shadows.

«Ты все пытаешься проникнуть в тайны света, В загадку бытия... К чему, мой друг, все это? Ночей и дней часы беспечно проводи, Ведь все устроено без твоего совета». — Омар Хайям

Исчезновение Калума всколыхнуло всю больницу. Весь день большинство персонала металось по всей больнице и по близлежащим местам, но все было напрасно. Калума не было нигде. Его никто не видел и никто не знал. После того, как медсестра мне сообщила про исчезновение, я сразу же начал искать кого-нибудь, кто немного больше проинформирован. Я решил, что найду сначала Люка, потому что он шустрый малый, поэтому знает все, что происходит в больнице. Мне не удалось найти Хеммингса в палате или холле, но где-то через минут 10 я нашел его возле комнаты для медсестер. — Люк! — воскликнул я. — Неужели я тебя нашел. — Привет, Эштон, — он с привычной улыбкой на лице поприветствовал меня. — Ты меня искал, потому что хочешь узнать что-нибудь об исчезновении Калума? — Ага, ты что-нибудь знаешь? Люк кивнул, после чего начал: — Калум пропал, ты это знаешь, так? Но он пропал совсем бесследно. Я слышал, что на записях камер наблюдения, которые висят снаружи и внутри, Калума вообще нет. Он не выходил из здания, даже из окна не вылезал. Его следов нигде нет, будто он просто испарился. — Но это ведь невозможно, — растерянно проговорил я, качая головой. — Видимо, все в нашей жизни возможно, — Хеммингс пожал плечами. — Кстати, тебя Смит искал. Я кивнул и попрощался с Люком, чтобы побыстрее встретиться с доктором Смитом. Может, у него были какие-то новости по поводу исчезновения Калума. Я побежал к кабинету Смита, но заметил его около ресепшна. — Мистер Смит, — воскликнул я. На самом деле я не собирался восклицать, но так вышло. Мне просто было нужно узнать что-нибудь о Калуме побыстрее. — Ох, Эштон, здравствуй, — поприветствовал меня доктор. — Вы меня искали? — Да, мне нужно поговорить с тобой о нашем пациенте, Калуме. Будем так его называть, — кивнул он. — Пройдем в мой кабинет. — Что вы имели в виду, когда сказали «Будем так его называть»? — спросил я, пока мы шли к кабинету Смита. — Как только мы дойдем до кабинета, я расскажу тебе все, что мне известно, — вздохнул он, хлопая меня по спине. Я кивнул, теребя рукав халата. Меня немного трясло, но я старался сдерживать себя. Мы добрались до кабинета, и я побыстрее приземлился на стул, чтобы не упасть. Мои колени дрожали и подкашивались, а я совершенно не мог себя контролировать. Смит сел в свое кресло и сложил руки на груди. — Дело в том, что полиция проверила имя Калума, — начал он, но потом тяжело вздохнул. — В общем, Калум Худ погиб в автокатастрофе 7 лет назад. Ему было тогда 14, а вместе с ним был его друг по имени Джексон. — Одноклассник, — автоматически исправил я, пялясь в стену. Все, что сказал Смит, не укладывалось в моей голове. — Да, может быть, — кивнул мужчина. — Я видел фото того Калума, который погиб в аварии. — Ну? Не тяните, — взмолился я. — Это он, Эштон. — Но это невозможно, ведь так? — Я уже не уверен. — Этому должно быть какое-то логическое объяснение. Может, он выжил? — Там была ужасная авария, но тело Калума не было найдено. — Ну вот! — Эштон, это было 7 лет назад. Ему должно быть сейчас 21, а не 14. — Об этом я не подумал, — вздохнул я. — Ладно, я пойду и приступлю к другой работе, ладно? Доктор кивнул, поэтому я вышел из кабинета, пытаясь сохранять спокойствие. Мысли в моей голове перемешались в вязкую кашу, а сам я пытался удержаться на ногах. Я еле как добрёл до палаты Калума и в очередной раз толкнул белоснежную дверь. Во мне все еще была надежда на то, что я увижу его в палате снова. Как раньше. Как вчера. Но его не было ни на кровати, ни на подоконнике, ни на стуле в углу — его не было нигде. Не было даже ощущения того, что кто-то находился в этой палате последние две недели. Словно Калум был просто приведением. Может, так и есть? Я присел на кровать Калума и осмотрел комнату. Если тут действительно кто-то был в последнее время, то какая-то зацепка должна остаться. Так что я начал метаться по палате, проверяя каждый миллиметр. Я находил всякое ненужное дерьмо, но никаких намеков на Калума тут не было. Через полтора часа, которые я провел в поисках хоть чего-нибудь стоящего, я вернулся к кровати. Тяжело вздохнув, я уже начал разочаровываться, но мой взгляд пал на тумбочку, которая стояла у изголовья. Я быстро к ней придвинулся и открыл дверцу, но увы. Там ничего не было, кроме косточки от какой-то ягоды, полагаю. — Ты здесь, — проговорил знакомый голос за спиной. — Здесь, — кивнул я. Люк прошел вглубь и сел рядом. — Его нигде нет, — заявил светловолосый мальчик. — Я знаю, — тихо ответил я, потирая виски. — Будто и не было никогда. — Нет, Эштон, он был, — уверенно сказал Хеммингс, — Не могло же всей больнице просто показаться. — Не могло, но Люк, он исчез. А еще умер 7 лет назад. — Да, я слышал. Это немного настораживает, но должно остаться что-то. Я помогу тебе найти это самое что-то. — Мы ничего не найдем. — Действительно? — усмехнулся Люк, вставая с кровати. — Где он обычно проводил время? — На кровати или подоконнике. — Отлично. Люк подошел к окну и залез на подоконник. Он осматривал каждый миллиметр оконной рамы, открывал само окно, смотрел под подоконником, но все было напрасно. Он тяжело вздохнул и подошел к кровати. — Вставай, надо осмотреть кровать, — серьезно сказал Хеммингс. Я кивнул и встал, отходя подальше. Люк еще раз вздохнул и стянул покрывало. Убедившись, что в нем нет ничего потайного, он стянул с кровати одеяло и начал копаться там. Он вывернул пододеяльник и проверил каждый сантиметр одеяла, но снова ничего не нашел. — Остается только матрас, — заключил он. — Это бесполезно, Люк, — отчаянно простонал я. Мальчик только промолчал и, в очередной вздохнув поглубже, перевернул матрас. На пол тут же вывалилась небольшая книжка, которую так часто перечитывал Калум. — А ты говорил, что бесполезно, — усмехнулся Хеммингс. Я быстро подбежал к книжке и взял её в руки. Несколько секунд я осматривал обложку, которая была сильно потрёпана. Это была обычная тетрадь с кожаной обложкой. На лицевой стороне не было никаких рисунков или надписей, да и на задней тоже ничего не было. Никаких зацепок. Это больше походило на личный дневник, в котором записывают какие-то секреты или что-то вроде этого. — Ну? Чего ты ждешь? — Люк к этому времени уже стоял около меня. — Открывай. — Это личное, Люк. Не думаю, что его можно открывать просто так. — Открывай, Эш. Калум хотел, чтобы я нашел его. — Что? — Он как-то сказал мне, что не собирается задерживаться тут надолго, но он оставит какую-то часть себя. И Кэл велел найти эту часть и отдать тебе, но больше ничего не делать. Ты должен прочесть эту книжку. — Я и не знал, что вы общались. — Мы не общались. — Люк пожал плечами. — Он просто недавно ночью пришел ко мне в палату и сказал это. Я кивнул, понимая, что это в стиле Калума, но Люк не был удивлен такому. И это также насторожило меня, да и почему Калум велел именно ему сделать это? Почему Худ просто не мог передать этот дневник мне? Хотя, это же Калум. От него можно ожидать все что угодно. Мы открыли дневник. На первой странице нас ожидал целый монолог, написанный корявым почерком Калума. Я пытался разобраться, но это было действительно трудно. Я понимал лишь некоторые слова, из которых нельзя было даже составить предложения. Тяжело вздохнув, я начал вглядываться в бумагу так, будто пытался заставить её гореть. — Тени заставляют нас, — тихо проговорил Люк. Я посмотрел на него, а он, кажется, был увлечен тем, что написано. — Ты понимаешь? — спросил я, все еще смотря на Люка. — Ну да, он постоянно говорит о каких-то тенях. Только я не понимаю, что именно он имеет в виду. — Что он пишет? — Тени преследуют, они не те, кем себя выдают. Я не знаю, как мы все сюда попали. Еще он говорит об уличной жизни, он был сорванцом, а теперь его учат заново жить. Он говорит о постоянных тренировках и о том, как тяжело привыкать к такому образу жизни. — Хеммингс листал страницы, быстро пробегая по ним глазами. — Тут говорится о том, что слабые погибают. Еще он вспоминал то, как попал в аварию и как его вытащили из машины. — Он в какой-то секте? — Я не понимал ничего из того, что читал Люк. — Не знаю, но он называет это городом теней.

***

Прошло 2 дня с тех пор, как Калум пропал. Люди в больнице все еще шептались по этому поводу, но все решили, что это всего лишь глупый розыгрыш. Мы с Люком все еще продолжали искать какие-то подсказки в дневнике Калума. Можно ли вообще эту книжицу так назвать? Да, Хеммингс понимал непонятный почерк Калума, но от этого не было никакой пользы. Худ не писал там ничего точного, а лишь какие-то отрывки, по которым понять что-то было практически невозможно. Он применял метафоры и разные афоризмы. Люк даже пытался искать в интернете какие-то строчки, но было пусто. Адрес города теней мы, очевидно, тоже не нашли. Поэтому сегодня я шел домой разочарованный и очень уставший. Еле поднявшись на пятый этаж, я сунул ключ в замок и повернул его несколько раз по часовой стрелке. Зайдя в квартиру, я стянул с себя кеды и кинул ключи на деревянную столешницу. В коридоре было темно, поэтому я споткнулся о ботинки Майкла и почти упал, если бы не схватился за гвоздь, который был вбит в стену где-то полгода назад. Мы пытались повесить календарь, но так и не сделали этого, потому что мой сосед тот еще псих. Он просто порвал этот календарь, когда не смог вытащить его из целлофановой упаковки. Но сейчас я в какой-то степени был рад этому гвоздю, хоть и палец все равно порезал. Ругаясь про себя, я зашел на кухню и встретил там своего соседа, кушающего и копающегося в ноутбуке. В общем, в его обычной среде обитания. — Ты сегодня поздно, — отметил мой друг, все еще смотря в экран ноутбука. — Не думал, что ты за этим следишь, — ответил я, открывая аптечку. — Я и не пытаюсь за этим следить. Само получается, — Майкл пожал плечами. — Так чего ты так долго? — Мы с Люком пытались разобраться с кое-чем. — Что-то интересное? Я немного подумал о том, стоит ли вообще рассказывать об этом Майклу, а потом решил, что он бы мог помочь, ведь он типа хакер или что-то типа этого. Поэтому я потянулся к рюкзаку, вытащил дневник Худа и кинул на клавиатуру ноутбука Клиффорда. — У меня был пациент, а теперь его нигде нет. Он исчез, на камерах наблюдения тоже ничего, а еще полиция сказала, что он семь лет назад разбился в аварии. Ему тогда было четырнадцать. В больницу он попал в таком же возрасте две с половиной недели назад. Клиффорд во время моего короткого пересказа начал листать книжку. Его глаза светились, а на рту появилась хитрая улыбка. Я немного удивился такому выражению лица друга, но все же не стал его отрывать. Налив себе чай, я сел на соседний стул. — Твой таинственный пациент просто гений какой-то, — наконец заявил Клиффорд. — Ему бы книги писать. Может, так и есть? С чего ты взял, что это что-то значит? Это может быть просто плодом фантазии. — А как объяснить эти скачки в возрасте? — спросил я, делай очередной глоток. — Ну, это я уже не знаю, но попробую что-нибудь понять за ночь. — Хорошо, — кивнул я, убирая чашки в раковину. — Помою завтра утром, а то я просто валюсь с ног. Я побрел в свою комнату, еле передвигая ноги. Моя голова буквально разрывалась от боли, а глаза слипались, но я все еще думал о Калуме и о том, как гениально он исчез. Как-то раз он сказал, что ему нравится делать все так, чтобы это еще долго помнили. Тогда я не совсем его понял, но теперь я точно понимаю, что он имел в виду. Его точно еще долго все будут помнить, ведь это самое необъяснимое исчезновение за всю историю детской больницы. Многие сотрудники думали, что исчезновение Калума, да и сам Калум — это паранормальное явление, а другие просто посчитали это все совпадением или розыгрышем. И абсолютно все содрогнулись, когда поняли, что теперь в больнице проверяется каждый поступивший, а также каждый нынешний пациент и каждый сотрудник.

***

Утром меня разбудил Майкл. Он стоял в боксерах и большой футболке с огромной чашкой кофе в руках. Сначала я хотел возмутиться, ведь на часах было всего 5:32, но потом вспомнил, что посвятил Клиффорда в свои расследования. Так что мне пришлось встать и не ворчать. Мы прошли на кухню, так и не сказав ни единого слова друг другу, но стоило Майклу сесть за свой ноутбук, он начал рассказывать все, что сумел нарыть с огромным энтузиазмом. — В общем, я много чего узнал о твоем пациенте, — начал он. — Авария, в которую он попал оказалась реально серьезной, но Калума там не было. Хотя на некоторых камерах было четко видно два человека в машине. Полиция пыталась найти второго, но все, что они смогли узнать, — его имя, то есть Калума. Найти его они пытались очень долго, даже в розыск подали. Отклики были, но начали они поступать только через полгода и из разных частей света, словно Калум только и успевал переезжать из одного места в другое. Он писал об этом и в дневнике тоже. Ты ведь читал? Я кивнул. — Ну вот, ты должен помнить тот момент, где он пишет о том, что перемещается автостопом и живет на улице. Видимо, это было именно в тот самый момент. Эштон, это не просто книга, это целый отрывок из нереальной жизни. Это словно какой-то фантастический фильм, чертовски захватывает, — восхищенно закончил он, улыбаясь. — Есть еще что-нибудь? — спросил я, наливая себе готовый кофе. — Ничего такого, — пожал плечами Майк. — Я начал искать какую-нибудь информацию насчет города теней, но есть только всякие отрывки из фантастических книг. На одном сайте какой-то неизвестный пользователь писал, что был в таком городе, где тени имели огромное значение. Он считает, что его похитили инопланетяне. Я хотел с ним связаться, но его аккаунт уже удален. Я хочу сегодня попытаться все же найти этого странного пользователя. — Хорошо, — вздохнул я, зевая. — Этот Калум Худ какая-то загадка. — Нет, — покачал головой мой друг, — Он целый сборник этих загадок. Я только кивнул, понимая, что Майкл абсолютно прав.