watch this space /LOVE/

Лухан полагал, что Исин начал в большей степени быть помехой, нежели приносить пользу. Он оставил рыцаря в живых только для того, чтобы мучить маленького принца, но маленький принц был сущим кошмаром. Он подружился с большей частью слуг, стрелял в Лухана сладенькой улыбочкой, выбивающей из колеи, каждый раз, когда они сталкивались, и так и ни разу не взглянул на Исина. Лухан определил рыцаря в охрану внешних ворот, поскольку практически всё пространство вокруг замка занимал сад, а именно там Минсок проводил большую часть своего времени. Он думал, что присутствие рыцаря разозлит принца, расстроит его. Вместо этого каждый раз, когда Лухан смотрел в окно из своего кабинета, Минсок либо подрезал кусты, либо мирно болтал с прислугой. Никто не знал, что Минсок был принцем, и они относились к нему как к простому работнику и были очарованы его мальчишеской улыбкой и простотой, с которой он держался. Исин проводил большую часть времени, наблюдая, и Минсок никогда не смотрел на него. Оба они, казалось, чувствуют себя до неловкости комфортно в своём новом качестве в замке Лухана. Похоже, всё шло не по плану.

***

Минсок боролся изо всех сил. Он чувствовал отчаяние и одиночество и даже начал ненавидеть запах роз. Лухан приказал Исину находиться в саду, и Минсоку требовалась вся сила духа, чтобы не смотреть в его сторону каждые две секунды. Не время было давать волю чувствам, не сейчас, когда его отец мёртв, а всё его королевство захвачено. Он вырвет из лап свой замок, даже если это будет последнее, что он сможет сделать. В попытке познакомиться с миром Лухана он сдружился практически со всей прислугой и теперь по кусочкам восстанавливал его историю. Он узнал, что Лухан родился в день, когда была буря, и вырос светлым и счастливым. Когда ему было шесть, его братьев и сестёр убили скитающиеся рыцари, и отец его, снарядив отряд, чтобы отомстить, сжёг их дотла. Горничные рассказали Минсоку, что Лухан выглядит в точности как отец, но в детстве был мягким, унаследовав от матери кротость характера. Повара качали головами и вздыхали, рассказывая о Лухане как о смешливом ребёнке, который бегал повсюду и любил буквально всё вокруг. Минсок совсем не мог представить Лухана в положительном свете, поэтому просто молчал, позволяя им предаваться воспоминаниям. Они рассказывали, что мать его резала запястья, не в силах вынести того, кем стал её любимый, когда горе повергло короля в пучину хаоса и мрак войны. Он умер на поле битвы спустя несколько лет, и Лухан стал во главе королевства в свои нежные восемнадцать лет. - Этот мальчик заслужил лучшего. Он рос без любви, но к нам относился как к семье, - говорила одна из поварих, обтирая пот, пока рядом с ней кипел и бурлил суп. Минсок в ответ неопределённо что-то мямлил. - Свет в его отце погас ещё до того, как он потерял свою дочь, и принц считает, что и он такой же. Но это не так. Минсок едва сдержался от скептического хмыканья. - Разве он сейчас не король? Одна из поварих, резавшая морковь, махнула ножом и сказала: - Нет-нет, что ты, мальчик. Принц никогда не примет этот титул. Он почитал своего отца и участвовал в битвах только затем, чтобы получить одобрение. Он не собирается возлагать на себя корону, если только не будет абсолютно вынужден сделать это. И всё-таки Минсок не считал, что готов сочувствовать убийце своего отца. Ну, он так полагал.

***

Возвращаясь с колодца с двумя вёдрами воды, Минсок заметил Лухана, который во всём своём великолепии сидел на скамейке, запрокинув голову. Минсок на секунду замешкался, но затем уверенно продолжил свой шаг и опустил вёдра на землю с нарочитым лязгом. Лухан резко выпрямился и нахмурился, глядя на него, а затем потёр лицо, прежде чем вздохнуть. Минсок сладко улыбнулся и сказал: - Извини, что побеспокоил, но мне нужно полить цветы позади тебя. Лухан взглянул на него с нескрываемым раздражением и встал. Чисто инстинктивно Минсок протянул руки навстречу Лухану, когда тот чуть пошатнулся. Лухан оттолкнул его руки, пробормотав что-то бессвязное, и слегка пошатнулся, но всё же восстановил равновесие. Он пошёл через сад, источая такую уверенность, что Минсок засомневался, может ли он вообще доверять тому, что видит.

***

Спустя несколько дней Минсок также узнал, что у Лухана нет избранника, он не ходит на балы, не водит принцесс на прогулки, не интересуется статными прекрасными принцами. Вопросов с каждым днём становилось всё больше, и Минсок испытывал разочарование. От милых скромных улыбок принц хмурился. От бунтарского поведения принц хмурился. Что бы ни делал Минсок, Лухан просто молча морщил лоб. И это раздражало. Работа в саду была достаточно лёгкой, ему давали чистую одежду и полноценно кормили три раза в день вместе с остальной прислугой. Казалось, Лухан не ждал от Минсока ничего — ни соблазнения, ни бунта. По сути казалось, что Лухан и вовсе забыл, что Минсок принц, что он похитил его из собственного замка с грязными намёками и многообещающими ухмылками. Исина также практически не заставляли работать, при этом хорошо кормили и одевали. Будто бы они попросили работу, и Лухан охотно дал её им. Будто бы они не оказались здесь насильно. Минсок решил, что с него хватит.

***

Ещё через некоторое время он узнал, что есть путь через лес, который напрямую выведет его к соседнему королевству, и решил, что должен сбежать. Он собрался прятаться там, может, даже найти работу, пока не сможет в безопасности добраться до особняка Чонина. Минсок не собирался провести остаток жизни, словно прирученный пёсик повинуясь этому ублюдку. Проблема заключалась в том, чтобы сообщить об этом Исину, не привлекая лишнего внимания. Окна кабинета Лухана выходили прямо в сад, а занавески всегда были открыты, и Минсок знал, что Лухан приставил Исина к нему отнюдь не для того, чтобы сохранить их дружбу. Шанс выпал, когда однажды Лухан покинул замок — впервые с тех пор, как они появились здесь. Он сел на лошадь, приказав открыть ворота, и Минсок ждал того момента, когда вдали затихнет стук копыт. Как только ситуация показалась ему относительно безопасной, а господина Ная нигде не было видно, он бросился к Исину. Безупречная поза Исина словно рушилась и таяла, когда он раскинул руки навстречу Минсоку, позволяя броситься в свои объятия. Они держали друг друга так крепко, и им казалось, что прошла целая вечность, прежде чем Минсок отступил назад и с нежностью взял лицо Исина в ладони. Он сморгнул слёзы, не желая напрасно волновать Исина, и взял того за запястья, утягивая за дерево. - Всё ли у вас было хорошо, мой принц? - мягко спросил Исин тоном добрым и почтительным из-за многолетней службы. - Хорошо, Исин. Как ты поживал? Исин взял его руки в свои и произнёс: - Хорошо. Они улыбались друг другу, пока Минсок не вспомнил, что времени у них мало, и тогда начал быстро рассказывать Исину всё то, что узнал — начиная с истории Лухана и заканчивая дорогой через лес. Исин кивал, выглядя при этом немного ошеломлённым, и смотрел на стражу у главных ворот. - Мы не сможем пройти здесь. Нам придётся воспользоваться воротами позади замка, где не так много охраны. Некоторые стражники специально назначены следить за мной, как я подозреваю, так что будет трудно сбежать. И если они увидят, что я разговариваю с вами, то непременно донесут принцу. Минсок провёл рукой по лицу, он злился и чувствовал себя загнанным в угол. Он огляделся и увидел высокие шляпы охранников и несколько поварих, снующих туда-сюда в арке рядом с кабинетом Лухана. - А что, если мы попробуем узнать, кто именно наблюдает за тобой, и я найду способ отвлечь их? Затем ты поспешишь на кухню через ту арку. Там скажешь, что тебе нужно меня найти, сошлись на просьбу Лухана. Я появлюсь на кухне спустя несколько минут после твоего ухода, и они передадут мне твои слова. Как и полагается прислуге, я направлюсь в заднюю часть замка. Ты будешь ждать меня там, и мы сбежим, как только сможем. Исин кивнул, и Минсок искренне надеялся, что тот понял план. Он спешно попрощался, быстро сжал рыцаря в объятиях и вернулся к своим розам.

***

Всё складывалось как нельзя лучше. Лухана всё ещё не было в замке, охрана вела себя именно так, как он предсказывал, повара всё передали верно, и Минсок ринулся из арки, обегая замок, а вены его пульсировали от глубокого волнения. Он добрался до места и увидел Исина с протянутой рукой, которую тут же с готовностью схватил. Они бежали по стриженой траве, пока та не стала грубее и разнороднее, и внезапно их стали окружать уже деревья. Путь, по идее, должен был пролегать прямо через лес, если постоянно идти на восток, но, казалось, деревьям не было конца и края. Спустя несколько часов ходьбы Минсок осознал, что в его плане была существеннейшая брешь: у них не было ни еды, ни воды, ни каких-либо запасов, которые бы позволили им провести здесь ночь. Из разговоров поваров он сделал вывод, что дорога займёт около полудня, но теперь задумался, не имели ли они в виду верхом на лошади. Исин ничего не ел с самого утра, а Минсок вообще был не в состоянии есть из-за нервозности перед предстоящим побегом. Оба они устали и проголодались, а день тем временем подходил к концу. Минсок предложил немного передохнуть, чтобы поберечь силы и, возможно, поискать что-нибудь съедобное в лесу. Исин нашёл немного веток, но они были сырые из-за дождя, поэтому он отложил их на потом. Минсок отыскал какие-то ягоды и, сорвав их с куста, ссыпал в мешок, который сделал из собственной рубашки. Будущее уже не казалось таким безрадостным, и он чувствовал себя немного лучше, наполняя желудок кислыми ягодками. Они решили остаться на ночь здесь: Исин с трудом добыл огня, и стало достаточно тепло, так что накрываться было уже не нужно. Лес был таким редким, что вероятность встретить какое-нибудь опасное животное была мала, и они со спокойной душой легли на твёрдую землю, расстелив куртки. Исин улыбался, но ямочки подло исчезали, когда Минсок смотрел на него — всё-таки рыцарь держался подобающе, — и Минсок впервые с тех пор, как потерял отца, чувствовал себя счастливым.

***

Лухан вернулся в замок спустя несколько тяжких дней путешествия, чтобы узнать невероятное количество восхитительнейшей информации. Его пленники сбежали, до графа Чонина дошли новости о том, что случилось с Кимами, а Тао нигде не было видно. И именно эти три обстоятельства сейчас нужны были ему меньше всего. - Куда и когда они ушли? - рявкнул он на одного из стражников, который дрожал под своей бронёй, но не сдвинулся с места. - Мы полагаем, что в лес. Вчера днём, Ваше Высочество. Лухан сжал руки в кулаки, в нём клокотал гнев, и резко оттолкнул протянутый сосуд воды. Золотая чаша ударилась об пол, и Лухан представил, как его руки сжимают маленькую шею принца.

***

Рыцарь и его принц ушли пешком, что, возможно, было самым глупым поступком, который только можно было совершить. Лес был загадочен, и ядовитых растений в нём было куда больше, чем официально задокументировано, а ночь открывала свои объятия для голодных зверей. У них не было ни еды, ни даже намёка на укрытие. Лухан с любопытством думал, чьим же гениальным планом был этот побег. Тао обнаружился в кабинете, где он разбирал бумаги, и Лухан приказал ему снарядить лошадей. Они отправились в лес, прихватив с собой еще несколько человек, и разъярённое лицо Лухана вынуждало их хранить молчание и испытывать тревогу. Он ожидал встретить парочку где-нибудь под ближайшим деревом, но, к его удивлению, они наткнулись на них спустя по крайней мере два часа. Минсок спал, прислонившись к дереву, и Исин лежал рядом, прикрыв лицо жилетом. Тот факт, что они не проснулись даже от звука лошадей, говорил о том, что оба они были абсолютно истощены. Вздыхая, он спрашивал себя, зачем вообще он проделал этот путь, и, спрыгнув с лошади, опустился на колени рядом со спящим Минсоком. Лухан наклонил голову, что-то обдумывая, и штаны его намокли от влаги, напитавшей землю. Тао сделал шаг вперёд и носком сапога пнул Исина в бедро. Исин резко проснулся и, широко раскрыв глаза, осмотрелся, полностью сбитый с толку. Когда он заметил Лухана и понял, в какой ситуации они оказались, то тут же потянулся к Минсоку, схватил его за руку, и притянул к себе. Лухан улыбнулся, щёлкнув пальцами и жестом приказав Тао удерживать Исина. Тао с лёгкостью потащил Исина на себя и потянул вверх, придавая телу вертикальное положение. Минсок уже не спал и жался к дереву, раскрыв рот и зарываясь руками в траву под собой. Лухан потянулся рукой в кожаной перчатке и провёл пальцем от впадинки на шее Минсока до подбородка. Он почувствовал, как ребёнок нервно сглотнул, и усмехнулся. - От тебя неприятностей больше, чем ты того стоишь, принцесса, — сказал Лухан тихо, и Минсок сузил глаза. От того, что принц даже сейчас, даже в его положении, имел дерзость смотреть ему прямо в глаза, по позвоночнику Лухана пробежала дрожь. - Не троньте его! — выкрикнул Исин, но за всё это время он должен был уже понять… Лухан сжал руки на шее Минсока, не давая голове двигаться, и наклонился вперёд, чтобы поставить поцелуй на дрожащих губах.

***

Обратно в замок Минсок добирался на лошади Лухана, сидя перед ним с привязанными к упряжи руками. Его сбросили с лошади на руки одному из стражи, словно ребёнка, и это было так унизительно и оскорбительно. А когда его швырнули на пол в спальне Лухана, стало ещё и страшно. Дерзкая улыбка Лухана стала вдруг источать опасность, когда он обернулся, после того как запер дверь, и с каждым его шагом Минсоку всё сильнее хотелось отодвинуться хотя бы на дюйм. Лухан остановился перед ним, одной ногой ступив меж раскинутых ног Минсока, и посмотрел сверху вниз с презрительной усмешкой. - Ты будешь жалеть, что не умер в том лесу, любовь моя.