Место во ржи

— Ты — труп! — рявкнул Снейп, ткнув искрящей палочкой в Лонгботтома. — И ты, и ты, и ты! Все, что я вижу — это зал, заваленный трупами!       Он давно скинул мантию с сюртуком и, оставшись в одной рубашке, носился между разбившимся на четверки юными дамблдоровцами, показывая, как уворачиваться от проклятий. — Не думайте, что сможете с ними справиться, вы против них — сопляки! Ваша задача нанести максимальный урон, как можно сильнее помешать, и не сдохнуть! А это невозможно, когда ты стоишь, как деревянная мишень для тренировки Авады, Финниган!       Прокричавшись, он прошелся пару раз туда-сюда по кабинету и махнул рукой: — Ничего не выйдет, идите спать, уже утро почти... Мне некогда с вами возиться, еще надо решить, каким способом вас переправить отсюда.       Северус подхватил мантию и двинулся к выходу, но, услышав требовательное «Сэр!» и обернувшись, увидел вставшего в стойку Невилла. — Сэр, давайте попробуем еще раз! — попросила Съюзен Боунс, делая шаг вперед. Эффи, стоящая с ней в одной четверке, потирала плечо, куда прилетело жалящее, выпущенное целеустремленной хаффлпафкой, и была уверена, что уж кто-кто, а эта — выстоит.       Они уже который день тренировались каждую свободную минуту — со Снейпом, с другими деканами, и самостоятельно. Отец разрешил Эффи принимать в этом участие, и, хотя его позиция насчет того, чтобы она осталась в замке во время Битвы, была неизменной, Эффи про себя твердо решила, что найдет способ сделать по-своему.       С брата и сестры Кэрроу, чтобы те не заметили суетного оживления в школе, чары усиленного Конфундуса, поддерживаемые всем педагогическим составом с молчаливого разрешения директора, спадали разве что во сне. — Может, проще их... ну... убить? — понизив голос до шепота, спросил как-то Невилл, припомнив туповатое выражение лица Алекто. — Ты идиот, Лонгботтом, — ответил ему тогда Снейп. — Как по-твоему, в каком случае Лорд будет недоволен сильнее: если его два верных глаза помутятся от усталости или закроются навсегда?       Эффи крепче сжала палочку, приготовившись отражать проклятия атакующего, когда дверь распахнулась, впуская в Выручай-комнату стайку слизеринцев во главе с Малфоем и Ноттом, которые осматривались по сторонам, выискивая знакомые лица. Драко же не обращал внимания ни на волнение подпольщиков, вызванное их появлением, ни на пару десятков палочек, нацеленные на них. После того, как он нашел глазами в толпе Элизабет — он смотрел только на нее.       Эффи, как и все, слабо понимая, что здесь происходит, хмуро созерцала пришедших. С момента возвращения в директорскую башню с Драко она старалась не встречаться. Он пытался объясниться, но она уходила от разговора, не желая его слушать и не понимая, о чем можно в их ситуации разговаривать — каждый раз, когда она его видела, был для нее лишним напоминанием о его вранье и малодушии. — Драко? Теодор? Что здесь происходит? — вернув себе самообладание, холодно поинтересовался Снейп. То, что он попался на глаза бывшим подопечным, чьи родители преданно служат Лорду, в такой компрометирующей ситуации — было для него шоком не меньше, чем для ребят. Бросив беглый взгляд на Элизабет и убедившись, что она окружена людьми и ей есть куда бежать, он вновь внимательно посмотрел на слизеринцев. — Мы знаем, что будет битва, господин директор, — сказал Нотт, выступая вперед, вызвав ропот со стороны остальных. —И хотим участвовать в ней на стороне школы. — Да как они вообще смогли сюда пройти! — крикнул Макмиллан. — Этот порог не могут переступить те, кто поддерживает Того-Кого-Нельзя-Называть! — Так, может быть, в таком случае мы ему не служим, как думаешь, идиот? — презрительно выплюнул, не сдержавшись, Малфой. Ощущать на себе столько ненавидящих взглядов было непросто, и он чувствовал, как сдают нервы, несмотря на то, что Драко, как и остальные ребята, морально готовились к этому визиту и переговорам. — И почему мы должны тебе верить? — прищурился Лонгботтом. — Профессор, я уверен, они нашли, как обойти защиту, они шпионили за нами!       После его слов даже те, кто уже опустил палочки и просто выжидал развития событий, вскинули их снова. Видя это, Дафна спряталась за спину Тео. Несмотря на враждебную встречу, никто из слизеринцев не достал оружие — таков был уговор. — Хотя бы потому, что про меня давно известно, что я ушел от Лорда, — помедлив, сказал Драко. — Как ты считаешь, зачем бы я привел сюда тех, кто может принести ему мою голову?       Дамблдоровцы переглянулись в недоумении, а Теодор, не встретив больше возражений, и приободренный этим, сделав глубокий вдох, начал речь, которую репетировал уже давно: — Да, все знают, что родители большинства из нас состоят на службе Тому-Кого-Нельзя-Называть, — осторожно начал он. — Но у вас уже был шанс убедиться, что состоять на службе — не значит быть верным... — Нотт встретился взглядом со Снейпом и понял, что он только что сказал. — Директор...       Тот лишь усмехнулся, скрестив руки на груди. — Допустим, — кивнул он, — это мы знаем прекрасно. Интересует другое — что вы хотите предложить?       Тео, сбитый с мысли, не ожидавший такого, осекся. К тому, что ему станут напрямую задавать вопрос, он оказался не готов. — Ну же, смелее, ведь вы не просто поговорить сюда среди ночи пришли. — Я неправильно выразился, сэр. Многие из нас и наших родителей разделяют вашу позицию относительно Того-Кого-Нельзя-Называть и хотели бы принять вашу сторону. — Нашу сторону... для чего? — протянул Северус. — Чтобы оказать сопротивление Пожирателям, — взглянул на него Нотт с недоумением. — Пожирателям... — хмыкнул Снейп и, взмахнув палочкой, в тот же миг запечатал заклинанием дверь, перерезав путь к отступлению. — Я думаю, моим заместителям и Темному Лорду будет интересно узнать об истинной лояльности его преданных слуг и их отпрысков. Я даже мечтать не мог, что помимо выявленного сопротивления обнаружу в тот же день еще один очаг разложения нового порядка...       Теодор побледнел и отшатнулся, едва не налетев на сжавшуюся в комок Дафну. Слизеринцы пугливо заозирались, сбившись теснее друг к другу, большая часть из них потянулась за палочками. Панику в их рядах, казалось, было уже не унять, нервничали все, кроме Драко — он был спокоен.       С детства крестный учил его подобным образом, ловя за язык, заставляя жалеть об опрометчиво сказанных неосторожных словах и совершенных поступках, и сейчас Малфой видел, что тот блефует, отчасти мстя Нотту за неосторожное обвинение в предательстве, прозвучавшее в его словах.       Устав от напряженной тишины, Северус прикрыл глаза и, окинув пришедших разочарованным взглядом, резюмировал: — Расслабьтесь, Мерлина ради... Итак, если я правильно понял: отец и сын Нотты, Малфой, полагаю, тоже с поддержкой родителей, Гринграсс... — перечислял он, загибая пальцы на руке. — С сестрой, — выдохнула Дафна с облегчением, прикрыв глаза и взяв Тео под руку, чтобы не упасть на ослабевших от испуга ногах. — Еще две, отлично. И Миллисента, — кивнул Снейп, заметив ее поднятую руку. — Я полагаю, Крэбб, Гойл и Паркинсон... — Им пришлось править память, — кивнул Теодор и, увидев, как Снейп закатил глаза, поспешно добавил. — С ними все нормально! — Забини? — Предпочел остаться нейтральным. Ему тоже... — Итого — тринадцать человек, — задумчиво проговорил Северус. — Ну, в нашем положении не так уж и плохо. — Отец свяжется с вами относительно поддержки с его стороны. Возможно, их будет больше, чем трое, — заверил Нотт. — Ладно, разберемся. Завтра вечером — сюда, тренироваться вместе с остальными. На сегодня расходимся. Теодор, — окликнул Снейп главного горе-парламентера, застегивая пуговицы сюртука, — задержись.

***

      Малфой вышел из камина директорского кабинета и догнал Элизабет на лестнице, схватив за руку. — Эфф, Эфф... Эффи! — позвал Драко, когда она вывернулась из захвата, с безразличным лицом сделав шаг назад. — Нам надо поговорить. — Хорошо, — пожала Элизабет плечами. — Ваш поступок сегодня — это... достойно, — кивнула она, признавая. — Буду честной, я думала о тебе хуже.       Сказав это, она, не в силах больше смотреть во внимательные серые глаза, пошла в комнату, но Драко преградил ей путь. — Я знаю, — нервно сглотнул он, не зная, куда деть руки, и пожалев, что, как Нотт, не удосужился отрепетировать речь, которую частенько проговаривал в мыслях. — В том смысле, что я сделал все, чтобы ты могла так думать, но я хочу сказать, что очень жалею, что так поступил... И... что подставил тебя. И что ты из-за меня оказалась в опасности. Прости меня... — Хорошо, — тихим спокойным голосом, от которого у Драко по спине пробежал табун мурашек, повторила она. — Я не злюсь. — И про Паркинсон — ты не все знаешь... — начал было оправдываться он, но, представив, как это звучит со стороны, изменил тон. — Между нами ничего нет. — Но было, — тихо подытожила Эффи, уставившись на носки своих кед, и от этих слов у Малфоя скрутило желудок. — Было, — так же тихо ответил он, понимая, что попытка примирения пошла прахом. — Я думала про это и поняла, что ты не обязан передо мной отчитываться, — неожиданно открыто взглянула она на него. — В том плане, что мы ничего друг-другу не обещали и... Ну... — почесав переносицу, грустно усмехнулась Эфф, — мы на тот момент расстались. Если вообще считается, конечно, что мы встречались, или что-то типа того... — Элизабет обвела взглядом кабинет, порадовавшись тому, что директора на портретах спят или тактично притворяются спящими.       То, как легко она к этому относится, неприятно кольнуло Драко. — Но мы... Мы встречались! — воскликнул он после долгой паузы, не найдя, что еще сказать. — Так же, как с Панси? — ее лицо после его слов исказила гримаса боли от эмоций, которые она уже не могла сдерживать. — Вы ведь были вместе и раньше, до того, как мы с тобой стали мотаться всюду... Она вела себя так, как будто вы не расставались. То есть, получается, это не она, а я не там, где должна быть, я...       Не договорив, Эффи мотнула головой и убежала по ступенькам к себе. Выразив эмоции в словах, она поняла, что уже давно не злится на Малфоя — вместо этого ее захлестывает жалость к себе — чувство, которое она ненавидела больше всего. Едва закрыв тяжелую дверь комнаты, она, усевшись на кровать, расплакалась.       «Хотела же, чтобы все спокойно... — хлюпнула она носом, размазывая непрошеную сырость, которая никак не хотела униматься, по щекам. — Ну хотела же...»       Заглянув в комнату и увидев Элизабет в слезах, Драко на секунду обмер, после чего, придя в себя, в одно мгновение оказался рядом, растерявшись и не зная, что делать дальше. Такой он Эфф еще не видел никогда: бывало, она злилась, бывало — кричала, язвила, ехидничала, но чтобы, не таясь, плакать навзрыд... Такое было в первый раз. Он не имел ни малейшего понятия, как ее успокаивать. Неловко заключив Эффи в объятия и почувствовав под ладонями острые лопатки на хрупкой спине, он — неожиданно даже для самого себя — прижал ее к себе сильнее, так, словно боялся, что кто-то ее у него отнимет.       Поддавшись ее настроению, Драко принялся говорить все, о чем думал, рассказывая даже то, что казалось ему раньше неуместным, стыдным, или глупым, пока Эффи, слабо кивая, всхлипывала, уткнувшись ему в шею. — Даже если ты не хочешь так, мы ведь можем попробовать заново, — предложил он, когда она начала успокаиваться. — Если хочешь, представим, что этого всего не было. Ну, согласна?       Драко едва удар не хватил, когда он увидел, как Эфф мотает головой. Но стоило ей поднять глаза, ладонями стирая с них слезы, он понял, что зря испугался: — Не-а... — шмыгнула она носом, улыбнувшись. — Я не хочу ничего забывать.