Younger Dreams

— Ты однажды доведёшь меня до белой горячки, Мэтт Уолст! — Брэдли верещал на весь дом. — Я сказал тебе не общаться с Сандерсоном не из вредности, а из стремления предостеречь, идиота кусок… Ой, Господь, прости. Старший Уолст был краснее померанца. Злость и отчаяние перемешались в нём. И ему было страшно за своего брата: что сделает с ним Нил? насколько они близки? чего ожидать? — Я решительно не понимаю, в чём проблема! Если ты не говоришь, чем мне грозит эта лю… — Мэтт запнулся, — любознательность, то это всего лишь значит, что ничего со мной не произойдёт, так что займись своим делом, Брэд Уолст. «Рассказать ему или нет? — Озадачился молодой человек. — Быть может, и не стоит говорить, ведь это может только разжечь огонь в нём… Что-то есть, и правда не спасёт. Но солгать? Грех ли, если я спасаю брата?..» — Мэтт, послушай… — хотел было начать Брэд. — Твоё время исчерпано. Я иду в библиотеку за книгой, которую мне посоветовал Нил. А потом я буду обсуждать её с ним, и ты ничего не сделаешь. Мэтт с шумом поднялся в свою комнату. Он хотел взять свой рюкзак, вспомнил про читательский билет. Но блондин упал на кровать так же скоро, как из его глаз начали литься слёзы. «Отчего всё так запутано? Почему он здесь, в моей жизни и откуда взялся? И что есть мы? Какая-то удивительная химия, которая ударила мне в голову. Зачем я плачу?» «Но вот он любит книги… Вероятно, у него есть что-нибудь. Надо сходить, — думал Мэтт. Он просиял от мысли побывать в гостях у своего нового друга. — И от чего я нынче плакал?» — Ты куда? — Голосом злого школьного охранника спросил Брэд. Он скрестил руки на груди и преградил путь брату. — В библиотеку. Нельзя? — Можно, если я с тобой. — Подмышки помой! — Прошипел Мэтт, и змеиным движением выбрался из комнаты, несмотря на преграду. «А этого он где нахватался?» Тут же Брэд выбежал вслед за своим братом. — Ты хочешь знать, почему все презирают Сандерсона? — Мне неинтересно. Мэтт уже стоял на пороге, но он услышал: — Он чуть не убил человека, которого любил и который не любил его. Лицо блондина сначала посинело, а затем побагровело от злости. — Да что ты говоришь? Чуть не убил? Так поверь мне, что в этом случае он — ангельское создание, потому что тысячи людей убиваются своими женами и мужьями. Ты видел эти лица на улицах? Видел? Эти бедные души прячутся друг от друга в парках, скверах и барах, потому что только там они могут из сокровенной шкатулки достать свои душевные пожитки! — Мэтт задыхался. — А о тебе я был лучшего мнения. Никогда не думал, что ты станешь мне так нагло врать ради своей выгоды. Младший Уолст выбежал из дома со скоростью света. Крики и слёзы пытались вырваться из тюрьмы самообладания, но сегодня Мэттью был хорош в сохранении спокойного выражения лица. Его брат был уверен, что подобное заявление заставит его задуматься. Он был прав, но только отчасти: Мэтт задумался над тем, почему на самом деле город не любил Нила. У него был ответ, но можно ли быть хоть в чём-то уверенным в этой жизни? На середине пути блондин понял, что бредёт в неизвестном направлении. Он ведь даже и не знает, где живёт Нил. И где же теперь этот голос из ниоткуда? Отчего бы ему не довести Мэтта до Нила? Уолст пытался сконцентрироваться и уловить хоть какой-то звук, но ничего, помимо детских воплей и машин, он не разобрал. Отчаяние разлилось по нему. Куда идти, что делать? Так скучно и одиноко ему не было уже давно. Хотелось пережить что-то значимое. Хотелось владеть чем-то значимым. Он отправился в сторону заброшенного здания.

***

— Эй, кто-нибудь? — Голос пронёсся галопом по зданию. — Энджи? Бледная фигура вынырнула из щели. Её лицо уже давно не выражало никаких эмоций, и маска равнодушия вросла в неё так же, как и её зависимость. — Какие гости… Чем помочь? Нил не знал, как начать разговор. Он сам едва ли понимал свою просьбу и её перспективность. — Ты не хочешь вернуться домой? Стеклянные глаза девушки сверкнули. Тонкая рука потянулась к его карману. Она достала пачку сигарет и закурила. — Домой? — С усмешкой спросила она. — А где мой дом? Его нет. Он украден, и ты знаешь кем. — Неужели тебе не надоело вспоминать одно и то же? Старая история стоит бесконечных страданий твоей семьи и тебя? — А кто страдает? Обо мне забыли все. И ты спустя два года решил вспомнить обо мне и проявить благородный жест. Отчего? Нил не мог ответить на вопрос. Почему он хочет помочь своей старой подруге? Неужели это плохо? Да, иногда люди пробуждаются позже. Но что их будит? — Я виноват перед тобой, но не в том, о чём ты постоянно говорила. Я никого не крал. Ты ведь смышлёная, ты знаешь, что человек — не игрушка. — Ты не виноват? О, да как же? Ты забрал у меня сразу двух людей: мою любовь, запудрив ему мозги, и моего лучшего друга, оказавшись подлецом. И у тебя еще претензии? — Её голос задрожал. Если бы она была достаточно здорова, то залилась бы краской, но её лицо оставалось бледным. «Отчего всем так нравится играть в жертву?» — пронеслось в голове Нила. — Хорошо, я виноват. Но зачем ты губишь себя? — А кто был тот молодой человек, с которым ты пришёл сюда? Он здесь сейчас? — Даже не думай о нём, — прошипел блондин. — Ах, я, кажется, поняла… — девушка царственно уселась на бетонную плиту и сложила руки на колени. — Тебя ненавидит весь город. И хороший мальчик… ты его не стоишь, верно? Но что же ты хочешь? Напомнить миру, что есть кто-то хуже тебя? — Она расхохоталась. — Обо мне в библии не писали, ты помни это. Я знала, что ты подлый, но не настолько, чтобы самоутверждаться за счёт кого-то другого. — Ты не так меня поняла, — раздосадовался Нил. Он понял, что его затея оказалась настоящей глупостью. Чего он добивался? Искупления вины? Или он действительно хотел увидеть человека, которого презирают ещё больше, чем его? — Джейн, мы с тобой чего-то стоим. Ты и я — мы не идеальны, но мы никогда не были этими лицемерами, которые учат других людей жизни. Помоги мне доказать им, что мы не посмешище… — Ты называешь их лицемерами, но жаждешь их одобрения? Я тебя не понимаю. Нил хотел сказать, почему ему нужно предстать перед его общество в положительном свете, но так и не нашёл нужных слов. — Нил?! Мэтт стоял, опешив. Он всё равно пришёл к нему. От этого ли он не слышал голоса, который привёл его к дому? В любом случае, ситуация была чудная, и никто не мог сразу сообразить, что нужно говорить и делать. — Какого чёрта, Мэтт?.. То есть… Что ты забыл здесь? — смутился Нил. — У меня тот же вопрос. Ты меня отсюда прогоняешь, но сам возвращаешься. Почему? — Ты ведь не думаешь, что я должен оправдываться перед тобой? — Он пытался говорить невозмутимым голосом, но вышло слишком мягко. Мэтту стало необъяснимо обидно. «Отчего он скрывает от меня что-то и прячется? Что он забыл в этом печальном месте? И с этой печальной девушкой? И с чего это я взял, что я, глупый и наивный ребёнок, нужен Нилу? У того своя взрослая жизнь, полная драм и приключений. Какое ему дело до ребяческих фантазий?» Дамба самообладания была близка к тому, чтобы оказаться снесённой истерическими рыданиями. О, эти пятнадцатилетние дети не умеют жить.! Показывать свою слабость нельзя, иначе быстрее окажешься в чьей-то власти. Но почему-то Мэтту хотелось дать знать, что ему плохо. Он выбежал из здания. В след ему девушка бросила: «Он и тебя уничтожит, птенчик!» Нил ринулся за ним. «Что-то случилось, и он хотел поделиться этим. Как он узнал, что я здесь? Кто-то ему растрепал…» Сандерсон окаменел от страха. Да, Мэтту не сложно будет догадаться о том, что он из себя представляет, но лучше человек поймёт это сам и проанализирует, нежели кто-то забъёт его светлую голову каким-то вздором. — Да куда ты бежишь, Мэтт? Остановись! Уолст намеревался не разговаривать больше с Нилом, но один его голос звучал как заклинание и овладевал душой. — Ты был там, чтобы принести наркотики, да? или забрать? Я думал, ты достаточно умный для того, чтобы не ввязываться в криминальные истории, но я ошибался. Ты от этого любишь фантастику? Может, ты её ещё и пишешь, когда употребишь? Нил был обескуражен подобным заявлением, но всё же успокоился: Мэтт ничего не знает. Оставалось только придумать, как объяснить ему своё присутствие там. Он понимал, что нет смысла лгать, но проблема заключалась в том, что он сам не знал, зачем пришёл туда.