Уставший капитан

      Дом выглядел древним и обветшавшим, однако у ограды росло несколько кустов прекрасных роз. Холмс подошёл к двери и уверенно постучал. Я бросил взгляд на часовую башню церкви Святого Георга и сверил свой хронометр.       - Вы не находите, что сейчас несколько рановато для визитов? – мои карманные часы показывали десятый час утра и отставали на две минуты.       - Доброе утро, мистер Палмер, - дверь приоткрылась шире, и пара глаз с нескрываемым любопытством уставилась на моего друга. – Простите нас за столь ранний визит, но дело не терпит отлагательств. Вы позволите войти?       - Прошу Вас, - дверь отворилась, и худая фигура в ночной сорочке и колпаке отступила в темноту передней. – Прошу Вас, мистер Холмс и…       - Мой друг и коллега – доктор Уотсон.       - Да-да, я припоминаю Вас, доктор, - священник пожал мою руку. - Вы пытались помочь бедняжке Элизабет.       Священник пригласил нас пройти в комнату, предложил чай и переоделся к завтраку. Меблировка была скудной: два шкафа с книгами, комод, пара кресел, стул да стол. Лишь небольшой, рассохшийся от времени и влажности, деревянный сундучок с резьбой да распятие на стене – пожалуй, были единственными в этой комнате украшениями.       Пастор поставил чашки на столик и отодвинул штору. В свете утра я получил возможность подробнее изучить внешность мистера Палмера, нежели чем в нашу первую встречу у часовни.       Мистер Палмер – худощавый, лысеющий старик - оглядывал нас пытливыми карими глазами с помутневшими роговицами (прим. 12) из-под седых бровей. При ходьбе мужчина бережно переставлял правую ногу. Очевидно, преподобного беспокоил остеомиелит. Неудивительно для его возраста!       - Мистер Палмер, будьте любезны, расскажите моему другу обстоятельства смерти леди Старк, - попросил Холмс, изучая цепким, внимательным взглядом комнату старика. – Да и мне не помешает услышать Ваши показания ещё раз.       - Дело было так, джентльмены, - начал он. - Я шёл к часовне на службу, как вдруг раздался пронзительный женский крик. Я туговат на одно ухо, сэр, но призывали на помощь так громко, что я услышал этот вопль даже в звоне колоколов. На улице никого не было: все прихожане давно собрались в церкви на утреню. Но когда я подошёл к кладбищу… Хожу я медленно – остеомиелит (прим. 13) совсем разбил мои старые кости… Я видел, как миссис Старк выбежала на каменную тропинку и без чувств упала на брусчатку. Я склонился над женщиной – она едва дышала. Со всех ног я бросился к дому доктора Миллера и постучал в окно. Но, увы, спасти бедняжку не удалось. Да упокоит Господь её душу! – старик вознёс глаза к небу и перекрестился.       Холмс встал с кресла и подошёл к комоду, по своему обыкновению обращая внимание на детали.       - Мистер Палмер, Ваш друг – доктор Миллер - назначил Вам эти лекарства? – заметил он, указывая на баночки без клейма аптеки и подписи врача. – Вы позволите? - Холмс открыл один пузырёк и осторожно втянул тонкими ноздрями воздух.       - Да, сэр, - священник утвердительно качнул головой в ночном колпаке. - Мистер Миллер любезно оказывает мне медицинские услуги и часто навещает меня, поэтому мы сдружились.       - Вы живёте один? – спросил я. Убранство неуютной, бедной комнатки, заполненной религиозными книгами, явно говорило об отсутствии женской руки в ведении хозяйства.       Мистер Палмер кивнул.       - Насколько мне известно, - заметил Холмс, листая Библию, - священники англиканской церкви могут иметь семью. Почему же Вы одиноки?       - Человек никогда не бывает одинок с Богом, мистер Холмс…       - Вы давно живёте в Грейвсенде? - спросил я из вежливости, чтобы прервать затянувшуюся паузу, так как Холмс погрузился в угрюмое молчание.       - Да, доктор. Около двух лет…       - И, разумеется, Вы как священник знаете своих прихожан? Например, семью Старк? – я сделал глоток чая. – Что Вы можете сказать о них?       - Мистера и миссис Старк отличало глубокое и искреннее чувство веры. Супруги посещали церковь несколько раз в неделю, пока с капитаном не произошло несчастье... Он упал с лошади и серьёзно заболел.       - Миссис Старк приглашала Вас причащать своего супруга? – Холмс вышел из оцепенения и изучающим взглядом смотрел на священника.       - Верно, мистер Холмс! – старик улыбнулся пересохшими губами. – Меня пригласила леди Элизабет причастить болящего Христовых тайн, чтобы помощь нашего милосердного Господа помогла ему быстрее выздороветь.       - Какого числа Вы навещали капитана? – сыщик занял место в кресле и в волнении подался вперёд.       - Кажется, одиннадцатого или двенадцатого июля. Но точно не помню, сэр, память уже не та… - пожаловался мистер Палмер.       - Святой отец, почему же Вы выбрали такой большой приход? – спросил я. – Грейвсенд – портовый город, здесь проживают тысячи горожан. Возможно, Ваша болезнь не докучала бы Вам в такой степени, окажись Вы пастором небольшой церкви на лоне сельской природы.       - Ох, доктор, - мистер Палмер вздохнул, - предыдущий священник умер, и я со смирением принял это бремя, ведь трудности лишь укрепляют веру.       - Могу ли я поинтересоваться, что сообщала Вам миссис Старк на последней исповеди? – внезапно спросил Холмс, серо-стальные глаза моего друга словно впились в пастора Палмера.       Преподобный развёл руками:       - К сожалению, сэр, тайна исповеди, - сыщик хмыкнул. - Однако я могу заверить Вас в том, что леди Элизабет искренне любила своего супруга и тяжело переносила утрату. Она покаялась мне в унынии – смертном грехе. Вот всё, что я могу сказать Вам, джентльмены... Прошу меня извинить, мне нужно подготовиться к утренней службе.       - И напоследок, мистер Палмер, - сыщик немигающим взглядом наблюдал за священником. - Где Вы были в ночь с 19 на 20 июля, когда умер мистер Старк?       - У себя дома. Спал, сэр, - старик прикрепил ослепительно белый воротничок.       - Кто-то может это подтвердить? – строго спросил мой друг.       - Нет, мистер Холмс, - пастор слегка улыбнулся. – Но я могу поклясться на Библии…       - Не стоит. Я Вам верю… - Холмс в прощальном жесте приложил пальцы к тулье шляпы, собираясь выйти.       - Одну минуту, мистер Холмс! – воскликнул священник, придержав моего друга за рукав пиджака, и застрекотал, словно птица в Сент-Джеймсском парке. – Умоляю Вас, сэр, вызволить моего друга из тюрьмы. Я убеждён, что он не виноват. Полиция арестовала мистера Миллера после того, как нашла в его доме ядовитую змею из Австралии. Но любой специалист по рептилиям подтвердит, что…       - Доверьтесь мне, мистер Палмер. Всего доброго! – Холмс холодно откланялся и вышел.       - Да благословит Вас Господь за Вашу милость, мистер Холмс! – вдогонку крикнул мистер Палмер и протянул мне худощавую ладонь, прощаясь.       Я пожал руку добродушному священнику и, словно извиняясь за чёрствость моего друга, пожелал пастору здоровья.       Мы вновь оказались на площади перед церковью. Часы на башенке часовни Святого Георга показывали без четверти десять.       - Идёмте. Мне нужно пройтись, - Холмс указал тростью в направлении корабельных мачт, и спустя полчаса мы стояли на чугунном пирсе.       Я любовался сверкающей Темзой, по которой сновали корабли, а мой друг прислонился к решетчатым перилам и курил, отрешённо сверля тёмную воду трудяги-реки тусклым, металлическим блеском серо-стальных глаз.       Дряхлый парусный пакетбот (прим. 14), доживающий свой век, разгрузил почту. Я проводил его грустным взглядом и повернулся к сыщику:       - Кажется, мы зря потратили время, Холмс. Старик Палмер не сказал нам ничего нового.       - Старик? – хмуро пробормотал мой друг. – Вы обратили внимание на руки мужчины?       - Нет, - ошеломлённо ответил я.       - Но Вы же пожимали ему руку! – я посмотрел на своего друга, не понимая, к чему тот клонит. - На ладонях Палмера нет морщин и характерных для всех пожилых людей подагрических (прим. 15) изменений, - терпеливо пояснил сыщик, разглядывая мелкую, гипнотизирующую рябь волн.       - Ерунда… - я хмыкнул. – Разве эта деталь меняет дело?       Холмс наконец оторвал взор от реки и поднял на меня глаза. В них я прочёл бесконечную печаль и глухое отчаяние. Холмс подчас тщательно пытался скрыть, что потерял нить расследования, но в данную минуту знаменитый детектив-консультант, как мне показалось, был полностью согласен с моими выводами.       Мы вернулись в Лондон после ланча. Я, отказавшись от обеда, приготовленного Мэри, взял саквояж и поспешил к пациентам, а Холмс – удручённый, угрюмый и молчаливый поплёлся пешком на Бейкер-стрит.

***

      Вечером, перед тем, как отправиться домой, я заехал к сыщику и, приказав кэбмену подождать, открыл дверь своим ключом:       - Холмс! У Вас есть новости? – я постарался придать своему голосу бодрый тон, но ответом была лишь тишина, я переступил порог гостиной и прежде, чем сделать очередной шаг, смотрел под ноги - вдруг, Джессика ползает по комнате в поисках жертвы.       Я добрался до комнаты сыщика и постучал. Дверь со скрипом отворилась. В воздухе витали клубы дыма, а в пепельнице догорал окурок – хозяин комнаты покинул Бейкер-стрит только что.       Моё внимание привлекла доска, которую сыщик использовал иногда для наглядности своих выводов. На чёрной поверхности друг под другом нервной рукой Холмса были написаны мелом три профессии. Справа от них красовалась небрежная скобка, объединяющая эту троицу, и жирный знак вопроса, вопиющий о чём-то с неистовством и энергией: его черты – резкие и угловатые - напоминали мне внешность моего друга.       Запись на доске выглядела примерно так: Моряк Священник } ? Врач       «Вряд ли это список подозреваемых, так как Миллера мы уже исключили! Но что здесь делает капитан Старк и мистер Палмер? Ага, значит…» - я улыбнулся своей догадке и, недолго думая, стёр знак вопроса. Я взял кусочек мела и нацарапал слово «корабль». Ведь совершенно очевидно, что только на корабле могут нести службу представители трёх профессий: капитан, судовой врач и капеллан (прим. 16).       «Какая тайна связывает эту троицу? Надеюсь, у Холмса дела обстоят лучше!» - с облегчением подумалось мне.       Я полюбовался своей работой, коварно усмехнулся и приписал внизу: «Холмс! Избавьтесь от вредных привычек - это пойдёт на пользу Вашему таланту!»       Я оглянулся, словно нашаливший мальчишка, и только тогда заметил справочник Адмиралтейства, открытый на странице со сведениями о водоизмещении, размерах и курсе корабля, который ходил в море под предводительством капитана Старка. Я пробежал глазами скучные строчки, печально вздохнул, вернулся к чёрной доске, но, вспомнив об ожидающем меня кэбе, лишь безразлично махнул рукой и поторопился спуститься вниз.