Часть 16
2 мая 2018 г., 21:48
Этьен внезапно проснулся ночью от дикого холода, и скрючившись, еще сильнее закутался в одеяло. В горле пересохло, он попеременно сглатывал, прикрывая глаза от пульсирующей боли. Его трусило и морозило, нос заложило, и он отрывисто хватал ртом воздух, чувствуя его нехватку. Юноша дотронулся прохладной рукой до воспаленной головы, чтобы хоть как-то притупить боль, но это не возымело эффекта. Он высунул руку и несколько раз прошёлся ногтями по шероховатой древесине стены. Этьену инстинктивно хотелось двигаться, дабы согреться и как-то отвлечься от своего состояния. Дрожа, он запускал пальцы в свои волосы и ногтями царапал кожу головы, шеи, желая покинуть это изнывающее тело, хотя бы на пару мгновений. Он простонал, когда свет неожиданно резанул по его глазам, и он, прикрыв лицо руками, свернулся клубком.
Ричард нависал над ним со свечой в руке, но даже на ее слабый свет Этьен мог смотреть с трудом, болезненно щурясь.
— Да ты весь пылаешь! — с ужасом воскликнул Ричард, дотронувшись до его плеча.
— Все хорошо. — одними губами прошептал юноша, но гримаса боли говорила об обратном.
Громко выругавшись, Ричард в полутьме принялся натягивать еще влажную одежду, и прыгая на одной ноге, пытался надеть сапог, сквозь зубы ворча:
— Я же предупреждал, несносный мальчишка! Заболеешь же! И вот, нате вам! И что мне теперь с тобой делать?
Этьен попытался сесть в кровати, но тело нещадно ныло, и слабость брала над ним верх.
Ричард раздражающе цыкнул языком и укрыл парня поплотнее двумя одеялами:
— Лежи и не рыпайся, я попробую найти доктора, и пришлю кого-то, чтобы разжечь камин. Только главное прошу, будь на месте и не создавай лишних проблем.
Этьен хотел ответить, но закашлялся, и все что он смог из себя выдавить, это «пить».
Ричард взял кувшин с остатками вина, и придерживал влажную голову юноши, пока тот жадно пил. Пообещав, что вскоре принесут воды, Ричард вышел из комнаты, и принялся разыскивать хозяина, который беззаботно дремал на лавке в кухне.
***
Юноша, щурясь, смотрел на склонившегося к нему незнакомца, когда чьи-то шероховатые руки неприятно мяли его лицо, надавливали на шею, и щупали пульс. Тяжелое свистящее дыхание слетало с его губ, разбавляя тихий, едва слышный шепот доктора. Этьен перевел затуманенный взгляд на герцога, который нагнулся чуть ли не вдвое, жадно ловя каждое пророненное слово, нервно закусив ноготь большого пальца. Он хмурился, порой быстро смотря на юношу, и коротко о чем-то спрашивал мужчину. — Мне жаль, но его придется забрать на карантин. — доктор поднялся, вытирая руки влажной тряпкой. — Пока говорить рано, но возможно это оспа. Ричард вмиг помрачнел, сильнее стиснув скрещенные на груди руки. — Я же говорю, он упал в ледяную воду. Это простуда. Дайте ему какие-то лекарства и все. Мужчина покачал головой и его водянистые болотные глаза равнодушно посмотрели на юношу, заливающегося кашлем. — Я не могу это так проигнорировать. Он может быть заразен, и мой долг оградить других жителей от эпидемии. Симптомы пока туманны, но если это не оспа, то его без проблем выведут из карантина. — Вперед ногами. — срываясь прошипел мужчина, прикусив внутреннюю сторону щеки. — Он туда не поедет. Я не позволю. Доктор с неким сочувствием взглянул на герцога, после чего принялся собирать вещи, устало выдыхая: — Значит его смерть будет на ваших руках. Ричард моментально вскипел, и рука непроизвольно сложилась в кулак. Однако, через мгновение он разжал руку и достал несколько золотых. — Это за лекарство. — он взял ладонь мужчины, вложив в нее монету, — а это за молчание. — добавил еще две, после чего загнул костлявые пальцы. Переведя взгляд на деньги, доктор слегка их повертел, будто о чем-то размышляя, после чего, убрал в тряпичную сумку, что была перекинута у него через плечо. — Советую ему обильное теплое питье, — доктор достал несколько закупоренных склянок и протянул их мужчине. — Это должно помочь снять жар, но ничего не обещаю. Если это не оспа, то скорей всего инфлюэнца. — мужчина устало потер подбородок, несколько раз пройдясь по бородавке. — От нее умирают тоже. На вашем месте, я бы готовился к худшему. Ричард не ответил. Он молча выпроводил мужчину из комнаты и запер дверь. Пальцы правой руки мерно застучали по древесине, и мужчина в раздумьях склонил голову, прикусив костяшку указательного пальца. Все это очень некстати и не вовремя. Дурные мысли сожаления настойчиво полезли в голову, но он быстро отогнал их прочь, дернув головой. Сделанного не воротишь, и теперь этот парень под его ответственностью. И он сделает все, лишь бы маленькая искорка жизни горела в его теле.***
Когда Этьен снова пришел в себя, он оказался в совершенно другом помещении, в которое украдкой заползал пронизывающий ветер из распахнутых окон. Он помнил, как его переносили, а потом куда-то везли, но считал, что это был сон. Приподнявшись в локтях, он тут же закашлялся грудным выворачивающим нутро кашлем, а из носа потекла соленая жидкость. На кровати лежал платок, которым Этьен поспешил воспользоваться. На светлой ткани вместе с мокротой снова появилась кровь, и он с отвращением ее от себя отбросил. Утерев нос, юноша сел и положил влажную ладонь себе на лоб. Он был все также горячим, но Этьен чувствовал себя лучше. Он повернул голову в сторону и увидел сидящего, с широко расставленными ногами, герцога, что похрапывал, запрокинув голову на спинку стула. Этьен нахмурил брови, часто моргая, и еще раз осмотрел новую комнату. Она была в два раза больше предыдущей, с высокими потолками и видно, что сделана добротно. Над кроватью висел балдахин из бархата, и сама она была весьма широка и из крепкого дерева. Правда в складках ткани скапливалась пыль, и когда Этьен с интересом прошелся по ней рукой, то снова закашлялся от поднявшихся пылинок. Ричард резко дернулся, и поморщившись, принялся разминать затекшую шею. Он, проморгавшись, широко зевнул, и положив руку на свое бедро, сонно посмотрел на юношу. — Как самочувствие? — голос выдавал в нем усталость, а под глазами образовались темные круги. — Превосходно, мой господин. — едва юноша это сказал, как в горле снова запершило, будто кто-то там намеренно прошелся длинным ногтем. Мужчина помассировал глаза двумя пальцами, качая головой: — Даже стоя в шаге от смерти, все равно продолжаешь врать. Неужели совсем не боишься попасть в ад? Этьен улыбнулся краем губ, стирая слюну тыльной стороной ладони. Он содомит и убийца. Ложь — просто капля в бездонном море его пороков. — Ты два дня был в лихорадке. — герцог потер одну руку о другую, сложив их в замок. — Бредил. В какой-то момент я даже подумал, что тебе конец. Больной сидел молча, подобно статуе. Бледный и словно застывший. — Я рад, что ты наконец очнулся, — мужчина наконец посмотрел прямо в глаза юноше, и его брови слегка приподнялись вверх, образовав дорожку из едва заметных морщин. — Правда. Этьен прошелся языком по внутренней стороне зубов, ощущая неприятный привкус, и сглотнул накопившуюся во рту жидкость. Он очень хотел пить. — Благодарю. — это все что он смог из себя выдавить. Ему снова хотелось лечь, забурившись в тёплое одеяло, и накрывшись им с головой, спрятаться от этого раздражающего взгляда синих глаз. Но разве мог он позволить себе подобное? Снова сглотнув и сделав вдох через рот, он хрипя прошептал: — Вы слишком добры ко мне. Я этого не заслуживаю. Ричард встал со стула и уперевшись руками в поясницу неприятно хрустнул суставами: — Это мне решать, чего ты заслуживаешь от меня, а чего нет. И я не передумал, -поймав вопросительный взгляд, мужчина добавил, — Насчет работы. Если ты согласен конечно. — Я…я был бы счастлив… Герцог сложил перед собой руки и сделал вдох: — Надеюсь это правда, а не желание мне угодить. — он положил ладонь на спинку стула, стуча пальцами по дереву. — Отдыхай. Тебе нужны силы. А, мне нужно уйти по делам. Не волнуйся, я пришлю к тебе Пипа, он о тебе позаботится. Вы вроде неплохо ладите? Этьен не ответил. Этот разговор изнурял его, и он с нетерпением ждал, когда сможет побыть один. Горло снова начало щекотать. — Он славный парень и любит поболтать. Надеюсь не заскучаешь. Юноша кивнул, поднеся кулак ко рту. Глаза стали слезиться, и он сглатывая пытался подавить кашель. — Ты как? Ричард подошел к нему и погладил по спине. От внезапных касаний Этьен вздрогнул и зашелся в непрерывном кашле. Казалось, что еще немного и он выплюнет вместе со слюной свои легкие. Пальцы сжимали и натягивали ткань одеяла, и он морщился чувствуя, что что-то раздирает его гортань. Ричард взялся за откинутый ранее платок и протянул юноше. Но не успел тот его взять, как мужчина его повернул и застыл, смотря на кровавый след. Этьен перевел дыхание, вытирая ладонью губы, и тоже уставился на этот злополучный кусок ткани. — Давно у тебя идет кровь? — Ричард задумчиво теребил край платка между пальцами. Он поднял глаза на юношу требуя ответа. — Этьен? Тот молчал, чувствуя, окутавший лицо жар, и прикрывал волосами покрасневшие уши. Язык несколько раз прошелся по пересохшим губам, прежде чем юноша наконец решился ответить. Голос прозвучал хрипло и едва слышно. — Где-то с конца зимы. — горло снова кольнуло, и он, поморщившись, сглотнул. Ричард отвел взгляд и поднес к губам костяшки указательного пальца. По его глазам сложно было что-то прочесть, но резко сведенные брови заставляли вжаться в себя и чувствовать словно сидишь на иголках. Этьен нервно закусил губу, из-за чего образовалась ранка, и во рту снова разлился отвратительный металлический привкус. В напряжении он незаметно для себя принялся ногтем отковыривать заусенцы, украдкой поглядывая на мужчину. Наконец, тот развернулся и проведя языком по верхнему ряду зубов, громко причмокнул, разведя руками. — И когда ты мне собирался об этом сообщить? Этьен нахмурился и часто заморгал. Пожав плечами, он подтянул к себе колени и обхватил их руками. — Не знаю. Я вообще не хотел говорить. Но теперь вы знаете, что я не стою ваших усилий. Думаю, будет благоразумно, позволить мне спокойно умереть. У Ричарда встал ком в горле при этих словах, а от опустошенного, безжизненного взгляда юноши неприятно засосало под ложечкой. — Это то чего ты хочешь? Этьену показалось, что голос мужчины на секунду дрогнул, и он повернул голову в его сторону. — Важно то, чего хотите Вы, мой господин. Я вам уже это говорил. И не раз. — он прикусил внутреннюю сторону щеки, опустив на секунду взгляд, а после решительно посмотрел прямо в глаза герцогу. — Скажите честно. Зачем я вам? Я сломан и искалечен. Медленно умираю. Так зачем я понадобился Вам? Герцог пристально смотрел в эти фиалковые глаза, пытаясь самому найти ответ на этот вопрос. Действительно, и почему он так привязался к этому мальчишке? Он почти ничего о нем не знает, по сути совершенно чужой человек, но он беспокоится о нем так, будто, он часть его команды. Часть семьи. Почему? Он и сам не знает. Просто хочется ему помочь. Разве должна быть для этого причина? «Причина есть всегда. И для всего.» Ричард зажмурился, потирая глаза, дабы прогнать наваждение. Ему не по себе, и в промерзлой от ветра комнате стало внезапно душно. Но юноша продолжал на него смотреть не отрываясь, покорно ожидая ответа. Ему нужно что-то сказать, иначе в этих пытливых глазах снова промелькнет разочарование, которое порядком уже начало бесить. Губы сами сложились в надменную усмешку. По привычке и неосознанно. — Ты здесь, потому что я так хочу. Я забочусь о тебе, потому что мне так хочется. И я не позволю тебе умереть по той же причине. — голос звучал несколько легкомысленно и расслабленно, слегка растягивая слова, словно это произносил совершенно иной человек. Этьен, скривившись, отвернулся. Не такой ответ он ожидал, но было бы глупо рассчитывать на большее. Игра в мессию тешит самолюбие каждого, вряд ли и этот вельможа исключение. Правда вся соль в том, насколько того хватит, прежде чем ему надоест. — Тебе нужно отдохнуть. — тон вновь смягчился, и мужчина взял с пола железный кувшин и наполнил рядом стоящую чашу. — Врач сказал, что тебе нужно много пить. Если понадобится еще, просто позвони в этот колокольчик. Вода. Как мало нужно человеку чтобы почувствовать счастье. Сейчас вода была единственной, чего Этьен желал больше всего. Он облизнул губы, и с упоением припал к очередной чаше. Все остальное уже не имело смысла.***
Покинув комнату, Ричард облегченно выдохнул. Отчего-то разговор его изрядно вымотал. Или так на него сказывались бессонные ночи? Однако расслабляться не было времени, у него было еще море дел, которые не терпели отлагательства. И одно из них заставляло его кожу покрываться мурашками. Он быстро спускался по лестнице, прикрывая кулаком рот, чтобы подавить зевоту, и очень надеялся незамеченным улизнуть из дома. Авраам был настолько взбешен его поведением, что все эти дни с ним не разговаривал, но часто и многозначительно поглядывал, пытаясь испепелить его взглядом. Ричарду было это только на руку, но зная своего друга, он так долго не протянет и снова примется за его воспитание. А сейчас не лучшее для этого время. И место. Этот дом им предоставила миледи Лифен, причем бескорыстно. Что уже не может не настораживать. Ричард бы с удовольствием остановился бы в любом другом постоялом дворе, но все мало-мальски приличные дома уже были заняты, или в них уже гостили знакомые Ричарда, которых он бы при желании никогда бы не видел. К тому же Этьену нужны были нормальные условия и свободное от косых взглядом посещение врача, а в харчевне вряд ли это можно было бы обеспечить. Спустившись в обширную комнату, что представляла собой гостиную для совместных встреч и времяпровождения постояльцев, Ричард неслышно прошелся к столику в центре комнаты. На нем лежало несколько писем, что ранее принес слуга, и чаша для вина. Взяв графин, он наполнил ее до краев, и зажав в руке письма, удобней устроился в кресле возле огня. Сделав пару долгих глотков, он, достав из кармана нож, привычным движением вскрыл конверты. Одно письмо было приглашением на обед от Гуччо, в котором он витиевато расхваливал заслуги своего повара, другое же от какой-то графини, что настойчиво звала на банкет к себе в усадьбу. Ричард несколько раз недоуменно покрутить письмо в руках, пока не вспомнил, что это его дальняя родственница, у которой как раз дочь на выданье. Письмо сразу же полетело в камин. Было еще несколько коротких записок с просьбами о встрече от давних знакомых, и они тоже оказались в объятьях пламени. Перебрав еще пару конвертов, он разочарованно откинул голову на спинку кресла. В городе новости и сплетни разносятся со скоростью урагана. Наверно сейчас каждый знает, что внебрачный сын короля в Дувре, а учитывая сколько пришло приглашений, то большинство знает и где его найти. — Она намеренно меня игнорирует. — мужчина раздраженно застучал пальцами по серебру, после чего снова приложился к чаше. Не то, чтобы он ждал приглашение от своей сводной сестры, но хотя бы пару строчек в ответ на четыре его письма она могла бы чиркнуть. Ричард не помнил ни одного раза, когда она была бы с ним груба или невежлива, но в любой представившейся возможности она подчеркивала свое пренебрежение. Однако сейчас ему нужна информация о своих родных, и он не отстанет от нее пока не выяснит, как обстоят дела на самом деле. Нужно было сменить одежду и привести себя в надлежащий вид. Не факт, что ему дадут встретиться с принцессой, но если удача ему улыбнется, то он должен выглядеть соответствующе. — По глазам вижу, что все-таки надумал к ней ехать. — мистер Моррис, потирая шею поднялся с кушетки, стоящей в неосвещенной части комнаты. Его вид тоже оставлял желать лучшего. Мужчина явно страдал от головной боли, отчего часто прикасался к вискам в надежде хоть как-то ее унять. Ричард радушно ему улыбнулся, обнажив ряд зубов: — Ты давно здесь сидишь? Я думал, ты отдыхаешь в своих апартаментах. — Как тут отдохнешь, когда тут повсюду несет этими азиатскими благовониями. У меня от них мигрени. Не удивительно, что здесь кроме нас никого. — Странно, а я ничего не чувствую. Может это из-за того, что ты ближе всех расположен к хозяйке дома. — Ричард многозначительно подергал бровями, а после того как его друг возмущенно фыркнул, залился смехом. — Смейся-смейся. Может я подхватил что-то от твоего милого раба. Вот умру и будешь потом рыдать над моей могилой. — Авраам, втянув голову в плечи, недовольно сложил руки на груди. — Мне кажется, ты с легкостью переживешь нас всех. — Ричард пальцем смахнул выступившие от смеха слезы. — Возможно, даже вместе с Лифен. Я же вижу, что у вас что-то происходит. — Ты не видишь дальше своего носа, мальчишка! Так что не мели чепухи! Ричард примирительно поднял руки, с трудом сдерживая смех: — Ладно-ладно, я молчу. Больше об этом ни слова, я обещаю. — Обещает он. — зло цыкнул Авраам, метая в друга молнии взглядом. — Лучше скажи, как он? Жить будет? Улыбка моментально сползла с лица мужчины, и он неоднозначно протянул: — Возможно. Во всяком случае я на это надеюсь. — Ричард- Ричард, — мистер Моррис уселся в кресло, и скрестив ноги в лодыжках, переплел пальцы на животе. — И на кой-черт он тебе сдался? Конечно иметь своего собственного раба престижно, но большинство все-таки порицают это как варварство. — Я как бы тоже… — Это явно бросит на тебя тень, — продолжал Авраам, не замечая слов друга. — твоя репутация подпортится, пойдут разные слухи… Что ж, это прекрасно. — он внезапно расплылся в сиятельной улыбке, от которой Ричард опешил. — Прости, что? — Ты молодец, Ричард. Молодец. — мужчина удовлетворенно закачал головой, постукивая каблуком о ковер. — Все как надо. Еще пару выходок и твоя популярность пойдет на спад. И зря я так волновался. — О Господи, Авраам, ты все о том же! Никто не будет садить меня на трон, я - бастард! Да и к чему мне это, если я всю свою жизнь хочу посвятить морю. — Гизы давно рвутся к власти. Не думай, что раз они сидят смирно, то сложили руки. — А, ты о дяде… — Ричард со вздохом провел рукой по волосам и тоже сел напротив друга, сложив локти на коленях. — Я думал, что за пять лет, что я отсутствовал, он успокоился. — О, нет. — Авраам закатил глаза, презрительно ухмыльнувшись. — Он тот еще властолюбивый паук. Я всячески пытался оградить его от леди Маргариты, но сложно не впускать ее родного брата, особенно когда он так настырен. — Что он хотел от матери? — губы Ричарда сложились в тонкую бесцветную линию, и он, сложив кулак в раскрытую ладонь, принялся ногтями царапать себе кожу. — Что и всегда. — Авраам пожал плечами, — Помочь продвинуть кое-кого по службе, одолжить денег, повлиять на твоего отца… — его лицо скривилось, и он отвернувшись едва прошептал, — снова родить ребенка… — Что? Ричард на какое-то время застыл подобно статуе, но после вскочил как ошпаренный, не веря своим ушам. — Он в своем уме?! — схватив попавшую под руку чашу, он со всей злостью кинул ее в стену, а после опрокинул стол. — Я его… я… — он стал ходить подобно раненному зверю, хватаясь за голову и сжимая кулаки. — Рик, успокойся. Я знал, как ты на это отреагируешь, поэтому не говорил. Его Величество слишком дорожит здоровьем и жизнью твоей матери, чтобы снова подвергать ее такой опасности. Все знают, что хоть она его и главная фаворитка, он не делит с ней ложа с твоего рождения. Ричард судорожно втянул носом воздух, пытаясь успокоиться. — Я почти убил ее, — его голос прозвучал сдавленно, и он с болью посмотрел на мужчину. — Я не позволю этому повториться. — Рик, это не твоя вина. Ты сам это знаешь. — Авраам поднялся и положил руку на плечо друга, слегка надавив. — Если будешь всегда себя во всем винить, то сведешь себя в могилу. Это как с тем юнгой было… Ричард резко дернул плечом и отстранился. Подойдя к стене лицом, он положил на нее локоть с зажатым кулаком: — Давай не будет об этом. Я устал. — Неужели ты до сих это вспоминаешь? — Авраам удивленно развел руками, — Это было так давно. Ты ничего не мог поделать. — В том то и дело, что мог. — Рик, — в глазах мужчины закралось подозрение, — уж не проецируешь ли ты образ Габриэля на этого мальчика? Вся эта забота и внимание к какому-то рабу… — Хватит! — Ричард ударил кулаком о стену. — Это сейчас не имеет никакого значения. Через два часа я должен быть у ворот замка. Мне нужно привести себя в порядок, поэтому остальное обсудим позже. — Как скажешь, Ричард. — Авраам бессильно потер лоб, — Если хочешь я могу помочь… Мужчина слабо покачал головой, устало выдохнув. — Нет, спасибо. Я хочу немного побыть один. Мистер Моррис понимающе кивнул, и развернулся, услышав какой-то звук. Его глаза быстро заметались по комнате, и он задумавшись, громко хмыкнул. — Что-то не так? — Ричард обеспокоенно застыл на лестнице, повернув голову. — Нет, ничего. Все в порядке. — протянул мужчина, смотря на завешанную гобеленами стену. Он мог поклясться, что слышал за ней шаги.***
Этьен лежал на боку, подложив под подушку согнутую руку, и накрывшись с головой одеялом. Он оставил только небольшой просвет, к которому припадал ртом как к живительному источнику, вдыхая свежий воздух. Горло все продолжало слегка саднить, и он постоянно сглатывал накопившуюся слюну, чтобы притупить раздражающее першение. Проведя ладонью по влажному от пота лбу, он убрал прилипшие волосы назад и откинув одеяло, лег на спину. Холод сразу набросился на мокрое тело, впиваясь своими клыками, но Этьену было все равно. Его одолевал жар. Свинцовая голова медленно раскачивалась на подушке, а затуманенный взгляд блуждал по потолочной лепнине. Сонм маленьких херувимов лукаво улыбались, смотря на него своими пустыми глазами, действуя на нервы. Этьен мучительно повернул голову в бок, и его бледные пальцы прошлись по груди, ногтями царапая хлопчатую ткань. Кто-то надел на него рубашку и штаны, но сейчас одежда ему только мешала, и он оттягивал ее желая отлепить от тела. В дверь негромко постучали. Этьен прикусил кончик языка и со свистом втянул в себя воздух ртом. Нос все также продолжал быть заложен сколько раз бы он его не чистил. Из-за этого горло пересыхало и голос становился еще более охрипшим, и у юноши не было сил чтобы крикнуть. Вновь послышался стук, и ручка медленно поползла вниз. Из-за двери показалась ушастая физиономия Пипа. На его лице блуждало неуверенное подобие улыбки, и он переминался с ноги на ногу, не решаясь зайти. Этьен равнодушно развернул голову прямо, сглатывая скопившуюся слюну. Меньше всего он сейчас хотел, чтобы его кто-то видел. Он решил игнорировать юнгу, надеясь, что тот помнется возле двери и уйдет. Однако, тот уже вошел в комнату и сел на стул, закинув ногу на ногу так, что лодыжка соприкасалась с коленом. — Как тут тепло у тебя, видно печь работает вовсю. — Пип почесав затылок, начал оглядываться. Тихо присвистнул, рассматривая хоромы с некой завистью, — Неплохо- неплохо. Я б сам не отказался здесь поваляться. Этьен метнул в него злобный взгляд и тяжелее задышал. Видно он хотел ответить что-то желчное, но вместо этого лишь сильнее сжал зубы. Грудная клетка его быстро то поднималась, то опускалась, учащенным дыханием скрашивая повисшую тишину. Пип хмуро посмотрел на юношу и поддался вперед, — Ты вообще, как? Может сгонять за доктором? Этьен устало прикрыл глаза, покачав головой. Он ему вряд ли поможет, все что ему нужно, это побыть одному. — Может воды? — Пип взялся за графин, но осознал, что тот пустой. Цокнув языком, он нашел колокольчик на прикроватной тумбочке, и несколько раз позвонил. Этот звон разъедал ушные перепонки Этьена, но он терпел, закусив губу и прикрыв глаза. Он чувствовал, что его тянет в сон, но заснуть он был не в состоянии. Ему надо отвлечься от своих путающихся мыслей, и выкинуть все из головы. Но как это сделать, когда кто-то вертится возле тебя назойливой мухой. Как по волшебству в комнате появилась служанка, и слегка присев, выслушала просьбу, опустив глаза. Пип мечтательно посмотрел, как она вышла за дверь с кувшинов, и стуча пальцем по губе задумчиво выдал, — Она, и вправду, так хороша, или это я так давно не видел женщин? Этьен измученно закатил глаза, шумно всасывая воздух. Только этого ему не хватало. И почему этот придурок не может сидеть тихо. Пип, не зная, что еще говорить, заерзал на стуле, присвистывая какую-то песенку. Поковыряв в ухе, он громко зевнул и чуть не шмякнулся на пол, когда дверь снова открылась. Девушка молча занесла графин и поклонившись, сразу же выскользнула из комнаты, прежде чем Пип смог и рта раскрыть. Хмыкнув, он налил воду до краев и подошел к краю кровати. — Давай помогу приподняться. — юноша потянул к Этьену ладонь, но тот резко отмахнулся, чуть не выбив из руки чашу. — Я…сам…- хрип едва был слышен, но Пип, пожав плечами, отстранился, ожидая пока больной сядет в постели. Поморщившись, юноша все-таки смог приподняться, и взяв сосуд двумя руками, принялся захлебываться стекающей по гортани жидкостью. Несколько ручейков побежали по подбородку и впитались в ворот, и без того мокрой рубашки. Выпив все залпом, Этьен вытер ладонью губы и закашлялся. Пип вынул из рук чашу и положил на тумбочку, после чего поправил на кровати подушки. Вернувшись на стул, он подпер щеку кулаком и почесав нос, протянул: — Наверное ты хочешь, чтобы я ушел. Этьен взглянул на него краем глаза, слабо улыбнувшись. Какой догадливый. — Однако, — продолжил юноша, — Я это сделать не могу. Я бы и сам с удовольствием сейчас развлекался, но капитан попросил посидеть с тобой до его возвращения. А просьба капитана как известно закон. Этьен презрительно фыркнул, отвернувшись к окну. Он снова упал на подушки, наблюдая за покачивающимися от ветра деревьями, и усталость накатила неподъемной волной. Глаза стали слипаться, и все тише стал слышен едва различимый голос: — Если хочешь я расскажу тебе про наше кругосветное путешествие. Такого ты точно нигде не услышишь… Этьен ухмыльнулся, проваливаясь в сон. Кругосветное путешествие? Что еще за чушь.***
Ричард сидел в седле, натягивая поводья, и трепал по загривку лошадь. Ветер поднимал дорожную пыль, летевшую прямо в лицо, но мужчина не отводил взгляд от гигантского сооружения, вызывающего трепет. Дуврский замок — один из самых огромных по площади замков империи, прозванный «ключом к Англии». Его столько раз пытались отчаянно захватить и уничтожить, что диву даешься, в каком прекрасном нетронутом состоянии он пребывал. Казалось, что ничто не сможет сокрушить эти вековые толстые стены из серого камня, заложенные еще в далекие времена римлян, способные одним своим видом сломить пыл любого захватчика. Двойное кольцо стен с выкопанными рвами еще более подрывало дух. Однако Ричард был твердо намерен, во чтобы то ни стало, пробраться в самое сердце крепости, к четырехэтажной башни-донжон, и получить аудиенцию у принцессы. С этими намерениями он ударил бока лошади, и подъехал к воротам Констебля, защищенным несколькими круглыми башнями. Предъявив грамоту удостоверяющую его личность, он вежливо огласил свою просьбу, после чего у него забрали лошадь, дабы она отдохнула. Через какое-то время к нему вышел сам комендант, и улыбаясь во весь рот, слегка поклонился, после чего, жестом пригласил следовать за ним. В прогулке завязалась беседа, и когда они достигли башни, было ощущение, что они словно два друга, что давно не виделись. — Ваша Светлость, насколько я знаю, сейчас Ее Высочество находится на втором этаже в арсенале. Проводит осмотр и личную проверку. После, она собиралась пойти в церковь Пресвятой Богородицы, чтобы помолиться за души погибших, но, возможно, у нее будет время принять Вас. Я сейчас поднимусь и сообщу ей, что вы ее ждете. — пряча улыбку, произнес мужчина средних лет. Он не видел причин, почему сестра бы не уделила брату время, но к сожалению, Ричард не разделял это мнение. Он мысленно уже смирился с неудачей и обдумывал запасной план. — Благодарю, я неимоверно вам признателен. — голос звучал очень мягко и располагающе, такому сложно было отказать. Сложно, но вполне возможно. Герцог в ожидании решения августейшей особы, прислонился спиной к кирпичной кладке стены, и наклонившись, сорвал зеленый колосок. Положив его кончик в рот, он, стал задумчиво его кусать, наблюдая за пышными облаками, проплывающими по залитому солнцем небу. Скучая, он вглядывался в их причудливые фигуры, вспоминая как они с братом лежали на цветущей поляне, и называли предметы, что видели в этих белых сгустках. Кэролайн редко проводила с ними время, предпочитая веселью книги, и ее нельзя было за это винить. Ей прилично доставалось от их издевок, но что поделать? Они были всего лишь детьми, и сейчас ему правда стыдно за несколько своих выходок. Он с усмешкой хмыкнул про себя. Хотя некоторые несомненно были весьма забавными. Устав созерцать небо, он щурясь от света, оглядел внутренний двор замка. Он видел, как сновали туда-сюда гвардейцы, как нескольких из них отчитывал их командир, как заинтересованно на него поглядывали прогуливающиеся по лужайке высокородные дамы, скрывающие свои лица за веерами, как несколько мальчишек во весь опор бежали, удирая под громкую брань. Все это дышало неким умиротворением и спокойствием, привычным укладом его жизни. Прошлой жизни, в которую он должен нехотя возвращаться. Прошло достаточно много времени, прежде чем вновь перед ним появился сияющий комендант. С широченной улыбкой, слегка наклонившись в поклоне, он торжественным тоном огласил: — Ваша Светлость, Ее Высочество приглашает вас прогуляться с ней до церкви. Она скоро выйдет. Ричард, открыв рот, выронил соломинку, и часто заморгал. Неужели так просто. И вовсе не нужно брать стены штурмом? Неужели ее отношение к нему изменилось, и в браке она наконец смягчилась? Ричард нахмурил брови, сложив перед собой руки. Нет, в это как-то слабо верится. Вряд ли это будет семейная прогулка. Но ему не привыкать, у них всегда были натянутые отношения. Весьма сомнительно, что что-то могло измениться. Даже за пять лет.
