Лекарство от... 2. Лекарство от страха

Дима Осень шлепала тяжелыми тугими теплыми каплями по пальмовым листьям. И по крыльцу домика для новобрачных, где трое мужчин спортивного телосложения с разной степенью телесных повреждений стояли, обнявшись. Почему-то это не казалось ни странным, ни диким, ни неправильным. Тай. – Швед, а как мы его через границу повезем? Может, все же подлодку задействуем? Я тут одну присмотрел и практически договорился. А можно крейсер и морпехов – тоже как вариант. А есть еще… – Пашка! Уймись. В умении вести переговоры тебе нет равных, – Михалыч покосился на меня, – но думаю, в этот раз обойдемся без революций, захвата власти и вербовки сотрудников аппарата военной структуры не дружественного нам государства. Полетим как все – купим билеты и спокойно к себе, прямым рейсом, чтобы никого не потерять по дороге, – его захват на моей руке значительно усилился. – Подожди, а как же отпечатки, яхта с трупами? Интерпол? Нам проблемы на границе не нужны, – Пашка вцепился мертвой хваткой в мои многострадальные ребра. – Не отдам. Швед закатил глаза, но мою руку из своих клешней, однако, не выпустил. – У Интерпола претензий нет. Кантарини у них давно уже как кость в горле, только предъявить ему нечего, больно осторожный, гад. Был. Яхта чистая, на оружие разрешение. А тут так свезло! Да они там уписались все на радостях, когда этот летучий голландец обнаружили, поэтому и информации никакой нигде не просочилось. Лишние вопросы никому не нужны, так же как и лишняя шумиха. А то старое дело… так там Димкиных следов нет. Шведов помолчал с минуту. Погладил меня по макушке. – Твой отец… Я дёрнулся, как от пощёчины. – …перед тем, как уйти с должности по состоянию здоровья, убрал все. Не знаю, через что он переступил, как ему это удалось и с кем он там договаривался, но отпечатков твоих в деле нет. Там фигурируют совсем другие пальчики, какого-то оттопырка беспризорного, который был задержан примерно через месяц после убийства инкассаторов, проходил по делу рэкета на дорогах, был осужден, попал в колонию строгого режима, в которой и скончался благополучно, не поделив что-то с сокамерниками и попав на перо. А пока суть да дело… В общем, «Дело инкассаторов» под № 567-ЛК/а закрыто и сдано в архив в связи со смертью главного подозреваемого. Я поежился. По глянцевым, вощеным листьям скатывались последние дождевые капли. Через пятнадцать-двадцать минут их досуха вылижет неприхотливое, трудолюбивое экваториальное солнце, не оставив ни мокрых следов, ни воспоминаний. Через пятнадцать-двадцать минут двухчасовой тропический ливень станет ПРОШЛЫМ. И все, что было вчера, а тем более позавчера и позапозавчера – всего лишь прошлое, уже забытое, никому не нужное и не интересное, не имеющее НИКАКОГО ОТНОШЕНИЯ К НАСТОЯЩЕМУ. Моему СЕГОДНЯШНЕМУ настоящему. «С кем я связался», – думал я, широко шагая по аэропорту Домодедово в компании Шведа, Пашки и… еще шестерых человек, взявших нас в плотное кольцо и агрессивно демонстрирующих окружающим свою принципиальную принадлежности к силовым структурам каждым своим движением. «Не думай о секундах свысока…» – вытянувшись по струнке, пел проникнувшийся серьезностью момента и патриотизмом, впавший в восторженное умиление, ошалевший от переизбытка информации и пытающийся подстроиться под новые обстоятельства офонаревший мозжечок.