Когда она поняла, что ей нужно
6 июля 2015 г., 14:24
В библиотеке она тоже ничего не нашла. Всё, что касалось перемещений во времени подразумевало использование Маховика Времени. Но Гермиону успокаивало, что она пока не добралась до Запретной секции и, возможно, там что-то найдёт. Девушка склонялась к тому, что сам предмет роли не играет и на него просто наложено заклинание, которое и переместило её сюда.
Но легче от этих мыслей не становилось и вечерами её одолевала истерика. Она уходила куда-нибудь, где не появляются студенты, и ревела часами напролёт. В голове возникали страшные мысли о том, что теперь она навсегда останется здесь и умрёт до своего настоящего рождения, а значит — изменит кардинально всё будущее. И почему-то именно в плохую сторону.
Напрягало её ещё и то, что ей так и не удалось уговорить профессора Дамблдора перевести её на Гриффиндор, поэтому каждый день ей приходилось возвращаться в подземелья, где мало кто с ней разговаривал. Особенно девочкам, с которыми жила, доставляло удовольствие игнорировать её. Всё дело, конечно же, было в том, что она магглорождённая. Но были здесь и свои плюсы.
Она старательно избегала какого-либо общения с Риддлом уже почти неделю, хотя это было сложно. У Гермионы создавалось впечатление, что он следит за ней или преследует, ведь где бы она не оказалась, то там и он был тоже. При этом, когда он думал, что она не замечает, Том смотрел на неё. Лицо у него в этот момент было совершенно расслабленно, без намёка на презрение или дурные мысли.
Чтобы это могло значить? Гермиона даже и представлять боялась, поэтому просто отгоняла от себя дурацкие мысли. Но при этом сама старалась приглядывать за ним, пыталась выявить у него слабые стороны, понять, что его интересует, а самое главное — она следила за тем, как он общается с другими слизеринцами, в том числе — с чистокровными.
Её так и мучил вопрос: «Как же ему удалось завоевать не только такое доверие, но и веру в то, что его мнение является единственно верным?» Но ответа на него и многие другие пока не находила, потому что при общении со своими друзьями Том больше молчал и слушал, зачастую открыто показывая отсутствие интереса к обсуждаемой теме. Удивительно, но уже сейчас он проявлял власть над другими. Гермионе было от этого очень противно.
Расписание он, кстати, ей так и не дал, поэтому девушке пришлось переписать его у девочки, которая более-менее положительно к ней относилась. Видимо потому, что тоже была магглорождённой.
Учиться было совсем не сложно, все задания давались ей очень легко. Она быстро освоилась на уроках и усваивала новый материал, которого было не так уж и много. В общем, как отметила для себя Гермиона, программа не сильно отличалась от той, что проходили они. Разве что не было уделено должного внимания Защите от Тёмных Искусств. В большей степени изучались рядовые защитные заклинания и способы избавления от вредоносных существ типа садовых гномов и боггарта.
Однажды на ЗоТИ дали интереснейшее задание, которое, как надеялась Гермиона, заставит сокурсников уважать её. Профессор Вилкост задала, чтобы студенты самостоятельно нашли интересные и полезные заклятия, которые помогут им защититься, и на следующем уроке продемонстрировали их в действии. Над данным заданием Гермиона даже не задумывалась и сразу решила, что покажет своё умение вызывать Патронуса, потому что данное заклинание не входило в школьную программу, даже некоторые взрослые волшебники не владели им. Именно поэтому предстоящего урока она ждала с нетерпением и, быстро пообедав, отправилась к кабинету, в котором проходили занятия.
Зайдя в класс, она села на своё место и принялась ждать, когда же начнётся урок.
— Добрый день, дети, — поприветствовала их профессор Вилкост. — Начнём наш урок с проверки домашнего задания, но сразу хочу вас предупредить, что сегодня продемонстрировать свои способности успеют не все, так что кто не готов, те могут исправиться к следующему разу. Итак, начнём. Есть желающие?
Гермиона не стала поднимать руку первой, решив, что нужно сначала посмотреть на подготовку других.
Первой вышла Мариэлла Фрост, миловидная девушка с длинными русыми волосами, которые всегда аккуратно и элегантно были собранны в пучок. Её отец был магглом, но при этом очень богатым. Если верить слухам, он работал во главе какого-то крупного банка в Лондоне, поэтому Мари, как все её называли, была «в тусовке» факультета. Правда, отличительными способностями девушка не выделялась, поэтому всё, на что она была способна, это лишь обычный Щит от заклятия.
Следующим за ней вышел Альфард Блэк, старший брат Ориона. Он по каким-то причинам держался подальше от Тома и его компании, но при этом со всеми имел хорошие отношения, что было ему положено по статусу фамилии. Гермиона ему тоже симпатизировала, но лишь по одной причине: Альфард был почти точной копией Сириуса. Именно поэтому, когда она видела своего нового сокурсника, то всегда тепло ему улыбалась. Он, кстати, продемонстрировал достаточно успешно Экспелиармус, что тоже является достаточно сложным заклинанием.
Гермиона вспомнила как долго они учили его, когда Гарри согласился обучать их Защите. От размышлений её вырвал голос преподавателя:
— Мисс Грейнджер, не хотите ли вы показать нам своё заклятие?
— С удовольствием, — парировала Гермиона и вышла вперед на тренировочную площадку.
Закрыв глаза, девушка представила сразу несколько событий, которые пусть пока и не сбылись, но она верила, что так и будет: возвращение домой и победа над Волан-де-Мортом. Гермиона открыла глаза и посмотрела прямо на Тома, который, улыбаясь, смотрел на неё, и произнесла:
— Экспекто Патронум!
Из палочки девушки тут же вырвалась светящаяся выдра. Класс в тот же момент издал шумок удивления, а кто сидел на первых партах — тут же отпрянули назад. Выдра сделала несколько кругов над классом, а затем опустилась перед Риддлом и растворилась в воздухе.
Девушка победоносно улыбалась, зная, что произвела должный эффект. Это, как минимум, можно было прочитать во взгляде Риддла, который просто не верил своим глазам.
— Мисс Грейнджер, это великолепно! — зааплодировала профессор Вилкост.
Её поддержала добрая половина студентов, в том числе и сам Том. И это означало полный успех.
— Спасибо, — смущенно ответила Гермиона.
— Но где вы научились вызывать Патронуса? Это является высшей чистой магией, которую могут осилить не все волшебники.
— Меня научил этому один мой друг, его зовут Гарри, — она вновь посмотрела на Тома и добавила: — Гарри Поттер. Я уверена, что некоторые из вас ещё услышат это имя.
— Ну что же, это и правда невероятно. Тридцать баллов Слизерину!
Гермиона торжествующе вернулась к своему месту.
***
Сначала он не поверил, что у неё получится, но потом, когда увидел как из её палочки вылетела выдра, был просто в шоке. Ранее он не углядел, чтобы у кого-либо получилось это заклинание, тем более у его сверстников. Том сам как-то пытался вызвать Патронуса, но у него совсем ничего не получалось, даже голубой огонёк не загорался на конце палочки. В таком же случае как получилось у неё? Ведь она училась раньше дома. Не могла обычная девушка из семьи магглов освоить самостоятельно такую сильную магию. И пусть даже если ей кто-то помогал. Том сидел и смотрел на Гермиону, нахмурившись, а когда она прошла рядом, то ему даже захотелось толкнуть её. Это была зависть, но он не признался себе в этом, назвав это чувство желанием быть лучшим во всём. А она тем временем улыбалась, как будто ему на зло, будто бы специально. И не важно, что улыбка её была невероятно красива — всё равно она злила его. Кстати, кто этот Гарри Поттер? Том первый раз слышал о таком человеке и понятия не имел о том, кто он такой. И какого Мерлина эта девчонка решила, что они ещё услышат это имя? — Том, ты видел? Вот это да! А эта Грейнджер оказывается не так проста, как кажется, — восхищался рядом сидящий Стью Джонсон. — Ага, — хмуро ответил Том. После урока все окружили Гермиону и расспрашивали подробности о том, как она научилась вызывать Патронуса, долго ли она этому училась и так далее. Том же лишь фыркнул и прошел мимо, не желая уподобляться этим идиотам. В гостиной было пусто: для Риддла это было только к лучшему, сейчас он не хотел никого видеть. «Здесь что-то не чисто, я уверен. Всё изначально было окутано сомнениями, а сейчас — тем более. Не верю я, что эта Грейнджер просто решила учиться в школе. Она здесь совершенно по другой причине. Надо узнать по какой», — Том не переставал думать о Гермионе, стараясь не обращать внимания на то, что его мозг постоянно рисовал её образы в голове. Он должен был не обращать внимания на эти чувства, они только помешают ему. Также юношу интересовала эта комната и то, что искала там Грейнджер. Задача, как он считал, была сложная, но выполнимая. Главное — найти подход и сделать первый шаг.***
— Грейнджер, привет! — её чуть передёрнуло от этого голоса, который она не ожидала услышать. Оторвав взгляд от книги, Гермиона посмотрела на Тома, который стоял напротив неё и мило улыбался, что было для девушки совершенно непривычно. — Можно я присяду? — не дождавшись её ответа, Риддл и сел на стул напротив. — Что читаешь? Гермиона сидела в библиотеке и пыталась вновь найти что-то про перемещения во времени. Она наконец добралась до Запретной секции, поэтому как только Риддл спросил у неё про книгу, то она сразу закрыла её, положив свои тонкие ручки на место, где было написано название тома, чтобы слизеринец его не прочитал. — Ничего особенного, — ответила она ему. — Я могу чем-то тебе помочь? — Вообще-то, да, — он подпёр руками подбородок и пристально посмотрел ей в глаза, от чего девушка смутилась. — Я вчера был поражен твоим Патронусом. Даже восхищен. Для студента нашего возраста умение вызывать телесный Патронус — огромная редкость. — Всё зависит не от возраста, Том, — произнесла она с нажимом на имя, — а от человека, который вызывает Патронуса. — Вот как? А откуда ты знаешь это? Он хотел загнать её в тупик. — Просто знаю. Читаю много, как видишь. — Это похвально, вот только откуда у магглорождённой может быть литература по такой высокой магии? «Чёртов придурок!» — негодовала мысленно Гермиона. — Кто хочет, тот найдёт. Ближе к делу, если оно есть. Разговорами ты меня отвлекаешь. — Я хотел попросить, чтобы ты научила меня вызывать Патронуса. Эта просьба стала для Гермионы полной неожиданностью и поэтому ответила она не сразу, судорожно пытаясь сообразить зачем это ему это нужно и как же ему отказать в этом.- — У тебя не получится. Как бы ты не старался, — первое, что пришло в её голову. — Почему же? «Думай, Гермиона!» — Мне так кажется! — Может быть, стоит попробовать? Я способный ученик. У меня высший балл в школе. — Почему же ты тогда сам не можешь освоить это заклинание? Теперь в тупике оказался сам Риддл. — Возможно, я делаю что-то неправильно? И хочу, чтобы знающий человек подсказал мне, что именно. Ты ведь тоже не сама научилась, — он оглянулся вокруг и, наклонившись к Гермионе ближе, тихо спросил: — А кто такой этот Гарри Поттер? И тут Гермиона вспомнила, что в порыве эмоций сказала о Гарри. Зря, ой, зря она это сделала. — Это... Это мой друг. Он тоже волшебник. И очень сильный. — Да? Странно, потому что я первый раз о нём слышу... Ну да ладно, тебе это же не так сложно? Пару занятий со мной, я о большем и не прошу. «Надо что-то делать!» — Я подумаю, — быстро сказала она и, собрав книги в кучу, быстрым шагом двинулась в сторону запретной секции. Пройдя достаточно далеко, чтобы её не было видно из общего зала библиотеки, Гермиона облокотилась спиной о стеллаж и выдохнула. Её сердце буквально вырывалось из груди от страха. Неужели он что-то знает или подозревает? Ведь Том Риддл явно не тот человек, который будет стараться завоевать внимание девушки, тем более грязнокровки. Гермиона помнила из рассказов Гарри, что мания чистой крови охватила Тома ещё в подростковом возрасте, поэтому она не верила ни единому слову этого человека. И знала причину, по которой у него не получалось вызвать Патронуса: его душа уже была чернее ночи, а в жизни не было ни одного счастливого момента. Именно поэтому Том Риддл никогда не сможет овладеть этим заклинанием. На миг Гермионе стало даже жалко его, ведь сейчас это был пусть и странный, но вполне успешный и перспективный парень, только если бы не его идеи и планы по захвату мира. И возможно, что если бы рядом был кто-то, кто смог бы показать ему добро, которое делается от всего сердца, то всё бы изменилось. И тут Гермиона даже дышать перестала от своих мыслей, потому что поняла, что именно она может всё изменить. Девушка быстро расставила все книги по своим местам и бегом бросилась по знакомой дороге до кабинета Дамблдора. Постучав в дверь, она тихонько открыла её и вошла в класс. Дамблдор сидел за письменным столом и проверял работы учеников. Его очки-половинки сползли почти на самый кончик его длинного носа и казалось, что они вот-вот упадут. — Добрый день, профессор! Мне нужна ваша помощь. — Здравствуйте, мисс Грейнджер, — он поднял на неё взгляд и чуть улыбнулся краешком губ. — Присаживайтесь. Гермиона прошла вперед и села за первую парту, прямо перед профессором. — Я хотела спросить. Маховик... Маховик Времени... При его использовании нельзя вносить кардинальных перемен в прошлое, нельзя показываться людям и так далее. Но здесь задействована в моём перемещении сюда другая магия, а моё прямое нахождение здесь, в том числе и наше с вами общение уже меняет ход событий. Что, если я постараюсь изменить будущее? Намеренно. Дамблдор слушал её внимательно, прислушиваясь к каждому её слову и отмечая для себя важные и ключевые моменты. Девушку явно беспокоило что-то конкретное, но что именно — он пока не знал. — Мисс Грейнджер, надо полагать, что вы не посвятите меня в то, что происходит в вашем времени и что именно вы хотите изменить? — Я бы очень хотела, сэр, потому что и от вас очень многое зависит, но тогда всё может стать точно непоправимо, потому что вы будите менять свои действия. А я... Меня, по факту, ещё нет, я ещё не родилась. Да что там, даже мои родители ещё не родились. И, возможно, мои действия не смогут причинить такого время происходящим в будущем событиям. Тем более, что я знаю всё наперёд и смогу подгадать что и как надо будет сделать. — Гермиона, я бы не стал рисковать на твоём месте, это слишком опасно не только для нас, но и для тех, кто доживёт до того времени, но и для... — Вы уже мертвы, — выпалила она на эмоциях. — Вы, профессор Дамблдор, в том времени, из которого я оказалась здесь, уже мертвы. Вас убили. Наступила тишина. Дамблдор, видно было, просто не знал, что сказать, пытаясь осмыслить сказанное девушкой. А Гермиона тем временем старалась изо всех сил сдержать слёзы, потому что перед её глазами встали все те, кто также, как и Дамблдор, были уже мертвы. — Гермиона, — от его голоса она вздрогнула. — Нельзя исправить то, что уже случилось. Можно лишь в будущем не допускать прошлых ошибок. Если я умру, значит — это моя судьба. И я готов принять это. Я не знаю того, что будет там, но уверен, что это будет правильно. — Нет. Всё это будет огромной ошибкой. И вы даже не представляете как всё будет ужасно. Я не могу этого допустить, — почти шепотом сказала она и, встав из-за стола, быстро выбежала из кабинета. Тома она нашла в гостиной. Он сидел в компании своих друзей, которые бурно спорили и смеялись. — Риддл, — позвала его Гермиона. Она не могла пересилить себя и называть его по имени. Компания сразу же притихла и с удивлением посмотрела на девушку. Том же поднялся и посмотрел на неё вопросительным взглядом. — Я согласна.
