Легенда о северном сиянии

"Ну и что мне ему сказать? Прости, но я спала целый год на краю мира"? Он подумает, что моими устами говорит злой дух, разрушая связи между нами. Почему нельзя и его память об этом времени сжечь в том огне пропасти?" - пока Хелена отчаянно взывала к мудрости, которая должна была открыться ей с даром переправления, она осматривала свой старый дом, в котором ей даже сейчас нельзя остаться надолго. Запахи аюка, перемешанные с кровью, были унесены ветром. Глаза не могли найти следы жизни. - А где пропадал ты? Похоже, никто не ждал меня здесь так уж сильно, если нет больше даже следов пепла, и запах смертоносной зимы - это единственное, что теперь ждет меня здесь! - закричала Хелена. Пробыть больше года неизвестно где и очутиться в заброшенном доме было слишком для неё. Слёзы быстро замерзали на ресницах девушки. Как и время. Ни брат, ни сестра не могли нарушить молчание, вызванное взаимными обвинениями. Унук первым поднял глаза на Хелену. - Думаю, нам нужно слишком многое друг другу объяснить, прежде чем теряться в криках человеческой беспомощности над временем. Но могу сказать одно - это больше не мой дом. Я оказался-то тут случайно... Моя жена попросила принести ещё шкур для утепления нашего каржима* из-за ребенка, который пока спит в её утробе. - Жена?! Когда мы в последний раз виделись, ты не был одарён великим чувством любви. Разве что к охоте. - захихикала Хелена. - Полтора года и смерть всей семьи могут поменять даже такого не одаренного высшими чувствами охотника. Всё же я настаиваю, чтобы мы пошли ко мне в дом. Тут слишком холодно, чтобы оставаться надолго. - с этими словами он вышел из заброшенного дома своей семьи. Хелена быстро последовала за Унуком. Её родная деревня разрослась с тех пор, как она в последний раз шла по ней к юрте старого Ангакука, которая стояла на холме на краю поселения. Она встречала знакомых, но никто не спешил подойти к ней или хотя бы сказать что-либо. "Видимо, я навсегда останусь для них той сбежавшей из Адливуна. Или они боятся, что я лишь тень, управляемая Амароком." В это время она заметила Имагми, с которой играла в детстве возле Великого Океана, пока отцы и старшие братья проводили обряды для того, чтобы Седна одобрила их поход за рыбой. Она попробовала помахать ей, но та лишь спряталась в игле, прижимая что-то к груди и унося звуки плача за собой. "Родился ребенок, и я прервала его посвящение в холод этой ледяной пустыни. Это не к добру..." - с сожалением подумала Хелена. Она догнала брата и прошептала: - Давай быстрее, пока наши соплеменники не достали копья для проверки моей телесности. - Осталось немного, принцесса замершего времени, - усмехнулся её брат - ну вот, проходи в тепло. Хелена увидела перед собой вход в типичный каржим, на котором был вырезан символ Игниртока. Она робко вошла в тёмную низкую комнату, где всюду висели шкуры и пахло стухшим мясом. - Не слишком уютно... Почему не привёл жену в наш дом? Там было бы достаточно тепло даже.. для ребёнка. - на этом слове Хелена запнулась. Увидев ребёнка старой подруги и услышав новость о появлении племянника, она особенно остро ощутила то, что теперь её место скорее под толщей воды, чем под горячим солнцем. - Я не хотел осквернять память о своей сестре. Это был только твой дом. Там повсюду были частички твоего духа. Первое время я ставил туда аюк или просто приносил багульник, ожидая твоего возвращения, но через год потерял надежду. Этот срок, который Седна определяет для очищения помыслов, казался мне достаточным для твоего возвращения назад. Горькие слёзы обжигали мои глаза сильнее старого ветра этой земли. И ещё... Вы с моей женой не сильно ладили до твоего исчезновения. Мне казалось, что дух справедливости - Игнирток - возненавидит меня и нашлёт проклятие на мой род. Я не сильно верю подобным вещам, за что получал угрозы от стариков нашего племени. Но ты верила. Вера сильна, когда силён дух. А ты была самой сильной... - Так кто твоя жена? - невеселым голосом спросила она. Хелена догадывалась, что это может быть только одна девушка из племени, но слишком уж безрадостной была бы эта новость. - Врагов у тебя было немного, моя светлая душа. Её имя освещает мне путь в ночной охоте. Инира... - мечтательно прошептал Унук. Но, увидев возмущение на лице сестры, прибавил: - Ты не знаешь её теперь. Она стала смиренней, светлей, и не думает о Паналыке... Она даже не плакала, когда он утонул! Может быть, тебе казалось, что она хотела будущего с ним? - с надеждой спросил брат. - Хорошо, раз ты хочешь надежды, я дам её тебе. Унук.. Я не могу обещать тебе, что всегда буду рядом. Но мне нужен брат, и родные небеса, и дом. - улыбнувшись, сказала Хелена. - Я думаю, что смогу позаботиться о тебе даже сейчас. Но где ты была?! - снова возмутился юноша. - Это слишком долгая история, Унук... Я была там, где солнце не может достать земли под ногами, где Боги ближе, чем всегда казалось, где лёд горит огнём или огонь разжигает оледеневшую воду самого Северного из морей. Где смертный ум погибает в схватке с загадками Высшего Мира. - грустно закончила девушка. - Я не так уж глуп, Хелена. Хотя ты и не привыкла к этому с детства, но я понимаю тебя. Я спрашивал о твоей судьбе у нового Ангакука. Его мысли и слова были туманны, а глаза светились презрением к моему любопытству, но он ответил, что твоя душа не присоединится к сияющему танцу до тех пор, пока не поможет ей моя самая далёкая дочь. Ещё он рассказывал мне что-то о судьбе дороги душ, но там не было имени "Хелена", и я не стал нагружать свой ум ещё и этим. Знаешь, эта мудрость у стариков граничит с гибелью их ума. - засмеялся Унук, но быстро вернул себе серьёзность - значит, он был прав... Хелена, я не знаю ничего о том, где ты была и куда направишься в следующий раз. И что-то подсказывает мне, что никто из нашей деревни не сможет даже приблизиться к пониманию твоей судьбы. Но помни, что для тебя я всегда здесь. Я готов помочь, даже если это будет стоить жизни этого мира и теплоты солнца. Или криков моей жены, - на этих словах брат Хелены снова повеселел. - Знаешь, я попытаюсь избавить тебя от этого испытания. Я рада, что ты до сих пор не забыл о том, что такое смех. - на этих словах Хелены её И’ноГо тиед замерцал тёплым светом. Унук прикоснулся к нему, но тут же со вскриком одёрнул руку. На ней появился ожог. - Заговор против воров талисманов? У каких шаманов училась? - с обидой в голосе сказал Унук. От его крика кто-то в дальнем конце комнаты зашевелился и встал с ложа из шкур. - Хелена?! Унук, зачем ты пустил этот страдающий дух в наш дом?! Ты хочешь подвергнуть наше дитя опасности?! - закричала диким голосом Инира. - Ну что же, тебе предстоит многое сказать, мой брат. На твоем месте я бы попросила помощи у высших духов красноречия, - подмигнула ему Хелена - и не забудь свое обещание о моей юрте.- с этими словами Хелена выбежала из каржима.

***

Темнота уже опустилась на деревню, превращая её дневную суету борьбы за жизнь в очарование огней наступающего сна. "Отлично, значит сегодня мне не предстоит больше объяснять никому моё отсутствие в этой жизни и неожиданное возвращение в неё." И’ноГо тиед освещал путь, растапливая снег на пути Хелены. "Слишком заметно..." - подумала девушка, но услышала уже знакомые звуки трескающегося под тяжестью ударов льда впереди. Она стремительно побежала туда и вскоре увидела Куйапу. Зверь был несомненно счастлив, если только он мог это чувствовать. Вокруг него были разбросаны недоеденные водоросли, на которых Хелена подскользнулась и упала прямо на своего нового друга. "Отлично, скоро ты станешь ещё более неуклюжей, чем Куйапа на льду..." - мысленно проворчала Хелена, вскарабкивась на него поудобнее. Зверь медленно попятился в сторону воды и с брызгами, замерзающими вскоре после своего падения в небо, устремился в темнеющую глубину владений Седны. На этот раз дорога была ещё темнее и страшнее, чем во время знакомства Хелены с этим мёртвым местом. Иногда путь освещали падающие с неба звёзды, потухающие в толще воды, что ещё больше печалило девушку. Ведь когда-то и её любовь к жизни, и её чувства, даже боль, потухнут так же, вся память живых о ней сотрётся и всё, что ей останется делать - это проделывать одну и ту же дорогу вновь и вновь, изредка обретая возможность дать свободу своему голосу в разговорах с Аглинаком. "Интересно, следит ли он сейчас за мной?"- Хелена улыбнулась собственной мысли. Пожалуй, она бы предпочла больше времени проводить на Луне, чем под водой. Ведь даже наблюдение за отражением мертвеца-света лучше, чем его смерть. Иногда Хелене приходилось подгонять Куйапу, который слишком уж сильно увлекался кувырками, во время которых девушка еле держалась на скользкой и холодной шкуре животного. После некоторого времени в однообразном пути зверь начал издавать непонятные звуки, похожие на пение на чужом языке. Постепенно ей стало казаться, что этот звук окружает её, приближается всё ближе и ближе и заполняет собой всё пространство подводной пустыни, заставляя землю, забывшую о волнениях, грохотать. Хелена не могла поверить своим глазам! Навстречу им с Куйапой неслись сотни его соплеменников, исполняя для неё замысловатую песню моря, звучащую на несущихся к смерти волнах. Хранительница в первый раз со смерти Паналыка искренне и звонко засмеялась от детской радости. " - Рад, что тебе нравится мой подарок, принцесса замершего времени" - сказал добрый голос, вмешиваясь в мерный поток мыслей Хелены. " - Брат? Это ты?" - с недоумением подумала девушка, услышав знакомые слова. " - Попробуй ещё раз. Мне, думаешь, не скучно тут на Луне среди этих мертвенно-спокойных духов? Они по-моему даже забыли как надо дышать во время смеха, так что не хотелось бы, чтобы вся эта толпа умирала заново. Прощай на время, а то Седна поймает мой голос вместо тебя." - со смехом сказал Алигнак и оставил Хелену в полном одиночестве. "Что же, у меня хотя бы есть друг..." - подумала Хелена. Братья и сестры Куйапы уплывали в темноту и исчезали в ней светящимся туманом. Вдалеке Хелена видела множество полупрозрачных силуэтов во главе с одним, твердо стоящим на черной корке льда. Седна снова ждала её. Куйапа, увидев свою повелительницу, устремлялся к нужному месту всё быстрее и быстрее. И чем ближе была Хелена к этому месту, тем больше её пугала судьба, уготованная ей. Все эти души ушли сюда год назад, перешли с умирающего места в уже умершее. Хелена оглядела всех, кого могла увидеть: некоторые лица были знакомы ей, и это болью врезалось в поражённое осколками прошлой жизни сердце. Она не была готова к этому, тени душили её, тёмными пятнами слепили её глаза. Однако большинство душ все же были чужими. Одни смотрели с недовольством и недоверием, другие - с любопытством и сочувствием. Седна ничего не сказала ей, только молча кивнула. "Значит, уже пора" - с разочарованием подумала Хелена. Её И’ноГо тиед засветил так ярко, что хранительнице показалось, что на её груди полыхнуло второе солнце, сжигая её тело и заставляя океан и небеса выкипать из этого мира. Она оглянулась, чтобы убедиться, что мёртвые духи следуют за ней. Так и было, но сквозь темноту она увидела строгие глаза Седны, смотрящие на неё то ли с осуждением, то ли с грустью. "Похоже, что хозяин Луны действительно будет моим единственным другом на ближайшие тысячу лет". - заключила Хелена. Животное неслось всё дальше по уже знакомому пути к чернеющей на краю мира пропасти. Снова одиночество черных льдов завладело сердцем девушки, стремясь поймать её душу в своих убивающих снах. Она слышала шёпот позади, души были явно напуганы темнотой этих земель и возможностью остаться здесь навсегда. Некоторые приближались к Хелене слишком близко, но свет её амулета ослеплял их, и они отставали, крича от боли и насылая на неё древние проклятия. "Поздно. Небо уже прокляло меня до вас" - усмехнулась Хелена. Часто девушка как будто бы видела "живые сны" - страшные видения смерти, болезней, холода и неудачной охоты, причем только один раз она увидела в этом отражения своей жизни. Тогда она быстро встряхнула головой и нахмурилась, не сдавшись мыслям, рождающим слезы. "Царство Седны - место, где души обретают покой, отчищаясь от историй земли. Наверное, их эхо пытается найти новое убежище в единственной живой душе здесь. Но мне хватит тысячи лет, чтобы накопить устрашающих кулиратов для всех поколений моего народа, так что мне придётся оставить вас умирать в звуках сражений ветра и моря" - мысленно сказала ужасам своего народа хранительница. Куйапа снова начал стремительно подниматься вверх, из-за чего Хелена начала готовиться к столкновению с холодом северной ночи, плотно сомкнув глаза. Но ничего не случилось. Она не смогла сдержать восторженного вздоха, когда увидела дорогу через пропасть. Путь переливался чёрным блеском, как будто бы пыль от падающих звёзд загоралась и потухала бесчисленное количество раз, помогая бестелесным детям дня пробираться сквозь тяжелый воздух тьмы, образуя широкую бесконечную дорогу. Подняв голову, Хелена увидела сияние танца предков, приглашающих ещё беспокойные души в их новый дом. Небесные собаки лаяли, не узнав в Куйапе привычного для них обитателя совершенного отражения Северных вод, но быстро оставили невозмутимо-весёлого зверя, погнавшись за китом, рассекающим гладь тёмной пустоты между Луной и звёздами, заставляя те испуганно мерцать. Уже не ясно было, где отражение, а где воды. Земля и небо, как два близнеца, играли друг с другом, обманывая глупых людей, не посвященных в их мудрость. Природа притаилась, охотясь за восхищением своих неразумных детёнышей. - "Скоро, очень скоро ты спустишься сюда... Где чудом будет увидеть даже свои руки. Ты стремишься к своей человеческой ошибке, Хелена. Ты принадлежишь только себе и мне... Так давай поиграем, пока это ещё так непредсказуемо" - прошипел голос, разрывая разум изнутри, заставляя схватиться за голову, плакать от боли. - Алигнак, это снова ты?! Ты пугаешь меня, прекрати! - кричала Хелена изо всех сил, вызывая испуганный шёпот душ позади неё. Но голос стих, оставляя тишину для вопящего страха и терзающих домыслов. Больше дорога не казалась Хелене столь красивой. Она слишком сильно хотела домой. Девушка не знала, сколько времени прошло перед тем, как она увидела под собой земли, светящиеся серебряным светом красавицы Луны. Повсюду росли растения необычайной высоты, между которыми были рассыпаны иглы с причудливыми узорами на них, похожими на шаманские заклинания. Постепенно души начали расходиться по сторонам, заглядывая в иглы, пытаясь найти свою. Кто-то хмурился, кто-то смеялся, а кто-то просто исчезал из виду, помахав Хелене на прощанье. И вот она осталась одна, но Куйапа всё не останавливался, приближая хранительницу к пугающе странной игле, в которой было несколько крыш и много-много отверстий, которые блестели всеми цветами, которые Хелена могла вообразить. - Нравится? Эту идею я позаимствовал у народа с другой части твоего мира, - гордо заявил Алигнак, испугав девушку своим неожиданным появлением слева от неё. - Можешь уже отпустить бедного зверя и пройтись со мной на своих ногах. Ты не потеряешь так уж много времени, обещаю. - Хелена неуклюже слезла с Куйапы, погладив его на прощанье. Спина от настолько долгой поездки невероятно болела. - Другой части мира? Разве кто-то может жить в.. этом? - неуверенно спросила Хелена. - Пока нет, но поверь мне, в середине твоего срока такие жилища будут пользоваться большой популярностью! Не хочешь выпить моего особенного аюка? - неожиданно заботливо спросил Алигнак, - это поможет от боли. - Ну... Видимо отказаться во второй раз я уже не смогу. Не без страха она последовала за Алигнаком в его иглу, осматриваясь вокруг. Нигде не было ни одной шкуры, тут не пахло кровью или травами. Инуитка почувствовала себя очень неуютно. Затем высший дух погоды предложил ей сесть на что-то, что уж точно по мнению Хелены могло разрушиться под лёгким дуновением ветра, поскольку было сделано даже не из камня, а из дерева. - Знаешь, Хелена, вещи ведь могут быть сделаны и не из шкур. Несмотря на то, что ты теперь обладаешь силой большей, чем всякий смертный, но ты навсегда останешься лишь неразумным ребёнком своего умирающего народа. - с грустной улыбкой произнес Алигнак. Прими хоть этот аюк в знак того, что это место хоть как-то соединено с твоим домом.- Хелена взглянула на жидкость красного, как кровь цвета, не отваживаясь попробовать. Пахло это вкуснее, чем любой сбор трав, который она когда-либо пила, но всё вокруг было слишком чужим, и она не решалась. "Знаешь, он всё-таки не хочет тебя отравить" - с этой мыслью Хелена закрыла глаза, задержала дыхание и выпила залпом аюк. Необычное тепло разлилось по телу, занимая место боли. - Это называется "Жидкое счастье". Нравится? Но не увлекайся. Слишком много счастья может и с ума свести, - дружелюбно сказал Бог. К нему незаметно подошёл один из подданных-духов и что-то прошептал на ухо. - Ты нас извини, моя принцесса, но мне придётся уйти: нужно побеседовать с одной из моих зануд-сестриц по власти над народами Севера. Никогда не дают насладиться красотой момента... - проворчал Алигнак и ушел, оставив Хелену наедине со своими мыслями. Она подошла к одному из полупрозрачных участков стены, через которые была видна жизнь в этой части её мира. Духи пели знакомые, но забытые из детства песни, играли с животными, разговаривали... Но вот в это спокойствие ворвалась группа небесных охотников, гоняющаяся за оленями карибу. "Везде они станут добычей для моих братьев-инуитов" - вздохнула Хелена. Её внимание привлёк предводитель охотников, блеск глаз которого был виден даже отсюда. Его гарпун пронзил тело одного животного, и охотник отстал от остальных, осматривая добычу. Он по привычке поднял глаза в небо, благодаря высших духов за помощь. И они с Хеленой посмотрели друг на друга. У юноши выпал гарпун из рук. - Паналык! Это я, Хелена! - громко закричала девушка. Паналык улыбнулся ей, в его взгляде были любовь и невероятная печаль. И он пошел прочь. *Каржим - землянка у инуитов