Квадратное уравнение

      POV Алексей       Поднимаюсь на чердак, который папа гордо называет «мансардой», и присвистываю. В этом скоплении коробок и пыли я могу искать проигрыватель не один день. Практически все пространство занимают разнокалиберные коробки, коробочки и коробульки, чемоданы, сумки и стеллажи с мелочевкой. Дух захватывает от обилия возможных мест поиска, а может, просто облако пыли, поднятое открыванием двери, не дает вдохнуть. Подхожу ближе и замечаю, что все картонные монстры и монстрики подписаны. Уже легче. Начинаю просматривать коробки и откладываю в сторону те, которые точно не могут скрывать искомое. Внезапно взгляд цепляется за надпись «Фото. Ксандр и Алекс. НЕ ОТКРЫВАТЬ!!!». Естественно, не могу пройти мимо такого предупреждения и тут же лезу внутрь. Квадратная коробка – примерно метр в ширину, сантиметров 70 в длину и около полуметра высотой – до краев набита альбомами. Достаю и открываю тот, что лежит сверху. Первая страница гласит «Алекс и Ксандр. 20 лет». Переворачиваю страницу и заинтересованно приподнимаю бровь: с фотографий задорно ухмыляется папа. На всех снимках он в компании парня с какой-то смутно знакомой улыбкой. Надо полагать, это и есть Алекс, сын дедушки Кира и дедушки Сержа. Я много о нем слышал, но ни разу не встречал. Говорят, он уехал лет восемнадцать назад и больше никогда не возвращался. А еще дедушки рассказывают, что Алекс с папой были лучшими друзьями. Хорош друг, если ни с того ни с сего исчезает и даже не звонит. Что примечательно, так это то, что папулька о своем друге детства говорить не любит. Вон, даже коробку подписал «не открывать». Продолжаю рассматривать цветные прямоугольники и диву даюсь: мой любимый папочка на всех кадрах выглядит безумно счастливым. Такую радость в его глазах я нечасто вижу. А вот поди ж ты, рядом с этим Алексом родитель сияет, что тот самовар. В душе царапнуло что-то, похожее на ревность. На очередной фотографии – Алекс крупным планом и в полный рост. Ну, ничего так. Его можно назвать привлекательным, даже красивым: немного выше папы, атлетическая фигура отлично просматривается даже под пиджаком, короткие темно-каштановые волосы, уложенные творческим беспорядком, глаза цвета гречишного меда, немного пухлые губы и едва заметная ямочка на правой щеке. В его внешности нет присущей многим альфам грубости, а взгляд даже на фотографиях лучится теплом и детской радостью, когда он смотрит на папку. Черт, и все же, почему его улыбка кажется мне такой знакомой? Я, было, подумал, что мог видеть ее у Кира или Сержа, но нет. В задумчивости тянусь за следующим альбомом и начинаю искать челюсть, которая с грохотом упала на пол и откатилась куда-то под стеллаж. Твою дивизию!       На первом же снимке – родитель со своим другом где-то на отдыхе. Из одежды на них только плавки и солнечные очки. На плече у Алекса – россыпь маленьких родинок. Если их правильно соединить линией, получится пятиконечная звездочка. Переворачиваю страницу альбома. На следующем фото – папа как раз эту самую звезду и рисует черным маркером. Сглатываю застрявший в горле ком, поднимаюсь и на ватных ногах иду в свою комнату, прихватив альбом. В родной берлоге скидываю майку и подхожу к зеркалу, выворачиваюсь, пытаясь рассмотреть собственную спину, и выпадаю в осадок. У меня на правой лопатке точно такая же россыпь родинок, как и у мужчины на снимке. Растерянно улыбаюсь, поднимаю взгляд на свое лицо в отражении и забываю, как дышать. Теперь понятно, почему улыбка Алекса казалась такой знакомой. С трудом втягиваю в себя воздух и возвращаюсь к альбому, который кинул на кровать. В голове замелькали мысли, и я наконец-то смог сложить два и два.       Ну, здравствуй, "папочка"!       В груди закипела и забулькала ярость. Ах ты тварь улыбчивая! Пятнадцать лет морочил папе голову и слинял, узнав о его беременности! Трус! Подлец! Негодяй! Руки зачесались от желания найти этого паскуду-альфу, сломать ему нос и выбить челюсть вместе с зубами, чтобы навсегда стереть радостное выражение с его мерзкой рожи.       Забыв про поиски проигрывателя, бросаюсь к компьютеру и вожу в поисковике: Александр Симонов. Потом стираю и заново набираю: Алекс Симонов. Пару мгновений - и на экране появляется ряд ссылок. Самая первая ведет на сайт продюсерского центра «А2». Странное название. Перехожу на сайт в раздел «О центре» и натыкаюсь на фотографию основателя и директора. Алекс не сильно изменился за прошедшие годы, только вокруг глаз появились небольшие морщинки, указывающие на веселый характер альфы. Он и на этом снимке скалится во все 32 зуба. В рекламной статье рассказывается только про его талант и заслуги на ниве шоу-биза. Возвращаюсь к результатам поиска и перехожу по ссылке, ведущей на какой-то онлайн журнал для омег в возрасте от 18 до 80. В этой статье основное внимание уделяется личной жизни бизнесмена: 37 лет, не женат, не был, не планирует, в порочащих связях также замечен не был, детей, как и постоянного спутника, нет. Последнее утверждение является откровенной ложью, но сдается мне, об этом знает только два человека, один из которых я, а второй – мой горячо любимый папулька. Такс, читаем дальше. Алекс не ведет жизнь затворника, но все мероприятия, которые он посещает, являются скорее работой, чем развлечением. Иногда его видят в компании того или иного известного омеги, но и эти встречи больше похожи на деловые обеды, чем на свидания. Если верить автору статьи, Алекс Симонов – со всех сторон положительный альфа, помешанный на работе, что не мешает ему быть одним из самых желанных женихов страны. Я не могу поверить журналисту. Если бы мой отец действительно был таким замечательным, как его описывают, он ни за что не бросил бы папу и меня. А значит, мой исчезнувший родитель очень хорошо притворяется.       Возвращаюсь на сайт продюсерского центра, надеясь найти сам пока не знаю что. В разделе новостей в глаза бросается яркое объявление: «Ищем моделей для участия в новом рекламном проекте известного спортивного бренда. Подробности можете узнать, записавшись на кастинг и пройдя собеседование. Просмотр состоится такого-то числа такого-то месяца». Перевожу взгляд на календарь: до означенной даты есть еще пара недель. Желание отомстить и покарать толкает под локоть и требует незамедлительно действовать. Пока в крови кипит адреналин, решительно достаю телефон и набираю указанный в объявлении номер. Из разговора с секретарем, или кем там является ответивший мне омега, а по голосу это именно омега, выясняю, что нужно предварительно выслать фото и краткую биографию. Быстренько сочиняю текст, старательно избегая любых упоминаний фамилии и родного города, прикрепляю несколько снимков, на которых нравлюсь себе больше всего, и отправляю письмо. Чтобы убить время, возвращаюсь к статьям об Алексе, надеясь найти что-то, за что можно зацепиться. Один за другим просматриваю фото-отчеты с различных вечеринок, встреч, фестивалей и других публичных событий. На всех снимках, где Симонов не один, компанию ему составляют омеги, подобранные, видимо, по одному шаблону: довольно высокие, стройные блондины с длинными волосами. Уууу, батенька, а это уже диагноз! Злорадно скалюсь, еще раз подхожу к зеркалу и придирчиво осматриваю отражение: то, что надо! Комп пиликает, информируя о новом сообщении электронной почты. В ответном письме из «А2» - приглашение на кастинг, контакты и схема проезда к офису Центра. Победно улыбаюсь и слышу голос папы, который сообщает, что обед готов, а меня ждут к столу. Пока спускаюсь по лестнице, придумываю историю, чтобы убедить родителя отпустить меня одного в город, находящийся за тысячу с лишним километров от нашего. К моей бескрайней радости пополам с удивлением, папочка воспринимает мое желание попробовать себя в роли модели легко, но с условием, что даже в случае успеха я все равно буду получать высшее образование в одном из выбранных ВУЗов. После обеда возвращаюсь в комнату, заказываю билеты на самолет, бронирую отель в непосредственной близости от продюсерского центра и начинаю собирать вещи, параллельно продумывая детали плана по отмщению. Отец, трепещи и готовься к встрече, которая навсегда перевернет твою жизнь!       В аэропорт меня провожает Кот. Я не стал раскрывать ему истинную цель поездки, так как до конца не уверен в успехе этого мероприятия, а потому озвучил другу ту же историю, что и папочке. Коту это все категорически не нравится, он не хочет отпускать меня одного и всю дорогу шипит и фыркает, как самый настоящий представитель семейства кошачьих. Я стараюсь не вслушиваться, дабы не растерять решимость, и убеждаю друга, что это всего на пару месяцев, и я обязательно вернусь ко дню рождения папульки в конце лета. Регистрацию на рейс я прошел еще дома, на сайте авиакомпании, и теперь мы можем не торопиться. Костик провожает меня до самого паспортного контроля, крепко держа за руку. Странный он сегодня. Вцепился в меня, как младенец в папкину сиську. Когда передо мной в очереди к окошку проверки документов остается пару человек, Кот резко разворачивает меня к себе и прижимает. Как в замедленной съемке вижу его губы, неспешно приближающиеся к моему лицу. Через несколько бесконечных мгновений я ощущаю, как его рот впивается в мой в жадном поцелуе. Он сминает мои губы, завоевывая и утверждая свое право, язык проходится по ряду зубов, вынуждая приоткрыть рот, и сплетается с моим язычком, вырывая из горла глухой стон удивления и удовольствия. Это сумасшествие тянется безумно долго и запредельно быстро. Сердце успевает отсчитать только пять ударов, когда Костя отстраняется от меня, разворачивается и быстрым шагом направляется к выходу из здания терминала, так ни разу и не оглянувшись. Я стою в полнейшем афиге и прострации и немного прихожу в себя от осторожного похлопывания по плечу. Вздрагиваю, благодарно киваю омеге, который стоит следующим за мной в очереди, и подхожу к окошку паспортного контроля. Механическими движениями отдаю документ и билет, смотрю, куда попросят, жду, забираю документы и иду к очередному пункту проверки. Досмотр прошел как в тумане, не оставив и следа в памяти. Просто в какой-то момент нахожу себя, стоящим памятником самому себе в зоне Duty Free и обтекаемым со всех сторон людским потоком. Это, блин, что такое было?! С какого перепуга, перепоя или чего там еще Кот вздумал меня целовать? Осторожно ощупываю руками челюсть и с удивлением нахожу ее на законном месте. А я-то был уверен, что потерял ее там, перед желтой линией проверки паспортов. Трясу головой, пытаясь привести мысли в порядок, но они – предательницы – приводиться в порядок отказываются и разбегаются, как крысы с тонущего корабля. Кот, мартышка ты неэволюционировавшая, какого ж хрена маринованного ты творишь?! Кровь внезапно приливает к голове, и я понимаю, что становлюсь похож на помидорку: лицо, уши, шея и даже, кажется, грудь краснеют и горят. Болезненно ущипнув запястье, привожу себя в чувство и иду в первое попавшееся кафе. Заказываю чай на вынос и отправляюсь к означенному в посадочном талоне выходу. Нахожу свободное кресло в зоне ожидания, сажусь, закрываю глаза и усилием воли выметаю из головы все ненужные мысли. О Коте, его поцелуе и мотивах этого, бесспорно, нелепого поступка я подумаю позже, когда вернусь домой. А сейчас нужно сосредоточиться и детально продумать план «страшной мсти» несознательному отцу. Приняв решение, достойное всех мудрецов Востока вместе взятых, облегченно вздыхаю и распахиваю ясные очи, в которых не осталось и следа от недавнего тумана. Итак, план: 1.Приехать в город, заселиться в отель, сходить в Центр и подтвердить свое участие в кастинге. 2.Встретить отца, привлечь его внимание. 3.Действуя по излюбленному принципу «возбудим и не дадим», довести родителя до белого каления, параллельно разрушая его репутацию сдержанного и адекватного альфы. 4.Медленно подогревая, довести ситуацию до кипения, выложить предку правду и скрыться в рассветном тумане, предварительно плюнув в лицо вышеозначенному родственнику и громко хлопнув дверью, чтобы аж штукатурка с потолка осыпалась.       Что же, общая концепция ясна, детали додумаю по ходу пьесы.       Объявляют начало посадки на мой рейс. Поднимаюсь с насиженного места и вместе с другими пассажирами тянусь к телетрапу, прохожу в самолет, занимаю место рядом с иллюминатором согласно купленному билету, пристегиваю ремень, достаю плейер, надеваю наушники и закрываю глаза, моментально погружаясь в сон.       Из мира грез меня выдергивает резкий «прыг» самолета в момент, когда шасси впервые касаются взлетно-посадочной полосы. Полностью просыпаюсь, дожидаюсь окончания посадки и топаю на выход. В соседнем терминале располагается станция, с которой можно за каких-то полчаса добраться на экспрессе до центра города. Очень, надо сказать, удобно. Еще дома я сверился с картой и выяснил, что от вокзала в городе я смогу дойти пешком до своего отеля минут за 10-15. Гостиницу я нахожу без проблем и быстро заселяюсь, наскоро принимаю душ и переодеваюсь в чистое, оставляю багаж в номере и, чтобы не терять времени даром, отправляюсь в продюсерский центр. По задумке организаторов кастинга, все участники должны появиться в центре минимум за пару дней до просмотра, чтобы профессиональный фотограф сделал несколько снимков, по которым жюри определит окончательный набор претендентов на роль модели в новом проекте. В своих внешних данных и внутренней харизме я не сомневаюсь - да-да, от скромности точно не помру – и в приемную «А2» вхожу уверенно, широко и открыто улыбаясь. Секретарь, который действительно оказался омегой, дарит мне не менее широкую ответную улыбку, уточняет «кто такой, зачем приперся», что-то чиркает в блокноте и, уцепив меня под локоток, тащит в глубины Центра. Он на ходу объясняет, что сейчас меня быстро переоденут, познакомят с фотографом, который даст пару важных ЦУ, и проведут пробную съемку, от результатов которой будет зависеть, позовут ли меня на основной кастинг.       В огромной гардеробной, заставленной вешалками со всевозможной одежкой, нас встречает очередной омега. Он окидывает меня с ног до головы придирчивым взглядом, будто раздевая и раскладывая на атомы, и бросается к кронштейнам, буркнув что-то себе под нос. Возвращается он минут через 5, протягивая мне светлые, почти белые джинсы с низкой посадкой и художественными дырками на коленях и белую же тунику из материала, больше всего напоминающего марлевку. Я вопросительно выгибаю бровь, как бы интересуясь, где именно могу переодеться, и получаю кивок в сторону небольшой ширмы в углу комнаты. Уединившись, быстро скидываю свою одежду и натягиваю предложенные шмотки. Смотрюсь в большое ростовое зеркало, висящее здесь же в закутке, и остаюсь очень доволен получившимся результатом. Одно слово – ЗВЕЗДА! При виде меня оба омеги радостно хлопают, и секретарь тащит меня в логово фотографа, то есть в студию.       Фотографом оказывается невысокий, но довольно крепко сложенный альфа. Он осматривает меня таким же, как у костюмера, рентгеновским взглядом, ставит к белой стенке – прям как на расстреле – и просит принять несколько стандартных модельных поз. Послушно выполняю требуемое и слышу быстрые щелчки камеры, от которых ассоциация с расстрелом только усиливается. Буквально через пять минут все заканчивается, фотограф что-то быстро говорит моему сопровождающему и подходит к своему столу, уставленному мониторами и другой специализированной техникой. Меня же снова цепляют под локоток и ведут на выход. По пути к приемной омежка не перестает меня нахваливать и щебетать, что на кастинг я точно попаду, да и шансов получить роль ведущей модели проекта у меня выше крыши. Вполуха слушаю его болтовню и очень надеюсь, что не наткнусь сегодня на отца-потеряшку, ибо к встрече я еще не готов. Слава всем известным Богам, мои надежды оправдались, и я, получив обещание звонка в самое ближайшее время, возвращаюсь в гостиницу, где сразу же заваливаюсь спать. Желудок протестующе урчит, моля об обеде и ужине, но сил куда-то идти у меня нет. Посылаю прожорливый орган ко всем чертям и засыпаю под его обиженное бурчание.       Просыпаюсь от настойчивой трели мобильного, не глядя, отвечаю на звонок и получаю официальное подтверждение своего участия в просмотре. Сладко потягиваюсь и улыбаюсь.       Ну-с, отец, игра началась!