Музыка-мой маленький мир.

От испуга отпрыгиваю назад. Огромными глазами смотрю на парня и не знаю, что сказать. То ли попросить помощи, то ли рассплакаться от безысходности. Я просто стою в шоке и смотрю на парня: – Ты что, полоумная? — спрашивает он. — Я...я... — начинаю заикаться и не могу выговорить ни слова. На глазах слёзы. "Так, Руслана, соберись!" — успокаиваю я себя. Но ничего не получается. Парень хватает меня за локоть и затаскивает в квартиру. Закрывает за мной дверь и скрывается в другой комнате. Я стою в прихожей и не знаю, что мне делать. Осмотревшись, я запнулась взглядом за огромный шкаф, у которого на дверцах имеются зеркала, обои нежно-зелёного цвета, на полу раскидано много обуви. Это говорит о том, что в квартире живут парни. Пока я рассматривала прихожую, ко мне вышли четыре парня. — Толян, это кто? — спрашивает парень с татуировкой в виде крыльев на груди. — А хер знает. — Отвечает Толя. Он и открыл мне дверь. Парень с шрамом на лице подошёл ко мне. Стянув с меня гитару и рюкзак, положил всё на пол. Взял меня за локоть и куда-то потащил. Притащив меня на кухню, он посадил меня на стул. Все четверо окружили меня и выжидающе посмотрели, а что я? Я даже двух слов не в состоянии связать. — Ну! — не выдержал один из парней, — Мы ждём! Рассказывай, кто ты и почему ты побитая?! — Эм... Меня зовут Руслана, мне 16 лет, меня побили мои сверстники, — я расстёгиваю куртку, приподнимаю майку, тем самым оголяю свой живот, где красуются бордовые синяки. — Твои одноклассники? — спрашивает парень с крыльями. — Нет, — отвечаю я, — дети из детдома. Я живу там с трёх лет и с трёх лет меня избивают сверстники. А сегодня меня задолбали все эти избиения и унижения, и я решила сбежать. Когда все легли спать, я оделась, взяла нужные вещи и вылезла через окно, думала никто не заметит. Ха...наивная. — Хмыкнула я, — за мной побежал охранник, а я убежала от него, поднялась на этот этаж и стала тарабанить вам в дверь, извините меня, — поднимаю полные слёз глаза, и смотрю на парней, — я скоро уйду и вы больше меня не увидите. В дверь позвонили, я испуганно смотрю на дверь, от страха вжимаюсь в спинку стула. — Не сдавайте меня им, я там даже до 18 лет не доживу, — умоляюще прошу я. По щекам уже идут влажные дорожки от слёз. — Киса, спрячь её у себя в комнате и сиди с ней! — сказал парень с шрамом на лице. — Хорошо, Тём. Самый младший из них берёт меня за руку и ведёт, как я поняла, в свою комнату. По дороге он берёт мою гитару и рюкзак. В комнате я сажусь на стул и пытаюсь вслушаться в разговор. Вот слышно, как открылась дверь и в квартиру кто-то заходит. — Извините за беспокойство, но к вам не приходила девочка лет 16? Губа ещё разбита. Сбежала с детдома, мы волнуемся. Какая наглая ложь, ага, а как же, волнуются они. Я сжимаю кулаки, да так, что костяшки побелели. Этот Киса косо смотрит на меня, а я не могу себя сдержать, слёзы льются ручьём, но я не издаю ни звука. — Нет, не приходила, — отвечает кто-то из парней. Я грустно улыбаюсь. Через минуту дверь захлопывается, а ещё через пару минут в комнату открывается дверь, и внутрь заходят парни: — Вы так и не сказали, как вас зовут? — Ты, что не смотришь телевизор? — удивляется Киса. — В детдоме нет телевизора, — тихо отвечаю я. — Мы музыкальная группа "MBand" — отвечает Толя. — Меня зовут Артём, это Влад, — показал он на крылатого, — это Никита, но мы называем его Киса, а это Толя, — в голове сразу всплывает неприличная рифма к имени Толик, поэтому я начинаю хихикать, — что смешного? — Просто рифма в голову пришла. К имени Толику, — отвечаю я и заливаюсь смехом. Кажется, мой звонкий смех раздаётся во всех уголках этого дома, поэтому я прикрываю рот ладошкой, пытаясь успокоится. — И что эта за рифма такая, что ты в один момент так повеселела? — спрашивает Тёма. — Она не приличная, и если я скажу, вы меня выгоните. — Не выгоним, говори давай, — настаивает Толя. — Ну вы сами попросили. Толик... — в рифме вроде ничего такого нет, но она меня рассмешила, — еболик, — продолжаю я и вновь заливаюсь смехом. Через пару минут смеются уже все, только непонятно, с моей рифмы или с моего смеха.