Продается бэкстейдж

Наличие странноватого видео-селфи с фронтментом The Blizzard в моем мобильном телефоне делает меня кем-то чуточку более особенным. Фанаткой с бонусом крошечных привилегий в глазах таких же претенденток на особый статус. А как же всеобщее фандомное равенство и братство, о котором так любят вдохновенно писать в свои аккаунты в твиттере поклонницы, спросите вы? Ни черта подобного! Бедная, средняя, богатая и элитная прослойки — все как в полноценном социуме, и я со своими золотыми билетиками — размытой селфи с Крисом на бэкстейдже сольного концерта и трясущимся, едва сфокусированным видео на пять секунд — ступаю на ступеньку выше. Цена таких трофеев высока, и все фанаты — неистовые коллекционеры, кто-то лишь в меньшей, а кто-то — в большей степени. Скажете, что ничего подобного у вас нет и даже не интересует? Тогда раскройте, наконец, глаза — вы просто не посвященный обыватель. Фанат никогда точно не может сказать, когда был спущен курок с наведенного на него пистолета, а пуля со свистом прошила сердце, вкалывая очередную дозу коктейля из любви, обожания и преданности кумиру, застревая среди натянутых жил и пульсируя вместе с ними. Доза вымерена слишком точно, чтобы методично и почти не ощутимо бить по самым слабым местам. Фанатская любовь формируется неосознанно и всплывает тогда, когда мы лукаво улыбаемся миру и пытаемся понять, почему вдруг бабочки в животе стали кружиться в свадебном танце, громко хлопая яркими крыльями. Меня никто не приковывает кандалами к экрану ноутбука и не заставляет под страхом смертной казни лихорадочно перещелкивать тысячи вкладок с Youtube, просматривая концертные записи, музыкальные клипы, тв-шоу и фанатские видео The Blizzard. Мне не угрожают расправой с моей семьей, если я не перечитаю от и до все материалы, собранные о группе на Википедии и ведущих фан-сайтах или не выучу биографические сводки про каждого участника. Это совершенно автоматический процесс, генерируемый посланными в мозг импульсами любопытства. Просто любопытства, которое никому не чуждо. Убеждаю себя в тысячный раз и криво усмехаюсь, переходя от одной открытой вкладки к другой. Любопытство опасно, любопытство рискованно. Любопытство может принести разочарование, от которого вряд ли можно легко избавиться. The Blizzard осознанно оставляют азиатский рынок для бесконечного числа одинаковых поп-артистов и выбирают европейский тип промоушена в шоу-бизнесе, на свой страх и риск оседая в Германии. Подписывают контракт с Universal Music и обещают стать настоящим прорывом грядущего года в Европе. Заранее знаю, что музыканты отправятся в небольшое турне по немецким городам и, возможно, заглянут в Вену и Цюрих. На мгновение у меня в голове проскакивает шальная мысль, и я истерично отмахиваюсь от нее, косо поглядывая на висящую у меня в комнате огромную карту Европы. Я ни разу не фанатка. Ни разу не фанатка, ну не фанатка же, черт возьми! Только вот понять, о чем думает, что чувствует и чего хочет девочка, серьезно грезящая своим кумиром, можно только, самой став ею. Именно по этой причине регистрируюсь на форуме официального фанклуба и даже не пытаюсь придумать какой-нибудь говорящий ник, подписываюсь своим реальным именем. «На форуме появился новый пользователь под именем Мэй. Добро пожаловать!» На скорую руку заполняю профиль, выставив в качестве аватарки размытую селфи с Крисом на бэкстейдже. Держу курс на откровенные крайности, хочу почувствовать себя в самой сердцевине фанатского сумасшествия и с болезненным удовлетворением предвкушаю волну разговоров о своей персоне. Хочу расковырять противоречивую фанатскую душу до самых косточек и вынуть каждую по одному. Хочу отыскать тот рычажок, который однажды срывается и заставляет миллионы подростков во всем мире сотворять себе кумира. Жертвую кусочком своей личной жизни во благо развития современных психологических центров и методов лечения. Даю материал из первых рук к размышлению и обработке и чувствую себя кем-то очень важным, решающим современные глобальные социальные проблемы. И полностью уверена, что занимаюсь стратегически важным для мирового общества делом. *** Профессор смотрит на меня поверх очков, едва укоризненно покачивает головой и глубоко вздыхает. Моя практическая социальная работа на острую молодежную проблематику не выдерживает никакой критики. Состав преподавателей, собранных на защиту, и мои однокурсники поглядывают на меня, как на полнейшую кретинку, и мне почему-то хочется загоготать на всю аудиторию. Ожидаю выслушать от моего куратора длинную поучительную лекцию, но он лишь протягивает мне мои листы. — Попросишь дать тебе больше времени на доработку? — спрашивает профессор, и мне кажется, что он действительно этого хочет. — Да. Я не успела полностью влиться во всю эту атмосферу. Иначе все это будет лишь бессмысленной верхушкой айсберга. — Хм, — мужчина, — если бы ты выбрала тему психологических отношений между маньяком и жертвой, рискнула бы сыграть роль жертвы? — Нет, — отвечаю и смотрю на комиссию, не отводя взгляда, — стала бы маньяком. Преподавательский состав задерживает на мне удивленный взгляд, и их молчаливые, но слишком выразительные догадки подтверждаются: перед ними стоит настоящая идиотка, тронувшаяся умом. Отличная отмазка для студенток, учащихся на факультетах психологических и социальных наук. — Не заиграйся, — последнее, что слышу от профессора. — Иначе другим студентам придется изучать твою тему на твоем же примере. Снисходительно улыбаюсь мужчине. Уверена, что знаю, когда материала будет достаточно для моей работы и когда следует притормозить, собрать добытое в чемодан и рвануть в обратную сторону. *** — Эй! — чувствую, как кто-то легонько стучит меня пальцем по плечу и судорожно поворачиваюсь, едва не обронив себе на грудь купленный пару минут назад за углом горячий хот-дог. Передо мной стоят две девушки с добродушными улыбками и нервно горящими глазами, держат в руках мобильные телефоны и пластиковые стаканчика для кофе. — А ты случайно не Мэй с форума Blizzard? — на английском спрашивает одна из них, и я отодвигаю свой обед ото рта. Доли секунд отведены на то, чтобы решить: говорить правду или придумывать правдоподобную легенду. Останавливаюсь на первом варианте, потому что боюсь, что пытливые взгляды разукрашенных девиц работают лучше, чем любой детектор лжи. — Да, это я, привет, — натянуто улыбаюсь и пытаюсь наспех вычислить, к какой категории фанаток относятся топчущиеся передо мной на одном месте девицы. Девочки довольно выдыхают: — Классно! А мы все думали, когда же повстречаем тебя вживую! Ты ни разу не была на фан-сходках и на форуме не отписывалась. Смотрят на меня с каким-то пугающе покорным обожанием, и я медленно соображаю, кем являюсь в их глазах. Чувствую себя нелепо и долго не могу придумать вежливого ответа на комментарий. Мысленно отчитываю себя за непродуманную заранее тактику поведения. В фэндоме сложно оставаться незаметной, если ты хоть раз засветилась в компании кумиров. Армия фанаток внимательно отслеживает дальнейшие действия таких счастливиц, чтобы в нужное время и в нужный час прекратить это своевольное безобразие «избранных». До своих целей доходят лишь самые рискованные и бесстрашные, сжигая за собой все мосты и притрагиваясь к своему божеству. — Я не люблю форумы вообще-то, — на ходу сочиняю я. — Ясно, — хихикает одна из них. — А я — Krissa, может, видела? Я постоянно зависаю в темах. Киваю, потому что действительно припоминаю такой ник и черно-белое фото фронтмена The Blizzard на аватарке пользователя. — Да, — осторожно улыбаюсь я и позволяю себе немного расслабиться. — А я — Poison666, — говорит подруга, — но я не так активничаю, как она. Обычно в основном читаю темы. — Понятно, приятно познакомиться. Жду с минуты на минуту какой-нибудь каверзный вопрос и замечаю, как девочки мнуться, пытаясь подловить наиболее подходящий момент. Кажется, не могут решить, кто будет задавать его, и я уже бесцеремонно смотрю на них. — Слушай, у тебя такая классная селфи с Крисом! — наконец, нервно выдает Krissa, явно больше волновавшаяся за своего любимчика из группы. — Повезло же встретить! — А ты на бэкстейдже была? Как тебе удалось пройти к гримерке? — перебивает подругу Poison666. Удовлетворенно улыбаюсь, дождавшись вопроса и неопределенно киваю. Автоматически выбираю осторожную тактику поведения с фанатками, выставляя себя кем-то особенным, с кем хотелось бы иметь контакты. Довольно-таки подло, эгоистично и грязно, но меня совсем не грызет совесть: стараюсь для таких девочек, чтобы в будущем доставать их из воздушных замков и возвращать к земной жизни. — Ну, у меня была возможность пройти за кулисы, — размыто говорю я, понимая по вытянувшимся лицам фанаток, что подобный ответ их совсем не устраивает. Не успеваю разглядеть еще что-нибудь интересное в реакции моих новых знакомых, потому что что к воротам радиостанции подъезжает белый бус с затемненными стеклами, и караулившая своих любимчиков толпа срывается на визг. Машина останавливается максимально близко к подъезду, и стафф радиостанции, которой сегодня в прямом эфире будут давать интервью The Blizzard, расчищает проход музыкантам. Слишком самонадеянно было со стороны работников понадеяться на адекватность фанаток и не выставить металлические ограждения. Стафф чертыхается и напирает на прыгающих девушек, выставивших вперед руки с наведенными на двери буса включенными камерами мобильных телефонов. Krissa и Poison666 суетятся перед глазами, мгновенно позабыв обо мне, и я осторожно обхожу стороной собравшуюся армию поклонников, чтобы приблизиться к забору и наблюдать за появлением азиатских парней с другого ракурса. Двери машины открываются, и я давлюсь крошкой булки, которая плохо идет всухомятку, от разразившегося над ухом безумного вопля. Музыканты появляются один из другим, облаченные в черные кожанки и потертые джинсы. Они сдержанно улыбаются и слегка кивают фанаткам, все еще лелеющим надежду заполучить селфи с кумиром. Автографы? Не смешите, закорючки уже давно никого не интересуют. Наблюдаю за всем со стороны и понимаю, что влюбиться в рок-звезду легко. Как на раз-два-три, когда она снисходительно кидает на тебя взгляд и подмигивает подведенным черной подводкой блестящим глазом с пляшущими в зрачке маленькими демонами.