Ватсон - кто?

      Джон сказал, что хочет увидеть место, где Харкнесса сбросили в воду, но прежде ему нужно кое-что закончить в квартире. Вооружившись отверткой миссис Хадсон, он склонился над столом с деталями ноутбука.       Шерлок пил чай и наблюдал за другом, но смог лишь установить, что тот не свинчивает ноут обратно, а собирает из него что-то другое.       Когда чай кончился, он вернулся к себе в комнату и неодобрительно оглядел разбросанную по полу и кровати одежду. Но было не до уборки.       Сел на стул и стал разглядывать в лупу пакетик с карточкой кардиффской пиццерии, который незаметно прикарманил еще утром на набережной. Лестрейд сказал, что пиццерию закрыли три года назад, но карточка выглядела новехонькой, только что отпечатанной. «Надо будет снова забежать к Молли и снять с нее отпечатки», — подумал Шерлок.       Достал телефон и вышел в интернет. Вбил в поиск слова «Джек Харкнесс» и «Кардифф». Вылезло несколько ссылок на «Фейсбук», но то были лишь тезки.       Шерлок добавил к запросу «армия», «войска» и нашел очень плохого качества скан «Таймс» от 1941 года. Отсканированная статья призвана была воодушевить британский народ в годину войны, и живописала, как люди со всего света добровольно вступают в ряды британской армии. Примеров приводилось много, в частности упоминался американский доброволец-пилот Джек Харкнесс. Но фотографии не было.       — «Временной поток»… «в другом времени», — пробормотал Шерлок, вспоминая слова Харкнесса и Ватсона. — И карточка из давно закрытой пиццерии выглядит новой. Он путешественник во времени?       Холмс помотал головой. Слишком мало данных для таких выводов.       Он решил пока оставить Харкнесса в покое и заняться Джоном.       Набрал номер Майкрофта.       — Братец, — раздался из динамика тягучий надменный голос, — чем обязан такой чести? Помнится, ты не любишь говорить по телефону.       — Джон Ватсон. Ты собирал на него досье. Узнал о его службе что-нибудь, чего он сам не рассказывал?       — Ну, они с сослуживцами, по-видимому, два или три раза пользовались услугами афганских проституток. Боишься подхватить что-нибудь?       Шерлок заскрежетал зубами так, что Майкрофт услышал даже сквозь трубку.       — Нет, я говорю о военных программах! Стирание памяти, нейролингвистическое программирование, создание спящих агентов. Произошло некое событие, после которого поведение Джона изменилось, более того, он демонстрирует навыки, которыми раньше не обладал: прямо сейчас он собирает какое-то электронное устройство из своего ноутбука.       — Братец, ты от скуки пересмотрел «Секретных материалов» и «Универсального солдата»? — усмехнулся Майкрофт. — Как представитель правительства могу тебя уверить, что ничем подобным вооруженные силы Британии не занимаются. Может быть, Джон тайно посещал кружок любителей электроники и теперь захотел показать, чему там научился.       — Так посещал или нет? — уточнил Шерлок.       — Нет, — вздохнул Майкрофт. — И в школе, и в медицинском училище, и в армии компьютерами не увлекался. Рядовой юзер, не более. В железе точно не разбирается, не говоря уж о том, чтобы самому что-то мастерить. Думаю, это временное помешательство: что-то напомнило ему о травмирующем боевом опыте, и он, возможно, начал копировать действия кого-то из погибших сослуживцев.       — Джек Харкнесс. Кардифф. Что ты о нем знаешь?       — Кардифф — закрытая тема, Шерлок.       — Майкрофт!       — Закрытая даже для меня. Несколько лет назад я пытался получить допуск, но мне пригрозили… увольнением, и я отступил. И тебе рыться в этом не советую. Всё, мне надо работать.       Майкрофт сбросил вызов.       Собранный Джоном прибор являл собой бессвязное нагромождение микросхем, обмотанное проводами и золотой цепочкой от часов, насаженное на отвертку миссис Хадсон, как сладкая вата — на палочку.       — И что это? — спросил Шерлок, когда вернулся в гостиную и увидел друга с этой штуковиной.       — Грубая копия джудунского сканера. Надеюсь, поможет узнать, кто пытался убить капитана Джека, по крайней мере, установим расу.       Джон сунул сканер в бумажный пакет из-под большой порции картофеля-фри и вприпрыжку помчался вниз по лестнице.       Когда Холмс выбежал за ним на улицу, тот уже поймал кэб и сидел внутри, придерживая дверь открытой. Шерлок сел, и машина тронулась.       В пути Джон елозил на сиденье, пытаясь вытянуть ноги, и трепался на отвлеченные темы, похоже, не заботясь о том, слушает ли его Шерлок, а тот зажмурился и массировал виски пальцами, чтобы лучше думалось.       Двигались медленно — как раз начинался час пик.       Без четверти шесть кэб остановился у музея Гарден. Шерлок и Джон расплатились и быстрым шагом направились к мосту Ламбет.       Небо уже не хмурилось, грозя дождем, как утром, но солнце все равно не светило, закрытое известковыми облаками и смогом.       Джон сорвал со своего прибора пакет, бросил его в урну и перешел на бег, устремляясь к реке. При этом он не смотрел по сторонам, а уставился на сканер, хотя на нем не было ничего, хоть отдаленно напоминающего дисплей или хотя бы лампочки. К счастью, на тротуарах, в отличие от проезжей части, было уже немного людей, и он ни в кого не врезался.       Шерлок следовал за ним, понимая, что к вечеру у него на ногах вырастут волдыри: лакированные туфли — не самая подходящая обувь для длительного бега.       Они промчались по набережной до Вестминстерского моста, и у стеклянной двери Каунти Холла Джон замер. Нагнав его, Шерлок расслышал, что сканер издает тихое поскрипывание и щелчки, не похожие, однако, на азбуку Морзе.       — Да, здесь что-то есть, — завертел головой Ватсон. — Будь добр, Шерлок, сгоняй за хот-догом, поиск займет много времени.       — Я думал, поиск начался, когда мы вышли из такси, — нахмурился Холмс, раздосадованный просьбой принести еды: он привык, что Джон у него на посылках, а не наоборот.       — Да, и мы нашли место, где преступники сбросили Джека в Темзу. Теперь надо установить, к какой расе они принадлежат…       — Сейчас двадцать первый век, Джон: неполиткорректно устанавливать кто к какой расе принадлежит.       — Стандартный джудунский сканер «Протокола Теней» делает это автоматически, но с моей поделкой придется проверять энергетический след на каждую расу в отдельности. И даже если исключить всех безобидных, вымерших и не владевших путешествиями во времени, дружественных и не желающих моего заточения здесь, остается минимум пять сотен. Джо-го-ро, до, но шо — фо-ко, гро во-бо-що, — забормотал он вдруг шепотом, поднеся сканер к самому лицу.       В ответ сканер выдал серию коротких писков и тресков, подтверждая догадку Холмса, что у него звуковой интерфейс.       — Что ж, я и не ожидал мгновенного успеха, — пожал плечами Джон. — Так как насчет хот-дога, Шерлок? Ты сам-то не голоден? Джо-хо-то, до, но шо…       Холмс плюнул на этого «заклинателя микросхем» и широким шагом двинулся по набережной в сторону нависшего над местностью Лондонского Глаза. В тени колеса обозрения было полно туристов, и, конечно, стояло множество лотков с мороженным, гамбургерами и хот-догами.       Обычно все это праздное стадо раздражало Шерлока, но сейчас он был слишком погружен в мысли. Ему не послышалось: Ватсон действительно только что сказал «путешествия во времени».       Холмс отлично разбирался в точных и естественных науках, но только в их прикладной части. Всякие умозрительные кварки, теории струн, червоточины и кротовые норы, а также путешествия во времени и в космосе дальше земной орбиты не входили в область его интересов, и, естественно, он не следил за новостями обо всем этом.       Возможно ли путешествие во времени при современном уровне науки? А почему обязательно при современном? Ватсон и этот Харкнесс могут быть из будущего.       «Стоп-стоп-стоп! — приказал себе Шерлок. — Похоже, не только у Джона, но и у меня временное помешательство. Ну, собрал он пищалку, которая реагирует на голос, обозвал сканером — это еще не значит, что она ищет какие-то там расы. Почему я вдруг верю в этот бред?»       Безусловно, скептицизм Шерлока пошатнул оживший и исчезнувший труп Харкнесса, но было и еще кое-что.       Джон Ватсон.       За время знакомства Шерлок привык верить ему во всем, полагаться на него. Преданность, житейская мудрость и доброта Джона не подвергались сомнению. Они поддерживали Шерлока, не позволяли забыть, для чего он занимается дедукцией. Не только ради развлечения, но ради спасения жизней тех, кого не пойманные преступники могли погубить, ради справедливости и человечности.       Приходилось признать, что без Джона Шерлок давно утратил бы связь с миром людей и либо сам превратился бы в убийцу, либо оказался бы на побегушках у Майкрофта — стал бы мертвым, безразличным ко всему оружием на службе Британии.       И вот теперь Джон, надежный маяк, верный ориентир в чуждом социопату море человеческих отношений, дал сбой. Как будто маяк разобрали по кирпичикам и сложили заново — похожим, но совсем другим. И свет его стал так ярок и жгуч, что не указывает дорогу, а ослепляет путников.       Тут Шерлоку отчего-то вспомнился сегодняшний сон, и его Чертоги Разума объяло ясное трескучее солнечное пламя.       — Желаете кетчупа?       Холмс помотал головой, отгоняя наваждение, и понял, что, погруженный в мысли, сам не заметил, как отстоял очередь и даже заказал два хот-дога.       — Будьте любезны, — улыбнулся он продавщице и бросил в миску толстую монету в десять фунтов.       Забрал еду и поспешил к Каунти Холлу, где оставил Джона.       Тот сидел на каменном бордюре, тянущимся вдоль реки, по-детски болтал ногами над водой и продолжал шептаться со сканером.       Заслышав шаги Шерлока, он достал из кармана часы, глянул на циферблат и обернулся с улыбкой:       — Самое время подкрепиться!       Холмс заметил, что стрелки по-прежнему показывают два, но не стал ничего спрашивать.       Друзья молча сидели рядом, жевали сочные хот-доги и глядели на грязно-зеленую воду Темзы. Влажный несильный ветер трепал их волосы, но не холодил.       — Давно хотел спросить, — подал голос Джон, — ты постоянно все подмечаешь и анализируешь, или есть моменты, когда ты позволяешь себе расслабиться и просто насладиться человеческим бытием? Увидеть лес, а не деревья, его составляющие.       — В смысле?       — Я чувствую, как вращается Земля, — грустно сказал Джон, — могу назвать ее скорость в тысяче земных и инопланетных систем измерения, но какой в этом толк? Мой желудок вибрирует от гула солнечных протуберанцев во всех галактиках этой вселенной, я слышу неумолчный плач космоса по потухшим звездам и крик рождающихся новых. Хожу, балансируя на голове неизмеримо огромную чашу времени, и стараюсь не расплескать ее. Мне нужно сделать над собой усилие, чтобы заблокировать все это и хоть миг пожить в «здесь и сейчас». Спустя столько лет — снова нужно. Мне жаль, что я коснулся тех часов, но теперь уже ничего не вернуть.       — У тебя шизофазия? — осведомился Шерлок, окидывая друга недоуменным взглядом. — Джон, что с тобой?       — Джо-гро-бо, до-но — шо, фо…       Джон снова уткнулся в сканер, и Шерлоку ничего не оставалось как задуматься над его словами.       «Всегда ли я все подмечаю?» Шерлок прямо сейчас мог сказать, что фотографирующаяся неподалеку семья туристов в разладе: жена изменяет мужу около года, младший сын частенько подвергается телесным наказаниям, а старший недавно стал наркоманом, хотя зависимость пока невелика.       Но в глазах обычного человека они были счастливы. Весело переговаривались по-польски, будто щебетали, смеялись, обнимали друг друга.       — Есть! — воскликнул вдруг Джон и вскочил с бордюра, но тут же сник: — Нет. Но почти. Надо подняться повыше.       И снова широко улыбнулся:       — Катался когда-нибудь на Лондонском Глазе? Он высотой сто тридцать пять метров — это как сорокапятиэтажное здание, в капсулах есть кондиционер и даже условия для катания инвалидов…       — Бессмысленное убийство времени для туристов, — фыркнул Холмс.       — Но там должен быть лучше сигнал, поехали, я почти их вычислил, чуть-чуть не хватает. Слушай, ты займи очередь, а я пока сбегаю куплю что-нибудь запить хот-доги.       — Ладно, займу, — проворчал Холмс. — Но с тобой не поеду, о нас и так слухи ходят.       И первым двинулся к колесу, довольный, что оставил последнее слово за собой.       Он встал в очередь за билетами, а Джон убежал к прилавкам с фаст-фудом.       Через пять минут, когда Шерлок немного продвинулся вперед, а за его спиной уже встал с десяток человек, он начал беспокойно оглядываться в поисках Ватсона. Где он? За пивом тоже очередь или за колой, или что он там берет?       Прошло еще три с половиной минуты, а Джон так и не объявился. Шерлок бросил очередь и направился к лоткам с едой.       Ватсона нигде не было видно.       Наконец, он заметил в урне рядом с заставленным бутылками газировки прилавком груду микросхем из ноутбука. Подбежал к ней и, не обращая внимания на возмущения продавщицы, стал рыться в мусоре.       — Сэр, вам помочь? — в шестой раз спросила торговка, и Шерлок обернулся к ней:       — Где отвертка?       — Простите?       — Человек ростом мне по плечо в нелепом женском сюртуке бросил сюда штуковину из микросхем и отвертки.       — Д-да, — медленно покивала девушка, — точно, минут пять назад так и было. Но здесь такой поток людей, что я не сразу вспомнила. Отвертку и цепочку он, кажется, оставил себе…       Тут в ее глазах зажегся интерес — и немудрено: даже тупым людишкам становится скучно на работе, — и она спросила:       — А как вы смогли описать его так точно, это ваш знакомый?       — Нет. Просто я — Шерлок Холмс.