Гарри Поттер и Боги Магии: Kvar pli

Габриэль выматерился на пяти языках, но отчёт тёмного жреца Поттера со всей осторожностью положил в стопку, чтобы через неделю отправить в архив. Официальный документ больше напоминал письмо любимому дедушке! И с его ненаглядным Профессором всё наладилось, и Ланселот выучил новый трюк, и с друзьями можно снова говорить на людях... Гаррет ухитрился между делом даже спросить, кого лучше позвать на этот то ли Цветочный, то ли Световой Бал. Между строчками проскочила действительно важная информация о том, что Лунная Госпожа в разговорах ссылается на Данте, и из-за этого Хьюго был возмущён ещё сильнее - столько лет потрачено на обучение Гаррета Джеймса Поттера, столько всего двум другим Башням пришлось пообещать, столько интриг пришлось провернуть, дабы Темнейший не забрал любимчика к себе раньше, чем ребёнок будет готов, и ради чего? Чтобы получить милое письмо с вариациями на тему "как я люблю волшебный мир, какие тут все друзья и как гармонично я сюда вписываюсь"? Чтобы глава отдела по контакту с внешним миром не замечал действительно важных вещей, ведя себя как ребёнок? Габриэль резко выдохнул, вытащил из стола банку с клюквенным вареньем и медленно начал его есть, надеясь вернуть себе душевное равновесие, пока Нуитари не заметил странного волнения своего котёнка и не заглянул на огонёк. Кислая и вязкая масса помогала - Хьюго удивился, что, похоже, куча сахара потрачена впустую, и серьёзно решил изменить рецепт - так что когда варенья осталось не больше половины, мужчина смог рассуждать здраво. Гаррет Джеймс Поттер действительно оставался ребёнком, более того - он как раз входил в тот возраст, когда бунтари-подростки пробуют мир на вкус. Габриэль прекрасно понимал, что в ближайшем будущем его ждут истерики, споры о Вере, демонстративная попытка отречения, возможно, даже бунт и переворот. Подобное поведение нормально, и Хьюго не стал бы этому препятствовать, даже поощрял бы, если бы не нынешняя политическая ситуация. И вот, когда у магов и волшебников в полном разгаре партизанская война, и отдел по контактам с внешним миром нужен как никогда, ему приходит радостное "письмо любимому дедушке"?! После той памятной схватки ради сохранения инкогнито Белой Башни у жрецов всех мастей возникли проблемы - проход в волшебный мир стал практически невыполнимой задачей. Конечно, защиты были довольно хилыми, ибо использовать для подобных целей детский посох, который буквально разваливается, это не лучшая идея. Один жрец - тот же Гаррет - взломал бы защиту за пару минут, но пока Башни не хотели кровопролития. Уничтожить волшебный мир они всегда успеют, а это значит, что сначала нужно забрать всех магов - тех, кто добровольно отринут палочки и примут посохи. Конечно, вместе с клеймом - слишком давно умер последний маг, не отдавший себя Богам, и никто не собирался рисковать и отдавать знания просто так. Основной проблемой было то, что Поттер потерял почти всю свою Паству после того, как показал возможности магии Голоса. Тут Хьюго поморщился - он совершенно не хотел обучать парня этому искусству, но против желания Темнейшего идти не посмел, а отговорить его не удалось. Конечно, цель понятна - после смерти силы Голоса возрастают многократно, но обучиться можно только при жизни - и от этого становилось ещё хуже. Значит, Князь или лгал, или передумал, или точно знает что-то о грядущем. Хьюго достал ещё одну банку варенья, чтобы отвлечься от Гаррета и вернуться к проблеме с волшебниками. Итак, какими ресурсами обладают жрецы, дабы паства расширялась? Пятисотлетний юноша достал лист бумаги и написал самый удручающий список из всех возможных:

"1. Гаррет Джеймс Поттер, тёмный жрец, глава отдела по контактам с внешним миром - почти мёртвый паренёк на пороге переходного возраста с отвратительной репутацией и полным отсутствием веса в обществе. 2. Денис Криви, почти жрец, отлично зарекомендовал себя при общении с паствой - мелкий школьник, неофициально признанный сумасшедшим, официальный друг Поттера. 3. Луна Лавгуд - Неполное Воплощение особы, которой нельзя доверить ни одного дела без вмешательства Князя. 4. Драко Малфой, обладает реальным политическим весом, способен привлечь на мажескую сторону лучших, а так же политически значимых волшебников - полный псих, клинический сумасшедший с регулярными приступами, одной ногой в саркофаге рыцаря Солинари, нестабильный, с регулярными и частыми приступами."

Мда. Габриэлю безумно хотелось биться головой о стол, когда взгляд его падал на этот список. Так плохо у жрецов с агитационной программой не было уже лет триста. "Думаешь?" А разве не так? Единственный источник новых жрецов замер, и замер на долгое время. Брать штурмом Министерство пока рано, а их единственный... "Ты заигрался с клубком, Котёнок. Нитки окончательно запутались" Габриэлю хотелось завыть, настолько ясно увидел он чёрные шерстяные нитки и две вязальные спицы на своем столе. Зубы тут же свело, но жрец постарался сдержаться, не выдавая мысли божеству. Темнейший, конечно, знал, но гордость сохранить хотелось. Голова сама повернулась к зеркалу, и Хьюго увидел себя с чёрными провалами вместо глаз. Волосы плавно колыхались, а на губах играла та самая милая божественная улыбка, которую страшились все тёмные жрецы, когда-либо осмелившиеся поднять взгляд на лицо Князя. - Сейчас тёмные жрецы не будут ничего предпринимать. Мы останемся в тени и подождём. - Княже... - Ты такой напряжённый, как будто что-то должно произойти. Знаешь, говорят, монотонные действия помогают успокоиться. Вязание, например. Глаза переместились на стол, и видение спиц буквально обожгло роговицу изнутри, вызывая слёзы. Князь затих, но его присутствие всё ещё ощущалось. Габриэль тихо вздохнул, слегка размотал появившийся клубок чёрных ниток и принялся за работу. Пальцы тут же начало жечь, на список закапала кровь, но статуэточный юноша даже не вздрогнул - он продолжал делать то, что когда-то обожала его жена и что искренне ненавидел он сам. Конечно, ничего из этого даже не просочилось в его голову - своего обожаемого Бога лучше не злить.