My love wears forbidden colours

Издалека Курт заметил большой костёр, но только подойдя ближе, почувствовал мерзкий запах сожжённых тел. Неподалеку от костра одичалые уже разбили лагерь и попрятались в свои палатки. Ночь обещала быть лютой и холодной, даже суровее предыдущих. Курт прошёл мимо догорающего пламени, но остановился, когда увидел на снегу обрывок ткани чёрного плаща дозорного. Он вспомнил ту первую битву, в которой увидел Блейна. Блейна в точно таком же плаще. Блейна, который не снимал его даже тогда, когда надел на себя облачение вольного народа. Курт со злостью кончиком сапога вдавил ненавистную ткань в снег и прошёл дальше, заметив, однако, что сожжённые вороны и его сожжённые соплеменники пахнут одинаково мерзко. Курт вошел в одну из палаток и, найдя ее пустой, решил остаться здесь. Он небрежно сбросил со спины лук, который с грохотом опустился на землю, вслед за ним отправился и колчан со стрелами. Несмотря на то, что Курт всегда трепетно относился к своему оружию, теперь ему не хотелось даже видеть его. Наточенные наконечники стрел тоскливо поблескивали от света разожженного Куртом огня. Тот весело запрыгал в своем железном плену, в который был заточен, и теперь глухо потрескивал на кончике почти догоревшей свечи. Курт снял с плеч верхний слой одежды и, постелив шкуры на землю, уселся сверху на них. Он поджал под себя ноги и обхватил их руками, не моргая уставившись на одинокий лепесток крошечного пламени, который теперь, словно в зеркальном отражении, плясал в его болезненно покрасневших от слез глазах. Это пламя то разгоралось, то снова затухало, становясь синим и еле заметным, и Курт так боялся позволить ему окончательно исчезнуть. Он не сводил глаз со свечи, различая в огне странные образы... Что-то из прошлого, что-то из настоящего, а что-то из несбыточных грез. Курт раздраженно стер со щек непрошеные слезы и коротко всхлипнул, сменив позу и бросив взгляд на стрелы, забытые на пороге. Их острие мерцали в полумраке палатки, переливаясь синим, красным, желтым и оранжевым. Курт потянулся за колчаном и, ухватившись за край, притянул его к себе. Он вынул одну стрелу и повертел на уровне своего лица, пальцем огладил остро заточенный кончик и продолжил завороженно его рассматривать. Курт размышлял над тем, с какой скоростью стрела пронзает воздух, а с какой - тело. Он представлял, как она разрывает сначала ткань одежды, затем ткань кожи, проламывает грудную клетку и, наконец, поражает в самое сердце. Живое сердце, настоящее, которое еще секунду назад билось, наливалось кровью, мечтами, чувствами... Страхом. Курт плотно сжал губы, обхватил стебель стрелы двумя руками и, ударив ее о колено, разломил напополам, отчаянно застонав. После первой он взялся за вторую, так же легко с ней расправившись. С третьей произошло то же самое и с четвертой, и со следующей. Курт бесконтрольно ломал одну за другой, не отдавая отчета своим действиям, только вымещая на них свою злость и отчаяние. Он надрывно рыдал, не осознавая, что дал слезам волю, но сейчас это было слишком необходимо. Слишком долго Курт держался, слишком долго не позволял себе слабости. И сегодня произошло то, что стало последней каплей. Он не мог поступить иначе. Он должен был сделать этот выбор не в свою пользу, не в пользу своих чувств. Курт давно понял, что чувствам здесь нет места, только когда он успел об этом забыть? В тот момент, когда встретил Блейна? В тот момент, когда впервые взглянул в его глаза? Когда поцеловал или когда позволил ему больше, чем один поцелуй? Когда-когда-когда это произошло? Последняя стрела разлетелась в щепки от сильного удара, и Курт, проронив последний обреченный стон, выставил перед собой ладони. Они были испещрены порезами и перепачканы кровью, но боли не было. На смену ей не пришло облегчение. Всего лишь пустота, ничем невосполнимая. Курт поднес руку к лицу и стер кровь под носом тыльной стороной ладони.

* * *

Курт даже не заметил, как уснул, и разбудить его смог лишь звук шагов по палатке. Открыв глаза, он не сразу понял, почему сюда вошел не Блейн, а Адам, но горькое осознание пришло слишком быстро. ─ Что ты здесь делаешь? ─ приподнявшись и сев, безразлично спросил Курт. ─ Вопрос в том, что здесь делаешь ты? ─ казалось, Адам не был раздражен. ─ Я поставил эту палатку. Курт посмотрел на него и понимающе кивнул, принимаясь прятать в колчан сломанные стрелы. ─ Тогда прости. Я всего лишь вздремнул. ─ Зачем это? ─ Адам подошел ближе и, присев рядом на корточках, поднял с пола половину стрелы с наконечником. ─ Сделаю другие, ─ Курт отобрал у него стрелу и, не заботясь, запихнул к остальным уже собранным. Курт понимал, что его нервозность становилась слишком очевидной, однако ничего не мог с этим поделать. Пальцы тряслись, губы подрагивали, а глаза, быстро бегающие из стороны в сторону, боялись столкнуться с внимательно изучающим его взглядом серых глаз. Адам все чувствовал и видел. ─ Переживаешь из-за своей ручной вороны? ─ еще чуть-чуть и ухмылка на его лице грозилась превратиться в кровавое месиво, но Курт сдержался. Закончив со стрелами, он вскинул голову, чтобы посмотреть на Адама. ─ Ты видел, что я сделал с ним. ─ Да, ─ непоколебимо ответил Адам. ─ Ты струсил. ─ Да, что ты знаешь... ─ Ты отдал его на суд нашим людям, хотя должен был расквитаться сам, ─ беспощадная улыбка не сползала с его лица, и от этого Курту становилось дурно. ─ Не говори мне о том, что должно делать, Адам, ─ зло прошипел Курт, приблизившись к его лицу. ─ Он умрет, так или иначе. ─ Главное, что не от твоей руки, которая дрогнула в самый ответственный момент, ─ сказав это, Адам поднялся и поправил на себе одежду. ─ Теперь многие стали сомневаться в тебе, знаешь? ─ Мне плевать. ─ Если у тебя не хватило духа убить одну ворону, хватит ли у тебя духа убить сотню? Курт поднял взгляд на Адама в тот момент, когда он пожал плечами, а потом покинул палатку. Следующую половину дня Курт проводил подальше от лагеря, выстругивая основания стрел и натачивая острие для каждой. Еще никогда это не казалось ему таким упоительным занятием, как сейчас. Время пролетело почти незаметно. Руки хоть и болели, зато меньше болело сердце. Оно почти успокоилось, перестало терзать, перестало напоминать о том, чего ты не смог сделать. Курт закрепил наконечник на основании и, убедившись в надежности крепления, повертел в руках. Воспоминания о совсем недавно минувшем вернулись, вороша незажившую память. Вот он стоит на расстоянии в десять метров от Блейна, готовится выстрелить, готовится заставить сердце предателя сделать последний удар. Готовится заставить... И свое сердце сделать последний удар вместе с сердцем Блейна. Потому что в тот момент Курт понял: если остановится жизнь Блейна, то остановится и его. Он понял, что не сможет. Он понял, что не хочет, поэтому даже не посмотрел, как стрела, просвистев так громко, пролетела всего в паре миллиметров от уха Блейна, не зацепив и не поранив. Но как так вышло, что Блейн остался цел, а сердце Курта - нет? Оно дало трещину, разошлось по швам и стало кровоточить, роняя свои темно-красные слезы Курту под ноги. Это и оставалось самым горьким послевкусием из всех, что когда-либо приходилось испытывать. Курт собрал свои новые стрелы, закинул за спину колчан и направился обратно к лагерю.

* * *

Солнце уже почти село, спрятавшись за снежные шапки скал. Величественная Стена купалась в его лучах совсем недалеко, словно рукой подать, только это обман. Идти до нее такими темпами еще целые сутки, раньше они до нее не доберутся. Курт шел мимо пепелища, которое еще недавно было огромным костром, пожравшим тела братьев Ночного дозора. Теперь костер был сыт, доволен, и поэтому уснул , убаюканный ледяным ветром и хлопьями снега, заметающими его последние недогоревшие угольки. Тем временем Курт миновал несколько высоких шатров, где расположились командующие походом, и за ними нашел небольшую палатку. В отличие от других ее охраняли двое крепких мужчин, которые при приближении Курта тут же обнажили свое оружие. ─ Мне нужно поговорить, ─ объяснил Курт, но на его просьбу только неодобрительно покачали головой. ─ Велено никого не пускать. ─ Это не займет много времени, ─ повысив тон голоса, уверенно надавил Курт. ─ Ты можешь попытаться освободить его, ─ не уступил один из них, приняв меч наизготовку, но Курт не испугался. Он коснулся острия оружия, направленного ему в грудь, и нажал него, приказывая опустить. ─ Если я и попытаюсь... Неужели у вас не хватит сил со мной справиться? Стражники переглянулись и расступились перед Куртом. ─ Проходи. Только без оружия. ─ Свой лук я оставил, а больше у меня ничего нет. Двое кивнули и пропустили его. Курт не спеша вошел внутрь, задернув за собой полы палатки. Он застыл на месте, не решаясь сделать следующие шаги и подойти к парню, сидящему к нему спиной, не из-за страха, нет. Это было что-то другое. Чувство, благодаря которому Курт сейчас ощущал в себе желание расплакаться и броситься к Блейну. Потому что он так устал. Потому что он так не хотел всего этого. Курт продолжал стоять, а Блейн даже не думал оборачиваться. Должно быть, его уже не раз навещали с одной целью - попытаться выбить информацию о Ночном дозоре силой. Ведь, будучи принятым в ряды вольного народа, Блейн ничего не сказал, возможно, в их понимании сила решает больше. Только Курт уверен, что это не тот случай, потому что хорошо знает Блейна. Для него долг превыше всего, превыше боли, превыше смерти и превыше любви, как бы тяжело это ни было осознавать. Но это так. Так глупо и так похоже на Блейна. Курту даже захотелось улыбнуться, но он не стал, вместо этого сделав шаг вперед. ─ Здесь слишком темно, не кажется? Курт заметил, как Блейн вздрогнул, а потом торопливо повернулся, словно для того чтобы убедиться, что это правда. Что Курт действительно пришел к нему. ─ Курт... - выдохнул Сноу, и в этом имени было все: отчаяние, боль, радость и любовь. ─ Ужасно выглядишь, ─ без капли сарказма произнес Курт и подошел еще ближе. На расстоянии в один метр было видно, что с Блейна сняли облачение одичалых и оставили мерзнуть в одном кожаном дублете, который был залит кровью. Той кровью, которая теперь запеклась на губах Блейна, под носом, под разбитой бровью и засохла тонкими бордовыми струйками на висках. Они хорошо отыгрались за все время, что не доверяли этой вороне, и Курт знал, что по-другому не будет. ─ Ты пришел... ─ сиплым голосом произнес Блейн и замолчал, чтобы проглотить эмоции. ─ Они казнят тебя завтра. ─ Я знаю, но... Может, не будем об этом пока ты здесь, и пока я еще могу быть здесь? ─ Как скажешь, ─ Курт пожал плечами, отводя взгляд и рассматривая помещение, будто его больше интересовали условия, в которых содержат пленника, нежели сам пленник. ─ В любом случае, у тебя должно быть право на последнее желание. ─ Считаешь, они мне его любезно предоставят? ─ усмехнулся Блейн. ─ Нет, ─ Курт цокнул языком и посмотрел на него. ─ Но я предоставлю. ─ Ты, правда, сделаешь это? ─ Да. Я когда-нибудь тебя обманывал? ─ Курт выразительно посмотрел в глаза Блейна, и тому невольно показалось, что в этих словах было двойное дно. Он обречено вздохнул. ─ Прости меня, Курт. ─ Это твое желание? Прикусив губу и чуть задумавшись, Блейн наконец кивнул. ─ Я понимаю, что все это в твоих глазах выглядит как обман... Но прошу, поверь, что я не хотел. Я не хотел предавать тебя, я... ─ Но, тем не менее, предал, ─ перебил Курт, и от сказанного в уголках его глаз собрались слезы. ─ Только не тебя, Курт. Я всегда любил тебя, ─ Блейн смотрел на него снизу вверх, и в искренности его слов нельзя было усомниться, потому что это было правдой, которую Курту почему-то так сложно было принять. Так непросто было поверить, но непреодолимо хотелось позволить себе сделать это. ─ Поэтому все так вышло, да? ─ бесцветно спросил Курт, но на этот вопрос не было ответа. Ни у кого. ─ Я бы очень желал, чтобы все было по-другому, ─ Блейн пересел, спиной прислонившись к деревянному столбу посреди палатки, который поддерживал потолок и к которому он был привязан тугими веревками. ─ Но мы оба знали, что это невозможно. Ведь так? Курт отвернулся, не позволяя своим плечам дрожать. Он быстро вытер слезы, глубоко вздохнул и повернулся снова, чтобы кивнуть. ─ Да... Ты прав. Курт сделал еще один шаг навстречу и присел рядом с Блейном, по левое его плечо. ─ Знаешь, я был уверен, что смогу, но не смог, ─ признался Курт, не глядя на Блейна. ─ Наверное, чувство ненависти ослабевает перед другим чувством... Более сильным, понимаешь? ─ Да, ─ тихо отозвался тот. ─ Мне сложно доверять и еще сложнее разочаровываться. Я был здесь совсем один до тебя, ─ Курт повернул голову, чтобы видеть Блейна, который смотрел на него во все глаза, не упуская ни одно слово. ─ Никому не было до меня дела. Никто не заботился, не ценил и не замечал. Я не всегда был с ними... Запнувшись, Курт поджал губы, словно что-то припоминая, в то время как Блейн стал смотреть на него с непониманием. ─ Меня нашли у подножия одной скалы, так мне сказали. Тогда мне было всего одиннадцать, и я не помнил, как оказался там. Совсем ничего не помнил. ─ Это... ─ Да, это значит, что здесь у меня нет семьи, как у всех остальных. Но дело в том, что меня приняли как своего. Тогда мне некуда было идти, и я бы наверняка погиб оставь они меня на произвол судьбы. ─ Почему ты не рассказывал раньше? ─ Не знаю, ─ Курт пожал плечами. ─ Может потому, что я никогда не доверял тебе больше, чем сейчас? Блейн грустно улыбнулся, смотря прямо в его глаза, поблескивающие от собравшейся влаги, а потом потянулся, чтобы осторожно стереть мокрую дорожку с его щеки. ─ Я рад, что был знаком с тобой, Блейн Сноу. ─ Ты прощаешься, ─ это не было вопросом. ─ Мне жаль... ─ вздохнув, Курт отвернулся, а потом поднялся на ноги, чувствуя тоскливый взгляд, брошенный в спину. Но оборачиваться было нельзя, не то он пропал. Поэтому Курт направился прямиком к выходу из палатки. ─ Постой! Курт остановился, задержав руку, которой собирался отдернуть полы, в воздухе. ─ Самое последнее желание, чтобы я ни о чем не жалел, ─ Блейн нервно сглотнул, для того чтобы тихо выдохнуть: ─ Поцелуй меня. Курт, не оборачиваясь, блаженно прикрыл глаза, облизнул губы и чуть улыбнулся, перед тем как, ничего не ответив, выйти наружу.

* * *

В тот день за окном стояла теплая и ласковая погода. Солнце светило высоко над головой, пение птиц раздавалось отовсюду, и народ за крепкими стенами Винтерфелла оживленно засуетился, отправляясь по своим делам. Блейн сидел в богороще на поросшем мхом камне прямо под сердце-деревом и, сцепив руки в замок, что-то тихо нашептывал, глядя в мутную воду. Он совсем не слышал того, как кто-то незаметно подкрался сзади. ─ Почему ты здесь, а не во дворе с мальчишками? Блейн испугано обернулся, за своей спиной наткнувшись на Купера, который теперь красиво улыбался ему в ответ. Но Блейн сохранял серьезность. ─ Я молился. ─ Хм... ─ Купер обошел камень и сел рядом с младшим братом. ─ Есть о чем? ─ Наверное, ─ Блейн неопределенно пожал плечами, развернувшись обратно. ─ Я постоянно вижу, как это делает отец. Он подолгу сидит на этом камне и о чем-то говорит с деревьями. Купер поднял голову, чтобы посмотреть вверх, на тонкие ветви с красными листьями, склонившиеся над ними. Их легко развевал ветер, и они еле слышно перешептывались между собой. Кто знает, о чем? ─ А о чем говоришь ты? ─ Купер снова обратился к брату, внимательно проследив за тем, как тот осторожно огляделся. Он не хотел, чтобы их услышали. Усвоив это, Купер предусмотрительно придвинулся ближе и чуть наклонился. ─ Я прошу их о том, чтобы они помогли тебе стать хорошим королем, ─ Блейн принялся нервно заламывать пальцы, не видя того, с какой благодарностью и искренней любовью на него смотрел старший брат. ─ Прошу, чтобы они придали тебе сил и мужества... Он запнулся и, чуть помолчав, поднял взгляд на Купера. ─ Но я уверен, что ты и без их помощи сможешь стать настоящим королем. Купер улыбнулся Блейну со снисходительной благодарностью во взгляде, а потом приобнял за плечо, небрежно его погладив. ─ Я постараюсь оправдать твои надежды, Блейн. ─ Ты никогда не разочаровывал меня. И никого, ─ он немного помолчал, словно не решаясь сказать следующее. ─ Я всегда хотел быть похож на тебя. Купер недоверчиво посмотрел на младшего брата, а потом прижал его ближе к себе и припал щекой к его кудрявой макушке, внимательно слушая все, что он говорил. ─ Я прошу богов, чтобы они никогда не разлучали нас. С тобой я чувствую себя хорошо. ─ Нас никто не разлучит, Блейн, ─ Блейн зажмурился от легкого поцелуя в висок. ─ Я обещаю. Обещаю... Я обещаю тебе, Блейн. Обещаю-обещаю-обещаю. Слова звучали в голове то громче, то тише, но вскоре исчезли в круговороте быстро сменяющих друг друга картинок. Теперь Блейн бежал через двор, стертой обувью шлепая по лужам из жидкой грязи, которой еще не удалось застыть после недавнего дождя. Щеки мальчика раскраснелись от холодного воздуха, а рот оставался приоткрытым, потому что дышать через нос теперь было слишком больно. Он запыхался, почти выбился из сил, но не переставал бежать, стараясь настигнуть своего противника, во что бы то ни стало. Купер бежал впереди, опережая всего на несколько метров. Он постоянно оборачивался назад, смотрел на Блейна, подшучивал, смеялся и продолжал бежать. Вот Купер уже вскочил на помост, затем спрыгнул, поднялся на крыльцо и побежал вдоль каменных стен строения. Блейн кинулся за ним, в руке наперевес держа деревянный меч. Купер свернул за поворот, Блейн поспешил за ним и выпрыгнул из-за угла, схватив свое оружие обеими руками и выставив перед собой. Он хотел прокричать что-то вроде "сдавайся, трус", но не стал, а лишь беспомощно опустил руки и виновато потупил взгляд. Купер стоял рядом со своей матерью и, кажется, объяснял свое поведение тем, что они с Блейном просто решили поиграть. Но, очевидно, такие объяснения совсем не радовали леди Кейтилин. Она слушала своего сына, не сводя строгих глаз с Блейна, который находился на расстоянии и не решался пошевелиться до этого момента. ─ Такое поведение не подобает будущему королю, ─ ее холодный взгляд, наконец, обратился от Блейна к Куперу. ─ Но это всего лишь... ─ Я сказала - нет, ─ перебила его попытку оправдаться леди Кейтилин. Она поправила чуть съехавший дублет на сыне. ─ Нас ждут гости в тронном зале. ─ Я скоро буду готов, ─ повиновался Купер, а затем кивнул младшему брату. ─ Идем, Блейн. Нужно переодеться. ─ Нет, ─ резко, словно боясь опоздать с возражением, вставила Кейтилин, и маленький Блейн, только сделав шаг вперед, отступил назад на два. Непонимающий взгляд Купера леди Кейтилин оставила без внимания. ─ Блейн пока займется другими делами. Правда, Блейн? Слышала, ты хотел потренироваться со стрельбой из лука на заднем дворе. Женщина выразительно холодно посмотрела на бастарда, в надежде на то, что он все понял. Затем приобняв своего сына за плечо, развернула его и повела ко входу в замок. Блейн со слезами на глазах смотрел им в спины, и даже сожаление в глазах Купера, который обернулся, чтобы посмотреть на брата, никак не могло успокоить обиду, вспыхнувшую в груди. Она была болезненной, жгучей и жестокой. Блейн бросил свой деревянный меч, который с глухим стуком упал на крыльцо, и без оглядки побежал подальше от этого места. В ушах звенело. В ушах гудел ветер. В ушах слышался стук деревянного меча, выроненного из рук. В ушах звучало немое "прости", которое читалось в глазах Купера. Впереди все стало расплываться от слез. Все смешалось, растворилось, и возникла новая картина. Теперь Блейн загружал на лошадь мешки с припасами, которые понадобятся ему в походе. Он крепко закрепил их на седле, проверил на прочность, подергал за узду и отступил, чтобы посмотреть назад. Не спеша ему навстречу шел Купер. Блейн улыбнулся, когда увидел его. Тот выглядел превосходно, как настоящий король: хорошо уложенные волосы, выразительные глаза, мягкие и одновременно строгие, легкая щетина на щеках и меч за поясом. Блейн так гордился тем, кем стал его брат. Он был намного лучше его самого, намного достойнее. ─ Ты не говорил, что уезжаешь сегодня, ─ слегка раздосадовано произнес Купер, словно жалея о том, что им не хватило времени. ─ Я и сам не знал. Дядя Бенджен сообщил поздно ночью. Я не стал будить тебя. Купер поджал губы и понимающе кивнул, отводя глаза и пытаясь скрыть в них тупую тоску. ─ Стена... Неужели это то, о чем ты действительно мечтаешь? ─ Купер посмотрел в глаза Блейну. ─ Действительно хочешь? ─ Ты же знаешь, что да, ─ не сомневаясь ответил тот и чуть улыбнулся, чтобы внушить брату уверенность в своих намерениях. ─ Здесь ты мог бы стать рыцарем, ─ переминаясь с ноги на ногу, попытался предложить Купер. ─ Я уже сделал свой выбор, ─ Блейн с сочувствием посмотрел на брата, которому, как и ему самому, было нелегко прощаться. Но Купер не смог бы понять, каково чувствовать себя не таким. Каково чувствовать себя помехой, клеймом. Каково быть бастардом. Возможно, одной из причин, по которым Блейн хотел оказаться на Стене, это - стертые грани, стертое прошлое. Ты приходишь в дозор без своей истории и пишешь ее заново. Там тебя не судят из-за природы твоего рождения. ─ Тогда... ─ Купер прочистил горло, чтобы закончить. ─ Удачи тебе. Блейн благодарно кивнул, а потом сделал шаг навстречу, чтобы оказаться в крепких и родных объятиях брата. Он прижался к Куперу, чтобы в последний раз почувствовать его запах, его тепло и его заботу. Блейн так любил его и надеялся на то, что он это знал. ─ Береги себя, ─ сдержано произнес Купер на прощание. ─ И ты себя, ─ надломлено вырвалось у Блейна. Он еще не отпускал брата, а только прикрыл глаза, чтобы собраться с духом и открыть их снова. В этот раз Блейн взглянул за спину Купера и встретился взглядом с глазами леди Кейтилин. Она стояла на крыльце, наблюдая за их прощанием с презрением и в то же время с облегчением. Дольше выносить зрительный контакт Кейтилин не смогла, она ушла, взмахнув подолом своего изумрудного цвета плаща, и скрылась из виду. Купер отступил от Блейна, и сердце последнего сделало гулкий удар. Купер повернулся спиной ─ еще удар. Купер сделал шаг на удаление ─ удар, удар, удар. Купер даже не повернулся... Блейн проснулся и открыл глаза, осознавая, что уснул, вопреки своим желаниям. Усталость дала о себе знать, хотя он и держался слишком долго. Теперь предстояло разобраться с тем, что за шум раздался снаружи. Блейн спиной оттолкнулся от столба, на который прислонился и уснул в сидячем положении, и стал пристально вглядываться в темноту. И без того тихие звуки совсем умолкли, но какое-то движение слух все же улавливал. Это было похоже на чьи-то нескорые шаги, затем послышалось другое: короткий стон и стук с негромким железным лязгом. Блейн напрягся, подобрав под себя ноги и не спуская глаз со входа в палатку. Кто-то собирался сюда войти, и Сноу не был уверен, что это друг. Здесь у него не было друзей и не могло быть. Курт уже попрощался, уже сказал то, что хотел сказать, поэтому вряд ли этот ночной визит предвещал что-то хорошее. Когда полы палатки зашевелились от чьего-то прикосновения, Блейн нервно подергал веревку на своих запястьях и огляделся в поисках того, чем можно было бы защититься. Он обернулся, поняв, что уже слишком поздно, и что кто-то уже смотрит на него сзади. ─ Курт? ─ поражено выдохнул Блейн, не веря своим глазам, но Курт жестом приказал молчать. Он подошел к Сноу, отточенным движением вынул из-за пояса маленький клинок и перерезал веревку. ─ Что ты делаешь? ─ подняв недоверчивый взгляд от своих освобожденных рук на Курта, спросил Блейн. ─ Помогаю сохранить тебе жизнь, разве не похоже? ─ Курт потянулся к Блейну и помог тому встать на ноги. Он очень ослаб, находясь здесь так долго без еды и воды, силы медленно оставляли его. ─ Ты уверен? ─ Как никогда, ─ быстро отмахнулся Курт и подошел к выходу, чтобы, слегка одернув ткань палатки, посмотреть, нет ли кого снаружи. Тем временем Блейн подошел сзади, борясь с желанием спросить что-нибудь еще или же поблагодарить. Этого нельзя было делать, только не сейчас. ─ Идем, ─ шепотом скомандовал Курт и вышел, только убедившись в том, что Блейн последовал за ним, попутно перешагивая через трупы стражников. Палатка для заключения находилась почти в самом конце разбитого лагеря, поэтому им оставалось миновать всего пару шатров, чтобы оказаться на безопасном расстоянии. По скрипучему снегу Курт ступал бесшумно, жестами подгоняя Блейна, который семенил позади. Им приходилось пригинаться и прятаться за нанесенными сугробами, но это не было так сложно, потому что к этому времени все огни уже были потушены. На лагерь опустилась тьма, и только в самых первых шатрах виднелось неяркое пламя. ─ Тише, ─ Курт завел руку назад, обхватив лук, и замер, прислушиваясь. Блейн послушно остановился, чтобы тоже расслышать. Кто-то из одичалых вывалился из последней палатки и выпрямился, пока не смотря в их сторону. Курт вынул из-за спины свое оружие и натянул стрелу, метко прицеливаясь. ─ Он не увидит нас, ─ шепотом произнес Блейн, и это было похоже скорее на просьбу, чем на попытку убедить. ─ Курт... Тетива лука скрипнула, но стрела осталась на месте, и вскоре Курт опустил оружие. Он тоже понимал, что лишние жертвы им ни к чему. Кто знает, что они сделают с Куртом, поняв, что это он освободил предателя. А кто знает, что они не сделают хуже, узнав, что при этом он убил одного из своих? Тем временем пока Курт возвращал свой лук обратно, одичалый огляделся и шатко прошел за палатку по нужде. Блейн подтолкнул Курта вперед, и они пошли быстрее. Дикий необузданный ветер сейчас был как нельзя кстати. Его завывания выгодно заглушали звуки шагов, поэтому можно было беспрепятственно оказаться за пределами лагеря и прибавить ход. Курт бежал быстро, помогая Блейну и подталкивая его вперед. Им нужно было скрыться за холмом, чтобы перевести дух. И, оказавшись на месте, они оба остановились, восстанавливая дыхание. Блейн по-прежнему смутно доверял происходящему. Он видел рядом с собой Курта, понимал, что это действительно случается, но принять это было нелегко. ─ Курт? ─ Блейн не знал, услышал ли его тот из-за буйства непогоды, но Курт смотрел на него, и Сноу тоже не мог отвести благодарного взгляда. ─ Курт... Но почему..? Тот ничего не ответил. Он просто подошел вплотную, влажными глазами обвел лицо Блейна, а потом обхватил холодными ладонями. Такое знакомое, теплое и необходимое движение, а потом прикосновение непослушных губ. Еще одно и еще одно. Блейн, как только мог, старался отвечать на все поцелуи, подаренные ему Куртом. Он хотел передать через них свое сожаление, свое отчаяние и свою любовь. Слова этого не скажут. Им это не под силу. Последнее влажное движение губ осталось на коже Блейна, и Курт чуть отстранился, не выпуская его лицо из своих ладоней и ласково его поглаживая. ─ Это было твоим последним желанием, так? ─ со сломленной улыбкой спросил Курт, и по щеке Блейна покатилась слеза. ─ Большего я и не смел желать. ─ Значит, теперь... ─ Нет, ─ Курт попытался отнять руку от Блейна, но тот взял ее в свою. ─ Блейн... ─ Ты можешь пойти со мной. Ты должен, ─ мольбе в его взгляде почти невозможно было сопротивляться, но Курт не мог подчиниться. ─ Прости. ─ Ты рассказал, что не принадлежишь им. Возможно, твое место там, со мной. Может, ты найдешь его за Стеной, Курт. ─ Прости, ─ повторил Курт, глотая слезы. Он высвободил свою руку из руки Блейна и сделал шаг назад. ─ Прошу тебя, Курт... ─ голос Блейна окончательно сломался. ─ Прошу. Курт глубоко вздохнул и отвел взгляд, словно вспоминая, что еще забыл сказать. ─ Ты пройдешь чуть дальше, ─ отстраненно начал он, будто до этого не было никаких слов, просьб и расставаний, ─ и там найдешь лошадь. Так ты быстрее доберешься до Стены. Курт снова отступил назад, боясь сломаться и не справиться с самим собой, потому что видеть Блейна таким разбитых не было сил. ─ А теперь уходи... Пожалуйста, уходи. ─ Курт, я не хочу оставлять тебя. ─ Уходи! ─ сквозь слезы прикрикнул на него Хаммел. ─ Скорее убирайся отсюда! Курт в последний раз взглянул на Блейна и развернулся, прикрыв рот тыльной стороной ладони и быстрым шагом направившись обратно к лагерю. Блейн прикрыл воспаленные от слез глаза, поджал губы, а потом расслабил их, глубоко выдохнув тихое "прощай" вдогонку Курту.