Продается бэкстейдж

Мимолетный заинтересованный взгляд кумира так легко можно ошибочно принять за симпатию, обращенную в сторону обезумевшей и уже настроившей воздушных замков фанатки. Рок-музыканты терпеть не могут надуманных сложностей и недосказанностей, и если они решают пригласить девочку на бэкстейдж, они скажут ей это лично. В крайнем случае, попросят своих тур-ассистентов посодействовать. Если влюбленная крошка ни по каким параметрам не проходит, все, что ей остается — выдумать свою собственную историю судьбоносного взгляда и грамотно запустить ее в социальные сети. Становлюсь свидетелем подобной платонической лав-стори одной из парижских фанаток со студии радиостанции NRJ. Это совершенно точно неизбежно в бабском фэндоме, отличаться подобная махинация может лишь степенью драматизма и правдоподобности. Самопровозглашенные невесты — это еще одна головная боль для девочек-фанаток, сумевших кое-как смириться со существованием группиз, которым везде и всюду открыт доступ к татуированным молодым мужским телесам. Рыжеволосая худощавая Ивонн с огромными голубыми глазами восемнадцати лет от роду становится объектом моего неистового желания расспросить — каково это — срежиссировать, мягко говоря, провальную постановку и выдать ее за кассовый бестселлер? Люди склонны обращать внимание на все худшее и грязное, что происходит вокруг них. Фанаты — особенно. Если внутри фэндома созревает скандал, навеянный внешними факторами или — не дай Бог! — внутренними, онлайн-война разразится невероятная. Это только показательны все — едины, словно идеальная семья, образец для умиления и подражания. Глупо, ибо фэндом сплочен настолько, насколько един современный мир. Сегодня мы — страстные любовники, завтра — злейшие враги одним и закадычные друзья с другими. Появление никому ранее неизвестной Ивонн вынуждает фанатов разделиться на три лагеря. Первые настроены категорически против, вторые рассылают сладкие комплименты даме, третьи предпочитают занимать нейтральную позицию, добровольно отстраняясь от неинтересных им новостей. Люблю наблюдать за второй группой девочек-фанаток. Поражаюсь, как умело они поддерживают свою реальную соперницу на пути к фронтмену, брызжа желчью за ее спиной. Женская поддержка среди потенциальных девушек рок-музыкантов? Господи ты Боже мой. Каждая из всех этих малолетних подхалимок отчаянно желает оказаться на месте той единственной, которой удастся добраться до своего кумира. — Мэй, а ты знаешь эту девку, которая к Крису лезет? — спрашивает фанатка, доверчиво заглядывая мне в глаза. Не люблю фэн-сходки, но вынуждена появиться на одной из них в своем городе, чтобы сообщить подробности об организации концерта The Blizzard в Чешской Республике. Я тут вроде местной знаменитости и ощущаю себя весьма странно. Если говорить откровенно — администрация фан-клуба — это комок достаточно неприступных девиц и за редким исключением — парней. Имеет полное право дозированно делиться информацией, большую ее часть оставляя закрытой. А что поделать, тем, кто берет на себя бремя ответственности за промоушен группы, совсем не хочется потерять доверие влиятельных и нужных людей. — Я видела ее только раз на записи NRJ, — отвечаю чистую правду. — Она была среди тех фанатов, которые выиграли в конкурсе. — Так и думала! А пытается всем доказать, что Крис на нее глаз положил! — подхватили другие девочки. — Может и положил, — лаконично выдаю я. *** Начало июня в Германии выдается холодным и ветреным, только это не мешает мне отправиться в Берлин, где запланированы съемки нового клипа The Blizzard с участием фанатов. В город съезжаются все желающие, и к съемкам будут допущены все, кто нашел возможность вырваться. Четырех девушек и трое парней отберут для участия в крупных планах прямо во время репетиции общих сцен, а после увезут на площадку к группе. Удовлетворена смелым шагом менеджмента The Blizzard: музыканты, находящиеся на пике популярности, у которых не трясутся коленки от личной встречи со своими обожателями, заслуживают как минимум уважения. The Blizzard абсолютно грамотно позиционируют себя в шоу-бизнесе, отчего им удается уверенно держать Европу в своих руках, дерзко закрыв сюда доступ перед носом азиатским поп-исполнителям. Кинотеатр «Космос», около которого будут проходить съемки, закрыт металлическим ограждением, за которым уже тусуется человек двести девочек при всем параде. Рядом дежурит полиция и машина скорой помощи, и я невольно представляю, какой бюджет будущего видеоклипа. Хочу взорваться мощными проклятиями, когда замечаю у входа Дези и ее подругу с ярко-каштановыми волосами. Уже знаю наверняка, что два места среди девушек занято. Чертовки, как им это удается! Группа появляется на крыше кинотеатра, чтобы приготовиться к дублю, и сконцентрировавшиеся внизу фанатки взрываются истошным визгом. Жаль, что на съемках не присутствует специальный человек, замеряющий уровень шума на теннисных кортах во время подачи спортсменов. Не завидую жителям близлежащих домов: они выходят на балконы, выглядывают в окна, чтобы убедиться, что на улице не начался конец света. Крис снова с темными волосами и, наверное, на этот раз со своим натуральным цветом. Одет в темные джинсы, широкую футболку и черную кожанку с заклепками, на носу — круглые солнцезащитные очки от невидимого солнца, на голове — модная прическа с начесом и сильной лакировкой. Выглядит настолько просто, что эту нереальную крутость трудно передать словами. Самоуверенный и элегантно мужественный, вынуждает мои пальцы холодеть от волнения. Меня следовало бы выпороть за подобную размазню, но я слишком снисходительна к себе. Пробиваюсь вперед к металлическим стойкам сбоку. Хотите оказаться ближе? Никогда не напирайте прямо — дохлый номер. Всегда продвигайтесь по диагонали к краям сцены или площадки — оттуда гораздо легче мигрировать сквозь отважно держащих свои места фанаток. Это как минимум нужно принять за золотое правило, если находитесь в массовке на каком-нибудь мероприятии. Аналогичный метод сработает и в случае нештатной ситуации. Почти догадываюсь, что не попаду в кадр, зато с неплохого ракурса смогу понаблюдать за работой музыкантов, режиссеров и операторов. В объявлении было сказано приходить во всем черном и достаточно строгом без какого-либо мерча. Массовку просят по громкоговорителю рассредоточиться по всей площадке, но возбужденные девочки и редкие мальчишки с трудом поддаются к управлению. Утихают лишь тогда, когда Крис, остановившись на самом краю крыши «Космоса», молча прикладывает длинный указательный палец к губам. Волшебник из страны Оз, черт побери. Застывшее лицо, полное ненависти. У него есть все, но он остался без всего — Он продал свою душу, даже не подозревая об этом. Он потерял свой мир, и ему приходится совершенствоваться. Его собственные оды, сладчайшие попурри. Нашептывает слова, кидаясь в нас недоуменными взглядами, пока мы обескураженно, осуждающе, с омерзением на застывших мраморных лицах смотрим на него. Ни капельки сожаления, ни щепотки сочувствия. Каждый стих возрождает… Что он создал? Вырыл себе преждевременную могилу В этой гонке за деньгами. Мы — толпа, готовая судить и осуждать. Мы кружим, словно коршуны, терпеливо ожидающие момента накинуться на свою жертву. Мы хищно улыбаемся, предугадывая исход. Мы — воины, способные по команде втоптать в землю падшего ангела. Мы — священники, снисходительно принимающие покаяние. Мы — Боги, диктующие свои заповеди. Мы — дьяволы, проявляющие милосердие. Мы находим лишь пустоту, Сфокусировавшись на гонке за деньгами. Поэтому мы спрашиваем, что будет дальше? Сможем ли мы остановить эту гонку за деньгами? Мне кажется, я задыхаюсь, испытывая какое-то извращенное чувство превосходства, погружаясь в оболочку хищника, провоцируя на конфликт. Хочу достать до него рукой, смахиваю капельки пота со лба и веду его глазами, ни на мгновение не теряя. Купаюсь в его риторической мольбе срывающимся голосом, раз за разом выгребая очередную порцию сырой земли для его идеальной могилы. — Ты иди сюда, — тянет меня кто-то за локоть, и мое лицо в мгновение ока теряет всю божественную восхитительность. Ассистент на съемочной площадке с рацией уводит меня к открытому проему среди металлических ограждений. Здесь стоят зеваки, которые просто пришли за зрелищем, те, кто не решил участвовать в съемках видеоклипа The Blizzard. Здесь есть кто-то еще, и я интуитивно понимаю, кто это. И зачем я здесь нахожусь. — Стой здесь, — коротко говорит мне мужчина. — Будешь с остальными для крупного плана сниматься. Ловлю на себе чей-то взгляд и резко поворачиваюсь: Дези прикуривает сигарету, с легкой ухмылкой на губах глядя мне в глаза. Ее волосы наполовину выкрашены в черный, а белые пряди высоко зачесаны назад. Смоки макияж, тонкие брови, пирсинг в губе. Она выглядит на удивление утонченно в своей небрежной дерзости. — Привеееет, — хрипловатым голосом протягивает она, расплываясь в улыбке. Столбенею. — Здрасьте. — Походу, у нас с тобой будет совместная сцена.