Тигрица

Свеча VIII: По и Мэй-Линг

Из города бегут мирные жители. Ветер треплет бумажные фонари. Всё как в сказах, знаете, когда, в небе внезапно появляется гроза, и могучие герои дерутся под серыми небесами. Герои… да уж, был бы я хоть немного героем. Никакого секретного ингредиента. Свиток Дракона оказался мифом, как и многие легенды, в которые я когда-то верил. Мне придется полагаться лишь на себя и на мастерство Неистовой Пятерки. Хотелось бы, конечно, верить, что всё получится, и мы надаем им всем по мордам. Но колени предательски дрожат, а ветер как-то уж слишком неистово треплет моё кимоно. Да… Мастер Шифу, кажется, совсем уверовал Угвею. Мне бы их седую уверенность и многолетнюю мудрость. Хару и другие мастера вышли на защиту улиц. Духи рек и лесов, неба и гор, луны и солнца, если вы есть, позаботьтесь о них, хорошо? А с Тай-Лунгом я как-нибудь сам управлюсь, глядишь, проснется во мне этот Воин Дракона. Чтобы ни случилось сегодня, этот день войдет в легенды. Нужно не опозориться. Я сделаю это. Потому что несколько недель в Нефритовом Храме стоят того, чтобы умереть. Не всю жизнь варить лапшу, верно? Я смогу… сделаю всё, что в моих силах. Ради жителей Долины и Неистовой Пятерки. Ради мастера Шифу и мастера Угвея. Ради Хару… Может быть, когда все закончится, ты посмотришь на меня… так, как в тот день, когда мы грелись под первыми снежинками, и я гладил твои плечи. Удачи нам всем. По стоит на ступенях Нефритового Храма. Небо над Долиной подернулось серой дымкой, и в ней синеют ленты молний. Глухие раскаты отдаются эхом от скал, окаймляющих город. Малый народ торопливо уходит через северные ворота. Где-то внизу, в смешении испуганных тел, спокойно ждут своей участи пять мастеров. Сегодня их день. Холодный ветер треплет флажки на красных крышах. Метает последние желтые листки по ступеням храма. Серая Банда Тай-Лунга подходит к городу. Они идут неспешно, с уверенным высокомерием победителей. Внизу их ждут только напуганные крольчата и селезни с деревянными дубинами, косами и прочим хозяйственным инвентарем. Но разве они выстоят против матерых убийц? По стоит на ступенях, затаив дыхание, и ждет, когда первые головорезы войдут в город. С высоты он не видит среди них фигуры Тай-Лунга. Его задача – сохранить Свиток Дракона. Иначе всё пойдет прахом. Серая Банда внезапно набирает ход. Крокодилы в кожаных доспехах, с зазубренными мечами налетают на защитников со всей возможной для их тел скоростью. Но горожане не спешат отступать. Торговцы, прибывшие с южных холмов, скидывают свои расписные кимоно. Теперь на каждом из них легкие доспехи, за спинами и на поясах – мечи и кинжалы. Стрекочут быстрые арбалеты, разя нападающих. Раздается боевой клич того, кого все считали главным купцом. Даже с большой высоты видно, как один из «торговцев» поднимает черное знамя. Наемники. Клинки Юга. Вот из-за чего отлучался мастер Шифу в последние недели. Он понимал, что своими силами не управиться. Матерые воины клином вбиваются в толпу ничего не подозревавших разбойников. Слышны крики, звон и шорох лезвий, мелькают тонкие спицы стрел. – Ты и есть Воин Дракона? – насмешливый голос из-за спины. Панда оборачивается. Тай-Лунг стоит перед ним, улыбаясь и разминая мускулы. По вспоминает все приемы, усвоенные за короткое время обучения в Нефритовом Храме. И думает о Хару, которая сражается внизу. Он не подведет её и других мастеров. – Да это я, – отвечает он со смелой усмешкой. – Нашу битву запомнят легенды, – молвит Тай-Лунг, отпуская ритуальный поклон. – Да будет так, – спокойно отвечает панда. Ветер треплет его красное кимоно, когда По становится в единственную заученную им боевую стойку. Я боюсь. Стыдно, как же стыдно, но я, правда, боюсь. Не за себя, за тебя, любимый. За наш план, такой безрассудный и злой. Наемники расстреляли и перебили уже большую часть твоих воинов. Они умирают на моих глазах, как деревья подкошенные лавиной. Но я не сдамся. Я буду биться. Сегодня я смогу доказать, что заслуживаю тебя. Что моя любовь, это не любовь наивной девочки, но любовь женщины, давшей клятву любви. Я применю всё искусство, которому ты меня научил. Я буду беспощадна и стремительна, как штормовая волна, разбивающая камни на берегу. Я… я всем сердцем, всей своей жизнью люблю тебя. Мэй-Линг замирает посреди боя, разоружив одного из наемников Долины. Среди сражающихся солдат, спокойная как зуб дракона посреди моря, стоит мастер Тигрица. Их глаза встречаются. А затем они кланяются друг другу и вступают в бой. Мэй-Линг уклоняется от ударов, блокирует, вертится волчком под свирепым натиском мастера кун-фу. Но тигрица гораздо сильнее и опытнее. Удары её лап пробивают блоки, травмируя кости Мэй-Линг. «Я моложе и быстрее. Нужно лишить её сил, постоянно двигаться, – подбодряет она саму себя». Но с каждой секундой опасные удары проносятся всё ближе к её телу. С каждой секундой смерть дышит в лицо явственнее. Она не видит гнева и злости в глазах тигрицы. Только спокойную уверенность мастера, внимательность и расчет каждого движения и удара. И в какой-то миг она с горечью понимает, что не сможет победить. Смерть неотвратима. И внезапно Мэй-Линг обретает уверенность в своих силах, и спокойствие, какого не знала прежде. Смирение придает ей сил, а близость смерти позволяет забыть о сбившемся дыхании и саднящих костях. «Я умру, но покажу всё, на что способна. Ради тебя, мастер». Но в тот миг, когда разум её опустошается как сосуд, а сердце успокаивается в предвкушении последнего испытания, арбалетный болт с гулким шлепком пробивает её грудь. А за ним мелькает второй, разбивающий плечо. «Неужели вот так…» Она падает на колени, и перед тем как закрыть глаза, видит удивленный, испуганный взгляд тигрицы. Та оборачивается и кричит что-то, и в словах её столько горечи, будто она потеряла друга. Осенний ветер становится теплым, как приморский бриз…