поездка по чужой стране за тур-автобусом рок-звезд, покоривших Германию и нацелившихся на соседние страны Западной Европы. Восемь концертов в Германии, два во Франции и по одному в Австрии и Швейцарии. Я ни разу не малолетка и вроде бы еще в состоянии адекватно воспринимать реальность, но разумное объяснение для семьи никак не приходит в голову. Сорваться посреди учебного года в тур за группой могут позволить себе совершенно безголовые фанаты, отпрыски богатых родителей или те, кто ищет дешевой славы. Сина и Кара уже откупились дурацкими отмазками и продумывают маршрут. Желаю сжечь их на костре инквизиции, ведьмы! — Серьезно что ли? — скептически смотрит на меня мама, не веря ни единому моему слову. Родители, как правило, не интересуются увлечениями своих детей, пока не припрет. Пока не прижмет так, что на сеанс к психологу придется тягаться всей семье. А дети предпочитают не делиться тем, что им интересно, заранее предугадывая реакцию пап и мам, сплошь состоящую из недоверчивых взглядов, снисходительных улыбок и ничего не означающих рассеянных поддакиваний. И это в лучшем случае. На помощь как гром среди ясного неба приходит куратор моей работы. — У Вашей дочери есть потенциал журналиста-аналитика. У нас есть возможность предложить ей практическую работу на нескольких концертных мероприятиях с дальнейшей подготовкой авторского материала для ежегодной университетской конференции в конце апреля. Едва ли представляю, о какой конференции говорит пожилой профессор. Только родители воодушевленно внимают каждому его слову, предвидя успешную будущую карьеру своей дочери. Дают добро на посещение трех концертов в Мюнхене, Кельне и Дортмунде. Все за мой счет с отложенных с летней подработки денег. Хватает на дешевые хостелы, переезд на электричках по 5 евро и концертные билеты. А большего и не требуется. Если ты — один из тех фанатов-нищебродов, — работай и не ной, что кому-то везет в жизни больше, чем тебе. Не ищи оправданий своей лености и глупости: в противном случае твое место в тур-автобусе рок-звезд займет кто-то другой. — В тинейджерские и студенческие годы у меня была своя рок-группа, — позже объясняет мне профессор. — Если бы не мои консервативные родители, мы были бы вторыми U2. Перед стартом тура получаю должность модератора на форуме международного фан-клуба за адекватную фанатскую позицию, уважительный возраст и умение работать с интернет-ресурсами. В команду фан-клуба попасть не так уж и сложно. Администрация любит инициативных поклонников, готовых работать «во благо продвижения группы и развития фэн-сообщества» с вытекающими определенными бонусами. Сообщаю о том, что оправляюсь в тур за группой и мгновенно вырастаю в глазах малолетних фанаток, оставшихся по домам. Заталкиваю возмущающуюся Элизабет, полюбившую находиться на бэкстейдже, подальше, прощупывая иной путь к рок-кумирам. *** Встречаю несколько знакомых лиц с форума. Делаем снимки в инстаграм, хвастаясь билетами в фан-зону сразу на несколько шоу в турне. Местные мюнхенские девочки ночуют в круглосуточном кафе неподалеку от концертного зала, чтобы в половину девятого утра первыми занять очередь у металлических барьеров. Полиция подъедет только к полудню, а площадка около зала уже похожа на зону приема мигрантов с Востока. Палаток и одеял значительно меньше, чем в предыдущем туре: закаленные тру-фанатки давно спаковали их мешки и оставили прямо за биотуалетами. Теперь они отвечают за формирование очереди, рисуя номерки для постепенно собирающихся зрителей. Нахожусь непозволительно далеко от сцены, отвратительно видно из-за поднятых вверх мобильных телефонов, планшетов и ладоней. Раздражает. Бесит неопределенность сегодняшней ночи. The Blizzard просто выходят на сцену из-за кулис, не используя никаких технических заморочек, и заполненный восьмитысячный зал взрывается оглушительным визгом. Мурашки бегут марафон на короткую дистанцию по спине и рукам, а уши приятно закладывает. Это и есть кайф, его не нужно искать в наркотиках, психотропах, алкоголе или травке. Он окатывает с ног до головы, унося в пучину настоящего эмоционального возбуждения и кульминационной разрядки. И почему только врачи не рекомендуют лечиться лайф-концертами? Крис подходит к микрофонной стойке босиком, загоревший, обнаженный по пояс, в низких потертых и дырявых темно-голубых джинсах, поддерживаемых черным кожаным ремнем с огромной металлической пряжкой. В пальцах зажата прикуренная длинная сигарета, в ушах поблескивают колечки, а блондинистая челка небрежно спадает на глаза. Его левый сосок проколот, и у меня сводит где-то под ложечкой. Грешник во плоти. Шпок! Шпок! Шпок! Слишком знакомое ощущение витает в накаленном до предела воздухе, и у меня в груди что-то искаженно вибрирует. The Blizzard целиком отдаются публике, занимаясь платоническим сексом с каждым зрителем. Они насилуют свои музыкальные инструменты. Они дьявольски улыбаются, видя реакцию мюнхенской публики. Первый концерт тура, а зритель уже порван в клочья. — Криииис! Трахни меня! — истошно верещит девчонка из первых рядов, почти цепляясь руками за штанину подошедшего к звуковой установке вокалиста. По залу прокатывается одобрительный смешок. — Небеса еще не здесь, дарлинг, — быстро проговаривает Крис, отсылая необузданной фанатке тысячи сексуальных флюидов вместе со своей флиртующей полуулыбкой. — О, Господи! — повизгивает Кара, теряя к середине концерта всяческое самообладание и прорываясь ближе. На фан-зоне существует одно правило: шампанское пьет самый вертлявый и хитрый, и я, схватив Сину за локоть, внаглую толкаюсь за подругой. К черту немецкое «Шайзе!», шлепающее по нашим спинам. Она любит парней из бойз-бэндов и знает, когда они приезжают в ее город, Каждый фанат знает, когда занавес опустится, А она ждет на черном выходе тех, кто обладает престижем, Обещает удачу и легко дающуюся славу. Из уст фронтмена рок-группы кавер на одну из самых хитовых песен Майкла Джексона звучит, словно ода всем тем девочкам в кожаных мини-юбках и узких джинсах, которые терпеливо чего-то ожидают у светящейся надписи EXIT, приоткрыв щедро накрашенные темной помадой губки. Кажется, замечаю Дези и еще двух знакомых группиз. При параде, с пафосными лицами, в модной одежде. Переговариваются со стаффом, и заранее знаю, где закончится их сегодняшний вечер. Она говорит, что это в порядке вещей, и ты можешь делать все, что хочешь. Я буду твоей любовницей на одну ночь, уродом, над которым можно издеваться. И меня не волнуют твои слова, потому что я хочу зайти дальше, чем положено. Я стану всем, чем ты захочешь, если сделаешь меня звездой. Он неспешной походкой подходит к Майку сзади, скривив приоткрытые губы в полу-ухмылке, резко прижимается пахом к ягодицам гитариста и опускает длинные пальцы на музыкальный инструмент. Они увлеченно играют проигрыш в четыре руки под восторженный вопль толпы, срывающийся на истеричный крик, вместе двигаясь в такт музыке. Гитарные риффы режут по венам, и хочется истошно орать, захлебываясь собственным оргазмом. Ощущаю, как живот скручивает слишком очевидное чувство и тысячу раз проклинаю The Blizzard на чем свет стоит. Они удивительно точно угадывают настроение публики, до мелочей знают, как возбудить и удовлетворить ее прихоти и самим получить удовольствие. У рок-музыкантов существует лишь одно правило: твори на сцене все, что хочешь до тех пор, пока это укладывается в рамки подписанного контракта с концертным промоутером. Слегка кланяется другу и с невозмутимой улыбкой на лице отходит к середине сцены, будто это не он только что не имитировал половой акт со своим гитаристом. Диана приблизилась и сказала: «Этой ночью я полностью твоя», И я побежал к телефону, чтобы сказать любимой: «Я в порядке. Но не закрывай двери, потому что я забыл ключи». А Диана вставила: «Он не придет сегодня, потому что спит со мной». К концу концерта практически теряю голос, пропевая каждую строчку за вокалистом. Почему-то все песни оказываются выученными наизусть, а сохранять хладнокровие становится больше невозможным. Глупо пытаться отрицать то, что уже имеет место быть. Нелепо прикрываться возрастом или трусливо оправдываться перед теми, кто тебя хорошо знает. Вопреки своему желанию и напыщенному скептицизму, я становлюсь фанаткой The Blizzard.