Open up (we're broken people)

Глава 3. Спортсмен.

«Всю мою жизнь мне говорили, что проигравшим нет места в мире, думаю, поэтому я чувствую, что я не являюсь "своим"».

Жизнь спортсменов сложна и в большинстве случаев зависит от вида спорта, которым они занимаются, ведь их рацион или занятия сосредоточены на выбранном виде спорта. Возьмем, к примеру, баскетбол. Для баскетболистов определяющим фактором между хорошим и плохим игроком является диета и, конечно, постоянные тренировки. Эти спортсмены имеют очень хорошее мышечное строение с очень низким процентом жира, что тяжело поддерживать. Баскетболист должен быть сильным, выносливым, ловким и вспыльчивым. Но, как видите, у Тайлера Джозефа нет ничего из этого, а он все еще лучший игрок в команде Старшей Школы Нью-Джерси. У Тайлера немного накачены мускулы, он довольно ловок, и, возможно, быстр, он не был уверен в последнем, его отец всегда заставлял его работать над этим. Как заставляет его работать надо всем остальным. Должно быть, поэтому он лучший и не проиграл матч, ну, а он проиграл. Но детали не так важны сейчас, они не важны, детали создают в его голове беспорядок, а его голова не может находиться в беспорядке, потому что его отец не допустит этого, ведь это для лузеров, а Тайлер точно не такой, как вы говорите, лузер. Хорошо, что его отец не может прочитать его мысли, потому что он был бы точно разочарован, что у его победителя такие запутанные и беспорядочные мысли практически обо всем, что окружает его. Потому что, видите, у Тайлера очень много проблем, но Бог запретил даже признавать их, потому что это для тех, кто проигрывает. Так говорит его отец. Потому что Тайлер не может быть победителем и иметь тучу проблем, как победитель собирается победить, если у них на уме есть еще что-то, кроме отличных очков и хорошего счета? Никак, потому что это то, что делают лузеры - они не выигрывают. Лузеры не вписываются в такой сложный мир, как этот, потому что лузеры слабые, и лузеры зубрилы, и лузеры никогда не сделают ничего успешного, и лузеры будут отброшены естественным отбором, по всем причинам, названным выше. Тайлер говорит это себе, потому что это то, что говорил ему его отец. Мистер Джозеф говорит очень много, в основном, насколько невероятным и сильным он был в старшей школе. Видите ли, мистер Джозеф был в команде по реслингу, когда был подростком в своем таком холодном Огайо. Мистер Джозеф всегда говорит Тайлеру, как сильно его любили и уважали, каким высоким и сильным он был, как не проиграл ни единого матча, и он ставил слабаков на место, как он отталкивал лузеров со своего пути, потому что они были лузерами, а значит, хуже его, кто был признан и популярен. Мистер Джозеф был плохим человеком тогда, но он был горд. Он был уебком, но долгое время Тайлер думал, что это было в порядке вещей. Потому что Тайлеру не было позволено думать иначе, чем его отец. Его отец был его мыслями и действиями, он тянул за ниточки, капитан, чревовещатель, помещающий в его рот слова, которые не были его собственными, Тайлер был просто игрушкой, марионеткой, безжизненной куклой, которой нужен кто-то, чтобы правильно держаться. Тайлеру не разрешалось говорить или думать самому, это продолжалось так долго, что когда он осознал, что происходит, было уже слишком поздно. Тайлер начал осозновать то, кем он станет из-за своего отца, но он уже слишком сильно погряз, чтобы выбраться, его отец использовал его хрупкое сознание, чтобы посторить человека, которым он не являлся. Мистер Джозеф знал, что Тайлер был слаб, он знал, что тот вырос бы бесполезным лузером, потому что Тайлер был не такой, как его старший брат, который был сильным и храбрым, который понимал своего отца, Тайлер был почти что зеркальным отражением своей матери: творческий, изящный, с «открытым» сознанием и множеством идей. Тайлер был слабым, низким, почти тощим, с кривыми зубами, как у его ненаглядной матушки, Тайлер был хрупким и невинным. Но помере того, как он рос, становилось все заметнее, что его отец не был счастлив тем, каким растет его сын, он был слишком похож на мать, и недостаточно похож на него, или его брата. Тайлеру не нравился спорт, он ненавидел реслинг, когода его отец пытался обучить его ему, Тайлер ненавидел его, ему не нравилось то, как ему приходилось контактировать с его соперниками, или то, что он был недостаточно силен. Миссис Джозеф ругалась с его отцом из-за этого, после того, как однажды Тайлер пришел избитый, его избил собственный отец, который не мог смириться с гневом, который он чувствовал, когда просто осознавал, что его сын не был нормальным, когда он увидел, что он никогда не будет похож на отца. Тайлер сломал ногу в четыре года, когда его отец пытался обучить его реслингу и сломал ему ее, прекрасно осознавая это. Пока Тайлер взрослел, он пытался заставить отца гордиться им, но тот лишь игнорировал его большую часть времени, так что он оставался со своей матерью, которая учила его множеству классных вещей, потому что она замечала, кем и каким он растет, потому что Тайлер никогда не стал бы нормальным, Тайлер был особенным, Тайлер бы заставил его отца стыдиться. Потому что мозг Тайлера не был нормальным, но Тайлер не был сломан, по крайней мере, так говорила его мать. Но это было не так для его отца. Тайлер мог содрогаться, плакать и кричать без причин, он мог делать много разных вещей, мог бросить одно дело незаконченным и начать еще одно, потому что ему стало скучно, он не мог сконцентрироваться на чем-то одном, он всегда хотел двигаться и даже разговаривал он либо слишком много, либо недостаточно. Он был нетерпеливым, всегда отвечал перед тем, как вопрос был озвучен до конца, или не мог дождаться своего хода. Его отец говорил, что это нормально для детей его возраста, но он, на самом деле, пытался игнорировать это. Потому что у Тайлера были большие проблемы. Но когда он пошел в школу, все стало хуже, его отец стал более тяжелым, а его мать сильнее волновалась, потому что мистер Джозеф причинял все больше устного насилия их сыну, и он мог быть и хуже, если бы его матери и брата не было там, чтобы остановить его. Мистер Джозеф был безумно зол на свою жену, потому что она сотворила «сломанного» сына, вместо того, чтобы сделать что-то большее, чем он. Позже это повлекло за собой развод, она выиграла опеку над детьми, но только на несколько лет. Это сильно шокировало Тайлера, потому что не важно, что сделал его отец, он все еще любил его, даже если не мог заниматься реслингом или не был сильным или еще каким-то, каким был его отец в этом возрасте. Тайлер хотел быть хорошим мальчиком и заставить отца гордиться им. Тайлер открыл свою страсть к баскетболу, когда ему было восемь, когда его мать была еще жива. Он играл один со своим братом на их заднем дворе, пока однажды мама не отвела его в клуб, где он тренировался, и ему это очень нравилось. Иногда он не хотел уходить, и мама разрешала ему остаться, а иногда он не мог пойти, потому что ему нужно было ходить на прием к одному очень смешному доктору в течение нескольких месяцев, и однажды он начал принимать лекарства, и он чувствовал себя даже лучше, чем было. Он продолжил играть в баскетбол у его отца и показывал ему все свои трюки, и в последний раз он увидел своего отца гордо улыбающимся, по крайне мере, он думал, что тот гордился им. На самом деле это было не так. Все пошло под откос, когда его мать умерла, а его брат съехал, оставляя его одного с монстром, прячущимся в его отце, когда ему было двенадцать. Его отец знал о проблеме Тайлера, как и о его таблетках. Он перестал покупать их, потому что подумал, что это лишь напрасная трата денег и во многом для того, чтобы увидеть, что может произойти, он думал, что Тайлер будет выглядеть более энергичным, но был полностью противоположный эффект. Без своих лекарств Тайлер был встревожен, все казалось ему размытым и ничего, казалось, не имело смысла, он был еще более рассеянным, чем обычно, не мог сконцентрироваться на чем-то или быть прилежным в школе, он мог перестать говорить иногда и редко слушал что-то, он становился менее внимательным, еще сильнее. Тайлер запутался, а его отцу понадобился целый год, чтобы понять, что случилось и что привело к этому. Этот год Тайлер прожил в аду, потому что его отец отказывался понимать, он отказывался слушать, он продолжал винить его мать и самого Тайлера. Все плохое было по вине Тайлера: ваза, которая разбилась, «Тайлер, где мой пульт для телевизора?», «Тайлер, почему не работает компьютер?», «Тайлер, я только что ударился головой о дверь», «Тайлер». Тайлер, Тайлер, Тайлер - во всем виноват Тайлер. Его отец все время кричал на него, спрашивал, почему он не может играть в баскетбол так, как нужно, или почему его оценки были так плохи, почему он ничего не мог сделать правильно, спрашивал даже, зачем он тогда родился, если не мог ничего сделать правильно. Прошел всего год после этого, когда из школы позвонили и спросили, принимает ли Тайлер свои лекарства, тогда мистер Джозеф понял. И, конечно же, винил Тайлера, а Тайлер смирился с этим. Тайлер смирился со всем, потому что это, все-таки, был его отец, он был всем, что у него осталось, и это хорошо, потому что он стал принимать свои таблетки, и делал вид, что он, наконец, в порядке. Отец рассказывал ему истории из его школьных годов, иногда говоря Тайлеру, что тот должен вести себя как он, или делать это, чтобы стать таким же популярным и уважаемым, каким был его отец, и, конечно же, Тайлер, который все еще молод и впитывает все как губка, делал это. Его тренировки становились все более постоянными, он бы тренировался каждый день под присмотром своего отца, ему приходилось подчиняться всему, что тот говорил, пока он еще мог держаться на ногах, затем на него кричали, что он не может подняться и оставляли в одиночестве. Тело подростка было усыпано синяками и болело большую часть времени, но ему было почти плевать, по крайней мере, его не называли «лузером», не при таких обстоятельствах. Тайлер боялся и ненавидел мир. Тайлер, на самом деле, боялся многих вещей в своей жизни. В глубине души его худшим страхом был его собственный отец. Затем Тайлер начал ненавидеть. Что? Все на свете. Он ненавидел уставать, ненавидел просыпаться, ненавидел ходить в школу, ненавидел его разум, ненавидел людей, ненавидел его старую команду в Огайо, ненавидел то, что ему пришлось переехать в Нью-Джерси, ненавидел Нью-Джерси, ненавидел людей в Нью-Джерси, ненавидел свою новую команду, ненавидел учеников, ненавидел беспорядок в своей голове, своих учителей, соседей, себя, свою мать, своего брата, отца, свою болезнь, баскетбол. Он ненавидел играть в баскетбол, но не мог остановиться сейчас, не мог заставить себя уйти. Он не мог заставить себя проиграть матч, не мог заставить себя приходить на тренировки, не мог сделать ничего. И он ненавидел это. Прошел год с того момента, как он начал понимать, насколько глубоко он погряз в этом, что не может выбраться; он стал осознавать, что его отец контролирует его жизнь и все, что он делал, его друзей, что он ел, что ему нравилось и не нравилось. Черт, ему нравилось играть на укулеле, и он перестал играть, после того, как его отец сказал ему, что музыка для лузеров. Он начал осознавать, как его отец относился к нему. Как к собачке. Его собственный отец относился к нему как к животному. Но сейчас он не мог нанести ответный удар - слишком поздно. Это осознание глубоко поселилось в нем, но ему приходилось не обращать на это внимания, не то он сделает что-то глупое, а его сознание будет в жутком беспорядке, в таком беспорядке, в котором он пребывает, когда делает домашнюю работу или что-то, что требует слишком длительного мыслительного процесса. Но на протяжении долгого времени его мысли были свободны, и он знал, что человек, которым он был, не был таким, как он, его отец уничтожил того, кем он являлся на самом деле, его отец разрушил все, чтобы построить идеального сына, которого всегда желал. И Тайлер не мог перестать ненавидеть себя больше и больше с каждым днем, утопая в давлении, которое его отец оказывал на него с каждым матчем, каждым классом. У него никогда не было дня, чтобы отдохнуть, даже если он думал, что мог отдохнуть. Его тело слишком окаменело, а его разум все еще работает, показывая ему, насколько он беспомощно зависим от его отца сейчас. Потому что Тайлер не может думать или действовать для себя. И он ненавидит и испытывает отвращение к каждой секунде своего существования. У Тайлера не было жизни, или настоящих друзей, настоящей семьи, или даже причины, чтобы жить. Тайлер был пуст, потому что без отца он был ничем, он бы исчез, он был оболочкой, ему нужен был кто-то, чтобы помочь ему жить, потому что он бы никогда не смог сделать это самостоятельно. Его мать была первой такой помощью, но сейчас это был его отец, и он даже не помогал. Просто контролировал, манипулировал, он знал, что это не будет ему на пользу, это даже не обсуждается, потому что это так и было. Все, что у него было, было у него, потому что его отец так хотел, ничего не было его - ни его мысли, ни слова, ни даже его действия. Он был ничтожнее раба сейчас, он был ничем. Тайлер никогда не мог быть полностью свободным, Тайлер не был достаточно силен для этого. Или, возможно, когда-то он был таким, но у него это забрали. Тайлер Джозеф не свободен и никогда не был, и, возможно, никогда таким не станет. Может быть, это и есть причина, по которой он здесь - в Старшей Школе Нью-Джерси - в это субботнее утро, потому что он делал или говорил за его отца, потому что, в конце концов, его действия не совсем его, они не были его на протяжении долгого времени, очень долгого времени. Сейчас он застрял здесь, потому что как-то попал сюда. Он хотел бы, чтобы его отец не был сейчас такой огромной частью его. Он вздохнул, смотря на здание, в котором он проведет следующие восемь часов. — Эй, не переживай, это случается постоянно, такое случалось и со мной… Это случалось со многими ребятами, знаешь? Ничего такого нет в том, что ты защищал свою честь, — он усмехнулся. — Кроме того, что тебя поймали на горячем, дружочек. — Мама бы разозлилась. — А кого это заботит? Она мертва! — он крикнул на своего сына, заставляя того вздрогнуть и сожалеть о своих словах. — А сейчас, хочешь пропустить матч? Хочешь разрушить свою карьеру? Ни мама, ни школа не выдадут тебе стипендию для такого нарушителя дисциплины, как ты, выметайся из моей машины и иди получать то, что заслужил. Тайлер моргнул несколько раз, громко выдыхая, и выбрался из машины, громко хлопая дверью. Он ненавидел своего отца, он ненавидел его, все, чего он по-настоящему хотел - чтобы настал день, когда от того останется только что-то бесполезное. Может быть, стоит научиться давать отпор, перестать его слушать. Изменения, потому что это то, для чего существует наказание, так? Изменение в чьем-то поведении, верно? Ну, он действительно надеется, что сегодня это сработает, потому что Тайлер чувствует, что он сдавался слишком долго. Он хочет перемен, и он их получит.