We are the champions, my friend

После вечерней тренировки, чуть более расслабляющей, чем утренняя, Эрик без сил упал в кресло. Физические нагрузки и эмоциональный стресс уже давно не изматывали его так — необходимость целый день натыкаться на радостную сияющую улыбку Джеймса била по нервам куда сильнее. В нем все было просто, искренне и нараспашку, и это ужасно злило, ведь сам Эрик был полной противоположностью: он давно уже ни к кому не привязывался и не торопился впускать людей в душу. Нет, Эрик не жалел об этом, просто иногда ему тоже хотелось быть таким — веселым и беспечным. Дверь вдруг скрипнула и распахнулась. Эрик не стал поднимать головы: он прекрасно знал ту единственную, что имела обыкновение заглядывать к нему в столь поздний час. — О, Эмма, свет моей души, — Эрик вяло улыбнулся подруге. — Ты пришла, чтобы выпить со мной? — Не сегодня, алкоголик, — та усмехнулась. — Просто зашла проверить, как ты тут в своей тленной берлоге. К слову, тебя можно поздравить с новичком? — Скорее, посочувствовать, — Эрик сделал несчастные глаза. — Он та еще заноза в заднице. — Да перестань, — Эмма отмахнулась. — Очаровательный парень, даже не пялился на меня, как все новички. — Мальчики просто не каждый день встречают такую роскошную блондинку. Нет, серьезно, это шотландское лесное чудовище, — упорствовал Эрик. — Нахальный и самовлюбленный мудак, — прибавил он сквозь зубы. — Перестань, я все же видела его, — Эмма строго посмотрела на Эрика. — Очень милый мальчик, ты зря так. И уж мудаком его называть точно не стоит, это слишком. — Ты права, как всегда. Он не мудак, просто мне сложно с такими, молодыми и разбитными. Они слишком живые для меня, — Эрик вздохнул, признавая поражение в споре. О мудаках и он, и Эмма знали предостаточно: один из таких когда-то был его тренером и ее мужем, о чем оба предпочитали не вспоминать. — Тебе стоит с ним подружиться. — Я не уверен, что смогу, — Эрик помотал головой. — Чертов Логан... — Ты сам сказал ему найти полузащитника. — Да, но не такого! — Джеймса отлично приняли в команде, у тебя нет повода его не любить. "Есть, и немало", — хотелось сказать Эрику, но он промолчал. — Ладно, лучше расскажи, как там у тебя дела, — сказал он вслух. — Как молодежь? — Молодежь подает надежды, — Эмма тепло улыбнулась. — Кстати, я что спросить хотела: может, позволишь завтра Питеру со старшими погонять? Пацан весь исстрадался, сил нет смотреть. — Нет,— Эрик нервно вздрогнул.— Нечего ему со взрослыми мужиками возиться, мелкий еще. — Эти взрослые мужики его всего ничего старше, — напомнила Эмма. — И все равно. Ему пятнадцать. Я не хочу, чтобы он сломался, профессиональный спорт — он не для всех, и я не уверен, что... — Это просто тренировка, Эрик. — Да, а потом он захочет в основной состав, и сделает все, чтобы туда пробиться, я его знаю, — буркнул тот. — Но ты всегда можешь ему запретить, — Эмма вскинула красивые брови. — Если бы, — Эрик грустно усмехнулся. — Я ничего не могу ему запретить, я слишком виноват перед ним. — Не выдумывай, — Эмма подошла сзади и мягко положила руки ему на плечи. — И не принимай поспешных решений. Просто подумай над тем, что я сказала, хорошо? — Хорошо, — послушно кивнул Эрик. — Ты умеешь убеждать. — Я просто слишком давно тебя знаю, друг. Слишком давно. Про Эмму и Эрика ходили разные слухи: большинство из них сходились на том, что они тайные любовники уже лет десять как. Все это было гнусной ложью: Эрик принципиально не заводил отношений на работе, а Эмма... После развода с Себастьяном Шоу, футбольной звездой и знаменитым тренером, Эмма была сама по себе. И их обоих сложившееся положение дел вполне устраивало. — Надо будет в воскресенье после игры выбраться куда-нибудь, — предложил Эрик. — Закину сына Магде, возьмем Логана и погуляем, как раньше. — Все молодишься? — Эмма беззлобно усмехнулась. — Ладно, выберемся. А то ты такой злой, что скоро взглядом убивать начнешь. Внезапно из приоткрытого окна донеслись странные вопли со стороны футбольного поля. Содержание этих воплей было таким удивительным, что Эрик на секунду не поверил своим ушам. — Кажется, у тебя завелся пылкий поклонник, — хитро подмигнула Эмма. — Я думал, все ушли, — Эрик смутился. Раньше этим придуркам хватало мозгов разыгрывать новичков, когда тренера не было на базе. — Иногда мне кажется, что я тренирую команду детского сада. Прости, Эмма. Пойду разбираться, — он легко чмокнул подругу в щеку. — Увидимся завтра. *** Забитый тренеру гол принес некоторое моральное удовлетворение после этого действительно тяжелого понедельника. Но сдержанное холодное "неплохо", от которого веяло неприязнью и обозленностью, портило это впечатление — хотя вспоминать удивление и бросок Эрика за мячом было очень и очень приятно, это оказалось хорошей мотивацией. «Неужели вот такие вот тычки палкой под ребра мотивируют больше, чем похвала? Вот уж не подумал бы такого, особенно про себя. Может, поэтому он такой успешный тренер? Вся команда на цыпочках, все боятся, уважают, любят...» — Эй, Джеймс! Тебя можно Джимом называть? – Саммерс вырвал его из важных мыслей, когда он уже успел залезть под душ. — Лучше "Джеймс", друг мой. Иначе временно оглохну и не буду слышать просьб о передаче. — Да как хочешь. Короче, Джеймс, у нас обычай — новичок должен обежать площадку, голым. — И ты говоришь мне это, когда я уже в душе? Ну, вы и садисты! Радостное ржание и присвист однозначно говорили, что отвертеться не выйдет. Джеймс неторопливо вытерся и подошел к уже одевшемуся Саммерсу, колюче глядя в глаза и улыбаясь. — Только один момент — дай-ка мне ключи, чтобы вы не смогли меня запереть на холоде, ага? Саммерс театрально вскинул брови и оглядел собравшуюся команду, даже португалец явно предвкушал веселье и навострил уши. — Парни, смотрите на него, наш друг Джеймс сечет фишку, а? Ну что, дадим ему ключи? Сквозь улюканье раздался чей-то голос: — А пусть тогда заорет с площадки, что любит тренера! Джеймс внутренне скривился, наблюдая за расплывающимся в улыбке капитаном. Но оставаться на холоде без ключей не хотелось, а оббегать с парадного входа — ну нет уж. — Договорились. Ключи? Скотт пожал ему руку, оставив в ней мокрую связку. — Держи. Поставишь рекорд скорости, а, бравый шотландец? Тут Джеймс приосанился, проорал пару воинственных фраз на гэлике и изобразил “скачку на лошади”, размахивая ключами как оружием. Если уж тебя собираются сделать временным посмешищем, лучше воспользоваться шансом и посмеяться самому. Туман к этому времени рассеялся, но холодная мокрая взвесь мелкого дождя была достойной сменой. Поскальзываясь на траве, Джеймс обежал стадион и, поглядев на торчащие из дверей головы сокомандников, встал, раскинув руки и глядя в небо. — Я люблю нашего тренера! — проорав условленную фразу, он тут же рванул к дверям. Дружно хохоча, ребята закрылись, но это не было проблемой благодаря выторгованным ключам. Стуча зубами, Джеймс начал перебирать их все. Скоро он понял две вещи — что ни один не подходит и что за дверью слышны шаги. — Ну, охуеть. Открывайте, сволочи! — он поежился. — Ребят, тут холодно! Серьезно, пустите, эй! Мать вашу, ублюдки, открывайте! Джеймс колотил в дверь босой пяткой без особой надежды на успех и раздумывал о том, чтобы исполнить «O Flower of Scotland» и промаршировать к парадному входу. В этот момент он осознал, что шаги за дверью были одиночными. — ... Блять, вы шутите. — Ошибаетесь, МакЭвой, я как раз не шучу. — Эрик открыл дверь своим ключом и обозрел трясущегося новичка, одной рукой спешно прикрывшего свое достоинство. — Да что я там не видел, я вас умоляю. Лучше не морозьте зад и заходите. Вот, завернитесь. В Джеймса полетело теплое сухое полотенце, и он издал малоприличный стон облегчения. — Святые угодники, мистер Леншерр, вы мой спаситель. Понимаете, ключи были не те, наверное, от раздевалки, видите — з-з-зубчики другие. Эрик сжал зубы и аккуратно, точно дикое животное, похлопал МакЭвоя по плечу. — Быстро греться в горячий душ. Зубчики... Верить людям, МакЭвой, чревато. Будешь знать. Вот орал хорошо, почти как играл. — Эмм, насчет этого... Ну, того, что я… Ну, вы понимаете, — кутаясь в полотенце, Джеймс внимательно смотрел на тренера. — Было условием, я понял, — Эрик нахмурился. — Ну, да. Но все равно — вы офигенный тренер. Поэтому в этом была своя доля правды. Мне у вас нравится. С этими словами Джеймс ускорился и пошлепал в душ. В этот момент Эрик осознал, что все успели смыться, дабы не получить по ушам за свою выходку. За это хотелось их наказать отдельно — теперь нужно было еще проводить Джеймса в его комнату. *** — МакЭвой! Шевелись, покажу тебе, где будешь жить, пока квартиру не найдешь. Джеймс вышел из душевых уже в спортивном костюме и со своими вещами, вытирая голову полотенцем. — Уже здесь, сэр! Думал, вы ушли. — Не испытывай свою удачу, парень, мой запас доброты сильно ограничен, — мрачно произнес Эрик. — О, так он у вас в распечатанном виде? — Джеймс крайне заразительно улыбнулся и посмотрел намного теплее. — Это была метафора. — А я понял. Спасибо в любом случае. Эрик закатил глаза и подвел Джеймса к его комнате. — Вечернюю и утреннюю тренировку не просыпать, не сметь греться ничем крепче чая. — Так точно, сэр! И вам доброго вечера, до встречи, — Джеймс отсалютовал тренеру и радостно пошел осваиваться в своей комнате. Особенно ему хотелось поспать и написать Рейвен. Последовав совету тренера, он заварил крепкий сладкий чай и устроился на кровати с ноутбуком. Хей, сестренка! Приехал, подписал контракт, обустроился, была первая тренировка! Не поверишь, уже бегал голым по полю и орал как люблю тренера — ребята разыграли. Ну, знаешь, инициация новичка, все дела. Тренер меня в итоге и спас, открыл мне дверь, полотенце дал... Вообще по нему не скажешь, очень напыщенный и суровый, а его все любят — теперь понимаю, кажется, почему. Он, кстати, бывший вратарь — разминался с нами, на воротах стоял — Я ГОЛ ЗАБИЛ ЕМУ БОЖЕ КАК ОХУЕННО. Пока живу на базе, говорят, что скоро найдут мне жилье. Все очень классные, думал, будет хуже. Как ты после вчерашнего? Что более важно (простиии! =)) — что я вчера делал?! Я помню как вы меня тащили по холоду домой... но проснулся я в обнимку с тобой и Хэнком?! Люблю-целую, Навеки "олень" Джеймс Закончив с этим важным делом, Джеймс допил чай, лег в кровать и заснул сном уставшего праведника. *** — Ага, а вот и ты! – Питер коварно улыбнулся. — Только не говори "нет", у меня к тебе деловое предложение. — Что, правда? — пойманный врасплох Логан искренне удивился. Последнее время Питер сильно поднаторел в умении выслеживать его. — И какое? — Мы в пятницу играем с Абердином, придешь посмотреть? — Питер смотрел на на него так пристально, точно стараясь загипнотизировать. — Да что я там не видел, в молодежке-то? — Логан хмыкнул. — Тебя до города подкинуть, или ты отца ждешь? — Жду, на этой неделе я у него живу, — Питер вздохнул. — Слушай, не сбивай меня: ты просто посмотришь, как я играю, а потом расскажешь моему папаше, какой я охуенчик! — Почему бы тебе не попросить об этом Эмму? Она же твой тренер. — Папа тебя больше любит! — Ну, спасибо. Не могу сказать, что меня это радует, — Логан устало вздохнул. — А что ты сделаешь? — В смысле? — Питер непонимающе нахмурился. — Ну, ты же сказал — "деловое предложение", — напомнил Логан. — Это подразумевает, что у обеих сторон есть обязательства. — Хм, — Питер явно не продумал этот момент. — Хорошо. Я могу убраться у тебя в квартире. — А ты умеешь? — Вот и узнаем! — Нет, — собственную квартиру Логану было жалко. — Ладно, забей, я с детей и женщин платы не беру. Приду я на твой матч. И с отцом поговорю. — Это кем ты меня обозвал, женщиной или ребенком? — Питер смешно изобразил смертельную обиду. — Сам догадайся, мелкий, — Логан улыбнулся. — Только за реакцию твоего отца я не отвечаю, понял? Возможно, он меня прибьет, и впредь тебе придется решать свои проблемы самому. — Угу, — Питер сияюще улыбнулся и хлопнул Логана по плечу. Вернее, по бицепсу, выше он пока не доставал.