О чем мечтают пираты

      Она проснулась внезапно от того, что ощутила рядом чьё-то присутствие. Масляная лампа под потолком была потушена, хотя девушка с вечера оставила её зажжённой. И, несмотря на это, капитанскую каюту уже освещал свет ещё очень бледного, но уже зарождающегося рассвета. Хибари не солгал, что не тронет её этой ночью, но она никак не ожидала, что это случится потому, что всю ночь он проведёт на корабле Берга вместе со своим помощником и несколькими матросами, ещё с вечера достаточно сильно взбесившись из-за нежелания или неспособности капитанов обеих торговых посудин чётко и слаженно выполнять приказы пирата. Для Кёи было очевидно, что оба купеческих экипажа даже близко не были знакомы с военным делом, а в частности с тем, чтоб правильно держать строй и поддерживать предсказуемую скорость на всём протяжении пути. Такие ошибки в критический момент грозили погубить весь караван, а значит, их в дальнейшем быть не должно. И теперь Кёя был почти уверен, что после ночи его достаточно грубой разъяснительной работы с капитанами обоих торговых кораблей, дальнейший путь в Вест-Индию будет предсказуемым и спокойным.       - Спи, - тихо сказал Хибари, заметив взгляд своей проснувшейся рабыни, садясь на свою постель и снимая сапоги.       Девушка прождала его здесь большую часть ночи, но в какой-то момент не смогла справиться со сном и уснула, свернувшись прямо поверх одеяла в одежде, сняв только обувь. Находясь в капитанской каюте одна, она слишком остро осознала, что очень страшится остаться здесь без Хибари. Этот пират жесток и опасен, но рядом с ним ей совершенно нечего бояться, кроме его самого. А пока его не было, ведь Кёя не удосужился сказать своей рабыне, куда и насколько уходит, девушка в красках представила, что с ней может случиться, если он не вернётся. Пиратский корабль, полный головорезов, посреди Средиземного моря – чудовищный кошмар для сознания юной девушки. Поэтому возвращение Хибари вызвало у неё откровенный вздох облегчения, а его спокойный бархатный голос придал уверенности, что всё будет хорошо. Девушка не знала, что этот корабль, лишившись капитана, будет обречён, ведь лишится заодно и единственного навигатора на борту, а значит, добраться до суши сможет только чудом или вслед за другим судном.       - Почему не разделась? Так спать неудобно, - беззлобно пробурчал пират, раздеваясь и довольно небрежно кидая свою одежду на находящийся рядом с изголовьем кровати сундук.       - Я разденусь, - едва слышно ответила девушка, сев на постели и начав раздеваться.       Когда она закончила, то неожиданно обратила внимание, что в этот раз он тоже разделся полностью. Щёки рабыни стыдливо заалели, а свой растерянный взгляд она изо всех сил старалась спрятать от него, блуждая глазами по каюте и боясь даже случайно взглянуть на Хибари. Но он лишь спокойно лёг, укрывшись одеялом и расправив сбитую девушкой подушку. И тут пират заметил, что рабыня уже довольно продолжительное время растерянно сидит, не меняя позы, будто статуя.       - Ложись уже, - уголками губ улыбнулся Хибари, взяв её за запястье и слегка потянув к себе.       И тут он почувствовал, что рука девушки ощутимо дрожит, а её кожа прямо под его пальцами заметно холодеет, словно от сильного мороза. Кёя поднял на неё удивлённый взгляд и встретился с испуганными тёмно-синими глазами своей рабыни. Пират недовольно фыркнул и прикрыл глаза.       - Не бойся, сейчас я хочу просто спать. Иди сюда, - и вновь настойчиво, но не грубо, потянул девушку за запястье к себе, укладывая её рядом и укрывая одеялом, - я тебя только согрею.       Сначала она вся сжалась в его объятиях, слушая глухие удары собственного сердца, отдающиеся в ушах, и боясь даже вздохнуть. Но Хибари на самом деле лишь обнял её, прикрыл глаза, фыркнул, устраиваясь на подушке удобнее, и расслабился. Его ровное дыхание свидетельствовало о том, что он на самом деле собирается только спать. Осознав это, девушка позволила себе начать осторожно дышать, но вдруг почувствовала странный, достаточно сильный запах, смешавшийся с привычным ей запахом тела капитана Хибари. Она принюхалась и едва смогла удержаться, чтоб не чихнуть. Запах казался смутно знакомым, ведь им было практически всё пропитано на этом корабле, но сейчас он был очень ярким и довольно навязчивым.       - Что ещё? – недовольно фыркнул Хибари, крепче прижимая к себе рабыню.       - От Вас странно пахнет, - едва слышно ответила девушка, зажимая нос, чтоб не чихнуть. Несмотря на весь свой страх, она не осмелилась оставить вопрос пирата без ответа, ведь этот запах только добавлял подсознательную тревогу к её и так испуганному состоянию.       - Это запах пороха, - не открывая глаз, спокойно ответил Кёя, - спи.       «Неужели он кого-то застрелил на купеческом судне?» - про себя удивилась она и зажмурилась, пытаясь отгородиться от этой картины и не думать ни о чём подобном.       Но рабыня была не далеко от истины. Хибари собирался забить до смерти одного из двух никчемных травоядных капитанов торговых кораблей, ведь тот совершенно не желал подчиняться и следовать правилам пирата. Это жутко бесило Кёю. И в процессе ночных переговоров, которые больше походили на непрекращающийся спор, раздражение капитана «Намимори» достигло своего предела как раз тогда, когда и выдержка его оппонента исчезла. Хибари даже не удивился, краем глаза заметив направленный в собственную голову ствол пистолета, слегка подрагивающий в руке травоядного капитана второго торгового судна. И пират ответил, молниеносно выхватывая тонфу из-под накинутого на плечи плаща. Пороховыми газами обдало обоих, но выстрел прогремел уже тогда, когда Хибари с силой прижал лезвие своей тонфы к горлу упрямого травоядного капитана, а левой рукой ухватил за запястье его правую руку с пистолетом и резко поднял её вверх. Пират довольно ухмыльнулся, ведь в этот миг отчётливо увидел во взгляде нерадивого противника настоящий животный страх перед смертью. И теперь у него вряд ли появятся мысли о неподчинении Хибари, но и в спину такой человек при случае может ударить запросто, только пират этого никогда не боялся.

*****

      - Мусор, ты свихнулся?! – рыкнул брюнет, лежа полностью одетым на жёсткой койке комнаты дешёвого трактира, и с трудом улавливая ускользающим сознанием смысл слов своего помощника.       - Врооой, босс, я не вру! – Суперби понимал, что капитан после вчерашней ночной пьянки ещё не пришёл в себя, но и позволить ему спать дальше просто не мог, ведь случилось нечто из ряда вон выходящее, - Твою каюту на «Варии» ночью обчистили!       Попытка Занзаса открыть глаза не увенчалась успехом, потому что едва оторвавшееся от линии горизонта поднимающееся утреннее солнце, как назло, светило прямо ему в лицо через мутные стёкла свободного от каких-либо штор окна. Мужчина зажмурился, про себя последними словами покрывая так не вовремя появившегося в его комнате помощника, при этом издавая лишь глухой утробный недовольный рык. Если бы не внезапно начавшая раскалываться с похмелья собственная голова, то капитан «Варии» очень даже вслух высказал бы зарвавшемуся Скуало всё, чего тот заслуживает, но сейчас даже самый незначительный звук отдавался в висках острой болью. Занзас вслепую пошарил вокруг, в попытке найти любой предмет, которым собирался сразу же зашвырнуть в своего помощника, но его рука не встретила совершенно ничего.       «Обчистили… Почистили… Прибрали, что ль?», - смысл слов тупого мусора упорно ускользал от Занзаса, - «А зачем? Я ж не приказывал, вроде…»       - Чёртов босс! – громко рявкнул Скуало, чем вызвал нестерпимый приступ головной боли у своего капитана.       - Заткнись, мусор! – зло прорычал Занзас, закрыв ладонью глаза, ведь проникающий даже сквозь веки солнечный свет жутко его раздражал.       - Пей! – помощник всучил в руку продолжающему лежать своему капитану холодную бутылку вина.       Скуало знал, что Занзас и сам скоро придёт в норму, но тогда он снова первым делом потянется к рому, и как обычно в таких случаях, будет не способен принимать решения и отдавать приказы. А ситуация действительно требовала от капитана определённых решений, за которые брать на себя ответственность помощник совершенно не хотел.       И проблема заключалась вот в чём. Когда с утра вахтенные обнаружили, что дверь каюты капитана была взломана и оставлена открытой настежь, они поспешили найти именно Суперби, потому что отчётливо понимали, что за свою невнимательность капитан их точно прикажет вздёрнуть на рее, чтоб другим не повадно было пить на посту. А помощник хоть и тоже не приминёт наказать, но вполне может ограничиться розгами, что всё же намного лучше, чем смерть. Скуало, с первого раза не поверивший своим подчинённым, поспешил сам лично подняться на борт «Варии». И какого же было его удивление, когда он на самом деле обнаружил дверь каюты Занзаса с явными следами взлома, да ещё и рукоять ножа, торчащую из-под крышки сундука, находящегося в дальнем углу капитанской каюты. Осмелиться обокрасть «Варию» на Мальте мог только полностью умалишённый бродяга или только что прибывший иноземный жулик, совершенно не знакомый с местной публикой. Суперби точно знал, что в этом сундуке его капитан хранил самое дорогое, что было на борту корабля – навигационные приборы. И похоже, что именно их собирались похитить неведомые воры, а значит, они вовсе не были простыми охотниками за золотишком.       Помощник зло нахмурился и достал ключ, висящий у него на шее на довольно толстой цепочке – дубликат ключа Занзаса от этого сундука, который брюнет сам позволил ему сделать, тем самым, по сути, переложив на Скуало ещё часть своей работы. Замок скрипнул, а крепкая рука длинноволосого пирата легко подняла тяжёлую крышку обитого железом сундука. Внутри лежало и блестело в лучах утреннего солнца сломанное лезвие ножа похитителя. Суперби его поднял, присмотрелся и быстрым рывком выскочил из каюты на палубу, напряжённо вглядываясь вдаль и ища глазами легко узнаваемый силуэт фрегата «Намимори». Ещё вчера вечером этот корабль стоял на рейде, а сейчас его уже нигде не было. Скуало прикрыл глаза, с силой зажимая сталь в ладони. Гравировка на лезвии однозначно указывала, что виновника нужно искать среди команды именно этой плавучей крепости, а тот факт, что корабль неожиданно покинул порт среди ночи, мог говорить о причастности самого капитана Хибари к проникновению на борт «Варии». Верить в это не хотелось совершенно, как не хотелось и связываться с Дьяволом «Намимори». Ведь шанс победить почти в пять раз превышающую по численности команду Хибари был ничтожно мал, а слухи, окружающие самого капитана, делали его по силе как минимум равным Занзасу. И всё это не считая того, что ввязываться «Варии» в перестрелку против «Намимори» на открытой воде равносильно самоубийству. Скуало зло ударил кулаком с зажатым в нём обломком лезвия ножа по тёмному планширю фальшборта. Всё казалось глупым и нелогичным, а терять из-за этого собственную отличную команду и превосходный корабль пирату совершенно не хотелось.       До прихода в эту комнатку в трактире, где отсыпался Занзас, Суперби, изо всех сил пытаясь придумать объективную причину всему произошедшему, направился на невольничий рынок. Несмотря на то, что с рабами они никогда не связывались, пират был знаком с несколькими далеко не последними там людьми. И он надеялся услышать от них, что последние рабыни капитана Хибари были проданы ещё вчера или даже раньше, тогда ночной уход его корабля из порта был бы хоть как-то объясним. Но его надежды не оправдались, ведь до сих пор остались не проданными двенадцать рабынь, которых капитан «Намимори», вопреки обыкновению, оставил под ответственность господина Савады. Гравировка на лезвии ножа вора, внезапный ночной уход из порта самого корабля, удивительно совпавший с попыткой обокрасть каюту Занзаса, и странное поведение Хибари по отношению к своему непроданному товару не оставили даже малейшего шанса усомниться – капитан «Намимори» был причастен к ночному проникновению на борт «Варии». Дело запахло кровью и войной. А такие решения Скуало категорически не хотел принимать сам.

*****

      - Это конец! «Намимори» нет в порту! – Кен распахнул настежь дверь в комнату, где, уже собравшись, стоял и укладывал в потайной внутренний карман складную подзорную трубу парень с разноцветными глазами.       Несмотря на ранее утро, в этом дешевом трактире ещё стояла тишина, словно никого из персонала или постояльцев уже нет. Но всё обстояло как раз наоборот. Почти все, кто не брезговал задержаться здесь на ночь, почти до самого утра пили и горланили непристойные песни, грубо лапая нескольких официанток очень фривольного поведения. А сейчас все просто спали мертвецким сном, поэтому никак не могли бы помешать собравшейся здесь компании заговорщиков.       - Да провалиться в ад этому узкоглазому Дьяволу! – зло выругался Мукуро, имея в виду капитана «Намимори», и почти бегом покинул трактир, - Он что, снова решил меня обставить?

*****

      - И что ты ждёшь, мусор? – Занзас, выпив залпом почти всю бутылку сухого холодного вина, немного вернулся к реальности, поэтому сидел на койке и зло поглядывал на своего помощника, - Без меня вообще ни на что не способен? Раз лично Хибари мы пока не можем свернуть шею, значит возьмём его товар себе. Собирай людей и подтягивайся к рынку рабов через час.       Скуало выдохнул и прикрыл глаза. Его капитан отдал вполне предсказуемое распоряжение, причём не только основанное на пиратских законах, но и на единственно возможном выводе, напрашивающимся самим собой, исходя из странной ситуации. Занзас не боялся нигде и никого, а за любую попытку покушения на свою собственность жестоко карал смертью. Да только ситуация и в самом деле была очень странная, и она сильно беспокоила Суперби, потому что логичных причин для попытки обокрасть «Варию» у капитана «Намимори» не было ни единой.

*****

      - Босс, на рынке огромная проблема! Там избивают наших людей, – Гокудера бегом ворвался в обеденный зал, где Савада не спеша допивал так любимый им с детства зелёный чай, заказываемый специально из Китая. Парень не представлял себе ни один завтрак без чашечки этого ароматного напитка, но следующая фраза блондина заставила Десятого Вонголу поперхнуться, - Команда «Варии» во главе с капитаном Занзасом требуют деньги за товар Хибари-сана, утверждая, что по пиратским законам он теперь их.       - На каком основании?! – Тсуна быстро поднялся из-за стола, оставив кружку недопитой, и направился по направлению к выходу, - Собирай людей, этих головорезов просто так не остановить, понадобятся все. И ещё, - парень внезапно остановился и положил руку на плечо друга, внимательно посмотрев своими светло-карими глазами прямо в тёмную зелёную глубину глаз Хаято, - Гокудера-кун, нужно постараться обойтись без лишней крови. Интуиция мне подсказывает, что здесь что-то не чисто. Я бы очень не хотел человеческих жертв из-за недоразумения.

*****

      - Кажется, началось, ку-фуфу, - усмехнулся Мукуро, лёжа на крыше двухэтажного дома вместе с Чикусой и Кеном, и внимательно наблюдая в окуляр своей подзорной трубы за разворачивающимся в городе спектаклем.       - На рынке что-то взорвали, - сухо констатировал парень в пенсне, когда утреннюю ленивую тишину просыпающегося города разорвал резкий звук взрыва, донесшийся со стороны невольничьего рынка.       - Хоть наш план сработал и не совсем так, как ожидалось, но у нас появился шанс выиграть, - парень лишь на мгновение взглянул своими довольными разноцветными глазами на тихо лежащего рядом Чикусу и вновь вернулся к своей подзорной трубе, на этот раз направив её в сторону поместья Савады Тсунаёши, - моя вторая марионетка не подвела. Игра обещает быть интересной.       - А какой был план? – лёжа на спине и глядя в небо с отрешённым видом, спросил Кен, жуя соломинку, - «Намимори» ушёл, месть не состоялась. Что хорошего-то?       - Неужели вы до сих пор ничего не поняли, мои наивные друзья? – Мукуро опустил подзорную трубу и с хитрой довольной улыбкой посмотрел на обоих парней, - Я хотел, чтоб оба пирата сцепились не на жизнь, а насмерть, и желательно, на территории невольничьего рынка. Савада Тсунаеши вынужденно перебросил бы всех своих людей туда, чтоб прекратить заварушку, оставив свой особняк почти без присмотра. И тогда мы спокойно смогли бы перебить оставшуюся охрану и забрать сокровища Десятого Вонголы. А это – целое состояние. Изначально я хотел, чтоб заварушку устроил прямо в особняке наш оскорблённый нападением на него Дьявол «Намимори», потому что его команды и одной вполне хватит, чтоб отправить в ад всех людей Савады. Но он меня обыграл. И обыграл второй раз, совершенно не понятно как избежав этой стычки с Занзасом. Зато капитан «Варии» оказался вполне предсказуем и логичен в своих действиях. Он сделал ровно то, что мне и было нужно.       Тем временем на территории рынка рабов вновь что-то взорвалось, в воздух поднялось чёрное облако дыма, а по узким улочкам с криками и проклятиями прочь бросились как прохожие и обычные зеваки, так и часть вырвавшихся на свободу рабов. А из поместья Савады организованной группой почти в двадцать человек в сторону рынка направились вооружённые всадники на лошадях, мчащихся во весь опор. Мукуро снова посмотрел в окуляр подзорной трубы, внимательно изучая всадников.       - Отлично! – внезапно выдохнул он. - Сам Савада вместе со своими личными телохранителями и большей частью охраны покинули поместье. Чикуса, бегом к пристани и заставь капитана Франа через час быть готовым к отплытию сразу, как только мы ступим на борт его «Пеликана». Кен, а ты за мной. В поместье ещё есть те, кого нам предстоит отправить в ад. Но золото, которое нас там ждёт, вполне этого стоит!

*****

      Прошло больше трёх часов, пока относительный порядок не был восстановлен на невольничьем рынке. Оглядывая всё вокруг, Тсуна в уме подсчитывал убытки не только от разрушения помоста, на котором проводились аукционы, но и от сбежавших в суматохе рабов. Без жертв обойтись не удалось, причём со стороны команды «Варии» погибли всего двое, а среди людей Савады было больше шести погибших и почти десяток раненых. При этом, ни капитана пиратов, ни его первого помощника среди сражающихся не было. Оба лишь наблюдали и отдавали приказы, находясь в самом центре сражения.       Остановить нелепое кровопролитие Саваде удалось только после того, как он при свидетелях пообещал выдать золотом стоимость товара Хибари-сана Занзасу, если его аргументы будут весомыми. А для этого необходимы переговоры и конструктивный диалог. Капитан «Варии» терпеть не мог диалогов, но Скуало пообещал взять это на себя, поэтому брюнет лишь согласно кивнул, прикрыв свои тёмно-карие глаза с кроваво-красным отливом.       Но прибыв для переговоров в свой особняк вместе с Занзасом, его помощником и несколькими доверенными членами команды, Савада обнаружил, что десять оставшихся на территории поместья стражников убиты, а золото, хранившееся в сундуке в личном кабинете Десятого босса Вонголы – похищено. Тсуна медленно сел в кресло, сложил руки в замок и задумчиво опёрся о них подбородком. В такие совпадения парень перестал верить сразу же, как только унаследовал невольничий рынок у отца. У него похитили целое состояние, сумма не шла ни в какое сравнение ни со стоимостью оставшегося на Мальте товара капитана «Намимори», ни уж тем более со стоимостью украденного с «Варии» имущества. Целью умело разыгранного грабителями спектакля было именно золото, хранившееся в доме Савады. А все остальные участники, начиная с Занзаса и заканчивая сначала подвергшемуся нападению, а потом хитро подставленному Хибари-сану, были лишь марионетками в чьи-то ловких руках. И почему-то Тсуна был уверен, что на подобное способен лишь один человек – Рокудо Мукуро.       - Ямамото, подключи всех в порту и узнай, какие корабли покинули Мальту за последних три часа, - сухо распорядился Савада, продолжая сидеть в кресле и почти не обращая внимания на севшего напротив него и молча сложившего ноги на его стол Занзаса, - Гокудера, на тебе город, хотя я и сомневаюсь, что Мукуро остался бы здесь после всего содеянного.       - Как я понял, тебя тоже кинули, мусор? – недовольно высказался капитан «Варии», прикрыв глаза и обращаясь к Саваде.