Всего лишь договор

      Мысли Харди перемешались. Она не знала, что делать с этим дальше. Совершенно не понимала, стоит ли ей вообще здесь быть. Да и как она вообще могла думать, что она на своем месте, если она оказалась здесь буквально вчера. Совершенно не зная ни Эрдмана, ни его семьи, ни даже места в котором находится. Она чувствовала себя запертой в четырех стенах, хотелось даже убежать, словно та оказалась какой-то рабыней обстоятельств. Но она ведь и сама этому поспособствовала, сама решила пойти на этот уступок ради своего брата. Ей просто хотелось вернуться в прошлое, и все исправить: изменить свое решение и, может, как-то постараться повлиять на этот самый договор, что сейчас так сильно ограничивал ее свободу.       В какой-то степени она даже завидовала своему брату. Сейчас она чувствовала небольшую злость за то, что паренку дается все просто. Но злиться на это слишком долго она просто не имела права: она очень любила Нейта и всегда желала ему лишь счастья. Да, ведь и сама она сделала тот выбор, так что ради чего вся эта злоба? Ради самоутешения. Нет. Камилла поморщилась своим мыслям. Ей было неприятно лицезреть себя с такой стороны.       Брюнетка прогуливалась по просторному залу особняка. Она, казалось, была одна в этом колоссальных размеров месте. Там, где прежде было празднество, на удивление было тихо и безлюдно. Но что поражало больше: было хорошо прибрано. Камилла, что думала занять себя хоть чем-то, оказалась крайне недовольна таким положением дел. Однако вскоре она припомнила рабочее место, что она видела прошлым вечером. Вспомнила про коньяк, который вероятно был опустошен с прошлого вечера, но помимо того, вспомнила и о ноутбуке в той комнате. Мысль о том, что через него она сможет взаимодействовать с миром, от которого была затворена в этом поместье, немного помогла ей воспрянуть духом и отправиться поскорее к кабинету.       Столько мыслей завитало в голове сразу: надо было просмотреть ленту писем на почте, отправить резюме, правда, то придется переводить на немецкий. Впрочем она никогда не имела против Германии, просто порядки здесь были несколько другие, а значит, придется еще и проштудировать законы этого государства, но это были мелочи. Камилла сейчас обладала большим количеством сил, чувствовала огромное множество нитей возможностей, что кружились вокруг нее, и она решила активно начать за них подергивать.       Усевшись за компьютер, и изрядно за ним поработав, девушка так и не заметила как пробежали те часы. До глубокого вечера она читала информацию, переписывала резюме, и просидела какое-то время со словарем, чтобы освежить в памяти немецкий вокабуляр. От столь длительных посиделок за ноутбуком глаза начали опухать, а под ними образовались два, едва заметных, синяка. Она решила отложить работу с ноутбуком до следующего дня и отодвинула тот подальше от себя. Посидела с минуту откинувшись на спинку кресла и раскинув руки. Почувствовался голод. Только вот, где брать еду она пока узнать не успела, заказывать было бы очень дорого, вот и решила снова прогуляться по поместью, но уже с более конкретной целью. И если бы не это ужасное чувство голода, благодаря которому она выбралась из кабинета, то не услышала бы звонок ее телефона. Потому-то она заглянула в спальню перед тем как продолжить прогулку по особняку.       Звонили с неизвестного номера, даже больше: номер был не британский, а зарегистрирован в Германии, но кроме Эрдмана да его отца она, пожалуй, никого особо и не знала. Может кто-то из них? Она ответила, прижимая устройство к уху и покидая спальню, совмещая разговор и поиски еды. — Алло? — неуверенно проговорила девушка вслушиваясь в молчание исходящее из трубки. Лишь через некоторое время на той стороне провода заговорили на немецком языке, причем достаточно бегло, да и часть звуков проглатывалось, отчего ей было крайне сложно разобрать о чем идет речь, — Es tut mir leid, ich kann nicht verstehen, was Sie meinen. Sie sprechen zu schnell, — она говорила с явным акцентом и не очень уверенно, но хотя бы старалась сохранять грамматическую структуру. Впрочем, в этом не было ничего сложного: в отношении конструкции предложения английский и немецкий были очень похожи. Зато вот женщина, что говорила по телефону, поняла, что говорит не с носителем языка, а потому замедлилась и даже большее — стала говорить на английском. — Здравствуйте. Вы Камилла Харди? Жена Эрдмана Шмидта? — с какой скоростью распространялась данная информация незнакомым ей людям, поражало ее воображение, и все же брюнетка, хоть и удивившись слегка, но ответила достаточно спокойно. — Да, это я. Что-то случилось? — Не могли бы вы подъехать в офис и забрать Эрдмана домой? Он сегодня не очень в духе. Вы умеете водить машину? — Да, умею. Простите, не могли бы объяснить, что же все-таки случилось? — непонятно отчего, но Камилла как-то перепугалась, волнуясь и думая, что могло случиться что-то страшное. — Это не телефонный разговор. Пожалуйста, просто приезжайте. Я продиктую вам адрес, — образовалась тишина. Камилла поняла, что от нее требуется и в срочном порядке начала искать то, на чём можно писать, да и чем собственно. Ничего не найдя в проклятом главном зале, она снова вернулась в кабинет, буквально побежала туда, чтобы не сильно задерживать ту женщину. Но та молча ожидала утвердительного ответа, и не мешала зеленоглазой в поисках. И вот, ей удалось отыскать карандаш в специально отведенном для того футляре, а вот лист бумаги отыскать ей как-то не удалось. Книги в шкафу со стеклянными дверцами портить не хотелось, и она придумала альтернативный вариант. Она просто открыла ноутбук, создала новый текстовый блокнот, и устало, даже чуть запыхавшись заявила о своей готовности. Прозвучал адрес, который она быстренько отстрочила на кловиатуре пальцами, а затем женщина добавила: — Да, и возьмите, пожалуйста, ноутбук. Это личная просьба Эрдмана. Спасибо вам. — Я ничего же не сделала. Не за что. Я скоро буду, до свидания, — быстро протараторила Камилла и услышала гудки.       Что-то сейчас перемешалось в ней. Она даже как-то с минуту стала в панике гулять по кабинету. Немного нервничала, но все же собралась с мыслями, решительно схватила ноутбук, и направилась в спальню. А добравшись дотуда, и открыв плотяной шкаф, удивилась, что там есть подходящая одежда для выхода на улицу. Она быстренько одела на себя более привычные джинсы для таких вот внезапных ситуаций, бордовую кофту, обтянула черным поясом, надела черные, наиболее подходящие для прогулки туфли, хотя и знала, что туфли скорее нужны были для красоты, но иного она ничего здесь и не нашла. Потому выбор пал на те, каблук которой был наиболее коротким. Даже пальто откопала женское, которое взяла, даже не обдумывая. На улице, вероятно, было холодно, а потому она то его и одела, укуталась шарфом, после чего была полностью готова к выходу. Оделась она быстро, буквально за пять минут, краситься не стала, да и чаще всего ей это даже не требовалось: она была достаточно симпатичной, и если дело до того доходило, то делала это лишь по мелочам. Сейчас же, не было никакого смысла краситься, а потому попросту как можно скорее покинула особняк, вложив телефон в карман пальто, и зажав подмышкой ноутбук. Только вот машины то и не было здесь. Значит, вызывать такси?       Так она и сделала, а прибавив, что заплатит двойной тариф, такси подъехало намного быстрее чем предполагалось. Не жалея сил и средств, она сразу отдала таксисту деньги за дорогу, и попросила, чтобы тот быстрее направился к пункту назначения. В дороге девушка просто смотрела в окно, ни о чем не думая, единственное чувство что мелькало в ее сердце, была ответственность. Она не понимала ее природу, не понимала, что испытывает это чувство к Эрдману, но она была уверена в том, что так надо. Что надо ему помочь, какой скотиной бы тот не был. Это попросту было бы человечно.

***

      Она стояла перед дверьми высокого сооружения, вход в которое был разрешен разве что по пропускам. Но вместо пропуска она набрала тот номер, на который ей довольно скоро ответили, попросили передать охране трубку, и те, не задавая лишних вопросов, но при этом как-то насторожившись, пропустили девушку. Далее ей продиктовали на какой этаж подняться и куда направиться после.       Камилла следовала инструкциям, поднялась на пятнадцатый этаж, выбралась из лифта в опустевший офис. Освещение было слабым, но в одном из кабинетов ярко горел свет. Дверь была закрыта, но по белесой полоске под дверью было несложно определить, что внутри были люди. Камилла поняла что ей нужно именно туда, а потому направилась к источнику света. Распахнула дверь, а там… Там были двое: женщина, что протирала глаза, и устало расположилась в кресле, что-то отрывочно говоря второму человеку, коим являлся блондин, державший в руках какую-то бутылку, и что-то нервно поясняя. Только вот когда Харди вошла в комнату, все сразу стихли.       Женщина довольно глянула на Камиллу, а Эрдман, как-то нервно дернулся, но все оставался в этой позиции: рука согнутая в локте и держащая бутылку со спиртным, да прямая осанка. Правда, волосы его были растрепанны, да в придачу казалось, что его немного покачивает из стороны в сторону. Когда девушка вошла, он уселся на подоконник, поставив на него же бутылку и просто смотрел на нее своими немного затуманенными глазами. Женщина же провела рукой по волосам и смело сообщила: — Присаживайтесь, мисс Харди...