История одной сироты

— Я поняла, ты ждёшь, пока он тебя полностью обсмотрит? — Нет. И… Кто Вы вообще?.. — Не узнаёшь меня? Ахаха! Девушка вскочила как ошпаренная с постели. Дыхание её сбилось, из-за чего она задыхалась, нервно хватая ртом воздух. Кошмарный многочасовой сон, в котором девушке задавали бесконечные вопросы, казалось, никогда не кончится. В ушах стоял звон, а перед глазами всё плыло. — В порядке? Кейт повернула голову и увидела перед собой капрала. Он сидел на точно такой же кровати, как и она, немного сгорбившись и держа в руках обыкновенную глиняную чашку с кофе. Медленно сделав небольшой глоток, Леви продолжил смотреть на растормошенную девушку. — Да это всего лишь плохой сон… — …в котором ты постоянно спрашивала «кто Вы»? — А откуда Вы зна..? — Ты бредила. Не слабо. — А долго я так?.. — Ван почесала затылок, будто и не помнила, что произошло. Или… она действительно не помнила? — Пять часов, — ещё один глоток крепкого, бодрящего напитка. — Пять?! Подождите, а что произошло?! — она подскочила, сбросив ноги на ледяной пол и уставившись на Аккермана во все глаза. — Не помнишь, что ли? Что-то ударило ей в голову, и в ушах снова появился визг и скрежет. Кейт схватилась руками за голову. Девушка пригнулась к коленям и закрыла уши ладонями. Вновь услышала этот раздирающий на куски вопль. Правда в комнате, да и во всём штабе, было тихо, и лишь скромные стоны пострадавших редко гуляли по коридорам. — Мы обошлись без смертей. Этот крик издавал А. Но командующий Эрвин устранил проблему. Теперь этот подонок в «наморднике», так сказать. Нам ничего не грозит, — спокойном ровным голосом произносил мужчина, изредка отпивая из своей чаши кофе. — Как ребята?.. Ханджи, Майк и Нанаба?.. Всё хорошо?.. — голова кружилась, но не от последствий проступка А. — Мой элитный отряд в полном порядке. Ауруо сейчас проверяют ушные раковины. Он пострадал больше всех, защищая Петру. Все они, так же, как и ты, были без сознания некоторое время. Майк и Нанаба тоже. Об этой сумасшедшей даже говорить не буду. Она бегает вокруг А и пытается что-то сделать. Но я не знаю что, мне всё равно. — Капрал Леви… А Вы как? — смущённо, подняв на пару секунд глаза и сразу же об этом пожалев, спросила Кейт. Сам Аккерман был искренне удивлён. Но, как и всегда, был холоден и безразличен, как белый мрамор. В ответ мужчина лишь допил свой кофе и поставил чашку на стол. С минуту он молчал, просто глядя в тёмные зелёные глаза Ван, уже тысячу и один раз укорившую себя в заданном вопросе. — Сойдёт, — просто ответил капрал, не меняя ни выражения лица, ни тона голоса. «Странно, что нас двоих положили в одной палате. Даже удивительно», — подумала молодая девушка. — «Прямо, как назло». А ещё она подумала, а вернее вспомнила, как капрал Леви прижал её к себе, тем самым защищая своим телом от крика. И Кейт незамедлительно промямлила: — Спасибо… — Что? — Спасибо, капрал Леви. Спасибо за то, что спасли меня. — Громко сказано. — Не правда. Спасибо… — не унималась темноволосая девушка, уже полностью заглядывая в глубокие серые глаза Аккермана. «О Боже, я обнаглела…». — Это мой долг. Прервал последующее неловкое молчание вошедший. Эрвин Смит выглядел измотанным и уставшим, не евшим и не пившим пару дней. Щёки его немного впали, открывая и без того массивные скулы, а кожа заметно побледнела. Но держался он довольно бодро. По крайней мере, старался держаться. — Командующий Эрвин… — Кейт поднялась на ноги и незамедлительно отдала Смиту честь, приложив правую руку, сжатую в кулак к сердцу, а левую — за спину. Командир слегка улыбнулся: — Не вставай так резко… Даже если войдёт сам король. Тебе… Пострадавшим нельзя переносить такие нагрузки. Присаживайся. Чем-то до глубины поражённая, словно дитя, девушка присела на край кровати, Эрвин сел рядом. — Как себя чувствуешь? Мужчина, сидевший до того на постели, улёгся на бок и перевернулся к стене лицом, давая понять, что разговор курсанта Ван и командира Смита его совершенно не волнует. — Да… Вполне нормально, — обшаривая взглядом каждый уголок палаты, тихонько проговорила девушка. — Молодец. Некоторые откровенно жалуются на скрежет в ушах и головные боли. А ты нет. Похвально. Прикусив до крови нижнюю губу, Кейт сдержанно ответила: — Я не привыкла жаловаться, командор. Мужчина, добившись своего, поднялся с кровати, похлопал по плечу молодую девушку. — Ты хороший разведчик. Правда. А я пойду, проверю других солдат. И он скрылся в дверном проёме, бесшумно прикрыв за собой дверь.

***

В другом конце штаба, на специальном полигоне, в потрёпанном халате, одетом форму разведчиков, кружила женщина. Именно кружила. Потому что плавно, подпрыгивая при каждом шаге, она двигалась к своей цели. Сжав в одной руке чернильное перо, а в другой толстую тетрадь, не менее потрёпанную, чем халат, Ханджи описывала круги вокруг А. — Тебе больно? — с улыбкой спрашивала капрал, разглядывая и поднимая какой-то палкой, попавшейся под руку, кончик языка титана — единственной неприбитое огромными кольями к земле «живое» место. Человек, впервые увидевший подобное зрелище, слабо сказав, блевал бы. Но женщина без стеснения и страха прощупывала палкой каждое интересное ей место на теле гиганта. — Эм… Капрал Ханджи?.. — светловолосый мужчина, с огроменной кипой бумаг, стоял чуть в стороне от женщины, явно не решаясь подойти ближе. — Моблит! Не будь занудой! — и женщина, откинув палку в сторону, подбежала к мужчине, схватила его за руку и потащила ближе к А. — Да брось ты эти бумажки! Ты только посмотри! Моблит Бернер был подчинённым Ханджи. Правда приставлен он был к ней только затем, что бы лишний раз оберегать безрассудную капрал от гигантов, к которым сама женщина и подходила и, откровенно, нарывалась на то, что бы ей откусили голову. — Капрал Ханджи, я вас умоляю, будьте осторожны! — не выпуская свою любимую кучу документов из рук, сопротивлялся он. — Командующий Эрвин приказал мне следить за Вами в этот раз повнимательнее! Не зря же его приколотили стальными кольями к земле! Он опасен! — пытался оттащить женщину Бернер, но, зная Ханджи… — Да Господи! Когда я последний раз слушалась тебя? — с дружеской насмешкой, сказала капрал. — Не хочешь, как хочешь. Кто бы заставлял… — обиженно, но в ту же секунду развеселившись, продолжила женщина, уже резво шагая к А. Моблит лишь беспомощно развёл руками в стороны. Ну что он мог поделать с ней? А в это время, сам гигант, вокруг которого столько шума, лишь озирался по сторонам. Теперь он, как и сказал солдат Бернер, был полностью прибит к площадке полигона. Руки, ноги, пальцы, верхняя часть шеи, полностью по линии позвоночника, и даже язык. В целых трёх местах. Да, он обездвижен. В первом его положении, он мог шевелиться и, как утверждала Ханджи, разминать мышцы. — Эх ты… Лысая башка, — гладя по голове А, поговаривает женщина — она нередко жалеет его. — Вот сам же напросился, а теперь страдаешь… — Капрал Ханджи… — умоляюще протягивает Моблит, гипнотизируя её своим строгим взглядом. Та лишь тихонько шикает на своего подопечного и приседает на корточки, прислонившись своей щекой к огромной щеке титана. А медленно перевёл взгляд своих ярко-голубых глаз в сторону женщины. — Капрааал… — шепчет настороженный мужчина. — Это слишком опасно!.. Уйдите от туда!.. Сейчас же!.. А та вновь шикает, прикрывая глаза. — Всё нормально, Моблит. Я слушаю… — Что же Вы слушаете?.. — Стук. Я совсем недавно заметила его… Он похож на человеческий стук сердца. Но… Это невозможно. Гигантское сердце не издаёт звуков, хотя и бьётся. Поразительно, правда?..