Я подарю ему любовь

"Кристина вернулась утром. На ее лице читался ужас. Она рассказала, что видела там. Теперь мне самой хочется побывать в Его храме музыки…" От шума, который издавало отодвигаемое зеркало, сон Люсиль прервался. Резко подняв голову, девушка попыталась сфокусировать зрение, но помешала сильная головная боль. Прошлой ночью она заснула в не очень удобной позе, и поэтому тело ныло, затекшая шея и щека покраснели, а голова кружилась. Наконец, собравшись с силами, старшая Даае поднялась и приблизилась к сестре. Последняя пустующим взглядом карих глаз оглядывалась по сторонам. Холодные руки схватили сестру за платье, и Кристин всем телом прижалась к Люсиль. Обняв ее, старшая сестра спросила: - Где ты была? Я волновалась, - тонкие пальцы ее запутались в кудрявых каштановых волосах младшей Даае. Девушка решила умолчать о Рауле, который пытался ворваться в гримерную Кристин. - Люси, я видела его. Своего Ангела. Я была в его мире, где правит тьма… Его музыка ночи пленила меня, заворожила, и я не смогла сопротивляться… Но он пугает меня! Я сняла с него маску…. Он разозлился. Я думала… Ах, Люси! - горячие слезы закапали на плечо старшей сестры, стекая по ключице к груди. Кристин дрожала, как лист на ветру, то и дело вздергивая плечами и издавая всхлипы. - Расскажи все по порядку, милая. Долгий рассказ Кристин начался хорошо. Глаза полны восхищения, руки сложены на груди, и мечтательный взгляд устремлен к зеркалу. Речь лилась, как ручеек, без запинок. Но когда она приблизилась к концу, то стала делать долгие паузы и всхлипывала. Пелена ужаса застлала ее глаза, а взгляд опустился в пол. Закончив рассказ, Кристин тяжело вздохнула и смахнула тыльной стороной ладони слезу. "Милая сестра, что же ты натворила. Какую боль ты причинила человеку, так безмерно любящему тебя. Недаром он ходит в маске. Он не хочет, чтобы кто-то видел его настоящего. Он привык скрываться в тени. Моя маленькая Кристи не поняла той чарующей красоты мира теней. Она привыкла к свету. Нельзя падшему ангелу тянуться к ангелу. Это совсем разные создания. Может, когда-то они были одним и тем же, но не сейчас. Время и люди могут изменить любую сущность. Даже такую светлую, как ангел…" - Может, съездим домой? - Люсиль не очень этого хотелось, но нужно было отвлечь сестру, - Мы так давно там не были. Мадам Жири отпустила сестер. Ей было хорошо понятно, что девушкам нужно отдохнуть. Мег было хотела отправиться с ними, но вовремя осознала, что их нужно оставить наедине. *** Повозка подскакивала на камнях, заставляя шатенку ближе пододвинуться к сестре. Сердца обеих бились быстро, с небольшой разницей в интервале. Они возвращаются в дом, в котором не могут долго находиться. Слишком много воспоминаний связано с этим местом. Тяжелых воспоминаний. До смерти отца они успели прожить здесь только два года, но знакомыми обзавелись. Вот они выехали из города, и вдалеке виднеются крыши частных домиков. Молчание нагнетало еще больше. Руки вспотели от волнения, и Люсиль вытерла их об юбку платья. Дом за домом, ограда за оградой. Она ищет глазами знакомое здание. Взгляд ее упал на постаревший серый домик. - Здесь, - прохрипела девушка. Лошади сбавили шаг, а потом вовсе остановились. Сестры по очереди вышли из повозки, поднимая подол платья. Взор девушек устремился к двери. Обе ждали, что сейчас она откроется, и им на встречу выбежит скучавший отец. Но его нет. И никогда не будет. Ветер растрепал волосы Кристин, не притронувшись к косе Люсиль. Девушки двинулись к двери, как вдруг услышали свои имена. Женский голос окликнул их. Головы повернулись в сторону соседнего дома. Из открытой калитки выглядывала старушка. В ее чертах было что-то знакомое. - Люсиль? Кристин? Это правда вы? - пожилая женщина сощурила глаза. - Да…- неуверенно произнесла Кристин. Руки женщины задрожали, и улыбка собрала еще больше морщин на ее лице. - Уже и не думала, что доживу до этого момента! Вы вернулись! И вовремя. Тут была женщина. Она искала семью Даае. Вы же помните меня? - старушка очень быстро говорила, резко меняя тему разговора. Мысли Люсиль ухватились за фразу о женщине, которая искала их семью. «Кристин, поговори с ней. Ей будет очень приятно, а я пока пойду в дом. Не забудь получше расспросить ее о женщине» - прошептала старшая сестра Кристин на ухо. Легче птицы девушка подлетела к старушке. Люсиль же, натянув каменное лицо, приблизилась к строй калитке. Дрожащей рукой она нащупала в кармане ключ. Поворот в отверстии, и калитка со скрипом отодвигается. Грудь часто поднимается от тяжелого дыхания, а в горле застрял ком. Девушка проходит в нее. Взгляд падает на старое дерево, которое раньше было любимым местом сестер. Под ним они сидели вместе с отцом. В мыслях Люсиль вырисовалась картина из воспоминаний. Мужчина с темными кудрями и большими карими глазами играет на скрипке, а маленькие девочки смотрят на него снизу вверх, облокотившись на дерево. Счастливые лица. Порыв ветра развевает воспоминание, и глаза девушки застилает пелена. Из груди рвется крик. Нет. Он привыкла. Молчать, держать себя, ради нее. Тихо ступая по заросшей тропинке, она оказывается у двери, ведущей в дом. Второй ключ теплым металлом обжигает замерзшие руки. Щелчок. Глаза остекленели, а тело обмякло. «…Не хочу. Страшно. Самым тяжелым для меня всегда было вернуться к началу. В то место, где все началось. Стоять там было невыносимо страшно и дико. В голове звучал его голос. Родной, дорогой, любимый, зовущий зайти внутрь…» Переступив через порог, старшая Даае переступила через страх воспоминаний. Близкие сердцу вещи бросаются в глаза. Но сильно по нервам ударил портрет матери. Худая женщина с выраженными скулами и мутными серыми глазами смотрела на дочь. Тонкая полоска губ растянута в улыбке, а красно-каштановые волосы разбросаны по плечам. Курносый нос такой же, как у сестер. Сердце Люсиль сжалось. Она уже успела забыть ее лицо, но никогда бы не забыла ее улыбки. Девушка запрокинула голову и подняла глаза к потолку, чтобы сдержать накатившие слезы. Тут дверь позади захлопнулась и заставила ее подпрыгнуть. Всего лишь ветер. *** Когда Кристин вернулась, они сели на кухне и девушка поведала историю о женщине. Младшая Даае сказала, что женщина была дорого одета у нее золотые закрученные волосы, которые были убраны под шляпку, родинка над верхней губой и миндалевидные глаза. Она спрашивала старушку о том, кто сейчас живет в этом доме. Та ответила, что дом принадлежит сестрам Даае. Женщина сильно расстроилась, когда узнала, что Густав Даае давно умер. Она попросила передать сестрам, что будет находиться в Париже еще неделю, и что она будет гулять вдоль набережной с шести часов до семи, там с ней можно встретиться. - Когда она приходила? – дослушав, спросила Люсиль. Ей не терпелось узнать, ведь эта женщина не зря хотела с ними встретиться - наверняка она что-то знает. - Два дня назад. Неужели ты хочешь увидеться с ней? - Кристина выгнула бровь. Она не могла понять тяги своей сестры к встрече с женщиной, которую они не знают. Люсиль нервно прикусила ноготь. Поднявшись, она посмотрела на запыленные часы, но те уже давно не ходили. - Сколько сейчас времени? - Около четырех. - Я уезжаю. Не знаю, как скоро вернусь, - быстро поправляя платье и беря сумочку, произнесла старшая Даае. Ее сестра не успела ничего сказать, как та выбежала, громко хлопнув дверью. - Люси! - глаза крошки Лотти наполнились слезами. Меньше всего ей хотелось оставаться одной в этом доме. Ей казалось, что сейчас откуда ни возьмись появится Он и заберет ее с собой. Она не будет сопротивляться… но Рауль. Мысли девушки унеслись в страну мечты, в которой она вместе с любимым шагает босиком по траве, щекочущей стопы. Они улыбаются и смеются. Но на своей спине девушка чувствует тяжелый взгляд. И от этого ей становится страшно. *** Выйдя из повозки, серые глаза огляделись. Дорога занимает полтора часа, так что время уже подходит. Разглядывая прохожих, она шла к набережной. “…Тогда я еще не знала, о чем будет этот разговор. И лучше бы я не ходила. Страшная правда о нашей семье. Кто бы мог подумать… Никогда бы не поверила, что моя мать…" От Сены веяло прохладой. Мимо прогуливались пары, нежно глядящие друг на друга. Их руки были сплетены. Дальше шла целая семья. Жена и муж держали своего сына за руки. Ребенок виснул и, звонко смеясь, делал вид, будто летает. Вздох вырвался из глубины души Люсиль. «Интересно, у меня когда-нибудь будет семья… Нет. Это помешает моей работе. Вряд ли я когда-нибудь полюблю настолько сильно…» Девушку привлекла особа, одиноко сидящая на скамейке. У нее золотистые локоны, выглядывающие из под шляпки, и бардовое платье. Подойдя ближе, она разглядела родинку над верхней губой. «Это она!» - Извините, мадам. Вы искали семью Даае? - Да… - Я - Люсиль Даае. Старшая дочь Густава Даае, - серые глаза доверчиво смотрели на женщину. Последняя смотрела вовсе не на Люсиль… Она смотрела на Нее. Свою подругу, которую потеряла много лет назад. На нее смотрела Изабель Даае. - Как ты похожа на Изабель… - еле выговорила восхищенная женщина. Люсиль лишь потупила взгляд, она не знала, как реагировать на такое. - Вы хотели встретиться. Зачем? - садясь рядом с подругой покойной матери, спросила девушка. Жаклин - так звали эту женщину. Она решила встретиться с Густавом, но узнала, что он мертв. Вспомнив, что у друзей были дети, она решила увидеться хотя бы с ними. Разговор их был в основном о паре Даае. О том, какие они всегда были счастливые. Жаклин рассказала все, что помнила и знала. Люсиль попросила рассказать, о том, как встретились родители. Но тут женщина переспросила ее, уверена ли она в этом. Это сильно насторожило старшую Даае. История, которую она узнала, является страшной тайной семьи Даае. Когда Изабель исполнилось семнадцать, ее мать тяжело заболела, а денег на врача и лекарства не хватало. Отец не приносил зарплату, он пил, запираясь в своем кабинете. Жизнь матери оказалось в руках дочки. Изабель не брали ни на какую работу и выхода у нее не было. К своим семнадцати годам она уже имела достаточно привлекательное тело. Взяв грех на душу, девушка решила стать той, кого призирала… Блудница. Тяжелый выбор, с которым она согласилась, когда услышала тяжелый кашель матери. На следующий же вечер она отправилась в местный кабак, где и собирался подобный сброд. Как же ей были противны эти люди. Девушка естественно отличалась от остальных блудниц. Чистенькая, ухоженная, в более закрытой одежде. Она привлекала внимание, и к ней сразу начали подходить, но не один не мог угодить в цене. «Слишком мало», - отвечала она. От нее сразу отходили. Когда девушка уже отчаялась и решила принимать любую сумму денег, к ней подошел молодой человек с самыми добрыми, но грустными глазами. Ему явно не хватало любви, и поэтому он решил найти ее в постели у блудницы. Он протянул большую сумму, чем ей предлагали и она согласилась. Ей было страшно и обидно, но того требовали обстоятельства. Не смотря на то, кем она была, незнакомец был с ней нежен и даже назвал свое имя. Он обещал, что вернется. И она поверила. Как бы это глупо ни звучало, но она поверила. Она вновь приходила туда и не только из-за денег, ей хотелось оказаться в его объятиях, ей казалось, что он не просто ей пользуется. В один из таких вечеров он подошел и, протянув ей деньги, сказал: «За то, чтобы вы провели со мной вечер под луной под мелодию скрипки». В ответ же она протянула руку и, накрыв тонкими пальцами деньги, сжала его ладонь и отвела от себя. «За такое достаточно любви» - тихо прошептала Изабель. Густав оказался прекрасным скрипачом. Он рассказывал своей возлюбленной, как станет известным на весь мир, а она в ответ тихонько смеялась и сжимала его руку сильнее. Весь мир для них остановился. Спасти мать Изабель не получилось - ее болезнь оказалась неизлечимой. После смерти близкого человека девушка переехала к Густаву. К этому времени она уже была беременна. Позже у них родилась дочь, а потом еще одна. Но их счастье длилось недолго. Изабель умерла от той же болезни, что и ее мать. Тогда-то Густав и решил уехать в Париж, чтобы забыть прошлое и начать все сначала. Глаза Люсиль наполнились слезами. - Не может быть, - онемевшими губами прошептала она. - Не волнуйся, твой отец был единственным ее мужчиной, но это все равно не значит, что она хорошо поступала. Хорошо, что там оказался именно Густав. Я даже не хочу думать, что бы могло быть будь там другой… - молчание со стороны Даае заставило женщину покрыться мурашками и поменять тему разговора. Тема Кристин продлилась недолго, ведь Люсиль перестала быть такой разговорчивой. Прощание их было сухим, ведь ни одной этот разговор не доставил должного удовольствия. Женщина в бордовом платье так и осталась сидеть на скамейке у Сены, провожая тяжелым взглядом фигуру девушки. *** Когда Люсиль открыла дверь домой, то Кристин тут же бросилась ей на шею. Крошка Лотти сильно волновалась и перепугалась. Но самое плохое ждало впереди. Не перебивая сестру, она выслушала всю историю от начала до конца. - Я даже представить не могла, какая сильная любовь была у наших родителей. "Вот, пожалуйста. Еще одно доказательство того, что она совсем на меня не похожа. Меня эта история довела до слез и отвращения, а она счастлива и ей она кажется прекрасной сказкой о любви. Моя маленькая Кристи смотрит на мир через розовую вуаль…" Ночь. Люсиль ворочается на своей половине кровати. С ее лба стекает холодный пот. Очередной кошмар взял верх над ней, но теперь он был не про отца… «Она стоит в шатре. Вокруг нее много народа и все они смеются, указывая куда-то пальцами. Когда девушка оборачивается, то видит перед собой прутья клетки. Пол внутри устлан соломой, а в углу сидит, свернувшись калачиком, мальчик. Худой, грязный и полуголый, он смотрел на окружающих его людей сквозь прорези в мешке, надетом ему на голову. Люсиль обхватила руками прутья и с болью посмотрела на ребенка. Тут рядом с мальчиком оказался цыган. Мужчина, громко смеясь и обзывая пленника, рывком стянул с него мешок. Все вокруг смогли увидеть его лицо. Тот лишь закрывал лицо руками, чтобы спрятаться от насмешек. Никто не обращал внимания на бьющуюся о прутья девушку, которая протягивала руки к мальчику и просила остановить это. Зеленые глаза мученика встретились с серыми глазами Люсиль и сердце ее упало в бездну. Тело затряслось от дрожи, а руки похолодели. В этих глазах было столько всего: боль, отчаянье, страх, мольба, разочарование и ненависть. Вдруг народ исчез, а Люсиль каким-то образом сама оказалась в клетке. Рядом с ней стоял тот самый цыган. Он ухмылялся и приближался, перебрасывая хлыст в руках. Занес руку для удара. Тело онемело и не хотело двигаться. Секунда и воздух пронзил бы свист от хлыста, но… В ногах у девушки лежит тело с удавкой на шее, а на коленях сидит мальчик, прижимаясь к ней. Неужели ее сон оказался хорошим? Воздух… Его вдруг становится меньше и меньше, а шею жжет. Тонкие пальцы нащупывают веревку, а глаза встречаются с диким взглядом зеленых глаз.» Старшая Даае резко подняла веки и огляделась. Она в кровати лежит рядом со своей сестрой. Крошка Лотти тихо сопит, а ее кудри разбросаны по подушке. Ее спокойный вид утихомирил бурю внутри Люси, но когда девушка сомкнула веки, перед ней вновь появились зеленые глаза.