Пятеро

Ближе к ночи они пошли в дорогой ресторан, выпили по чашке обжигающего имбирно-лимонного чая в честь столь прекрасного дня и отправились обратно в номер. Рук так и чесались добраться до мужчины, внутри все клокотало от желания и нетерпения, в грудной клетке билось что-то живое, а холодный воздух обжигал горячие щеки. Ожидания ее не обманули: стоило им войти в номер, как мужчина увлек Алису головокружительным жадным поцелуем, на грани укуса, от которого она сразу потеряла остатки хоть какого-нибудь здравомыслия и самообладания. Ее целовали и обнимали и раньше, все же девочкой она была уже не маленькой, но так она не задыхалась и не теряла голову никогда, утопая в сладком жаре и биениях двух горячих сердец. Золотой дракон оказался невероятно хорошим любовником. Невероятно заботливым, но в то же время хищным и страстным. Они безраздельно принадлежали друг другу в эту ночь. Она упивалась мыслью о том, что он - только ее прекрасный мужчина из иного мира. Алиса таяла от любви и его умелых ласк, вглядывалась в его темные глаза, видя в них отражение своих же чувств и темной страсти. Они кричала, и выгибалась, и выцеловывала каждую черточку ставшего родным лица и тела, золотого, с темными омутами глаз и жадными, сильными, ставшими любимыми руками. Ливень, который шел ночью, словно благоприятствовал этой ночи, укрывая приглушенные вздохи влюбленных шумом дождя и долгожданно прохладой, которую они не могли почувствовать в собственном пожаре. *** Сначала послышался робкий смешок, затем еще и еще, пока смех не перерос в безумный хохот, от которого было не по себе даже столь закаленному воину. - Я поймал тебя! Я поймал тебя, Горный Демон! – кричал и приплясывал вокруг клетки ученый. Он распевал песни, корчил рожи дракону, высовывал язык и плясал, как буйно-помешанный. -Вот теперь-то я тебя отымею! Неожиданно он сменил жгучее веселье на нежный шепот. Пригнулся к клетке, ласково огладил ее края, словно это была самая хрупкая и прекрасная драгоценность. - Помнишь, Баас, как умирала твоя Луна? – интимно прошептал из-за стенки прямо в ухо дракону Хунгур. Тот дернулся, зажмурился, как от боли, сжал до хруста зубы. - Помнишь, как она кричала, как звала тебя? Где же ты был, женишок? Неужто были дела поважнее, а? Радаах дернулся сильнее, ударил по магической преграде, но лишь обжегся магией. - Это ведь я нашептал ее брату эту идейку, я… А ты, глупый, и повелся. Неужто на столь огромное тело не нашлось мозга побольше? – заботливо, словно ребенку, продолжал Гур. Рад взвыл, и этот вой перешел в дикое рычание. Он метался по клетке, пойманный дракон, с самых разреженных вершин силы и власти свергнутый вниз, размазанный по земле. Изгнанный с вершин самых холодных гор из огромного сильного тела в духоту и жару, в кажущееся бессильным тело человека. Вскоре вертолет начал снижаться, а Хунгур сменил и веселье, и издевательский тон на серьезность ученого. Пока они садились на вертолетную площадку, он осторожно положил лапу на темную клетку, и та утянулась ровно до размера Радааха, облепила его мерцающим костюмом, оставив только голову. Пленник попытался дернуться, но тело его более не слушалось. Словно отключили мозг от тела, и оно теперь двигалось самостоятельно. Радаах встал и вытянулся по стойке смирно. - О, таким мне ты нравишься намного больше. Хороший мальчик, - Хунгур протянул лапу и потрепал Рада по щеке, на что получил такой уничтожающий взгляд, что, будь магия черного дракона при нем, он бы выжег целые страны. - У-у, как мы злимся, ай-ай-ай. Ну ничего, я из тебя выбью всю дурь. В сердце Рада словно скребли ножом по стеклу. Самое унизительное, что можно было придумать – это заставить самому, на своих ногах идти навстречу пыткам, боли и унижениям. Он бы дрался до последнего, плевался проклятиями, сопротивлялся, но нет – Хунгур первым делом подчинил себе его тело и речь. Они вышли на вертолетную площадку, и Радаах даже не мог обернуться, что примерно сориентироваться, где они находятся, ноги сами несли его вперед. Перед глазами были только толстые железные ворота и приплясывающий Хунгур. Неожиданно он остановился, приосанился и расплылся в улыбке. - Поклонись мне! «Никогда, никогда ты этого не увидишь!» Но ноги медленно подогнулись, колени коснулись пола, и тело само согнулось в глубоком поклоне, так, что даже лоб опустился на холодную землю. Мышцы сводило от противостояния этой магии, и Раду все же удалось, трясясь от напряжения, поднять голову, взглядом проклясть мучителя и плюнуть в его нахальную морду. Хунгур отшатнулся, не ожидав, что кто-то сможет противостоять столь мощной магии. И тут же Рад вновь согнулся, обессилев, чувствуя, как капли пота катятся по лицу, и липнут волосы к взмокшему лбу. Хунгур взревел и пнул его в лицо ботинком, и избивал до тех пор, пока глаза Радааха не закатились, и он не потерял сознание. *** Марпо сидел на одеяле, скрестив ноги и выпрямив спину, а его взгляд остановился где-то на земле и был обращен внутрь. Ита, который суетился рядом у костра, пока готовил ужин, только и мог удивляться, как от человека может исходить такая ясность, свежесть и сила. Взгляд Марпо его не то, чтобы пугал, но скорее смутно нервировал, будто он что-то сам делает неправильно. Ханхаите было интересно, что же его спаситель делает, но отвлекать Алого было как-то страшновато и неловко. Было похоже на какое-то очень тонкое колдовство, но, поднеся руку к спине напарника, парень ничего не почувствовал. И это ввергло его в еще больший ступор. Ита успел принести хвороста из леса, тихонько, бесшумно, словно он являлся продолжением леса, потом дыхнул на сложенные ветки огнем, так что они сразу же оделись в нарядное пламя. Осмотрев лес, Ханха не нашел ничего, кроме подозрительных ягод, но этого явно не хватало для ужина двух взрослых драконов. Так что, усевшись и взяв в лапы свой хвост, Зеленый начал внимательно его осматривать. На конце чешуйчатого хвоста начиналась полоска белой шерсти, к кончику все больше расширяющаяся и переходящая в сплошной мех. Шерсть эта была немного жестковатой и спутанной после полета, но Ита упорно продолжал перебирать ее, что-то выискивая. Найдя, наконец, дракон торжествующе покрутил в пальцах темное семечко и, лапой сделав в земле выемку, положил его туда и засыпал землей. А потом просто откинулся рядом и тяжело, словно лошадь, вздохнул. Незаметные доселе потоки магии вперемешку с прохладным водяным паром теперь стали обильнее и заметнее, вырываясь прямо из щелочек между его чешуйками. Сразу же вокруг дракона стали расти растения. Сначала мох зацвел из неоткуда, потом трава, а следом и небольшие кустики и цветы. Из выемки показался росток, расставил во все стороны листья, зацвел и вскоре, увеличиваясь и темнея, его ветки отяготили темные продолговатые плоды, похожие на баклажаны. - Марпо, дай перышко, - перекатившись на спину, мордой к монаху, попросил Зеленый. Его передвижения невольно сломали успевшую вырасти сеточку мхов и вьющихся растений на его влажном боку. Марпо же раскрыл крыло, возникшее из воздуха, выдернул длинное маховое перо и протянул Ханхе. В руках изумрудного оно стало металлическим лезвием в форме пера, хотя еще секунду назад состояло из упругих волокон. - Спасибо, - задумчиво отозвался Ита и стал спокойно резать им плоды и насаживать на палочку, вешая затем над костром. Изумрудный периодически поглядывал на Марпо, и от него не укрылось, как тот вдруг болезненно поморщился. - Что такое? Марпо вздохнул и будто бы вернулся из созерцания, встряхиваясь и пододвигаясь поближе к огню в более расслабленной позе. - Да Сигурд… - он неопределенно махну рукой в воздухе. - С кем опять? – зевнул Ханха. Такой туманный жест мог значить скорее всего лишь очередную партию. Его это ничуть не настораживало. Сигурд всегда был известен своими умениями. Да и не сказать, чтобы Ите и самому это не нравилось. - С Алисой, - задумчиво ответил он. Тот даже не нашелся, что на это сказать от удивления. Чтобы Сигурд, с его аристократическими взглядами да и на другую расу позарился? Удивительно. Что-то здесь нечисто. - А почему ты Хунгура не подчинил? Мог же? – Ханха задал, наконец, вопрос, мучающий его весь вечер. - Не совсем. В силу его профессии у него очень сосредоточенный ум, и я не смог даже вторгнуться, не то чтобы уж подчинить, - медленно начал объяснять Марпо, жуя ужин, - И уж тем более отвратить от его цели – уничтожить Рада – не смог. Судя по всему, он об этом мечтал слишком долго. Марпо покачал головой, хмуря брови, а на лице его отразилась боль и сожаление. - Так мог бы меня не забирать! Тогда мы потом бы Рада спасли бы! Он бы все равно меня не стал бы мучить. А теперь? Он же его не просто убьет, а самым жестоким возможным способом, Марпо! – запричитал Зеленый, сокрушаясь. Ему было действительно жалко Радааха, ведь за всей грозностью и уничтожающей силой крылось сильное сердце с огромным потенциалом, и Ита в силу своего происхождения - это видел. - Во-первых, Хунгур бы точно стал тебя изучать, если не мучить. А это едва ли не также болезненно и разрушительно, как пытки. Я спасал с его центров пару раз существ, и могу сказать, что это крайне болезненное зрелище. Во-вторых, Сигурд плюнул бы в лицо тому, кто попросил бы его спасти Радааха из лап Хунгура, ты сам должен это понимать. Они хоть и были напарниками, но не думаю, что Сигурд желает ему что-либо кроме мучительной смерти. Как, в прочем, и всем, кто стоит у него на пути... А мы-то против Хунгура сделать ничего не можем. В-третьих, я очень сомневаюсь, что Белому Ученому действительно удастся сломить Рада, он все-таки не маленький и слабый, а сильнейшее существо на континенте, и даже если у него нет его тела, то дух несломленного остался при нем. А в-четвертых, думаю, он многое поймет за эти месяцы, больший срок они все-таки не выстоят друг против друга. А потом мы уж что-нибудь придумаем с его вызволением. Если он сам не разнесет его центр на щепки, конечно, - загадочно усмехнулся в завершение объяснения Марпо. - О-о, звучит достаточно обоснованно, - покивал Ханха с задумчивым видом, и решил выяснить все до конца, - А куда мы продвигаемся? - Пока никуда. Ты можешь заниматься, чем душе угодно, мне нужно закончить практику, а потом уж само сложится. Ты остаешься или уходишь? – серьезно спросил Марпо, внимательно глядя в глаза изумрудному дракону. Ханхаита подпер лапой голову, отложил в стону еду и призадумался. Какие у него альтернативы? Жить одному в чужом мире не слишком хочется, ведь он еще молодой, и не такой мощный, как этот старый квартет. Как-то боязно. Лучше переждать. Да к тому же его откровенно тянет к Марпо, к его мудрости и состраданию. - Остаюсь, - твердо кивнул Ханхаита. - Хорошо, - тепло улыбнулся Марпо, добавил после паузы, - Я рад, Ханхаита.