Моя Ринон

Килора. Атал. Антарра       Коридор оказался довольно длинным. Еще несколько раз мы сворачивали, прежде чем оказались перед дверью. Меня очаровало однообразие пространства. Корабль посла Райндана больше всего напоминает пустыню. Дышится тяжело. Жаркий воздух пахнет чем-то пряным и неестественным.       Мы проходили мимо одинаково серых дверей без видимых ручек, мимо странных кружащихся в нелепом танце светящихся камней, мимо висящих в воздухе знаков. Поразительная магия. Я смотрела во все глаза, а дотронуться до чудес чуждой цивилизации мешали проклятые цепи.       Мы остановились перед сильно выделяющейся на фоне серенького коридора белой дверью. Кажется, металлической. Райндан вынул из кармана небольшой листок, или, может, деревяшку, или железную пластинку... приложил к стене рядом. Раздался еще один пищащий звук, и проход открылся. Внутри моментально зажегся яркий свет, заставив зажмуриться. Открыв глаза, я увидела просторный зал, чем-то до боли напоминающий покои посла в западной башне. Даже клеткой его успели оборудовать. Правда, не знаю, к чему она тут. Я не то что сбежать не в состоянии, даже не понимаю, где мы. И потоки этого не подсказывают.       Словно уловив мои мысли, посол Райндан снял с шеи связку небольших ключей и стал отпирать один замок за другим, пока не отбросил на пол, укрытый странным шуршащим ковром с жестким светло-серым ворсом, все до единой цепи.       — Осваивайся. Смотри.       Он подошел к стене и открыл довольно внушительный ящик. В нем я увидела белые полки, заполненные металлическими шкатулками.       — Это еда. Я научу. Потом. Ты быстро поймешь, как с ней следует обращаться. Впрочем, говорю глупости. Еду только едят. Ты голодна?       Я качнула головой.       Разговор что-то не завязывался.       — О, я знаю, — неожиданно сказал Райндан. — Смотри.       Он снова что-то нажал на своем украшении, все еще прикрепленном к середине ладони, и дальняя стена исчезла. Вместо нее я увидела с высоты лес, вдалеке — полоску песка и стены столицы Атала. Звезды над всем этим.       — Это хорошая иллюзия, — сказала я тихо.       — Нее, это не иллюзия. Способность материала становиться как бы прозрачным. Стена по-прежнему очень прочная. Если хочешь, оставлю тебе этот... вид. А самому мне нужно уйти. Ведь теперь на мою голову свалится императорский гнев. За похищение тебя.       Я посмотрела ему в глаза и усмехнулась.       — Преступление, достойное великого наказания: посол похитил из дворца свою собственность.       Райндан улыбнулся. Но я не шутила. А он взял мою руку в свою широченную ладонь и немного сжал пальцы. Я опустила голову, и взгляд невольно упал на его руки. Сила в них — черта ли жестокого господина? И почему я видела от него до сих пор только хорошее? Он чего-то от меня хочет? Но чего? Ему неизвестно, кто я. Пути неведомы. Пальцы Райндана обжигают.       — Я пришлю тебе Яна. Он объяснит и про стены, и про еду, и многое другое. А мне действительно пора. У нас еще будет время поговорить. Мы вылетаем завтра. Ринон, послушай... У меня из головы не идет, что я сейчас должен...       Взгляд в сторону клетки и снова на меня.       — Я не буду этого делать. Уверен, ты с удовольствием полюбуешься на звезды, пока меня нет. Не уходи, пожалуйста, никуда. Я обещаю, ты здесь будешь в безопасности. Там, — Райндан указал на виднеющийся за песком город, — нет.       — Я не могу уйти. Меня заперли в собственном теле, лишив любых возможностей, кроме человеческих. И пока ношу это, — ткнув пальцем в свой ошейник, тяжело вздохнула, — и вправду принадлежу.       Он едва видно кивнул.       — Хотелось бы, чтобы однажды ни тебе, ни мне этот предмет не понадобился.       Из-за далекого города медленно поднялось почти багровое светило. Мне всегда нравилось наблюдать, как еще сонная Эда оглядывает свои владения, простирая руки-лучи над всем живым. А живое улыбается ей. Как будто читая мысли, в покоях посла появился отмеченный особым знаком Светлой — рыжими волосами — помощник посла Ян. Этим восходом* я рада его видеть. Дверь пискнула, закрываясь за ним. Я чуть склонила голову и снова погрузилась в созерцание. Нечасто удается вот так, сидя перед невероятным по красоте видом, спокойно наблюдать.       — Ну привет. Тут на корабль твои шмотки грузят, скоро привезут. А Райндан тебе передал вот это. Просил извиниться, что чуть не забыл.       Ян поставил на пол передо мной деревянную шкатулку. Я положила на нее ладонь, обозначив: моя.       — Так что тебе рассказать? Наш посол четких указаний не давал.       Я посмотрела вдаль, на просыпающийся Атал.       — Когда мы отправимся?       — Как только он управится с делами. Его императрица на аудиенцию вызвала. Кажется, у посла Райндана из-за тебя крупные неприятности.       — Никто не заставлял его брать меня с собой.       Ян замотал головой.       — Ты чудачка. Думаешь, мог оставить? Ага, а потом преспокойненько вино попивать, скажем, во время казни. Айрит бы устроила зрелище, не так ли? Что-то вы все скрываете. Ты как-то касаешься Айрит и наследницы, они как-то знают тебя, и даже кузнец...       — Ян, тебе не надоело строить мосты через воображаемые реки? — спросила я его, улыбнувшись. — Пусть будет так, как ты говоришь. Но какая разница? Здесь и сейчас я на твоем корабле, и у меня действительно масса вопросов. Куда мы летим?       Ян усмехнулся.       — Вы… похожи. Я бы начал с вопроса, что мне есть. И пить.       — С кем похожи?       — Да с послом же, раздери вас. Он тоже задает вопросы, которых ну никак не ожидаешь. Такие, знаешь, стратегического характера. Впрочем, вполне дальновидно было бы спросить о еде.       — Я не голодна. К тому же магические практики позволяют до семи восходов не ощущать голода. Так я получу ответ на вопрос?       Ян подошел к стене, открывающей вид на Атал, что-то нажал пальцем. Рядом с его рукой появилась упорядоченная таблица из светящихся символов. А вид мгновенно сменился: теперь во всю стену — звездное небо.       — Это звезды. Тут, — он указал на одну из них, — Ниар. Ее почти не видно, если смотреть с твоей планеты, она находится в созвездии Лодки.       — Торма. Вторая в созвездии — Сонэли?       — Да, ты догадалась, кажется, так вы ее зовете. Ну так вот, мы отправляемся в эту звездную систему. Третья планета от нее — Геянса. Одна из ключевых планет Содружества Одиннадцати.       Передо мной завертелся увеличенный шар — карта планеты.       — Вот сюда. Где, скорее всего, у посла Райндана снова будут из-за тебя значительные проблемы.       — Почему?       — Ты сейчас вот только попробуй к моим словам отнестись серьезно. Дело в том, что на Геянсе... в общем, нет рабовладения. Вот так, да. Я понимаю, это шок, — быстро начал он.       А я всматриваюсь в его потоки. Не врет.       — И что же со мной будет?       — По закону он бы должен тебя отпустить. Ты не волнуйся, нам известны еще планеты с сохранившимися пережитками мутной древности, на Геянсе есть целая система реабилитации для тех, кто попал в рабство. Многие после нее успешно социализируются. Но, судя по всему, Райндан тебя не отпустит, — Ян развел руками. — Ежу понятно, что ты будешь искать возможности вернуться на Килору. Вряд ли найдешь, конечно. Мы, кажется, первые, кто сюда приземлился. Но если найдешь, то сама умрешь и контракт с Аталом загубишь. А у вас тут много полезных минералов, между прочим. Но это так, на будущее. Тебя не отпустят. Так как послы Геянсы подчиняются непосредственно президенту Содружества, у Райндана будет то еще приключение.       — И что с ним будет?       Ян пожал плечами:       — Должности могут лишить, к примеру.       — Зачем же он так рисковал?       — Есть такая штука, Ринон, человеческая жизнь. Она дороже. Я бы тоже на его месте рискнул, — Ян ненадолго затих. — Хотя законы Содружества строго запрещают вмешиваться в планетарные конфликты.       — Но я... Его бы никто не осудил, я ведь всего-навсего...       — Ты человек, Ринон. Этого довольно. Мы тут все уже послание президенту сочиняем. Хелена вон попыталась тебя на борт не пустить. Как же. Райндан упрям, как тысяча баранов.       — Я вот только не понимаю, какое ему до меня было дело?       — Ну он же Райндан. Ему до всего есть дело. Может, я все же покажу тебе, где брать еду? А то он меня прибьет, честное слово. Неизвестно, когда его императрица отпустит. Нам вообще-то приказано взлетать через сутки. Хелена, конечно, без него никуда не полетит.       — Ну есть одно средство, — я улыбнулась. — Если его через восход не будет, ты можешь снять с меня ошейник. Тогда я его вытащу из любых глубин Атала.       Ян усмехнулся.       — Ну а тебе какое до него дело? Ну? Ты-то спасешься в любом случае.       — У интари принято отвечать добром на добро. Не думаю, что в ближайшие два восхода отступлю от этого правила. Хоть, это, несомненно, ограничения значительно прочнее иных цепей. Килора. Атальский императорский дворец       Райндан не удивился, когда его вызвали в большой тронный. Он был к этому готов. Готов и к опасности, исходящей от императрицы. Посол поймал себя на мысли, что ему не жаль этих двух дней после появления маленькой дикарки, даже если это будут последние его дни. Какая все же странная. И от позора-то лучше в окно, и с ним все так откровенно, что кажется страшным сном. Все до боли, до крови, до самых глубин живое. Вот зачем она сказала про ошейник? Он и так отпустил ведь. Почему зажмурилась, когда он стал подол платья приподнимать, рассматривая ее тонкие белые щиколотки... да, и покраснения на них. Боится. Страшно ей так, что плакать готова. Но рычит.       «Ненавижу вас».       Тех, кто увозит из Атала?       Не воспринимает эту поездку как спасение.       Бьется, что птица в силках. Любая геянсанка уже бы приспособилась, вычислила возможности, применила максимум обаяния, чтобы изменить свое положение. Почва благодатна. Он — мужчина, полет сюда был долог. Но с ней что-то не то. Дикарка, чем она руководствуется? Чувствами, инстинктами? Никак не логикой. Ведь логика диктовала бы ей соблазнять. Узнавать как можно больше о невольном похитителе. А она боится. До одури. Почему? Почему двигать колонны и убивать императрицу — не боится, а его, Райндана, боится? Что не так с этой женщиной?       Он не заметил, как дошел до тронного. Тут о произошедшем напоминала лишь одна колонна в самом углу зала, поваленная вдоль окна. Вероятно, назавтра и с ней работы будут закончены.       Айрит, как всегда золотая и прекрасная, поправляя прическу перед принесенным служанками зеркалом, лишь слегка скользнула по гостю взглядом холодных змеиных глаз. Райндан уже видел такие раньше. Глаза, за которыми нет души.       Императрица взмахнула рукой, и служанки, кланяясь, спешно удалились.       — Значит, господин посол решил спасти женщину? Что ж, весьма дальновидно. Правда, протащи мы ее по Аталу, стало бы понятно, что выше рабыни ей уже не подняться. Она была бы покорнее. Зато теперь у вас есть шанс с нею поладить. Неизвестно, что лучше. Ринон еще не расколола ваш корабль на части? Это вам повезло. Пока сила спит...       Кажется, наговаривая все это, Айрит просила его оставить Ринон на Килоре. И одновременно хотела, чтобы та убиралась подальше. Боже, что с этими женщинами?       — Айрит, что вы мне дали? — спросил вдруг посол, наконец понимая, что никакого гнева не будет и убивать его никто не собирается.       Императрица на секунду сбросила маску и стала совершенно обыкновенной усталой женщиной с морщинами на красивом лбу. Ей часто приходилось думать и принимать сложные решения. Сейчас — тоже.       — Силу, господин посол. Опасную силу, с помощью которой, если бы вы только захотели, можно добиться любых высот в абсолютно любом мире. Силу, которой неважно, какие технологии используются или как развита ваша планета. Чудеса, которые вы мне показывали и о которых рассказывали, могут быть стерты в порошок ею. Силу, которая пока спит.       Она вдруг весело рассмеялась:       — Я знаю тех, кто воспитывал Ринон. Раньше, пока она не стала интари, была невероятно принципиальна. Неудобна даже. Смотрю вот на вас и думаю, что-то всегда в вашем присутствии колет, небольшой иголочкой. Видит Хатта, посол, вы умны, и я бы даже хотела видеть вас при своем дворе. А сейчас вот поняла, что избавилась бы от вас — скоро. Вы не способны ломать людей к своей выгоде. Не видите ее?       — Вижу. Она испугана.       — Да только ли? Ринон всегда — в процессе расчета, куда полетит колонна.       Райндан нахмурился.       — Да. Колонна. Если бы она ее отпустила...       — Не было бы ни меня, ни вас. Ринон удивила. Идти через весь Атал, через пустыню Амелор и потом так глупо все закончить. Я бы на ее месте плюнула на падающую колонну.       Посол усмехнулся.       — В общем, я вас позвала не для этого. Контракт на поставку атальских товаров на Геянсу готов и подписан. Вы можете забрать бумаги и лететь. И летите, посол. Летите. Килора. Атал. Антарра       С этого момента медленно потекли получасы ожидания Райндана. Я так и не притронулась к еде и все свое время употребила на созерцание города. Он стоял, неприступный, и только взвивающиеся над ним потоки говорили о том, что внутри бурлит жизнь. Эда стала клониться к закату, стремясь за самую высокую из башен, когда дверь снова пискнула. Я увидела на пороге испуганную донельзя Хелену. За ней волочился, что-то отрывисто объясняя, седой мужчина, одетый в белое. За ними бежал Ян.       — Хелена!       Она обернулась к Яну и что-то возмущенно произнесла. Я встала со своего места.       — Ринон, они меня не слушают. Это доктор. Они хотят ввести тебе снотворное. Усыпить, проще говоря. Ринон...       Седой доктор показал мне небольшой металлический прибор, похожий на жало, и ядовито улыбнулся. Дальше все так, как обычно должно случаться, если в руках у тебя меч. Но мои руки пусты. Поэтому пришлось рассчитывать каждое движение. Я сделала полшага влево от доктора и рывком выкрутила его правую руку. Жало вошло туда — чуть выше локтя. На миг я увидела испуганные глаза. Затем его сознание угасло. Хелена не успела настроиться на бой. Я видела, как в ней пляшет сила. Но ошибка в том, что она не видит во мне опасности — только тоненькую девочку, которой случайно удалось свалить с ног тщедушного лекаря.       Раскачиваясь, словно пьяная, я увернулась от прямого удара и оказалась за спиной капитана. Дальше все примитивно. Ударила в голень, заставив опуститься на колени, затем небольшое движение пальцами к шее — вот лежит и Хелена. Ян расширил глаза, отступая на шаг.       — Ринон, ты что? Господи, кто же ты?       Еще больше он испугался, посмотрев мне за спину, на город.       — Там Райндан.       Я улыбнулась и стряхнула с себя воина. Поклонилась Яну.       — Капитан придет в себя уже через несколько мгновений. Ян, прошу, унеси доктора. Посол не должен знать.       Хелена очнулась и медленно поднялась, держась за голову. И в это самое время дверь протяжно запищала. На пороге появился господин посол собственной персоной.       — Капитан? Не ожидал тебя здесь увидеть. Впрочем, хорошо. Мы вылетаем как можно скорее.       Он, видимо, сказал ей то же самое на другом языке, и Хелена спешно удалилась. Затем посол убрал вид города и спросил:       — Ты что, так и сидела здесь все это время?       — Нет, я говорила с Яном, как ты и приказал.       Райндан поморщился.       — Императрица Айрит не стала разрывать договора? — с интересом осведомилась я.       Но, конечно, не это меня волновало. А то, как он ушел от гнева Айрит.       — Она немного побушевала, разумеется. Но, скорее, для вида.       — Я хотела тебя спросить.       — Спрашивай.       — Я когда-нибудь еще увижу Атал?       Райндан тяжело вздохнул:       — Извини, обманывать не стану. Скорее всего, не увидишь.       — Сколько у меня есть времени еще?       — Час.       Я закрыла глаза.       — Тогда оставь меня одну ненадолго. Обещаю, я буду тут. Мне необходимо побыть с Аталом наедине.       Посол снова сделал стену прозрачной и медленно вышел. Я подошла туда, где ковер упирался прямо в лес, и прикоснулась к невидимому барьеру. Из глаз покатились слезы. Он меня не отпустит. Прости. Мой Атал, прости меня. Если смогу, я вернусь. А пока — прощай. Космос. Антарра       Корабль оторвался от Килоры менее чем через два получаса. Сначала я увидела, как город медленно удаляется, затем — потрясающую панораму всего Атала, которая плыла где-то едва ли не в воображении. Когда стена вновь перестала быть прозрачной, захотелось расплакаться. Не способствовало пониманию, что мы уже не на Килоре, и отсутствие ощущения полета. Но я знала, что все заканчивается. Магическая связь с родной планетой медленно слабла, словно она отпускала мою руку, что до сих пор крепко сжимала в ладонях.       Предавшись воспоминаниям и скорби, не заметила, как уснула тут же, на полу. А проснулась уже в широченной постели господина посла. Сам он стоял рядом с ящиком, который недавно показывал, и выбирал себе шкатулку с едой. Рядом уже появился, спустившись с потолка, небольшой стол с двумя стульями. Посол что-то очень тихо напевал себе под нос.       Он обратил на меня внимание, только когда села, потирая глаза. Не сразу сообразила, где нахожусь. На полу уже были выставлены так нелепо смотрящиеся тут атальские деревянные сундуки. В остальном обстановка нисколько не поменялась. Все те же валяющиеся на полу угрожающими змеями цепи, все та же клетка в углу.       — О, Ринон. Хорошо, что ты проснулась. Я как раз думал, что тебе предложить на завтрак. Ох, я все время забываю пояснять новые слова, прости. Это утренний прием пищи.       Я окончательно села на постели и поняла, что спала невероятно долго.       — У меня есть несколько идей. Хочу познакомить тебя с Геянсой. С нашей едой, если точнее. Правда, меню на корабле довольно однообразно, но, полагаю, удивить тебя несколько раз я все же смогу. Держи.       Он протянул мне чашку с дымящейся жидкостью.       — Пить это надо очень осторожно. Кофе. Я сделал черный, чтобы ты почувствовала вкус. Бодрящий напиток. Как раз для начала хорошего дня.       Горьковатая теплая жидкость обволокла горло. Странный и приятный вкус, впрочем, интереснее другое: господин посол подал мне чашку, не требуя вставать.       — У тебя плотное расписание, Ринон, — сообщил он мне. — Пока я пользуюсь своим особым статусом для тебя и буду по возможности нагружать. С сегодняшнего дня начнется обучение геянсанскому. Ты поняла меня?       Я кивнула. Говорил Райндан начальственным тоном, не терпящим никаких возражений.       — К тебе придет Ян и включит обучающую программу. И расскажет, как это делать самостоятельно. Завтра ты должна будешь заниматься без помощников. Есть еще несколько дисциплин, с которыми необходимо тебя бегло познакомить. Перелет может быть долгим. Но скучать не придется. Ну а я, к сожалению, тебя покидаю. Еще есть несколько минут на душ... О, боже, ну конечно... Иди сюда. Покажу.       Я остервенело терла волосы полотенцем, когда на пороге комнаты появился Ян.       — Ну что, начнем?       Знакомым жестом он нажал на украшении в середине ладони камень, и на стене появились знаки. Ян снова что-то нажимал, пока вместо стены не расцвел сад, и на нас не полилась чудесная музыка.       — О, странная магия... не очень похоже, что мы перенеслись. Нет запахов.       Ян расхохотался.       — Это называется видео. Ничего, ты быстро освоишься. Сейчас с нами заговорят на геянсанском.       Райндан ждал помощника уже битый час. Тут, на мостике, созерцая звездное небо да за спиной у Хелены, не очень-то постоишь.       — Я говорила тебе, Райндан, что ее нельзя оставлять без присмотра. Не слушаешь меня. Твой помощник наверняка валяется с колотой раной в груди. Ножи оставил на столе, да? Посол нахмурился.       — Да хватит из нее чудовище делать. Ничего не понимаю. Что в Атале все поголовно: убить, связать, зверюга, что тут. Хелена, ты от них заразилась? Может расскажешь, что произошло без меня?       Женщина закусила губу и отвернулась к своим ненаглядным звездам и бестолковым пилотам, сидящим перед огромным, во всю комнату, пультом управления кораблем. Но когда беспокойство дошло до апогея, на мостик, преодолев неудобные лестницы аж через две ступеньки, взлетел Ян. Из него фонтаном били эмоции и слова.       — Она... это потрясающе. Мы часа два сидели над... Ой, капитан, прошу прощения, я громко? — поймав укоризненный взгляд Хелены, одернулся помощник и зашептал. — Мы два часа сидели над одним уроком, я даже подумал, что она просто не может воспринимать иную речь на слух. А потом... что-то щелкнуло. Ринон спросила, насколько распространен язык и сколько планет может на нем говорить. И тут как будто открылся портал в ее сознание... О, это было прекрасно.       — Что ты ей сказал?       — Что одиннадцать планет содружества и несколько десятков близких планет ей обеспечены в освоении. А что?       — Не понимаешь? Она готовит побег.       Райндан улыбнулся, глядя в удивленное лицо помощника.       — И она его всегда будет готовить. Хелена права, возможно. За ней действительно нужен присмотр.       — Хелена, — Ян встрепенулся и тут же обернулся к капитану, — если обучение пойдет такими темпами, то ты можешь с ней через дней пять поговорить наедине.       Женщина кивнула.       — Благодарю.       Райндан посмотрел на обоих с интересом и недоверием.       Я оделась в серый бархат. Платье заструилось вниз свободными складками от затянутой в широкий пояс талии и сделало меня саму — бледную — невероятно яркой. Так подчеркнуть волосы не мог более ни один цвет. Волосы... Они остались разбросанными по плечам. Широкие рукава улеглись вдоль тонко очерченной линии бедра. Кажется, в сером я кажусь похожей на женщину. По крайней мере, зеркало, которым меня научили пользоваться, отразило именно женщину. Даже стальное кольцо на шее — в гармонии с нарядом. Я снова его дернула. Нет, не снять. Можно не пытаться. Ну что ж. Придется смириться на какое-то время. В этом могут быть и определенные плюсы.       Хотя, кого обманываю. Есть ли плюсы в заточении? Я совершенно потерялась во времени, вернее, тут нет времени, но, наверное, на корабле мы уже несколько восходов. Еще ни разу не выходила из комнаты посла. В однообразном пространстве единственное, что хоть немного спасает, — это занятия чуждым языком. Проникновение новых знаний. Впрочем, не понимаю, зачем я ему такая? Ведь чем больше знаю, тем мне проще убежать. Странный он, господин посол.       Меня отвлекло от мыслей пищание у двери. В комнату вошел Райндан. Я склонила голову, как и было положено.       — Ринон, ты прекрасна. Скажи, как твои занятия?       — Хорошо, господин.       Он снова поморщился, словно кто-то скормил ему кислый фрукт.       — Ян говорит, что я уже могу говорить с тобой на родном языке.       Я спешно мотнула головой.       — Пока — нет.       — Меня вот что интересует. Как же нам сегодня расположиться на ночь?       Я подняла на него взгляд, видимо, полный испуга.       — Ох. Почему ты боишься? И чего, главное?       У меня не поворачивается язык высказать. Клетка. Использование моего тела. Да мало ли страхов может быть у беззащитной девушки?       — Я должна отвечать?       Мужчина нервно сжал кулаки.       — Нет.       — Господин рассердился?       — На себя, Ринон.       Кажется, я выбрала верную тактику. Потому что Райндан взял со своей кровати подушку, пожелал спокойной ночи и ушел за дверь. ***       Хелена застала его уже погружающимся в сон.       — Так-так. Это, значит, ты собрался сегодня дежурить?       Райндан извернулся в неудобном кресле перед пультами.       — Посол Райндан, у вас что, каюты нет? Кажется, именно вам на корабле выделены шикарные апартаменты, в которых возможно принимать даже правителей иных планет.       Она приземлилась на кресло рядом и сменила тон.       — Райндан, ты с ума сошел?       — Нет. Это просто невыносимо.       — Что же она делает?       Он потер обеими руками виски.       — Ведет себя соответственно положению. Делает вид, что подчиняется. Пока, возможно, для меня это единственный способ ее удержать подле себя. Видимо, вы тут все не зря сразу же прониклись ощущением опасности. Ринон действительно крайне опасна.       — Неужели?       Хелена криво и безжалостно усмехнулась.       — Да, но только вот не надо песни про чудовище, Хелена, нет. Тут что-то очень сильно не так. Слишком разумна она, что ли, для запуганной рабыни. А для женщины, едва не убившей императрицу Атала и обладающей невероятной силой, — слишком осторожна. Непонятна она мне.       — Но спать в одной комнате с ней ты не рискуешь?       — Нет, спал уже. Она вчера аж четырнадцать часов в постели провела. Как будто не смыкала глаз все то время, что я находился в Атале с ее прекрасной императрицей.       Хелена спешно отвела взгляд. Происходящее все меньше нравилось Райндану.       — Вы от меня что-то скрываете, капитан. Хватит уже. Не первый год тебя знаю. Врать ты не умеешь совсем. Давай, выкладывай.       Хелена стремительно обернулась.       — А почему бы тебе у своей рабыни не спросить, а? По законам своей планеты она тебе должна отвечать!       Райндан с непониманием вгляделся в женщину, которую еще ни разу не видел столь рассерженной. Поняв, что поспать здесь удастся разве что заткнув уши, он нехотя встал с кресла.       Тесная каюта Яна встретила не только разбросанными на полу вещами, но и стойкими химическими запахами. Кажется, помощник посла опять переборщил с экспериментами. То ли на кухне, то ли в лаборатории, неясно. Впрочем, радужные разводы в лужицах разноцветных жидкостей не располагали к приятному сну. Сам рыжий уже давно дрых, развалившись на своей довольно широкой койке. Райндан тихонько прикрыл дверь.       Она тоже спала. В собственной каюте, куда послу пришлось вернуться, в воздухе перышком парил одинокий ночник, свет падал на лицо Ринон. Похожая на ребенка, она беззащитно свернулась, подмяв под себя большую часть одеяла. Кто она сейчас? Ринон, которая опускает глаза и действует согласно любому его слову? Возможно. Но руки сжаты в кулаки, и есть почти уверенность, что сейчас это — Ринон, двигающая горы. Под дрожащими веками неуловимо мелькают зрачки, и вот она уже переворачивается со полувздохом на спину. Ринон, у которой в руках потоки. Что бы это ни значило. Дыхание становится жестким, почти рычащим. Что она там видит, интересно? Райндан присел рядом, наблюдая за сменой эмоций на лице интари.       Ей плохо. Очевидно, сон не приносит радости. Скорее, боль. Девушка опять свернулась калачиком и протяжно застонала. Посол тихонько, боясь разбудить, тронул ее волосы, погладил по щеке. Кожа холодна. Пальцы почему-то двинулись к губам. Они теплы. Странная она. Даже температура ее тела — как контрастный душ. Райндана неожиданно затопила с головой нежность к инопланетной пленнице. Одна против всей Вселенной. Как ей выстоять, даже такой могучей, даже с потоками, не то, что без них. *восход — название суток на Килоре