К востоку от Железных Холмов

Не может быть, чтобы Гэндальф просто случайно нашел эту «пещеру» за камнем, оказавшуюся тайным проходом. Пока – неизвестно, куда. Но здесь между скал петляла проложенная дорога, и ее вид говорил, что проложили ее не дикие звери. Орки на варгах их не преследовали. То, что они заметили, куда прятались путники, было несомненным. Но отсутствие погони заставляло задуматься, отчего. Правда, перед тем, как отряд встал на эту тропу, путники услышали рог эльфов, а затем к их ногам свалился труп орка, сраженного эльфийской стрелой. Но только ли это помешало преследователям – невозможно было сказать. А еще Леоль не могла отделаться от мысли, что появление эльфов здесь и этот тайный проход должны быть как-то связаны. Они шли по узкой расщелине между горами. И шли довольно долго. Наконец откуда-то издали послышался шум водопада. Казалось, оттуда веет спокойствием. Проход превратился в ступени. И внезапно отряд вышел к довольно просторной площадке, перед которой, как на ладони, была прекрасная долина, полная деревьями, реками, водопадами. И в это торжество природы естественно вписывались строения – легкие, словно невесомые… – Это долина Имладрис, – сказал Гэндальф торжественно, подтверждая мысленные догадки Леоль. – На всеобщем языке она известна под другим названием… – Ривенделл! – в восторге проговорил Бильбо. А вот Торин в восторге не был. – Это и был твой план?! – вспылил он. – Искать спасения у наших врагов?! – У тебя нет здесь врагов, Торин Дубощит, – сурово отозвался волшебник. – Единственное зло в этой долине – то, которое приносишь с собой. – Ты думаешь, эльфы благословят нас в нашем деле? – рассерженно продолжал предводитель гномов. – Они попытаются остановить нас! – Разумеется, – спокойно отозвался маг. – Но у нас есть вопросы, на которые нужны ответы… – Карту прочтет Леоль, – хмуро отрезал Торин. – Ты думаешь, дело только в твоем походе?! – Гэндальф уже хмурился. – Есть и другие вопросы, которые я должен обсудить. А нам всем нужен отдых. Если бы мы остались там, на поле, кто знает, были бы мы все целы после нападения орков? – Были! Мы неплохо держали оборону… без тебя! – упрек в словах Короля-под-Горой уже был неприкрытый. – Горстка гномов! – небрежно отмахнулся маг. – Нам нужно было убежище. И всем нам нужен отдых… – Но не все хотят его получать от предателей! – Никто из здешних жителей не предавал тебя! – Никто из них не протянул руку помощи моему народу! Видимо, устав препираться с упрямым гномом, Гэндальф решил сменить тактику, заговорив спокойнее: – Если не желаешь, можешь ничего не показывать лорду Элронду. Но что мешает тебе спуститься в долину вместе со мной? Мы просто отдохнем тут, пополним запасы – наши потеряны вместе с пони. – А Леоль? – продолжал хмуриться Торин. – Ей ты тоже предложишь спуститься в долину и просто отдохнуть? Или для нее тут припасена темница? Она и есть – те вопросы, которые ты еще должен обсудить? – Моих сил хватит, чтобы противостоять долине, – вдруг вмешалась девушка. – Если дело во мне, не думай об этом. Гэндальф отвернулся, неприятно удивленный вмешательством волшебницы. Торин же, помолчав, наконец решил: – Хорошо, идем. Но если нам здесь будут не рады, уйдем немедленно, – добавил он, обращаясь к отряду, но глядя на мага. Неспеша они направились к долине. – Если мы хотим добиться успеха, – невозмутимо объяснял маг, – то придётся проявить такт и уважение… и немалую долю очарования… именно поэтому говорить… – Будет Ори, – предложила Леоль. Отряд так и замер от удивления. Больше всех испугался сам Ори. – А что? – продолжала волшебница, заметив мрачный взгляд, которым ее наградил Гэндальф. – Он же само очарование! И никто не переубедит меня, что он не обладает тактичностью и уважением к собеседнику! Все время, что я тут, он демонстрировал прекрасные манеры. – Неплохо бы еще немного разума! – отрезал Серый маг, несколько приходя в себя от неожиданных выводов собеседницы. – Тогда Балин, – отозвалась та, улыбаясь. – Полагаю, он достаточно мудр, с манерами у него также все отлично, а внешне он похож на любимого дедушку каждого! Кто здесь не согласится доверить дедушке свои секреты? Гэндальф зло зыркнул на странно веселую волшебницу, но понял, что спорить в данном случае – себе дороже, поэтому решил идти молча. Гномы же включились в обсуждение, предлагая другие кандидатуры из отряда и доказывая, почему именно этот гном подойдет, чтобы вести переговоры. Добрались и до кандидатуры мистера Бэггинса, вспомнив о его безупречных манерах. Только Торин оставался по-прежнему хмур, пока они спускались в долину.

***

Безусловно, красоту, подобную этой, найти было бы сложно. Даже гномы хотя и скрыто, но поглядывали по сторонам и вовсе не для того, чтобы вычислить возможного врага или пути отступления. Правда, больше всех красота этого места занимала Бильбо. На остальных же давила усталость. Наконец они достигли цели – двора перед дворцом правителя, довольно просторной площадки, на удивление не убранной деревьями и цветами, вход на которую украшали статуи эльфов-стражей. А по лестнице к ним спускался незнакомый эльф. – Митрандир! – воскликнул он, прижимая руку к сердцу. – А, Линдир! – отозвался Гэндальф. – Кто такой Митрандир? – тихо спросил Нори. – Митрандиром эльфы называют Гэндальфа, – отозвался Дори. – Не знаю, почему. – Это означает то же, что и «Гэндальф», – пояснил Балин. – Серый маг. Тем временем эльф обратился к магу на своем языке: – Lastannem i athrannedh i Vruinen… – Ithrikî! – почти одновременно с этим прошептал Торин гномам. Фили, кажется, не собирался быть простым слушателем, он дернул за рукав Леоль: – Перевести можешь, что этот эльф говорит? – Я не в совершенстве выучила их язык. Но, кажется, «мы слышали, вы пересекли Бруинен», – тихо пояснила она. – Но с тебя тогда перевод приказа вашего предводителя. – «Осторожно», – чуть пожав плечами, отозвался Фили. Для следующей фразы перевод не понадобился, Гэндальф на всеобщем сообщил, что желает видеть Элронда. – Владыки Элронда здесь нет, – чуть качнул головой Линдир. – Его нет? – удивился маг. – Где же он? В этот момент позади, с той стороны моста, откуда недавно пришли путники, заиграл рог, а следом послышался топот копыт. Гэндальф понимающе кивнул, получив ответ на свой вопрос. Ко дворцу галопом летел отряд всадников. Зрелище высоких воинов на статных конях было, безусловно, прекрасно. Однако всадники уже приблизились ко дворцу, но не переходили ни на рысь, ни тем более на шаг. И это само собой позволяло усомниться в их добрых намерениях. И Торин, не настроенный любоваться конниками, не мог рисковать отрядом, тем более не собирался тупо погибнуть под копытами. – Ifridî bekâr!* – взвыл Король-под-Горой. И тут же велел на всеобщем. – Сомкнуть ряды! Девушку попытались запихнуть в центр круга, куда уже впихнули и Бильбо, но волшебница отпрыгнула в сторону, на ступеньки, где стоял Линдир. Не потому, что считала оборону гномов ненужной, а потому, что если это все же нападение, то отражать атаку всадников ей удобнее с более высокой позиции. Эльфы, по-прежнему галопом, влетели на площадку перед дворцом, окружая стоявших в центре гномов. Причем конники окружали непрошенных гостей двумя рядами. Остановились они только когда их преимущество стало несомненным. Один из всадников радушно обратился к магу: – Гэндальф! – Лорд Элронд! – поздоровался Гэндальф и добавил. – Mellonnen! Mo evínedh? Леоль, убедившись, что атака не последовала, спокойно спустилась к гномам, чем не замедлил воспользоваться Фили, вопросительно глядя на нее. Остальные гномы, кажется, тоже сообразив, что она может перевести, ждали ответа. – «Мой друг, где ты был»? – шепотом перевела девушка. – Farannem ‘lamhoth i udul o charad. Dagannem rim na Iant Vedui, – продолжал Элронд, изящно спрыгивая с коня. И Леоль послушно без напоминаний перевела: – «Мы охотились на свору орков, пришедших с юга. Многих убили возле Последнего моста». Тем временем владыка Ривенделла наконец перешел на всеобщий, после того, как обнял мага. – Странно, что орки так близко подошли к нашим границам. Что-то или кто-то привел их сюда, – добавил он, передавая Линдиру захваченное оружие и выделив тоном «кто-то». – А! – произнес Гэндальф, связывая события воедино. – Думаю, они охотились за нами. – Ясно, – кивнул Элронд, переводя внимание на гостей. Из толпы гномов вперед выступил Торин. – Добро пожаловать, Торин, сын Траина, – пафосно приветствовал его владыка. – Кажется, мы не знакомы, – отозвался Подгорный король с интонацией, в которой с трудом скрывалось предложение эльфу прогуляться крайне далеко. В глазах Элронда блеснула насмешка, кажется, он понял, что гном совсем не рад этой встрече и совершенно не стремился сюда. Но оба пока скрывались за внешне вежливыми фразами. – У тебя внешность и манеры деда, – пояснил он. – Я знал Трора, когда он царствовал под Горой. – Неужели? – холодно бросил Торин. – Я не припомню, чтобы он упоминал тебя. Несколько мгновений Элронд и Торин молча разглядывали друг друга. Затем владыка Ривенделла произнес с резкими интонациями в голосе: – Nartho i noer, toltho i viruvor! Boe i annam vann a nethail vin! Перевода от Леоль никто не ждал, по интонациям мгновенно сделали вывод. – Что это он там говорит?! – возмущенно воскликнул Глоин. – Он что, оскорбляет нас?! Другие были возмущены не меньше. – Нет, мистер Глоин, – перекрыл их ропот Гэндальф. – Он предлагает вам отужинать. Гномы тут же сплотились за спиной предводителя, обсуждая. – Все так, как сказал Гэндальф? – спросил Кили у Леоль. – Ты ждешь перевод? «Зажигайте огни, несите мирувор! Нужно накормить наших гостей!» – отозвалась та. – Невероятно, – произнес Элронд, который долго присматривался к гостье. – Это – та маг с востока?! – Как мило, что заметили, – хмыкнула Леоль. – Простите мне мою неучтивость, – начал было Элронд. – Какую именно? – иронично спросила девушка. – То, что вы не сразу меня заметили? Или что вы предпочитаете говорить на языке, который не знают большинство из присутствующих? Или то, что вы влетели сюда галопом в конной атаке… А впрочем, простите мне последний упрек, возможно, вы решили, что тринадцать гномов, хоббит и девушка захватили Имладрис, а потому были намерены отбивать его. Владыка поклонился, пряча усмешку. – Готов признать, что был неучтив во всем, – невозмутимо произнес он. – Могу ли я вновь пригласить всех на ужин?

***

Леоль задумчиво смотрела в зеркало. Эльфы щедры к гостье. Более чем щедры к девушке неизвестного им происхождения, которую, если бы не ее побег, сюда доставили бы под конвоем. Ей выделили довольно просторную комнату, ей предоставили возможность вымыться, ее пригласили за стол владыки. Все это было прекрасно, а оттого казалось подозрительным. Лорд Элронд произвел на волшебницу самое приятное впечатление. На ее колкость он ответил улыбкой, дав понять – ее выводы верны, все это было сделано умышленно, чтобы подразнить гномов. В этом было что-то совсем молодое, не свойственное владыке. Поэтому признаваться в этом было нельзя, но отрицать – глупо. Именно это нравилось. Владыка Ривенделла был настолько уверен в себе, что не строил из себя короля, как Трандуил. Он мог себе позволить все, даже юношеские выходки, осуществляя их с изяществом и грацией. Вот только искренен ли он? Что на самом деле таится за этой спокойной и благосклонной улыбкой? Леоль опять лукавила, говоря Торину, что справится с долиной. Она не чувствовала опасности от долины – справляться было не с чем. Но это не значило, что ей не мог угрожать кто-то один из тех, кто был в Имладрисе. Особенно если это сильный маг. А Элронд был силен, в этом сомнений не было, да и Гэндальф на это намекал. Обдумав все, Леоль пришла к выводу, что следует проверить в Ривенделле все, доступное ей.

***

Торин заметил, что волшебница замерла в дверях. Леоль, кажется, вновь потрудилась в магии, наряд на ней хоть и был похож на все предыдущие, однако не походил на дорожный, верхнего плаща на ней на было, поэтому платье гораздо соблазнительнее облегало тело девушки. Ее заминку Торин расценил по-своему, посчитав, что она не желает садиться за один стол с возможными противниками – а место для нее было приготовлено рядом с Гэндальфом. Напротив нее и рядом с Торином должен был сесть его брат. Все решил именно задержавшийся Фрерин. Он, подхватив девушку под локоть, провел ее к столу, усаживая рядом с Торином. Элронд сделал вид, что так и было задумано, невозмутимо продолжая разговор, начатый в ожидании всех гостей, о найденном оружии. Владыка, изучив мечи, назвал их имена – Гламдринг, меч Гэндальфа, и Оркрист, Рубящий гоблинов, ныне меч Торина. – Его ковали эльфы Запада, мой род, – добавил Элронд. Леоль тем временем с интересом поглядывала на Торина. Его поза и поведение были исполнены величия, сейчас это был не просто предводитель, но истинный король. В нем не было надменности, но было то величие, которое свойственно тем, кто с рождения знает, что рожден повелевать. Он с легкостью выигрывал у Элронда, который был сейчас радушным хозяином, сидящим среди равных, но не более. – А что вы делали на Восточном тракте? – отвлек Леоль от размышлений вопрос владыки. Торин немедленно нахмурился, Гэндальф замялся, не желая без согласия гномов раскрывать их планы, волшебница же ответила спокойно: – Ехали. А потом отдыхали. А еще после отбивались от троллей. Владыка Ривенделла взглянул на нее с доброжелательной улыбкой, слабо кивнув, что понял – рассказывать ему об этом никто не хочет. За столом взялись за угощение, сопровождаемое ненавязчивыми мотивами флейт и арфы. – Быть может, вы удовлетворите иное мое любопытство, – обратился Элронд к девушке, – я с удовольствием послушал бы о землях на востоке. О ваших правителях, о вашем укладе... – Вы посадили меня за ваш стол, государь, – улыбнулась она, – значит, посчитали меня равной правителям. Что же я могу вам рассказать тогда о них, чего вы не знаете? – Увы, я не знаю почти ничего. Мое же решение – дань вам, как гостье. Я рад принять вас здесь. За столами гномов в это время прошло оживление. Бофур, не в силах выносить заунывные для его народа наигрывания, начал напевать развеселые куплеты, которые немедленно подхватывали другие. Торин, коротко поблагодарив владыку, вышел из-за стола, демонстративно снимая с пояса флягу. Гэндальф тут же поторопился рассказать владыке, что присутствующие гномы – представители древних родов. Элронд ответил ему насмешливым взглядом. – Каждый правитель выбирает свое, – вдруг произнесла Леоль. – Ради блага своего народа его выбор. Но у каждого свой. Кто-то запирает свой народ в серебряную клетку, а кто-то пляшет с соплеменниками. Владыка удивленно поднял брови, но волшебница пояснять не собиралась. Ей Фрерин протянул руку, и девушка отправилась с ним к Торину, удивив на этот раз и гномов знанием фигур "Косы гномки" – танца, в котором с одной девушкой рядом были два парня. – Она опасна, – тихо произнес Гэндальф. – Нет, – покачал головой Элронд. Он милостиво улыбался летающим порой остаткам еды, громкому смеху гномов и чуть поклонился, как бы одобряя танец. – Спасибо за угощение, милорд, – улыбнулась Леоль владыке, отвечая таким же поклоном на его. – Рад вам угодить, – мягко отозвался тот. – Скоро в Долине будут танцы, приходите, это гораздо лучше подходит такой девушке, как вы.

***

Леоль последовала предложению владыки, решив прогуляться по Ривенделлу. Но к танцующим и поющим песни эльфам она не присоединялась. Впрочем, и они лишь провожали ее любопытствующими взглядами – и то не все, а только некоторые, но не останавливали и к себе не зазывали. Появившись на террасе, где расположились гномы, девушка удивленно замерла, увидев, что те жгут костер. Причем из мебели дворца. И жарят что-то вроде сосисок. Откуда взятые, неизвестно, но, вероятно, из кладовой. И, несмотря на то, что ни Торина, ни Фрерина с ними не было, волшебница не сомневалась, что они оба эту затею если не одобрят, то и порицать не будут. – Что-то не так? – спросил Бофур. – Да нет, – вздохнула Леоль, присаживаясь на свободное место рядом с Кили. – Надеюсь, это была не любимая тумбочка Элронда. Иначе его вежливая улыбка навсегда застынет у него на лице. – Будешь? – гном дружественно протянул ей сосиску, нанизанную на шомпол. – Но сначала пиво! – усмехнувшись, вмешался Двалин. – Нормальную еду мы у них раздобыли, – с жаром пояснил Кили. – А из выпивки только ягодное вино. Что мы, девицы, это пить? – Ну а мне, девице, вино взяли? – хихикнула Леоль, протягивая гномам кружки с пенистым пивом. – Извини, – повинился Фили, и сомнений в том, кто занимался добычей питания, не осталось. Волшебница отмахнулась, доставая себе тоже кружку пива. – Скажи, а что ты имела в виду под серебряной клеткой? – тихо спросил ее Балин, вдруг оказавшись рядом. – А ты расслышал? – хмыкнула девушка. – Я советник Торина, – пояснил гном, – я должен слышать все, что говорится о нем и касается его. – Да, конечно. Леоль призадумалась. – Видишь ли, – попробовала объяснить она, – это место пропитано магией. Охранной магией… Девушка подняла голову, будто бы изучая звезды. – Помнишь, в норе у хоббита я говорила про корону на стороне духов? Балин кивнул, не прерывая ее объяснения. – Не каждый может ее увидеть. А кто может, часто предпочитает видеть только ее, без нашей стороны. Отведя взгляд от неба, Леоль заметила, что собеседник ее не понимает. А еще заметила, что и другие гномы с интересом прислушиваются к ее рассказу. – Представь, что смотришь на… гору, это вам ведь близко, – пояснила она. – И если ты смотришь на нее снаружи, то видишь только ее стены. А если ты находишься внутри нее, то видишь залы гномов, пещеры и ходы. Так? – А еще у нас есть реки! И подземные озера! И шахты… и… – посыпалось со всех сторон от гномов, обиженных, что подземные царства были так скупо описаны. – Да, да, конечно, – Леоль скрыла улыбку, делая вид, что принимает упрек. – Но находясь на поверхности, это мы видеть не можем. А находясь внутри, можем, но не видим при этом внешних стен горы, лесов, что ее покрывают, или льда. – Ты хочешь сказать, что сторона духов – это вроде оборотной стороны? – попытался внести ясность Балин. – Нет, эти две стороны едины. Но видеть каждую из сторон доступно тем, кто на этой стороне, а видеть то и другое одновременно очень тяжело, хотя и возможно. И как видеть, так и ворожить можно на каждой из сторон или на обеих одновременно. Владыка ворожил на обеих разом. Девушка вновь глянула на небо. – Если бы вы могли взглянуть сейчас так, как смотрела я, вы увидели бы, что вся Долина, до небес, прорезана тонкими серебристыми нитями. Они защищают жителей здесь от любого зла и вражды. Я не знаю, откуда у лорда Элронда такие знания и такие силы, но он сделал почти невероятное – в Ривенделле невозможно взяться за оружие, если только не ради тренировок или игр. – Так и не хочется, – пожал плечами Двалин. – Да, именно, не хочется, – согласилась Леоль. – Желание драться здесь пропадает. И только очень сильный маг может это побороть, если таковы будут его цели. Потому и пройти сюда может не каждый, не найдет дорогу. – Это что же получается, – почесал в затылке Бофур, – из-за этой магии тут, если напились, и подраться не могут?! – А где ты видел эльфа с синяком под глазом? – закатил глаза Дори. – Может, они бьют, а синяки не вылезают, – буркнул Бофур. – Кто их знает, остроухих этих. Гномы дружно расхохотались. – Не свобода это, – продолжал свое Бофур. – Захочешь – и в ухо не двинешь! – Вот поэтому – серебряная клетка, – закончила волшебница. Возвращаться в комнату, выделенную ей, совершенно не хотелось. И, поразмыслив, Леоль приняла решение остаться тут. Долина, как она и сказала, опасности не несла. Но сильный маг мог преодолеть все, тем более собственное заклятие, если это будет ему нужно. А что нужно Элронду – она не знала.

***

Песни и танцы эльфов продолжались и на следующий день, даже с большим размахом, поскольку ранее были лишь приготовления к нему, а будущая ночь – канун летнего солнцестояния – и был праздник. Гномы предпочли отдыхать по-своему, облюбовав один из больших фонтанов Ривенделла, они устроили там себе банный день. Леоль, гуляя по Долине, отыскала беседку, расположенную на взгорье, откуда открывался красивый вид на водопады и сады. – Вам нравится? Девушка вздрогнула – залюбовавшись Ривенделлом, она не услышала, как его владыка появился рядом с ней. – Да, – честно призналась она. – У вас нет похожих мест? – Вы вновь правы, государь, – грустно кивнула Леоль. – Прошло немало лет, как мы живем в мире, лишь границы знают войны и набеги. Но по-прежнему наши сады цветут лишь внутри стен наших домов, а в леса мы не выезжаем поодиночке. – И все же желаете туда вернуться. Элронд не спрашивал, он знал ответ. И потому девушка отвечать не стала. – Мне было бы очень интересно с вами поговорить, – продолжил владыка. – Но вы всячески избегаете моего общества. – Вы имеете в виду мой побег? – Я имею в виду то, что вы ушли подальше ото всех, чтобы избежать встречи и разговора со мной. – Уверяю вас, владыка, вам достаточно было только послать за мной… – И вы пришли бы, держа наготове боевое заклинание. Леоль вновь промолчала – зачем лгать, она и вправду готова была бы сражаться, да и сейчас не была уверена, что в этом нет необходимости. – Вам очень не нравятся клетки, – улыбнулся Элронд. – Даже драгоценные и благосклонные к вам. – Они красивы, но… – девушка неопреденно кивнула в сторону Долины. – Они не испытывают горестей, ярости, обиды, но не потому что не хотят… Да они даже сами не знают, что хотят. – За пределами этих земель они могут плакать или сражаться, потеряв голову, ненавидеть. Но тут они найдут только успокоение души. – Что ж, их право, – не стала спорить Леоль. – Но этот выбор они сделали сами. Они – а не за них. Элронд кивнул: – Мне известно, что вас держали как пленницу в Зеленом Лесу. Правда, я не знаю, что мешало вам оттуда уйти, как вы это сделали по дороге. – Сеть, – призналась волшебница. – Сеть вроде той, что сплели вы. Только ту плели не специально. Она сама сплелась из нескольких. Одну накладывали эльфы, я думаю, те, кто жил там ранее, давно, может быть, лишь вы и знаете, кто именно. Другую… полагаю, тот, кого вы зовете Врагом. Белая магия и черная. Они обе на равных применяются в наших землях, но у вас нет. А здесь, сплетясь, они образовали немыслимую для меня защиту от магии. Пока, во всяком случае, я не знаю, как ее преодолеть. Элронд, услышав о черной магии Лихолесья, задумчиво отвернулся от собеседницы. И Леоль, завершив фразу, замолчала. – Гэндальф считает, вы опасны, – после долгой паузы произнес владыка. – А Трандуил считает, что вы можете быть полезны. – Ах да, – вспомнила девушка, – у меня же к вам от него письмо. Точнее, у капитана стражи, который меня сопровождал… – Нет нужды, – отмахнулся Элронд. – Мне все передали на словах. – А мне известно, что думают Гэндальф и Трандуил, – улыбнулась Леоль. – Но что решите вы? – Сегодня или завтра в Долину прибудут Мудрые. Я не могу решить этот вопрос один. И есть другие, требующие решения. – А каким было бы решение, если бы его принимали вы? – настаивала девушка, желая понять, все же друга или врага она видит сейчас. – Я отпустил бы тебя к Эребору. Леоль замерла, не зная, как реагировать, – можно ли выдавать эльфу планы отряда Торина? – Не удивляйся, – пояснил владыка, – о происходящем догадаться не трудно. Отряд гномов держит путь на восток. Возглавляет их Торин, с ним его брат. С ними волшебник. С какой целью они идут? Только Эребор может манить их. Известен ли им вход в гору или они надеются его найти, я не знаю. Но только их дом может быть той тайной, которую они так тщательно берегут. – Пожалуй, – уклончиво отозвалась девушка. – Но почему ты отпустил бы меня? – Потому что твой путь заканчивается там же, где и путь Торина Дубощита.