Мир на двоих

Их первый раз был настолько банальный, что о нем вполне можно было забыть на следующий же день. Она сидела напротив него в самолете, и, глядя на её джинсы, разодранные на обеих коленках, Мирон думал о том, как эту девушку вообще пустили в бизнес-класс. Она чертила что-то в своем блокноте, забросив одну ногу на другую, и все время покачивала носком кеда в такт ритму, звучащему из наушников. Когда Федоров встал, чтобы достать книгу из сумки, она уставилась на его ширинку, а после, подняв на него глаза, облизнула кончиком языка свои невозможные губы и ухмыльнулась. Через пять минут он матерился, с силой ударяясь локтями о стенки туалета, но не мог прекратить вдалбливаться в её тело, подстраиваясь под сбивчивый шепот и громкие стоны. Мирон не говорил ей красивых слов о том, как она пахнет или о том, насколько прекрасны её глаза. Лишние слова не к чему. Он привык выкладывать все прямо и начистоту. — В силу своей занятости я не могу позволить себе регулярный секс с кем-либо, — говорил Федоров, пока она потягивала ароматный кофе и лениво оглядывала интерьер ресторана, в который он привез её сразу после посадки самолета. — А пользоваться услугами шлюх — низко. Даже для меня. — Хочешь, чтобы я спала с тобой? — невозмутимо спрашивает Эрика, приподняв одну бровь. Видимо, она тоже любит говорить всё в лоб. — Я буду платить тебе, но не считай себя девушкой по вызову… — он слабо улыбается и вальяжно откидывается на спинку стула. — Если бы ты назвал меня так, я бы вырвала твой член и затолкала его тебе в задницу, — шатенка кривит губы в улыбке, невинно хлопая глазами. Не минуты не колеблясь, к концу вечера, она соглашается.

***

Эрика училась на первом курсе, и ей нужны были деньги. Спать с кем-то за деньги — это край, но когда этот кто-то — Мирон, ты перестаешь об этом заморачиваться. Она смогла оплатить учебу на два семестра вперед, бросила работу официантки, где за скверные чаевые приходилось терпеть похабные взгляды клиентов, и сняла себе квартиру недалеко от университета. Но с этим она приобрела кое-что ещё. Секс. Охренительный секс, между прочим. Каждый раз, когда Мирон хотел встретиться, он отправлял ей одно короткое сообщение, и она отменяла все свои планы, даже если это был поход по магазинам с подругой или концерт любимой группы. Она просто садилась в такси и ехала к нему в другой конец города, где её ждал ужин, заказанный из китайского ресторана, хорошее вино и просто потрясающий секс, после которого можно было с трудом, не то что двигаться, но и дышать. Мирон любил крепкие ремни на её запястьях и бардовые засосы на шее. Каждый раз девушка уходила от него, обматывая шею платком, потому что белая кожа была усыпана засосами, как небо звездами. Но и Эрика не оставалась в долгу, оставляя отметины на самых видных местах, которые мужчина никогда и не пытался скрывать от посторонних глаз. Мирон любил, когда её губы были пухлые и красные от поцелуев. Он всегда смотрел, приоткрыв рот, когда она насаживается этими губами на его член — медленно, плавно, по сантиметру. Мирон любил, когда она кричала его имя много раз подряд, цепенея от удовольствия и царапая ногтями его спину. Никаких чувств. Только секс. Кажется, лучше и не придумаешь. Но все полетело к чертям после зимних каникул. Обычно Федоров не приезжал за ней сам, наоборот, это она мчалась к нему по первому звонку, а он ждал её в своей квартире, лениво листая новости в социальных сетях. Но в тот день, когда она прилетела из другого города, где навещала родителей, он ждал её в аэропорту. Просто стоял и ждал, облокотившись о дверцу автомобиля. Эрика постаралась сохранить невозмутимое выражение лица, но красная рубашка так ему шла, что мысли из головы разом выбило, и крутилось лишь то, что он чертовски сексуален. Ладно, она слабачка. Сдалась в его плен. — Что ты здесь делаешь? — спросила девушка, смотря ему прямо в глаза. А он просто достал из машины букет цветов и протянул ей, произнеся лишь сиплое «я скучал». Тогда-то она и заподозрила неладное. После первого букета последовало ещё три, это только за одну неделю, а затем всё зашло ещё намного дальше — он предложил провести целый день вместе. А ещё на следующий день встретил после занятий и ел с ней самые обыкновенные гамбургереы, сидя на промерзшей лавочке в парке. — Ты же не запал на меня? — в какой-то момент спросила девушка, нахмурившись. Мирон перестал жевать и фыркнул, закатив глаза. — Ещё чего. Не дождешься, — сухо ответил Федоров, мельком глянув на нее. Наверное, все-таки, да. Он влюбился, как мальчишка. Втрескался так сильно, что кроме её глаз и думать-то ни о чем не может. Но ей ведь не обязательно об этом знать, верно?