watch this space /LOVE/

Минсок стал задаваться вопросами о себе самом, о том, как далеко он зашёл, как далеко он от дома, который дарил ему утешение, как далеко он от того человека, которым был; о том, как он однажды выбирал занавески для свадьбы с человеком, которого любил (и любит, настаивал его рассудок, пусть даже Чонин и покинул его). Он думал о словах, которые выплёвывал Лухану, и о том, почему более они не слетают с языка так легко. Он думал об их ссоре, об огне, который горел внутри него, но потух, став мерцающей свечкой, столкнувшись с безразличием и холодностью Лухана слишком много раз. Он думал о том, каким жестоким Лухан был вначале и каким бессильным казался сейчас. - Я изменился? — спросил он своего рыцаря по дороге в залу. Исин склонился перед ним, держа руку на животе в знак почёта. - Изменились? Как, Ваше Высочество? - Как человек. - Нет, мой принц. Вы такой же, каким были всегда. Быть может, чуть грустнее, но этого можно было ожидать. Минсок что-то невнятно промычал, откинувшись на диван, и прикрыл глаза. - Какой кошмар, — пробормотал он, слегка озадаченный.

***

Чунмён должен был уехать на следующий день и сообщил, что приедет за несколько недель до свадьбы. Минсок, видя, как Лухан сжимает его в крепких объятиях, был почти что счастлив, что тот уезжает. Но когда Чунмён повернулся к нему с грустной улыбкой, Минсок был готов умолять его остаться. Его легко поцеловали в щёку, тепло похлопали, а затем Чунмён забрался в карету. Настроение Лухана заметно ухудшилось после отъезда друга, и он, едва задев Минсока, ушёл и провел оставшуюся часть дня, заперевшись в своём кабинете. В отместку Минсок провёл всё оставшееся время в саду, ощущая аромат роз и попивая чай. Шторы в кабинете были открыты, и он надеялся, что Лухан видит, как он улыбается от удовольствия. По крайней мере, он надеялся, что именно так это и выглядит.

***

- Сэр. Лухан прекратил яростно строчить официальное письмо и поднял взгляд. Тао нахмуренно посмотрел в ответ, на его лицо было написано очевидное беспокойство, а затем спросил: - Вам нехорошо, Ваше Высочество? Вздохнув, Лухан отложил ручку и откинулся на спинку стула. - Думаю, я начинаю заболевать. Тао аккуратно коснулся его лба и сказал: - Вы, скорее, холодны, нежели наоборот, сэр. Лухан горько улыбнулся. Не в этом ли и заключалась вся проблема?

***

Минсок дал своему будущему мужу ещё пять дней, чтобы тот хандрил, сидел в своём кабинете в дурном настроении, избегал взгляда Минсока, пропускал обед и сбегал в свою отдельную спальную. Целых пять дней, в течение которых Минсок сжимал руки в кулаки и скрипел зубами при виде убитого горем Лухана. Раз уж он скучал по Чунмёну так сильно, надо было просто сесть в карету вместе с ним. Он застал Лухана одного в саду. В руках у принца была стопка бумаг, на которые он хмуро глядел, рассеянно идя по ветреному саду. Он почти что врезался в Минсока, который стоял у него на пути и, кажется, был совсем невидим принцу. Глаза Лухана расширились от внезапного удивления, он быстро извинился, а затем отвёл взгляд, намереваясь обойти Минсока. - И сколько ещё это будет продолжаться? — спросил Минсок, и Лухан замер на полушаге и, будучи слишком близко, повернулся к супругу. - Что продолжаться, любовь моя? — спросил в свою очередь Лухан, и сразу же на его лице появилась ужасающая ухмылка, полная уверенности. - Это твоё угрюмое скитание по замку, — ответил Минсок. Слова вырвались чуть резче, чем он хотел, и собственная злость удивила его. Лухан вскинул брови и сухо сказал: - Не знал, что удостоился твоего внимания настолько, чтобы ты заметил. Минсок почувствовал, как у него вспыхнули щёки, когда понял, насколько нелепо прозвучало то, что он только что сказал, как отчаянно он жаждал внимания Лухана, как несвойственно это было ему. - Трудно не заметить взрослого мужчину, который ведёт себя как потерявшийся маленький мальчик, — парировал он, и Лухан сузил глаза, протянув руку, чтобы схватить Минсока за локоть и притянуть ближе. - Следи за своим языком, любовь моя. При всём терпении, которое я тебе демонстрировал, я по-прежнему отвечаю здесь за всё. Это моё королевство, мой замок, а ты мой узник — и никак иначе. Минсок вырвал свою руку, но не сделал ни шага назад. - Я не видел от тебя ничего, кроме жестокости и бессердечности, а когда я протянул тебе руку, чтобы пройти через это, ты не принял её. Лухан придвинулся ещё ближе, его глаза почти почернели от гнева, и сказал: - Какую руку? Ту, что после бала? Я должен затащить тебя в постель, Минсок? Просто чтобы ты доказал, что не причинишь мне боль? А тебе не приходила в голову мысль, что, может, я не хочу спать с тобой, не считаю тебя красивым? Что, может, эта свадьба — это всего лишь политический ход, а не уловка, чтобы добиться твоего внимания? Неиспущенный вздох сковал Минсоку горло, он чувствовал, что его же собственное тело предало его, когда глаза защипало от слёз. - Лучше бы ты просто оставил меня там, в лесу, — сказал он дрожащим голосом, и Лухан едва заметно вздрогнул, сожаление затуманило его взор. - Минсок, — сказал он, снова беря Минсока за локоть, но уже нежно, аккуратно, — чего ты хочешь от меня? - Я хочу, чтобы ты вернул мне мой дом. Рука Лухана безвольно упала, он прикрыл глаза и вздохнул. - Я не могу. Минсок смотрел на него молча, ощущая, как трясутся руки и кружится голова, рыдания сковали его грудь, но он не позволит Лухану увидеть их. Он чувствовал себя глупым и бессмысленным. И ненавидел себя за то, что пытается найти лекарство именно в Лухане. - Тогда что ты можешь сделать для меня? Лухан посмотрел на него тусклым, безжизненным взглядом и притянул ближе. - Я могу, — сказал он мягко, следуя взглядом по губам Минсока, его подбородку, красному кружеву на шее, — принять протянутую тобой руку. Надежда охватила сердце Минсока, грозясь поглотить его всего.

***

Они вошли в обеденную вместе, отчего слуги, накрывая на стол, постоянно заикались. Тао мельтешил сзади, и Лухан чувствовал этот осуждающий, любопытный взгляд, устремлённый, должно быть, сейчас на его затылок. Рядом с ним Минсок старательно ел с несмелой, но прелестной улыбкой, и Исин постоянно бросал на Лухана взгляд, будто бы не в силах определиться, подозревает он что-то или всё же благодарен. Минсок говорил немного, он просто пошёл за Луханом, пока они прогуливались по саду, и Лухан тоже не знал, что сказать. Когда их взгляды пересекались — и тогда Минсок сразу же опускал глаза, и густые ресницы прикрывали их, — Лухан думал о том, чтобы сказать что-нибудь личное, что-нибудь такое, чтобы у Минсока всё внутри сжалось. Как, например, не смотри на меня так, я не могу трезво думать, когда ты так делаешь. Или смогу ли я когда-нибудь вернуть тебе твой огонь? Или с этим красным кружевом ты выглядишь так грешно, что мне хочется разгадать тебя. В итоге, определившись, он спросил: «Еда пришлась тебе по вкусу?», — и Минсок удивлённо поднял на него взгляд, прежде чем кивнуть. Исин хмурился позади Минсока, но взгляд Лухана был прикован к улыбке Минсока, которая была едва-едва заметна и которую выдавали уголки губ. - Я подумал, может… — начал он немного нерешительно, чувствуя, как Тао напрягся позади него. — Может, мы могли бы провести время в библиотеке после ужина. - Я был бы не прочь, — сказал Минсок довольно, несмотря на то, с какой нервозностью сжимал свою вилку. И, совсем не так, как прежде, Лухан с готовностью принял руку, которую ему учтиво протянул Минсок.

***

Они читали. На диванах, что были не так далеко друг от друга, но и не пугающе близко, а позади всё время находились их охранники. Лухан посматривал, как Минсок с улыбкой склонился над своей книгой, и когда принц отложил книгу, чтобы спросить: «Ты получил удовольствие от времени, проведённого за чтением?», — Лухан, заикаясь, пробормотал какую-то несуразицу, потому как не помнил ничего из того, что прочитал. Они вернулись в свои отдельные спальни, и пусть между ними всё ещё оставалась дистанция, она более не была враждебной, страшащей или же неуютной. Впервые за многие годы Лухан отправился спать с лёгким сердцем.

***

- Сэр. - Да, Тао? — сказал Лухан, разбирая очередные документы. - Герцог Чонин обзавёлся армией.