Эльморин и Кольцо Королей

      Весело шагая, друзья все дальше и дальше удалялись от деревни. Мост остался далеко позади. Дорога начала сужаться, превращаясь в узенькую тропку, а потом нырнув в лес и вовсе пропала.       Под ногами зашуршала мягкая трава Зеленого Леса. Бесшумно, не оставляя следов, эльфы продвигались вперед. Деревья-великаны, то сгущались и переплетались своими могучими ветвями, заставляя путников замедлиться, то расступались, выводя их на маленькие лужайки.       – Какая красота! – голос эльфийки прозвенел словно колокольчик, когда они вышли на залитую солнцем и усыпанную разноцветными цветами поляну. Здесь были тюльпаны, ромашки, одуванчики, ландыши и фиалки. Казалось, что их сладкие ароматы пропитали весь воздух.       Легкий ветер ласкал листья деревьев, птицы пели свои завораживающие песни. Здесь было так спокойно и умиротворенно, но Сэйя никак не мог избавиться от ощущения, что за ними наблюдают сотни крошечных глазок. В который раз он осмотрелся по сторонам, но ничего не увидел.       – Нужно прибавить шагу, если хотим дойти до темноты, – проговорил эльф, и напоследок вдохнул чистого волшебного воздуха с запахом цветов и свежей травы.       Постепенно лес начал редеть, и друзья вышли к старой дороге.       На перекрестке они свернули налево, а через шагов двадцать завиднелся эльфийский мост из белого камня, переброшенный через неглубокую, прозрачную речушку. Река Слез брала начало из Радужного озера, и протекала почти через все эльфийские земли.       Ходили легенды, что озеро образовалось из слез богини Евы, которая оплакивала погибших после войны, и что теперь эти воды обладают волшебными свойствами: уставший путник набирался сил, а павший духом воин вновь обретал веру.       Переправившись через мост, друзья вновь вышли на дорогу; по бокам ютились приземистые старинные столбы, покрывшиеся зеленым мхом; они как будто показывали путь к чему-то не менее старинному и важному.       Вскоре дорога вывела эльфов к мрачному зданию - старой твердыни, теперь походившей на склеп. Бронзово-белая крепость упиралась в невысокую скалу и имела три входа. Главный вход венчали колонны, с древними узорами, почти стертыми временем, а по бокам высились арки, уводящие в темные глубины чертога.       – Что это? – раздался голос эльфийки.       – Должно быть это та самая подземная крепость, – тихо ответил Сэйя, завороженный видом.       – Та самая? – подняла брови Тианувиэль.       – О ней часто говорили стражи. Старден рассказывал, что эта крепость была последним оплотом в войне с людьми, а когда началась война между светлыми и темными эльфами, претерпела не мало сражений. Но крепость пала, когда чародеи темных эльфов призвали на битву демонов. Все эльфийские воины, защищавшие эту крепость, погибли, – эльф перешел на зловещий шепот. – Поговаривают, что призраки мертвых воинов до сих пор блуждают внутри этих стен.       – Ох, Сэйя, ты слишком много времени проводишь с стражами, – рассмеялась Тианувиэль.       – Давай зайдем? – умоляюще протянул любопытный эльф.       Лицо эльфийки помрачнело, а улыбка погасла. Она посмотрела на друга, а когда их взгляды встретились, поспешно отвернулась. Но зоркие очи Сэйи успели уловить тень страха в ее глазах. Он не мог осуждать Тианувиэль за это, ведь нынче мир был очень опасным, и нельзя было пренебрегать даже историями о злых духах.       – Я спущусь вниз и посмотрю, что там, уж много историй слышал о этом месте, и не могу пройти мимо, не взглянув хотя бы одним глазком. А ты подождешь меня снаружи, хорошо? – предложил эльф.       Напуганная эльфийка нерешительно кивнула головой.       – Иначе какой из меня разведчик, – прибавил Сэйя и подмигнул подруге.       Поднявшись по коричнево-серым ступеням Сэйя оказался внутри большого коридора; потолок терялся высоко в сумраке, а каменный пол плавно уходил вниз, уводя в глубины подземной крепости - оттуда веяло могильным холодом. На бледных каменных стенах висели факелы. Они горели иначе, без треска и копоти. «Должно быть, еще давно, их зажгли магией, которая до сих пор не дает им угаснуть» – подумалось эльфу.       Сэйя старался ступать как можно тише, но шаги гулко разносились по пустому зданию. Возможно дело было лишь в его остром эльфийском слухе, но он готов был поклясться, что порой эхо шагов отзывалось тихим протяжным стоном.       Это место угнетало эльфа: казалось, что стены, повидавшие не мало смертей, сдвигались и давили на него всей тяжестью былых времен, а коридоры, некогда заполненные криками и страданиями воинов, лишали кислорода, заставляя с жадностью хватать ртом воздух. Но Сэйя продолжал идти - он не знал, куда идет, и зачем…он просто шел, словно по чьей-то прихоти.       Поплутав по коридорам, Сэйя набрел на большой, давно заброшенный зал. В центре возвышались четыре массивных колонны, которые придавали особое величие этому месту, но потемневшие от засохшей крови мраморные плиты и встречающиеся кости воинов, окутанные давней паутиной, не давали забыть о том, что эта великая крепость все же пала.       На высоких стенах, огромного зала, висели старые гобелены, покрывшись пылью и паутинами. Эльф подошел поближе, что бы получше рассмотреть изображение. Он провел рукой по ткани, стирая толстый слой пыли. Под полотном что-то скатилось, и тихонько брякнув, ударилось о мраморную плиту у его ног.       На полу лежал красно-синий камешек, с маленькой дырочкой, как раз такой, что бы можно было продеть нить или цепочку. Сэйя наклонился и поднял его. Даже в тусклом освещении факелов, было видно, как камень переливается цветами: от светло-сиреневого до багрово-фиолетового.       «Какой красивый» – подумал эльф, и снял цепочку с амулетом Евы, что бы прицепить находку. Но его взгляд быстро приковал к себе гобелен. На очищенном, от пыли полотне, красовалось Древо Жизни. Такое прекрасное, такое родное. Заставляющее вспоминать о зеленых лесах, о дорогом эльфийском доме. Казалось бы, Сэйя покинул его совсем не давно, но тоска по дому и желание вернуться обратно, переполняли его. Он словно погружался в нерадостный сон, полный печали. Неожиданно, руку обжег пронзающий холод, приводя эльфа в чувства. Амулет Евы излучал еле заметное голубое свечение и Сэйя поспешил надеть цепочку с кристаллом обратно. Хандра прошла. Чтобы удостовериться, он еще раз взглянул на гобелен. Ничего. Тоска отступила, и эльф понял, что это были вовсе не его желания, а эльфийских воинов, сложивших здесь свои головы.       – Тяжелое место для светлых эльфов. Столько страданий и темной магии витает в воздухе, – печальный голос Тианувиэль раздался у самого уха.       От неожиданности эльф подпрыгнул.       – Святая Ева! Нельзя же так пугать! – воскликнул Сэйя.       Эльфийка улыбнулась краешком губ, явно довольная, что застала эльфа врасплох.       – Что ты тут делаешь? – изумился эльф.       – Солнце село, – заговорила Тианувиэль, словно оправдываясь. – Сумрак начал сгущаться, поэтому я решила найти ... – но договорить она не успела.       В соседнем коридоре послышались шаги. Тианувиэль медленно повернула голову и с ужасом в глазах посмотрела на друга. Сэйя жестом приказал ей молчать и оставаться на месте, сам же тихо прошагал к краю стены.       К залу приближалось не меньше дюжины орков. Это были приземистые, не выше человека, а то на две головы и ниже создания, довольно плотного сложения, с толстой кожей зеленого цвета; их тела покрывали грубые доспехи, в руках блестели кривые клинки, а на лицах играли неприветливые улыбки с обнаженными острыми клыками.       – Орки Туманных гор, – одними губами проговорил он Тианувиэль.       Страх и удивление застыли на лице эльфийки. Нельзя сказать, что встретить орков Кабуу – редкость, но дальше лесов они уходили весьма нечасто.       Давно раса орков, как и раса эльфов подверглась распаду. Часть орков сохранили свою честь и достоинство, другие же стали низшими существами, как Орки Туманных гор. Они вели дикий образ жизни, нападая и грабя мирных путников, а частенько не брезговали и полакомиться их костями.       В несколько прыжков Сэйя пересек зал, схватил Тианувиэль за руку, и потащил в противоположный проход.       – Нужно выбираться от сюда, пока нас не заметили, – проговорил он как можно тише.       Тианувиэль одобряюще кивнула и друзья помчались со всех ног. Они проходили коридор за коридором, а выхода все не было видно. Казалось, что они бегают кругами – уж очень темные проходы походили друг на друга. «Неужто заблудились?» – мелькнула тревожная мысль в голове эльфа. И словно отвечая на немой вопрос, до них донесся прохладный ветерок. Эльфы приободрились, ускорили шаг, и вскоре вышли к высокой арке, сквозь которую сочился блеклый свет луны.       Друзья выбрались наружу, жадно вдыхая свежий воздух. Но радость быстро улетучилась, когда они обнаружили, что рюкзаки с продовольствием исчезли.       – Я оставила их у этого столба, – клялась опечаленная эльфийка. Она и представить не могла, когда отправлялась на поиски друга, что в такой глуши найдется кому своровать их припасы. – Должно быть орки их забрали, – предположила Тианувиэль и виновато посмотрела на эльфа.       – Тогда это объясняет, зачем они забрались в крепость. Не думаю, что еда в рюкзаках их порадовала, а вот мысль о том, что где-то поблизости бродят столь аппетитные и вкусные их владельцы – вполне.       – Думаешь они искали нас? – воскликнула испуганная эльфийка.       – Думаю да, – отозвался эльф. – Хорошо, что кинжал и мешок с монетами остались при мне, – он похлопал ладонью по маленькому кожаному мешочку, привязанному к поясу.       – Сейчас главное добраться до Глудио. Там мы будем в безопасности, и сможем получить кров, да пищу, – продолжал эльф.       – Элокира баветор загилан… – неожиданно зашептала эльфийка.       Сэйя не понимал этого языка, но сразу же узнал древнеэльфийский. На нем уже Больше тысячи лет как никто не говорил, разве что эльфийские маги и целители, использующие его для заклинаний.       Ветер струями скользнул вдоль рук Тианувиэль, собираясь в едва уловимый, для обычного взора, воздушный шар. Он покорно завис перед заклинательницей, ожидая дальнейших указаний.       Это была первоначальная, не сильная магия, но Сэйи была не подвластна даже она.       Наконец эльф заметил темные силуэты – орки выбирались наружу.       Сэйя резко схватил Тианувиэль за руку, сбивая ее заклинание – шар исчез. Она ошалело посмотрела на него.       – Они нас не видят, – пояснил эльф.       Когда друзья выбрались из крепости, было уже темно. Ночь сыграла им на руку, спрятав от врага. Орки не обладали столь ясным взором, нежели эльфы, а магия Тианувиэль могла выдать их расположение. Им ничего не оставалось кроме бегства. Два юных эльфа, которые знакомы только с элементарными основами боя, не были равными противниками дюжине орков.       Осторожно перебираясь от дерева к дереву они тихо удалялись от губительного места.