Rainy Spell (Сезон дождей)

Несмотря на сезон дождей, на протяжении нескольких дней осадков не было. Благодаря тому, что лагерь располагался в глубине леса, было не так душно. Присоединившихся утром 6 человек представили остальным. Крис распорядился, чтобы каждый из них вышел вперед, назвал свое имя и кратко рассказал о себе. Минсок, разумеется, смог разобрать только имена. Он стоял в самом конце в тени дерева, пытаясь разглядеть и запомнить их лица. Рядом с Крисом стоял Лэй, а позади них – Лухан и Чен. Минсок смутно ощутил, что что-то не так, он склонил голову, но никак не мог понять, что именно отличается от прошлого раза. Лухан невозмутимо смотрел вперед с отсутствующим выражением лица. Казалось, Минсок давно не видел его с таким выражением, поэтому он поднял глаза на него снова. До ушей донесся спокойный низкий голос Криса, который заканчивал собрание.

***

Минсок пропустил всего один день раздачи еды, однако этот день показался ему неделей. Не зная толком, будет ли на него сердиться Хван аджощи, который был главным по раздаче, Минсок вошел в столовую. Хван аджощи сидел, оперевшись на подоконник и, жуя в зубах сигарету, протянул Минсоку пустой стакан. Тот разобрал шутливый тон, который мог означать лишь один вопрос: «Ну и где ты был вчера?», поэтому стыдливо опустил голову. Он так и не привык к китайской речи, даже несмотря на, то что так усердно учил новые слова. Но когда он слышал их с присущими китайскому языку разными интонациями и ударениями, то все равно ничего не мог разобрать и постоянно переспрашивал по нескольку раз. Он с трудом понимал эту речь, а кроме того, и сказать мало что мог, потому и едва ли сумел бы оправдаться в этот момент. Хван аджощи увидел виноватое лицо Минсока и, засмеявшись, указал на панчаны. Это означало, что Минсок сегодня будет раздавать закуски. Ему было так стыдно, что он прогулял один день, что он еще с большим рвением стал выполнять назначенную ему работу. Он смотрел в глаза и улыбался каждому, с кем столкнется, но тут его взгляд зацепился за знакомое лицо. Это был Лэй. Не сумев скрыть покрасневшего лица, он спешно стал помешивать панчаны. Лэй, увидев это, громко рассмеялся. - Спасибо. - А? За… за что? - Я слышал, ты переехал? - А…Это… Ну… - Спасибо, что исполнил мою просьбу. Боже, как быстро распространяются слухи, - пришло вдруг в голову Минсоку. Видя, как он не может найти себе места от волнения, Лэй широко улыбнулся и молча двинулся дальше. Следом за ним в очереди стояли вновь прибывшие. Лэй повернулся к ним и спокойным тоном стал объяснять, как устроена система подачи и приема пищи в столовой, судя по тому, что он то и дело показывал то на чаны с едой, то на места за столами. Темноволосый юноша, который казался у них главным, внимательно рассмотрел Минсока, а затем приблизился к Лэю и что-то спросил. Последний на мгновение задумался, а затем ответил ему. Юноша еще раз посмотрел на стоящего в нерешительности Минсока, затем кивнул и двинулся с места. Минсок понял, что речь шла о нем. Следом объявились Крис и Чен. Крис почтительно посмотрел на Минсока, а затем, загадочно улыбнувшись, занял свое место. Чен же, получив свою порцию панчанов, смерил Минсока серьезным взглядом и сказал: - На меня смотри. Услышав, что он немного занят для разговоров сейчас, Чен безапелляционным тоном заявил: - Тогда сегодня перед сном жду тебя в своей комнате. И засеменил следом за Крисом. Лухан, что же ты ему такого наговорил, - подумал Минсок и тяжело вздохнул. Лухан же неожиданно материализовался практически к концу обеда. Неизвестно, что он делал до этого, но лицо его покраснело, и пот лил с него ручьями. Минсок почувствовал на себе его легкое прикосновение. На его лице не осталась и следа от того отсутствующего выражения, что было утром. Минсок ощутил покой от его смягчившегося взгляда. - 2 порции. - Ты настолько сильно голоден? - Нет, это на тебя и на меня. Даже от нескольких слов его сердце Минсока забилось чаще. На круглом лице засияла улыбка, которую невозможно было скрыть. В руках, держащих тарелку, появились силы. - Я ведь последний? – Лухан оглянулся, чтобы убедиться, что позади него никого нет. Минсок кивнул головой и положил панчаны в тарелку. Если счастье существует, неужели оно выглядит именно так? Ведь от одного присутствия Лухана в этом месте сердце Минсока наполнилось радостью – тем чувством, которое, как ему казалось, он не в силах испытывать в подобном месте.

***

Минсок сел в углу столовой рядом с Луханом, и они стали обедать. - Водишься с дядьками – вот и ешь так же неаппетитно как они. Разве ж так еда усвоится? – с аппетитом уминая еду, сказал Лухан. Минсок подумал, что он действительно очень вкусно ест. Мы обедаем вместе. Для Минсока имело большое значение то, что скрывалось за этим обоюдным действием. Ведь до сегодняшнего дня он всегда ел молча и в одиночестве, окруженный чужими людьми, говорящими на чужом языке. Он находился в одной комнате с этими людьми, но не вместе с ними. Он считал их хорошими людьми, но не зная, о чем они говорят, Минсок чувствовал себя отщепенцем. Постоянно наблюдая за тем, как обедают Чен с Крисом, он чувствовал уколы зависти. В голове крутились моменты, как в Корее он часто обедал с друзьями. Минсок, задумавшись, теперь просто наблюдал за Луханом, который поглощал свой обед. Тот, не жуя, проглотил ложку похлебки и, схватив палочками панчан, вдруг замер и посмотрел на Минсока. - Чего не ешь? - А? Ем. Минсок растерялся и быстро проглотил ложку супа, но обжегшись, стал махать рукой, пытаясь погасить пламя во рту. Лухан, увидев это, хихикнул. - Как же ты все-таки похож. - На что? - На готовый баоцзы. Минсок надулся, а Лухан еще громче рассмеялся. - Осторожно, китайская еда очень горячая. Минсок кивнул.

***

Прохладный ночной воздух объял лагерь. Они задернули шторы и включили свет. Тусклый оранжевый свет мягко ложился на предметы в комнате. Лухан не мог сказать Минсоку, что они перебираются вглубь леса. Он лежал на кровати и держал его за руку. Он лишь сказал, чтобы Минсок собрал вещи и был наготове, так как в скором времени планируется передислокация лагеря. Минсок, конечно, спросил, куда именно, но все, что смог выдавить из себя Лухан, было: «Пока не известно». Минсок собрал нехитрые пожитки и сказал, что это все его вещи, а затем заглянул в сумку еще раз. Перебрав вещи, он убедился, что все на месте. - Вообще-то, изначально там было много одежды, а также несколько памятных вещей и сувениров, но меня ограбили, и это все, что осталось. Его жалобный голосок звучал очень мило. - А это что? На глаза Лухану попалась небольшая книжечка в кожаном переплете, упакованная в виниловый пакет. Потертости на углах и выцветший голубой оттенок свидетельствовали о том, что книжкой часто пользовались. Вытащив ее из пакета, Минсок усмехнулся. - Это дневник. Но ты не смотри! Я пишу здесь обо всем, что со мной происходит. - Хм, личное? - Ничего такого… Просто отрывки о жизни в Корее, о друзьях и тому подобное, но все же… - Я понял. Лухан слегка кивнул. В любом случае, если бы он захотел, он мог в любой момент до нее добраться. К тому же, он бегло читал по-корейски. Однако его собственные воспоминания о Корее лежали совсем на поверхности, и он не хотел их лишний раз нарочно тревожить. Как бы там ни было, в этом дневнике лишь тоска о Корее. Лухан наблюдал, как Минсок прячет дневник вглубь рюкзака. Он уедет в Корею, даже если это займет чуть больше времени, ты ведь знаешь? В голове стучали слова Чена. Он ответил, что знает, однако на самом деле это было тем, о чем он просто запретил себе думать. С первой их встречи вероятность того, что Минсок когда-либо сможет вернуться в Корею, была ничтожно мала, и Лухану нравилось так думать. Если когда-то эта вероятность и не стремилась к нулю, то в самом начале, когда Лухану стоило бы пренебречь опасным положением и любыми способами вывести Минсока из леса. Однако теперь обстоятельства изменились в корне, и стоило это признать. И хотя Минсок ничего такого не говорил, но каждый раз, когда разговор касался Кореи, на лице его возникало неописуемое выражение. Взгляд его становился отрешенным, словно он прямо сейчас исчезнет из жизни Лухана, с головой нырнув в те призрачные воспоминания о былой жизни. Я должен отправить тебя в Корею. Лухан прикусил нижнюю губу. Да, здесь был Лухан, но в Корее у Минсока осталась семья и друзья. Если поставить это все на чаши весов, то безусловно вниз потянет вторая. Лухан не хотел этого признавать, но ему ничего не оставалось, кроме как констатировать тот факт, что он должен отправить Минсока в Корею. Однако как бы там ни было, Лухан не мог отправить его лишь при условии окончания войны. Они должны были победить в этой войне, и тогда Лухан сможет отвезти Минсока куда угодно. Но для того, чтобы победить… Переполненная мыслями голова затуманилась. У места, куда собирались передислоцировать лагерь, было много неблагоприятных факторов. Тылом служила отвесная скала, что при атаке отрезало путь к отступлению. То, что с обеих сторон располагалась долина, облегчало поиски воды, но именно журчание воды затрудняло предупреждение внезапной атаки. Крис тоже понимал это, но ему нужен был грамотный план. Минсок, который на секунду отвлекся от собирания вещей, чтобы задуматься, не забыл ли он чего, приблизился к Лухану и склонился к нему: - Что случилось? У тебя испортилось настроение, потому что я сказал, что это секрет? Лухан не ответил, лишь тихонько потрепав его за щеку. Он схватил ничего не понимающего Минсока и легонько поцеловал. Не привыкшие к чужому вмешательству губы слегка приоткрылись в поцелуе. Словно от маленького ребенка, от Минсока веяло спелыми фруктами и не верилось, что они с Луханом ровесники. Минсок затаил дыхание от неожиданного поцелуя. Розовые губы заалели. Как только рука Лухана, придерживающая его за затылок, опустилась, Минсок вдруг попятился назад: - Я, я пойду схожу к Чену. - Сбега́ешь? - Нисколько! - покрасневший Минсок в мгновение ока скрылся за дверью. Ну вот как я могу его отпустить? – рассмеялся Лухан. Минсок неожиданно вернулся так же быстро, как и исчез. Лухан укладывал вещи, когда обернулся на его приход. Дыхание у Минсока было сбито, а в руках он держал маленький бумажный пакет. - Что? Вы были соседями всего лишь месяц, и он преподнес тебе прощальный подарок? Не могу поверить… Что это? - О, оо… о? А, нет… Это… Это… - Что это? Лухан быстро перехватил пакет. Минсок изо всех сил противился ему, однако Лухан заметил: - Даже если ты сейчас мне его не отдашь, я спрошу, что там было, у Чена. Минсок с потухшим вглядом кивнул: - Ну да, точно…, -и собрался выйти наружу, как Лухан перехватил и его. От легкой перепалки, пакет наполовину приоткрылся. - Что такое ты получил, что так реагируешь? Когда он открыл пакет, то обнаружил внутри три маленькие коробочки и непрозрачную жидкость в такой же маленькой бутылочке. На Лухане не было лица. Минсок пропищал еле слышным голоском, что Чен сказал, что это попросил ему передать главнокомандующий. -Мда… Он настолько дьявольски смекалист, что даже в таких вещах его догадливость… так и прет без надобности. - Вот поэтому… Я не хотел, чтобы ты видел. - Так или иначе использовать это нам обоим – как не видеть-то? Этот настолько очевидный ответ, словно ударил Минсока под дых и выбил почву из его ног – его скрутило, как от внезапной боли в животе. Так же было понятно, что на самом деле, это было заботливо выделено из собственных запасов. Три пачки презервативов и лубрикант. Лухан хихикнул: - Сразу все используем? Немедленно? Минсок с едва ли не плачущим лицом пробормотал: - Серьезно? Даже это выражение лица было настолько милым, что Лухан снова рассмеялся. Как я могу отпустить это? – в голове мысли сменяли друг друга. Лухан крепче обнял Минсока.

***

Через два дня вернулся разведывательный отряд. Оказалось, что процесс передислокации возможен в разы быстрее предусмотренного плана. Из главного штаба пришел приказ остановить поиски и принять вариант Тао. Одновременно с этим поступил приказ о передислокации. Подготовка к перемещению находилась в самом разгаре. Все палатки должны были быть собраны, а в столовой и душевой разобраны устройства для подачи электричества и воды. Чен сказал, что Крис отдал приказ выдвигаться через два дня. Лухан был чем-то занят и, оставив Минсока на Чена, куда-то исчез. Минсок под расстроенные голоса людей, застилал одеяло в углу комнаты. Чен подошел к нему и уселся рядом. Минсок подумал, что он оценивает масштабы понесеннего им ущерба. Свет от единственной лампы был настолько слабым, что невозможно было разглядеть, что надето на собеседнике. Чен сказал, что им предстоит тяжелый путь и пожелал было спокойной ночи, но Минсок осторожно спросил его: - Куда мы теперь? Как все будет? - Сложно сказать точно. В любом случае, завтра я последую за Крисом. А ты станешь одной командой с командующим и Луханом. - С командующим и Луханом? Разве это не одно и то же? - Я же говорил тебе учить китайский усерднее. От его назидательного тона Минсок, казалось, уменьшился в размерах. - Я учил, но все равно плохо понимаю, - пробормотал он в ответ. Он разбирал слова кое-как, но точное понимание по-прежнему оставалось сложным заданием для него. - В прошлый раз на собрании разве не заметил? Теперь Лэй командующий отрядом. Лухан понижен в должности. Какая разница, честно говоря, что Лэй, что Лухан оба хороши в этой области. - Понижение? - Он отделился от группы и поздно вернулся. Дело было серьезным, поэтому избежать наказания не удалось. Минсок потерял дар речи. Этого он никак не мог себе представить. За два дня, проведенных вместе, он не заметил ни тени грусти в поведении Лухана. Наверняка, он очень сильно переживал по поводу понижения в должности, и Минсок вдруг ощутил укоры совести за то, что не заметил и не смог как следует утешить его. Увидев резко помрачневшего Минсока, Чен заговорил: - Не грузись. Потому что Лухан тоже особо не парится. В любом случае, мы сейчас передвигаемся, а значит, поделимся на группы и пойдем разными путями до точки назначения. Даже если я назову тебе ее, ты все равно не знаешь, где это, поэтому я не буду. По пути тебе все объяснят. Кстати, ты очень хорошо укладываешь вещи. - Ага, - коротко кивнул Минсок в ответ. Нужно было вставать на рассвете, и он приложил все усилия, чтобы заснуть, но сон, как назло, не шел. Он хотел находиться рядом с Луханом. Они провели всего два дня, но не ощущать Лухана рядом уже стало непривычно. Аккуратный профиль, утонченные, но сильные руки… Как приятно было открывать глаза и видеть маленькое лицо цвета фарфора, по которому он уже скучал. В какой-то момент дыхание Чена стало ровным. Лагерь засыпал. Минсок немного поворочался, но тоже в скором времени заснул.