Something never change. I will love you forever.

(Луиза) Новогодние праздники очень быстро пролетели. Эти новогодние праздники мы провели в Праге. Мы много ели, очень много. Теперь я в Москве. Наверное мне бы стоило вам рассказать про мои новогодние каникулы, но я не буду, они были простыми, но веселыми и классными. Сейчас я сижу в своей комнате, собираю свой рюкзак в школу. Учебники такие тяжелые, что просто жуть. Мне порой стоит не носить учебники, хотя я так иногда и делаю, Нати носит алгебру и геометрию, и еще географию, а я все остальные. *** Я топаю в школу. Кларк и машина застряли в пробке около моей гимназии, и я не решила ждать 20 минуту, поэтому решила пройтись 5 минут пешком. Я шла медленно, оттягивая минуты. Я оттягивала все что угодно, чтобы не видеть Глеба. У нас с ним очень напряженные отношения, слишком напряженные. Я топаю по снегу в своих уггах. Дорога становиться такой мягкой, как по подушкам иду, правда. Но при этом, при том, что мои шаги слишком мягкие, я слышу такие тяжелые шаги. Я оборачиваюсь и вижу Глеба. Он так же удивлен, как и я. Они идут вместе с Сэмом. Улыбка Глеб сразу же исчезает, но улыбка Сэма остается. - Привет, красавица, - произносит Сэм, обнимая меня. - Привет, - улыбчиво протягиваю я. Я перевожу взгляд на Глеба. На данный момент в его глазах так много можно прочитать, что лучше уж не читать. Я делаю глубокий вздох и отвожу взгляд. - Ну коль встретились пошли вместе в школу, - произносит Сэм. Почему он при мне все время улыбается? Может что-то не так? - Сэм, оставь нас одних, - грубо произносит Глеб. - Понятно, - отвечает Сэм и начинает топать вперед. - Я пожалуй тоже пойду, - произношу я, резко разворачиваясь. - Ты не пойдешь, - произносит он, и его голос заставляет меня остановиться, - Я все эти праздники хотел позвонить тебе, увидеть тебя и поговорить, - грубо произносит он. - У нас нет тем для разговоров, - грубо отвечаю я. - Я знаю, что я - идиот, но нам надо поговорить, Лу, - он умоляет. Этот уверенный и твердый парень в себе умоляет? - Я не буду с тобой говорить, - все еще грубо отвечаю я. - Но я…. - он протягивает ко мне руку, но я быстро отпрыгиваю. - Нет, нет! Даже не вздумай притрагиваться ко мне! - я начинаю истерику? - Ты думаешь, что все так легко и просто? Думаешь, что я готова простить тебя за это? Ты думаешь, что ты готов простить меня? - За что ты должна меня прощать? - Ты думаешь, что я не знаю? *Flashback* - Ты знаешь? - произносит Нат сквозь трубку. - Что я знаю? - Ты не знаешь? - с удивлением спрашивает она. - Что я должна знать? - Ох, милая, Глеб и какая-то девочка переспали, кажется она его старше и кажется он делал это еще, когда встречался с тобой, - она произносит это, и тут моя челюсть встретилась с полом, - Милая? - я молчу, - Милая? Куда ты там исчезла? - Я? Я тут. Я пойду, - я быстро кладу трубку. *Flashback* - Я думала, что ты изменился, но я ошибалась, - я произношу это так тихо, чтобы сдержать слезы, - Ты врал мне, врал, я могла ожидать все, кроме этого, - я подношу руки к лицу, - Ты заставил меня выбирать между тобой и Сэмом, когда сам, сам натворил столько всего! - я начинаю кричать, - Я знаю, что я сделала ошибку, но не такую, как ты! Не такую! Я любила тебя всем сердцем и все душой, я любила тебя до того, что могла упасть в обморок от одного твоего прикосновения, я любила тебя так, как никогда не любила, а ты просто пользовался мной и все! Ты - чудовище! - я произношу это громок и даю волю своим слезам, - Больше никогда не прикасайся ко мне и не говори, - я подношу руку к лицу и быстро убегаю, чтобы он не смог увидеть моих слез. (Глеб) Она произносила это так, так как будто каждое слово было для меня, как кол в сердце. Она не знает всей правды, которою она и вообще не должна была знать. Кто об этом мог ей рассказать? Я ведь всех просил, чтобы никто, никто! Луиза и вправду тот человек, который был мне дорог, которого я любил. Она права, я чудовище, коль могу причинить боль самому дорогому и любимому человеку на свете. (Луиза) Я сижу дома. Стучу ногтями по своему компьютеру. Злость меня окутывает, и сейчас я не могу ничего делать. Сегодня было занятие с мадам Жири, и я все делала нормально, моя ненависть перепуталась со всеми моими чувствами и получилось что-то между нормальным и ненормальным, но мне нравиться. Так вот, сейчас я сижу за столом и стучу ногтями по компьютеру, набиваю какой-то неизвестный мне ритм. Раз, два, три, считаю в голове. Раз, два, три. Это успокаивает хоть на какое-то время. Для меня каждая минута спокойного времени, это рай. Моя ненависть к нему растет с каждой минутой, и я пытаюсь ее перебороть. Все эти праздники я то и дело, что пыталась все это забыть и вот когда вес вроде бы получилось, он все испортил. Почему все люди, которые окружают меня такие грязные? Такие грязные в поступках? Почему? Почему я должна всех прощать? Почему я должна закрывать глаза на их поступки? Почему они такие грязные в своих мыслях? Почему они такие? Человек часто не получает чего хочет, но я привыкла получать. Я всегда добиваюсь всего чего хочу, не важно сколько мне придется идти к этому, но я иду и добиваюсь. Я упертая и вредная. Но вот Глеб не тот человек, которого я могу побороть. Я не могу его прочитать, я не могу его понять. Мой мозг физически не понимает и не может понять, как-бы я не пыталась. Это слишком странно, но и слишком глупо. Я лежу в кровати. Переворачиваюсь со стороны на сторону и пытаюсь уснуть. Шум машин немного мешает мне. Дорога далеко от нас, но я слышу звук машин. Я верчусь на кровати, как-будто в танце и не могу уснуть. Я смотрю на телефон, как-будто предвидя звонка. Через секунду мне звонит Сэм. - Я не могу уснуть, - произносим мы в один голос, затем следует смех. - Дом на столько большой, что я не могу уснуть, - произношу я. - Страшно? - смеется он. - Немного, - проговариваю я, укутываясь в одеяло. - Я на самом деле не могу уснуть из-за другого, - произносит он, и мое сердце замирает.
 - Из-за чего же? - все еще смеюсь я, но наверное из-за того, что нервничаю. - Ты так и не ответила, хотя я дал тебе много времени. Я кручу на своей шеи тот самый ключик, который не дает мне покоя. Я не могу его снять или переодеть пока не дам ответ. Он как-будто связывает нас между тысячей километров. - Я, у меня не было времени, чтобы подумать, - отвечаю. - Мне показалось, что времени было достаточно. - Но не для меня, слишком трудный вопрос и слишком трудный ответ. - Ты обдумывала это? Из-за этого не могла уснуть?. - Не только из-за этого. - Какой же он му… - Нет, - кричу я, - Даже не вздумай ругаться при мне матом, - смеюсь я. - Ладно, он идиот, - говорит он. - Почему же? - Если бы ты думала всю ночь обо мне, то я бы был самым счастливым человеком, - произносит он. - О тебе думают тысячу девушек, - смеюсь я. - Но одна лишь ты мне нужна. - Это, наверное, хреново, - произношу я. - Хреновее не бывает, - смеется он, - Почему так случилось, Лу? Почему? Что случилось во мне? Что? Я смог предать себя, все свои правила ради тебя. Сейчас я буквально умоляю тебя сказать мне да, хотя знаю, что ты хочешь сказать мне нет. - Я не могу сказать ничего, - вздыхаю я, - Вы оба окончательно запутали меня. Столько боли, сколько я чувствовала от тебя и него хватит на весь мир. Все слишком странно. Тебя я смогла простить просто потому что я знаю, что кем бы ты не был, ты не изменишься, но он мог быть другим, я верила, что он будет другим, но он не стал даже с моей верой, - вздыхаю я, - Прости, что я говорю все это тебе, но мне некому сказать, просто слишком глупо. Мы молчим, и лишь ветерок слышится в комнате. - Прости, - шепчу я. - Нет ничего, - отвечает он, - Спасибо, что не ответила мне. Его ответ пугает меня, но и радует. - Пожалуй спать? - спрашиваю я. - Сладких, Лу, - произносит он. - Сладких, - шепчу я и кладу трубку.