Ядро смрада

— Ну правда, — прошипел он, едва сдерживая смех. — Как же он мог заблудиться в знакомом лесу? Вокруг царила тьма, пугающую тишину не нарушал ни один звук снаружи. К юго-западу где-то на горизонте в свете луны серебрилась пожухлая трава. Эта самая луна, отражаясь в темной глади, плыла над бездною озера. Две луны освещали холмы, а к юго-востоку через огромное расстояние где-то за полями падала тень горы, населённая мирными жителями, большинство которых сейчас мирно спало в своих домах. А в расположенном около озера доме, подростки безмятежно лежали в объятиях беспамятства. Однако чувство безопасности распространялось отнюдь не на всех кто там был, а некоторые его обитатели спали беспробудным сном, от которого им не суждено было пробудиться. — Это тебя не касается… — Раздраженно прошептал мужчина. — А вот тут ты не прав, — усмехнулся Змей. — Я погряз с головой. Вновь настала мертвая тишь. Возразить было бы глупо, но вот так вот промолчать доставило бы ему ещё большее удовольствие, и в следующий раз он стал бы намного наглее. — Однако я удивлён. — Змей перевёл взгляд на бездыханное тело мальчика. — Не думал, что ты позволишь ему умереть. — От этих слов Кенджиро напрягся, а на лбу проступили вены. И снова нечем было ответить на, как ни странно, чистую правду. Кенджиро позволил своему сыну умереть у себя на руках. — Жаль ~ А я хотел чтобы он пожил чуть подольше. — Язвительно прошипел Змей, всем своим видом насмехаясь над мужчиной. — Заткнись, — дрожащим голосом ответил Кенджиро. — Не тебе меня осуждать… — А я и не осуждаю. — Спустя минуту раздумий Змей растянулся в широкой улыбке, затем добавил, — я смеюсь над тобой. От такого заявления Кенджиро дёрнулся. Весь в поту после безуспешных попыток спасти ребенка, он вскочил с места, открыв рот, явно чем-то хотев возразить змею. Но даже через некоторое время раздумий Кенджиро не нашел нужных слов, поэтому опять промолчал. Так закончился полуночный разговор, и вскоре Змей растворился во тьме, очень довольный сегодняшней беседой. Однако до рассвета ещё оставалось немного времени, поэтому Змей, не торопясь возвращаться в чрево, решил посмотреть на кошмары которые сейчас видели остальные обитатели этого дома. Разглядывая из тьмы комнаты второго этажа Змей ухмыльнулся, увидев сидящую на корточках фигуру. Это было ожидаемо, по крайней мере, для него. На полу, поджав ноги, сидела зеленовласая девочка. Если присмотреться сквозь полумрак, то можно было разглядеть на её коленях чёрные прожилки, похожие на паутину. Руки её дрожали, а голова как маятник качалась из стороны в сторону, пока сама девочка что-то давила большим пальцем на досках. Неприятное зрелище, однако, любование бессознательными движениями Цубоми Змея забавляло. Но всё же его ждало удивление, когда девочка, будто бы придя в себя, оглянулась по сторонам, остановив взгляд на том месте, из которого Змей жадно пожирал её глазами. Девочка будто бы очнулась и с омерзением посмотрела на палец, измазанный в жидкости из тела жука, совсем позабыв о призрачной фигуре с янтарными глазами. — Скучно, — зловеще прошипел Змей и, прежде чем Цубоми опомнилась, снова слился с тьмой. — А? — лишь непонимающе заморгала девочка, однако разглядеть ничего не получилось, а в ответ она услышала только невнятное бурчание одного из детей. Проигнорировав этот знакомый голос, наконец увидев тёмный силуэт, девочка пожала плечами и, будто ничего и не происходило, продолжила давить жука уже готовясь присоединить его к своей немалой коллекции убитых насекомых.